Мудрый Юрист

Преюдициальное значение приговоров, содержащих решение по гражданскому иску

В теории гражданского процессуального и арбитражного процессуального права существует точка зрения, согласно которой приговор суда по уголовному делу в отдельных случаях может быть обязательным для суда, рассматривающего дело в порядке гражданского (арбитражного) судопроизводства не только по вопросам о действиях, совершенных определенным лицом, но и по вопросам об иных обстоятельствах, установленных приговором. Имеются в виду случаи, когда суд в приговоре по уголовному делу полностью разрешил спор по гражданскому иску, предъявленному в уголовном процессе. Действующее гражданское, а также арбитражное процессуальное законодательство не предусматривают никаких исключений в отношении преюдициальности приговора в части решения по гражданскому иску в уголовном процессе. Исходя из содержания ч. 3 ст. 55 ГПК РСФСР и ч. 4 ст. 69 АПК РФ 2002 г. (как и ч. 4 ст. 58 АПК 1995 г.), приговор по уголовному делу обязателен для гражданского и арбитражного суда только по вопросам о действиях, совершенных определенными лицами, независимо от того, содержится ли в приговоре решение по предъявленному гражданскому иску или нет. Нет никаких разъяснений по данному вопросу и со стороны Пленумов высших судебных инстанций. Вместе с тем некоторые авторы указывают на необходимость применения ч. 2 ст. 55 ГПК РСФСР либо ч. 3 ст. 69 АПК РФ 2002 г. (ч. 3 ст. 58 АПК РФ 1995 г.) относительно приговоров, содержащих решение по гражданскому иску.

В частности, А.Е. Березий и В.А. Мусин в своей работе пишут следующее: "Есть все основания полагать, что из правила, предусмотренного ч. 4 ст. 58 АПК РФ, возможно исключение. Имеется в виду случай, когда суд общей юрисдикции в приговоре полностью разрешил спор, связанный с предъявлением гражданского иска в уголовном процессе. В этом случае приговор суда по уголовному делу содержит также и решение по гражданскому делу, и если гражданское правоотношение, исследованное судом общей юрисдикции в ходе рассмотрения уголовного дела, окажется в поле зрения арбитражного суда при рассмотрении другого дела, то преюдициальное значение для арбитражного суда должны иметь все касающиеся упомянутого гражданского правоотношения обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, а не только те, которые перечислены в ч. 4 ст. 58 АПК РФ. Иными словами, в изложенной ситуации подлежит применению ч. 3 ст. 58 АПК РФ" <1>. С позиции А.П. Еремкиной, "вступивший в законную силу приговор в части решения по гражданскому иску приравнивается по своим юридическим последствиям к решению суда по делу, рассмотренному в гражданском порядке" <2>. По мнению В.М. Семенова, "эта часть приговора может самостоятельно приобрести преюдициальное значение в последующем гражданском процессе по правилам преюдициального взаимодействия решений по гражданским делам" <3>. Подобная точка зрения не является бесспорной. Предъявление гражданского иска в рамках уголовного дела в соответствии со ст. 44 УПК РФ возможно после возбуждения уголовного дела, но до окончания предварительного расследования, если такой иск "вытекает" из уголовного дела, т.е. лицу (гражданскому истцу) причинен имущественный или моральный вред непосредственно данным преступлением. Хотя в отличие от ранее действовавшего УПК РСФСР, в соответствии со ст. 29 которого доказывание гражданского иска, предъявленного по уголовному делу, производилось по правилам, установленным настоящим Кодексом, новый УПК РФ подобного положения не содержит, однако, судя по тем процессуальным правам, которыми наделены гражданский истец (ст. 44 УПК РФ), гражданский ответчик (ст. 54 УПК РФ), доказывание гражданского иска в уголовном процессе, так же как и ранее, производится по правилам, установленным УПК РФ. Подобный вывод подтверждается и ст. 73 УПК РФ, поскольку в соответствии с указанной нормой характер и размер вреда, причиненного преступлением, являются обстоятельствами, подлежащими доказыванию при производстве по уголовному делу. Вместе с тем, как указал Верховный Суд РСФСР, рассмотрение требований гражданского истца в уголовном деле не сводится только к доказыванию, осуществляемому по правилам уголовного процесса. Закон не препятствует решению ряда других процессуальных вопросов по правилам гражданского процессуального законодательства. Но это возможно постольку, поскольку предстоит решить иск, вытекающий из данного уголовного дела, а вопрос не урегулирован нормами УПК (БВС РСФСР. 1970. N 1. С. 11). Кроме того, "приговор в части гражданского иска может быть обращен к исполнению в пределах сроков, установленных в ст. 345 ГПК РСФСР. Пропущенный срок может быть восстановлен судом, вынесшим приговор, либо судом по месту исполнения решения о взыскании ущерба (ст. 347 ГПК РСФСР). В случаях, когда на осужденного возложена обязанность возместить причиненный материальный ущерб и к нему применена конфискация имущества, при исполнении приговора следует руководствоваться ст. 426 ГПК РСФСР, согласно которой возмещение ущерба за счет имущества должника подлежит первоочередному удовлетворению" <4>. Таким образом, Пленум допускает возможность применения при рассмотрении гражданского иска в уголовном процессе норм гражданского процессуального права. В теории же процесса по данному вопросу существуют две диаметрально противоположные точки зрения. Так, В.П. Божьев стоит на позиции, в соответствии с которой "отмена или изменение приговора в части гражданского иска только ввиду процессуальных нарушений, лишь частично охватываются основаниями, указанными в п. п. 1, 2 комментируемой статьи (ст. 379 УПК РФ. - Прим. авт.). Проверяя приговор в части решения о гражданском иске, суд кассационной инстанции применяет нормы гражданского процессуального законодательства при условии, что:

