Мудрый Юрист

Медицинский работник как потерпевший и как субъект преступления

Иванов Иван Сергеевич, заместитель начальника Договорно-правового департамента Министерства внутренних дел Российской Федерации, кандидат юридических наук, доцент.

Аванесян Вилен Витальевич, главный эксперт Уголовно-правового управления Договорно-правового департамента Министерства внутренних дел Российской Федерации, кандидат юридических наук.

В статье анализируются предпосылки пересмотра уголовно-правового статуса медицинского работника как потерпевшего и как субъекта преступления. Рассматриваются законодательные инициативы, направленные на усиление уголовной ответственности за посягательства на медицинских работников. Обосновывается необходимость противодействия "бытовой коррупции" в медицине уголовно-правовыми средствами.

Ключевые слова: преступные посягательства на медицинских работников, профессиональные преступления врачей, ятрогенная преступность, "бытовая коррупция", незаконное вознаграждение, здравоохранение.

A Healthcare Professional as an Aggrieved Person and a Crime Subject

I.S. Ivanov, V.V. Avanesyan

Ivanov Ivan S., Deputy Head of the Contracts and Law Department of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation, Candidate of Legal Sciences, Assistant Professor.

Avanesyan Vilen V., Chief Expert of the Criminal Law Division of the Contracts and Law Department of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation, Candidate of Legal Sciences.

The article analyzes the prerequisites for a revision of the criminal status of a medical worker as a victim and as a subject of the crime. Also the article deals with legislative initiatives aimed at increasing criminal liability for attacks on medical workers. The necessity of counteracting "domestic corruption" in medicine by criminally-legal means is substantiated.

Key words: criminal encroachments on medical workers, professional crimes of medical workers, iatrogenic crimes, "domestic corruption", illegal remuneration, health care.

На протяжении длительного времени в средствах массовой информации регулярно освещается тема нападений на медицинских работников и воспрепятствования им при оказании медицинской помощи. Реакцией государственных органов на указанную проблему, вызвавшую широкий общественный резонанс, стали многочисленные законодательные инициативы, направленные на установление повышенной уголовной ответственности за такие противоправные деяния.

Наиболее перспективным из находящихся на рассмотрении Государственной Думы законопроектов является принятый 16 июня 2017 г. в первом чтении проект N 139439-7 "О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в части защиты жизни и здоровья пациентов и медицинских работников", которым предлагается установить уголовную ответственность за воспрепятствование оказанию медицинской помощи и предусмотреть повышение уголовной ответственности за умышленные причинение легкого вреда здоровью и угрозу убийством либо причинение тяжкого вреда здоровью в отношении лица в связи с осуществлением им служебной деятельности. Законопроект концептуально поддержан Правительством Российской Федерации и Верховным Судом Российской Федерации.

В пояснительной записке к законопроекту его принятие обосновывается в том числе статистическими данными Министерства здравоохранения Российской Федерации, согласно которым в отношении медицинских работников при исполнении ими служебных обязанностей в 2016 г. совершено 1226 нападений <1>.

<1> Проект ФЗ N 139439-7 // СПС "КонсультантПлюс".

Не оспаривая значимости установления мер повышенной уголовно-правовой защиты медицинских работников от преступных посягательств, в целях соблюдения основополагающих принципов УК, в первую очередь равенства граждан перед законом и справедливости (ст. ст. 4 и 6 УК), полагаем важным одновременно принять меры, направленные на обеспечение разумного баланса уголовно-правового регулирования криминальных ситуаций, в которые работники здравоохранения вовлечены не только как потерпевшие, но и как субъекты преступлений.

В этой связи законодателю необходимо обратить внимание на усиление гарантий качества оказания медицинской помощи, добросовестного отношения врачей к выполнению своих профессиональных обязанностей, в том числе уголовно-правовыми средствами. Только в случае установления адекватных мер ответственности медицинских работников за совершение противоправных деяний в связи с осуществлением профессиональной деятельности усиление уголовной ответственности за посягательства на них можно признать обоснованным. Уголовно-правовое положение медицинского работника как потерпевшего и как субъекта преступления должны корреспондировать друг с другом.

Подобный сбалансированный правовой подход уже реализован в УК, например применительно к сотрудникам органов внутренних дел.

Повышенная уголовно-правовая охрана жизни и здоровья сотрудников органов внутренних дел, обеспечиваемая, в частности, нормами ст. ст. 317 и 318 УК, уравновешивается повышенной уголовной ответственностью указанных лиц, в том числе за совершение преступлений, не связанных с их служебной деятельностью. Кроме того, совершение умышленного преступления сотрудником органа внутренних дел является обстоятельством, отягчающим наказание (п. "о" ч. 1 ст. 63 УК).

