Мудрый Юрист

Ограничение родительских прав как мера ответственности за неисполнение решения суда о воспитании ребенка

Дергунова Виктория Андреевна, аспирантка кафедры адвокатуры и нотариата Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина, адвокат.

Статья посвящена рассмотрению института ограничения родительских прав как меры ответственности за неисполнение решения суда о воспитании ребенка на примерах судебной практики и опыта адвокатской деятельности автора.

Ключевые слова: адвокат, адвокатская деятельность, семейное право, споры о детях, ограничение родительских прав, судебная практика.

Limitation of Parental Rights as a Measure of Liability for Non-Fulfillment of a Court Order for Child Upbringing

V.A. Dergunova

Dergunova Victoria A., Postgraduate Student of the Department of Advocacy and Notaries of the Kutafin Moscow State Law University (MSAL), Lawyer.

The article is devoted to review of the institute of limitation of parental rights as a measure of liability for non-fulfillment of a court order for child upbringing based on the author's court practice examples and advocacy experience.

Key works: lawyer, advocacy, family law, disputes over children, limitation of parental rights, court practice.

Многочисленные примеры судебной практики по рассмотрению споров родителей о воспитании детей и опыт адвокатской деятельности автора позволяют сделать вывод о том, что разрешение споров родителей о месте проживания детей или порядке общения с ними в суде, а не самостоятельно родителями путем заключения соответствующего соглашения в основном обусловлено следующими причинами:

  1. Затянувшимся конфликтом родителей (например, возникшим в связи с распадом семьи или с разделом имущества), вследствие которого они не могут (или не желают) по взаимному согласию самостоятельно добровольно договориться о месте жительства их детей и порядке общения одного из них с ними, что является основным препятствием к мирному урегулированию спора даже при рассмотрении его в судебном порядке.
  2. Стремлением родителей (как сразу, так и спустя какое-то время после распада семьи (расторжения брака)) разрешить все вопросы, связанные с воспитанием ребенка до достижения им возраста 18 лет, путем получения соответствующего решения суда в надежде, что после его вынесения все конфликты будут либо вообще исчерпаны, либо разрешатся в соответствии с ним.
  3. Желанием одного из родителей (независимо от совместного проживания с ребенком) получить исключительное право решать все вопросы, связанные с его воспитанием, единолично, без согласования со вторым родителем через определение в судебном порядке места жительства ребенка с собой и ограниченного порядка общения с ним другого родителя (а порой и вообще без определения такового).
  4. Попыткой изменить фактически сложившиеся условия воспитания и привычное место жительства ребенка в связи с изменением существенных обстоятельств (например, возраста ребенка), чаще всего вопреки воле другого родителя, а порой и без учета интересов самого ребенка, даже в нарушение его прав.
  5. Желанием отдельно проживающего родителя устранить существующие препятствия в общении с ребенком, которые осознанно и умышленно чинятся ему родителем, совместно проживающим с ребенком.

Общим и объединяющим все названные выше причины последствием обращения родителей в суд за разрешением спора о ребенке зачастую становится полный разрыв отношений как между родителями, так и между отдельно проживающим родителем и ребенком <1>. Это характерно как для случаев, когда оба родителя отчаянно спорят о судьбе ребенка и всеми доступными способами уклоняются от исполнения вынесенных судебных актов, так и для случаев, когда только один из них заинтересован в правовой регламентации дальнейшего места жительства ребенка и порядка его воспитания другим родителем. В результате получается, что, несмотря на наличие решения суда, фактически отношения между родителями по поводу воспитания ребенка по-прежнему находятся в стадии конфликта, в связи с чем совместно проживающий с ребенком родитель препятствует общению второго родителя с ним, в том числе путем отказа в его передаче на воспитание тому родителю, с которым определено его место жительства на основании решения суда (в том числе когда ребенок передан судом на воспитание отдельно проживающему родителю при злостном невыполнении ранее вынесенного решения суда совместно проживающим с ребенком родителем в порядке п. 3 ст. 66 Семейного кодекса РФ) <2>. Такому недобросовестному поведению родителей способствует в том числе отсутствие эффективных механизмов принудительного исполнения вынесенных решений судов по спорам о детях, в то время как бездействие компетентных органов приводит к необратимым нарушениям прав и законных интересов детей и благоприятствует безответственному и безнаказанному поведению родителей, не исполняющих судебные решения об определении места жительства детей или порядка общения с ними. Согласно данным ФССП России количество находящихся на исполнении судебных решений, связанных с воспитанием детей (об отобрании ребенка, о возвращении ребенка, об определении его места жительства и порядка общения с ним, об осуществлении в отношении ребенка прав доступа, о розыске ребенка), растет с каждым годом <3> (см. таблицу).