<1> А.Е. Березий, В.А. Мусин. О преюдиции судебных актов // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2001. N 6. С. 65 - 66.
<2> А.П. Еремкина. Преюдиции в советском гражданском процессе: Автореф. канд. дис. М., 1970. С. 7.
<3> В.М. Семенов. Преюдициальное начало в советском гражданском процессе: Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Свердловск, 1952.
<4> Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 23 марта 1979 г. N 1 "О практике применения судами законодательства о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением" (с изменениями от 26 апреля 1984 г.). Текст Постановления официально опубликован не был.

а) вопрос не урегулирован уголовно-процессуальным законодательством;

б) разрешению подлежат гражданско-правовые отношения, вытекающие из данного уголовного дела;

в) применяемые нормы гражданского процессуального законодательства не противоречат нормам уголовно-процессуального законодательства.

Установив нарушение норм материального права, кассационная инстанция констатирует наличие оснований, не указанных в ст. 379 УПК и влекущих применение норм ГПК" <*>.

<*> Божьев В.П. Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева. М.: Спарк, 2002. С. 623.

В. Горобец указывает следующее: "То обстоятельство, что законодатель допустил возможность объединения уголовного и гражданского производств в рамках уголовного дела, само по себе не исключает целесообразности учета предписаний ГПК. При этом их применение должно осуществляться в пределах, не противоречащих нормам уголовного процесса (которые в данном случае являются приоритетными)" <1>. В. Сысоев и К. Храмцов полагают, что "нормы гражданского процессуального права применяются при производстве по гражданскому иску в уголовном процессе в той мере, в какой они регулируют отношения, не урегулированные уголовно-процессуальным правом, и не противоречат нормам уголовно-процессуального права" <2>. И наоборот, В. Бозров придерживается мнения, согласно которому распространение на уголовный процесс правил ГПК в тех случаях, когда в УПК отсутствуют необходимые нормы, регулирующие порядок рассмотрения гражданских исков, противоречит ч. 2 ст. 1 УПК РСФСР <3>, указывающей на применение уголовно-процессуального закона при производстве по уголовному делу (практически аналогичной по смыслу является ч. 1 ст. 1 УПК РФ, в соответствии с которой порядок уголовного судопроизводства на территории Российской Федерации устанавливается настоящим Кодексом, основанным на Конституции РФ). Не вдаваясь в полемику относительно возможности применения норм гражданского процессуального права при рассмотрении гражданского иска в уголовном процессе, не имеющую отношения к теме настоящей статьи, хотелось бы отметить следующее. По смыслу ч. 2 ст. 306 УПК РФ лишь оставление судом гражданского иска без рассмотрения не препятствует последующему его предъявлению и рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства. Поскольку действующий УПК РФ не содержит положений, регламентирующих преюдициальные последствия удовлетворения гражданского иска либо отказа в удовлетворении гражданского иска, из содержания ст. 306 УПК РФ можно сделать вывод о том, что удовлетворение или же отказ в удовлетворении гражданского иска при постановлении приговора препятствует последующему предъявлению иска тем же истцом к тому же ответчику о том же предмете и по тем же основаниям. Данная позиция была реализована при рассмотрении конкретных дел. Так, военный суд Пушкинского гарнизона признал