Признавая соответствие Конституции Российской Федерации указанной уголовной норме, Конституционный Суд Российской Федерации подчеркнул, что "на сотрудников органов внутренних дел возложена исключительная по своему объему и характеру... ответственность по защите жизни и здоровья граждан, противодействию преступности и охране общественного порядка... Отнесение к числу обстоятельств, отягчающих наказание, совершение сотрудником органа внутренних дел умышленного преступления, свидетельствующего об их осознанном, вопреки профессиональному долгу и принятой присяге, противопоставлении себя целям и задачам деятельности полиции, обусловлено повышенной степенью общественной опасности таких преступных деяний и их последствий и направлено на обеспечение в соответствии с принципом справедливости дифференциации уголовной ответственности и наказания" (Определения от 8 декабря 2011 г. N 1623-О-О, от 17 июля 2012 г. N 1330-О, от 24 января 2013 г. N 129-О, от 21 марта 2013 г. N 420-О, от 29 мая 2014 г. N 1064-О).

Развивая данную мысль, отметим, что на медицинских работников также возлагается обязанность по охране здоровья граждан, что, в частности, вытекает из смысла положений ст. ст. 73 и 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

В этой связи справедливым представляется предъявление повышенных требований к профессиональному поведению работников здравоохранения, их морально-нравственному облику, в том числе путем обеспечения данных требований уголовно-правовыми средствами.

Следует отметить, что с древнейших времен врачи несли повышенную ответственность за вред, причиненный в результате своих профессиональных ошибок. В зависимости от культуры и уровня развития той или иной эпохи для врачей устанавливались различные санкции - от штрафа до смертной казни.

Еще в XVIII столетии до н.э. в Законах Хаммурапи было определено, что "если врач сделает человеку тяжелый надрез бронзовым ножом и причинит смерть этому человеку или снимет бельмо человека бронзовым ножом и повредит глаз человека, то ему должно отрезать пальцы" (ст. 218), а "если врач сделает тяжелый надрез бронзовым ножом рабу мушкенума и причинит ему смерть, то он должен возместить раба за раба" (ст. 219) <2>.

<2> См.: Хрестоматия по истории государства и права зарубежных стран: Учебное пособие / Сост. В.Н. Садиков. 2-е изд., перераб. и доп. М.: ТК Велби; Проспект, 2005. С. 27.

В Древней Индии в своде Законов Ману (X в. до н.э.) также содержались нормы об ответственности врачей за непрофессиональное лечение. При этом к врачам применялись штрафные санкции (ст. 284 гл. IX) <3>.

<3> См.: Законы Ману / Пер. С.Д. Эльмановича, провер. и испр. Г.Ф. Ильиным. М.: Изд-во вост. лит., 1960. С. 210.

В Древнем Риме Законы XII таблиц (V в. до н.э.) содержали предостережение врачу о том, что если он "причинит членовредительство и не помирится с потерпевшим, то... и ему самому будет причинено то же самое" <4>.

<4> См.: Косарев А.Н. Римское право. М., 1986. С. 75.

Истории России также известны случаи казней представителей медицины. Так, немецкий врач Антон, безуспешно лечивший татарского князя Каракучу, был казнен в 1483 г., а в 1490 г. венецианский лекарь Леон был казнен после длительной болезни и смерти сына великого князя Иоанна III - Ивана Молодого <5>.

<5> См.: Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей. Первый отдел. М.: АСТ, 2000. С. 456, 472; Мохов А.А., Мохова И.Н. Еще раз к вопросу о врачебной ошибке как медицинском и социально-правовом феномене // Юрист. 2004. N 2. С. 51.

Вместе с тем углубление в исторические предпосылки рассматриваемой проблематики в рамках настоящей статьи представляется излишним, поскольку данному вопросу уделено достаточное внимание в литературе <6>.

<6> См., например: Акопов В.И. К истории судебной ответственности врачей // Научно-культурологический журнал. 2001. N 10. С. 59 - 66; Замалеева С.В. Уголовная ответственность медицинских работников: история и современность // Пробелы в российском законодательстве. 2009. N 3. С. 85 - 86; Сисакьян А.А. К истории юридической ответственности врачей // Правопорядок: история, теория, практика. 2015. N 2 (5). С. 108 - 111; Сучкова Т.Е. К вопросу об истоках формирования юридической ответственности медицинских работников // Медицинское право. 2012. N 4. С. 40 - 47.

Проблема уголовной ответственности медицинских работников сегодня приобретает особую значимость на фоне происходящего научно-технического прогресса, внедрения в медицинскую практику новых сложных методов диагностики и лечения, повышения уровня требований к профессионализму медицинских работников <7>.

<7> См.: Ившин И.В. Судебно-медицинские аспекты профессиональных преступлений медицинских работников против жизни и здоровья: Автореф. дис. ... канд. мед. наук. М., 2005. С. 3.

Анализ данных медицинской практики свидетельствует об устойчивой тенденции роста осложнений в результате некачественного лечения, в том числе развития заболеваний вследствие дефектов оказанной медицинской помощи (ятрогений). Всемирная организация здравоохранения в 1995 году включила ятрогении в перечень основных заболеваний, определив их как любые нежелательные или неблагоприятные последствия профилактических, диагностических и терапевтических мероприятий, которые приводят к нарушениям функций организма, инвалидности или смерти. По данным указанной международной организации, ятрогении развиваются у 20% пациентов и являются причинами около 10% случаев госпитальной смертности <8>.

<8> См.: Гецманова И.В. Актуальные вопросы правовой оценки и расследования преступлений, связанных с дефектами оказания медицинской помощи // Медицинское право. 2007. N 2. С. 36.

В соответствии с уголовным законодательством Российской Федерации ответственность медицинских работников может наступать, например, по ч. 2 ст. 109, ч. 2 ст. 118, ч. 4 ст. 122, ст. 124, ст. 235 УК.

Таким образом, несмотря на то, что преступные деяния медицинских работников, связанные с их профессиональной деятельностью, не выделены в УК в самостоятельную главу, необходимо признать, что в Российской Федерации формально нормативное правовое регулирование уголовной ответственности медицинских работников, в частности за ятрогенные преступления, представляется удовлетворительным.

Вместе с тем за последние годы наблюдается рост возбужденных уголовных дел в отношении медицинских работников. По информации Российского центра судебно-медицинских экспертиз, начиная с 2000 года происходит постоянное увеличение количества экспертиз о ненадлежащем оказании медицинской помощи <9>.

<9> См.: Сергеев Ю.Д., Павлова Ю.В., Каменская Н.А. Проблема ненадлежащего врачевания - в центре внимания профессионального сообщества // Медицинское право. 2014. N 6. С. 10.

По данным Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, в 2016 г. по ч. 2 ст. 109 УК осуждено 128 лиц (в 2015 г. - 85), по ч. 2 ст. 118 УК - 37 (в 2015 г. - 36), по ч. 4 ст. 122 УК - 0 (в 2015 г. - 1), по ст. 124 УК - 7 (в 2015 г. - 8), по ст. 235 УК - 0 (в 2015 г. - 0) <10>.

<10> Статистические данные по форме N 10.3 "Отчет о видах наказания по наиболее тяжкому преступлению (без учета сложения)" // Официальный сайт Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации. URL: cdep.ru (дата обращения: 15.10.2017).

Безусловно, приведенные данные лишь условно отражают картину преступных деяний медицинских работников, поскольку характеризуют только часть преступлений, которые могут совершаться указанными лицами. Кроме того, в них отсутствует разграничение по профессиональной принадлежности субъекта преступления. Следует учитывать также, что преступления в сфере здравоохранения обладают высоким уровнем латентности.

Сфера медицины характеризуется специфичностью, которая не только существенно усложняет процесс раскрытия и расследования преступлений медицинских работников, но и создает трудности для возбуждения уголовных дел по таким фактам. В этой связи нередко пострадавшие вместо уголовного преследования врачей отдают предпочтение гражданским искам <11>.

<11> См.: Вирченко Ю.А. Урегулирование конфликтных ситуаций между учреждениями здравоохранения и гражданами посредством медиативных процедур // Межд. конгресс по здравоохранительному праву стран СНГ и Вост. Европы, 7 - 9 нояб. 2012 г.: Сб. тез. докл. М., 2012. С. 49.

С проблемой сложности доказывания преступного характера нарушений медицинских работников тесно связано другое характерное для сферы здравоохранения негативное явление - коррупция.

Фактическая вседозволенность и безнаказанность медицинских работников, призрачные перспективы их привлечения к уголовной ответственности даже в случаях грубых нарушений создают предпосылки для распространения "бытовой коррупции", проявляющейся в практике требования у пациентов и их близких незаконных вознаграждений в качестве условия оказания качественной медицинской помощи.

По мнению А.В. Тихомирова, наиболее кощунственными являются требования незаконных вознаграждений в случаях предоставления медицинских услуг, связанных с ситуациями, угрожающими жизни пациентов <12>.

<12> См.: Тихомиров А.В. Коррупция в здравоохранении // Главный врач: хозяйство и право. 2009. N 6. С. 35.

Согласно докладу Генерального прокурора Российской Федерации Ю.Я. Чайки "О состоянии законности и правопорядка в 2016 году и о проделанной работе по их укреплению" 26 апреля 2017 г. в Совете Федерации Российской Федерации, ущерб от коррупционных преступлений в 2016 г. превысил 78 млрд руб. <13>.

<13> См.: Доклад Генерального прокурора Российской Федерации Ю.Я. Чайки "О состоянии законности и правопорядка в 2016 году и о проделанной работе по их укреплению" в Совете Федерации Российской Федерации // Официальный сайт Генеральной прокуратуры Российской Федерации. URL: genproc.gov.ru (дата обращения: 15.10.2017).