младшего сержанта Айткулова виновным в превышении власти, повлекшем тяжкие последствия, и в причинении тяжкого телесного повреждения, повлекшего смерть потерпевшего Лозовского, а также удовлетворил гражданский иск супругов Лозовских в части взыскания в качестве компенсации морального вреда по 35 млн. руб. в пользу каждого из них и 7,6 млн. руб. на возмещение расходов на погребение сына Лозовских. В части возмещения расходов по установке надгробного памятника на могилу погибшего сына суд в удовлетворении гражданского иска отказал на основании того, что на момент рассмотрения дела такой памятник не был установлен и потерпевший не понес фактических расходов. Суд кассационной инстанции указал, что "в соответствии с п. 3 ст. 129 ГПК РСФСР решение суда гарнизона об отказе в удовлетворении иска лишило потерпевших права обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства, поскольку суд не вправе рассматривать гражданское дело в случае, если имеется вступившее в законную силу, вынесенное по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение суда. Между тем поскольку памятник подлежит установлению потерпевшими и для этого потребуются материальные затраты, то суду следовало признать за потерпевшими право на удовлетворение этих требований, а вопрос об их размерах передать на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства и не лишать потерпевшего в связи с отказом в удовлетворении иска права в дальнейшем обратиться в суд по поводу этих расходов" <4>. Из приведенного примера видно, что приговор суда в части решения по гражданскому иску, независимо от того, удовлетворен таким решением гражданский иск, или же в удовлетворении иска отказано, правоприменителем приравнивается по своим процессуальным последствиям к решению суда по гражданскому делу. Следовательно, к приговору в части решения по гражданскому иску необходимо применять ч. 2 ст. 55 ГПК РСФСР либо соответственно ч. 3 ст. 69 АПК РФ 2002 г. Аналогичным образом должно рассматриваться и решение о признании за истцом права на удовлетворение гражданского иска, когда в соответствии с ч. 2 ст. 309 УПК РФ (при необходимости произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском, требующие отложения судебного разбирательства) вопрос о размере возмещения гражданского иска передается для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства. Позиция, в соответствии с которой решение по гражданскому иску, предъявленному в уголовном деле (если гражданский иск не был оставлен без рассмотрения), приравнивается к решению суда, рассматривавшему дело в порядке гражданского судопроизводства, понятна. В противном случае возникает сомнение в самой необходимости существования института гражданского иска в уголовном процессе. Невозможность применения в данной ситуации п. 3 ст. 129 ГПК РСФСР (соответственно п. 2 ч. 1 ст. 150 АПК РФ 2002 г.) приведет к дублированию судопроизводства по спорам о возмещении вреда и соответственно вынесению судами противоположных по содержанию решений.

<1> В. Горобец. Особенности рассмотрения гражданского иска в уголовном процессе // Российская юстиция. 2001. N 1. С. 47.
<2> В. Сысоев, К. Храмцов. Так ли неуместен иск в уголовном процессе? // Российская юстиция. 2001. N 10.
<3> В. Бозров. Гражданский иск в уголовном процессе неуместен // Российская юстиция. 2001. N 5. С. 30.
<4> Обзор судебной работы военных судов гарнизонов и объединений за I полугодие 1997 г. Текст официально опубликован не был. Справочно-правовая система КонсультантПлюс.