По смыслу подп. 2 п. 1 ст. 575 Гражданского кодекса Российской Федерации разрешается дарение обычных подарков, стоимость которых не превышает трех тысяч рублей, работникам медицинских организаций гражданами, находящимися в них на лечении, супругами и родственниками этих граждан.

Однако от указанных обычных подарков необходимо принципиально отличать незаконные вознаграждения, имеющие коррупционную природу.

Несмотря на однозначную неправомерность существующей практики требования незаконных вознаграждений за выполнение работ или оказание услуг, которые должны осуществляться бесплатно, в законодательстве Российской Федерации отсутствуют действенные и достаточные механизмы, которые позволили бы привлечь виновных к справедливой ответственности.

В рассматриваемых случаях медицинские работники, выполняющие за незаконное вознаграждение лишь профессиональные функции, не связанные с принятием решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия, как правило, не подпадают под критерии субъектов преступлений, предусмотренных, в частности, ст. 290 УК, поскольку не являются должностными лицами <14>.

<14> О критериях должностных лиц см.: Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2013 N 24 "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях" и от 16.10.2009 N 19 "О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий".

Однако именно эта профессиональная деятельность, которая должна осуществляться безвозмездно, образует ядро "бытовой коррупции", основанной на системе незаконных вознаграждений.

Полагаем, что наиболее действенным инструментом борьбы с "бытовой коррупцией" в медицине может стать уголовный закон, в связи с чем представляется необходимым дополнение УК нормами, устанавливающими ответственность за получение незаконного вознаграждения лицами, не являющимися должностными в соответствии с положениями УК, в том числе медицинскими работниками.

В заключение полагаем необходимым отметить, что рассмотренные в настоящей статье негативные аспекты медицинской деятельности, будучи распространенными в системе здравоохранения Российской Федерации, все же не носят всеобъемлющий характер. Среди медицинских работников встречаются достойные представители этой благородной профессии, которые действительно руководствуются в своей работе принципами медицинской этики и деонтологии, как это предписано ч. 1 ст. 73 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", и вызывают уважение преданностью долгу, бескорыстным и ответственным отношением к выполнению своих профессиональных обязанностей, а также искренней заботой о пациентах.

Литература

  1. Акопов В.И. К истории судебной ответственности врачей // Научно-культурологический журнал. 2001. N 10. С. 59 - 66.
  2. Вирченко Ю.А. Урегулирование конфликтных ситуаций между учреждениями здравоохранения и гражданами посредством медиативных процедур // Межд. конгресс по здравоохранительному праву стран СНГ и Вост. Европы, 7 - 9 нояб. 2012 г.: Сб. тез. докл. М.: Интермедия, 2012. С. 49 - 50.
  3. Гецманова И.В. Актуальные вопросы правовой оценки и расследования преступлений, связанных с дефектами оказания медицинской помощи // Медицинское право. 2007. N 2. С. 33 - 38.
  4. Законы Ману / Пер. С.Д. Эльмановича, провер. и испр. Г.Ф. Ильиным. М.: Изд-во вост. лит., 1960. 304 с.
  5. Замалеева С.В. Уголовная ответственность медицинских работников: история и современность // Пробелы в российском законодательстве. 2009. N 3. С. 85 - 86.
  6. Ившин И.В. Судебно-медицинские аспекты профессиональных преступлений медицинских работников против жизни и здоровья: Автореф. дис. ... канд. мед. наук. М., 2005. 26 с.
  7. Косарев А.Н. Римское право. М.: Юрид. лит., 1986. 158 с.
  8. Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей. Первый отдел. М.: АСТ, 2000. 1030 с.
  9. Озова Н.А. Без вины виноватые... // Медицинское право. 2017. N 3. С. 29 - 32.
  10. Сергеев Ю.Д., Павлова Ю.В., Каменская Н.А. Проблема ненадлежащего врачевания - в центре внимания профессионального сообщества // Медицинское право. 2014. N 6. С. 9 - 13.
  11. Сисакьян А.А. К истории юридической ответственности врачей // Правопорядок: история, теория, практика. 2015. N 2 (5). С. 108 - 111.
  12. Сучкова Т.Е. К вопросу об истоках формирования юридической ответственности медицинских работников // Медицинское право. 2012. N 4. С. 40 - 47.
  13. Тихомиров А.В. Коррупция в здравоохранении // Главный врач: хозяйство и право. 2009. N 6. С. 32 - 37.
  14. Хрестоматия по истории государства и права зарубежных стран: Учебное пособие / Сост. В.Н. Садиков. 2-е изд., перераб. и доп. М.: ТК Велби; Проспект, 2005. 768 с.