Вместе с тем налицо непоследовательность по вопросу придания преюдициального значения приговору по уголовному делу, в котором гражданский иск не предъявлялся, и приговору, содержащему решение по предъявленному гражданскому иску. Действительно, даже если встать на позицию, согласно которой при производстве по гражданскому иску в уголовном процессе нормы гражданского процессуального права применяются в той мере, в какой они регулируют отношения, не урегулированные уголовно-процессуальным правом, и не противоречат нормам уголовно-процессуального права, все равно подобная процедура значительно отличается от рассмотрения дела в порядке гражданского (арбитражного) судопроизводства. Так, при рассмотрении гражданского иска, предъявленного по уголовному делу, характер и размер вреда подлежат доказыванию стороной обвинения; мировое соглашение возможно лишь по делам частного обвинения; возмещение упущенной выгоды недопустимо в принципе; предъявление гражданского иска в уголовном деле возможно и в том случае, когда обвиняемый (гражданский ответчик) еще не известен и т.п. Однако если доказывание гражданского иска в уголовном процессе производится по тем же правилам уголовного судопроизводства, почему приговор в одном случае обязателен для суда, рассматривающего дело в порядке гражданского (арбитражного) судопроизводства, лишь по вопросам о действиях, совершенных определенным лицом, а в другом случае, когда в приговоре содержится решение по гражданскому иску, преюдициальное значение приобретают и иные обстоятельства, установленные приговором (в частности, размер ущерба, размер денежной компенсации морального вреда и т.п.)? Предъявление гражданского иска никак не влияет на процедуру доказывания при производстве по уголовному делу. Следовательно, обстоятельства уголовного дела, установленные судом, изложенные в приговоре, должны обладать одинаковым преюдициальным значением независимо от того, предъявлялся гражданский иск по уголовному делу или нет.

В связи с вышеизложенным напрашивается следующий вопрос: обоснованно ли существование института гражданского иска в уголовном процессе?

В теории процессуального права высказывались различные точки зрения по данной проблеме. Одни ученые придерживаются мнения о необходимости исключения института гражданского иска из уголовно-процессуального закона, так как "правила и принципы гражданского судопроизводства, связанные с возмещением материального ущерба, нельзя механически "вживлять" в уголовный процесс, поскольку каждая из этих отраслей права самостоятельна как в предмете, так и методе регулирования. Институт гражданского иска из нового УПК должен быть исключен" <*>. Другие авторы полагают, что "институт гражданского иска не только не противоречит задачам и принципам уголовного судопроизводства, но, вполне соответствуя им, представляет собой дополнительную гарантию прав потерпевших от преступления" <**>. Не оспаривая аргументацию указанных авторов, хотелось бы отметить следующее: помимо процессуальной экономии времени, связанного с возмещением вреда, причиненного преступлением, гражданский иск в уголовном процессе обеспечивает возможность участия в уголовном деле в качестве гражданского истца или ответчика лиц, на права либо обязанности которых приговор может повлиять в дальнейшем (например, лица, несущие материальную ответственность за вред, причиненный преступными действиями осужденного). Если же институт гражданского иска будет исключен из уголовно-процессуального законодательства, участие указанных лиц в уголовном деле не представляется возможным, что, в свою очередь, приведет к применению ч. 3 ст. 55 ГПК РСФСР, ч. 3 ст. 69 АПК РФ 2002 г. в том случае, когда при рассмотрении дела в порядке гражданского либо арбитражного судопроизводства участвуют также лица, не имевшие никакой возможности принимать участие в уголовном деле и соответственно каким-либо образом влиять на результат рассмотрения дела (представлять доказательства, заявлять ходатайства, участвовать в судебном разбирательстве уголовного дела и т.п.), поскольку при буквальном толковании указанных норм можно сделать вывод о том, что преюдициальный характер носит любой приговор, независимо от того, участвуют в уголовном деле и деле, рассматриваемом судом, те же лица или нет. Подобное положение вряд ли можно признать правильным.

<*> В. Бозров. Гражданский иск в уголовном процессе неуместен // Российская юстиция. 2001. N 5. С. 29 - 30. Подобной позиции придерживается также И.Л. Петрухин: Вправе ли кассационная инстанция изменить сумму гражданского иска по уголовному делу? // Советское государство и право. 1966. N 10. С. 149.
<**> В. Сысоев, К. Храмцов. Так ли неуместен иск в уголовном процессе? // Российская юстиция. 2001. N 10.

Вместе с тем, полагаю, следует более детально отработать и нормативно закрепить процедуру предъявления и рассмотрения гражданского иска, по возможности приблизив порядок судопроизводства по гражданскому иску в уголовном процессе к порядку гражданского судопроизводства.