<1> Громоздина М.В. Правовые аспекты раздельного проживания родителей // Право и политика. 2009. N 11. С. 2346 - 2349.
<2> Семейный кодекс РФ от 29 декабря 1995 г. (в ред. от 25 ноября 2013 г., с изм. от 31 января 2014 г.) // СЗ РФ. 1996. N 1. Ст. 16.
<3> Ведомственная статистическая отчетность ФССП // Официальный сайт Федеральной службы судебных приставов. URL: http://fssprus.ru/statistics.

Таблица 1. Судебные решения, связанные с воспитанием детей, по данным ФССП России

Наименование показателя

2014 г.

2015 г.

Первая половина 2016 г.

Всего находилось на исполнении исполнительных производств в отчетном периоде

Об отобрании ребенка

Об определении места жительства ребенка

Об определении порядка общения с ребенком

Об отобрании ребенка

Об определении места жительства ребенка

Об определении порядка общения с ребенком

Об отобрании ребенка

Об определении места жительства ребенка

Об определении порядка общения с ребенком

Всего находилось на исполнении исполнительных производств в отчетном периоде

1 046

419

5 365

840

613

8 633

470

449

6 375

Количество исполнительных производств, возбужденных в отчетном периоде

709

385

4 065

564

424

4 672

320

231

2 535

Всего отменено постановлений о возбуждении исполнительных производств

13

72

10

17

103

19

46

Всего окончено и прекращено исполнительных производств в отчетном периоде

734

214

1 613

680

370

4 720

312

185

2 161

В том числе: окончено, прекращено

фактическим исполнением (п. 1 ч. 1 ст. 47 ФЗ <*>)

634

146

726

560

239

2 962

278

122

1 444

добровольно исполнено должниками

605

140

675

519

193

2 612

148

35

44

<*> Федеральный закон "Об исполнительном производстве" от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ // СПС "КонсультантПлюс".

Это связано в том числе с тем, что размер и форма ответственности за неисполнение соответствующих решений судов, установленные в ч. 2 ст. 5.35 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях <4>, являются явно недостаточными и несоразмерными последствиям негативного влияния недобросовестного поведения родителя на ребенка, для которого штраф не является серьезным наказанием, стимулирующим его к добросовестному исполнению своих родительских прав и обязанностей.

<4> Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. N 195-ФЗ (в ред. от 12 марта 2014 г.) // Российская газета. 2001. 31 дек.

Судебная практика последних лет свидетельствует о новой тенденции в борьбе за исполнение вынесенного решения суда по исследуемым категориям дел, когда родитель, с которым определено место жительство ребенка, в связи с отказом другого родителя исполнить вынесенное решение суда и передать ребенка ему на воспитание обращается в суд с иском о лишении или об ограничении его родительских прав для достижения ранее поставленной цели - совместного проживания с ребенком. Эта тенденция также характерна и для принуждения исполнения судебных актов о порядке общения с детьми.

Так, например, Белгородский районный суд Белгородской области установил, что супруги развелись в 2015 году. Несмотря на то что по решению суда место жительства их 4-летнего сына судом определено с матерью, мальчик более года проживал с отцом, который препятствовал его встречам с матерью. Женщина обратилась в суд с иском об ограничении родительских прав бывшего супруга и взыскании с него алиментов на содержание ребенка. Ответчик, в свою очередь, заявил аналогичные встречные требования в отношении бывшей жены. Отец мальчика настаивал на том, что общение ребенка с матерью пагубно скажется на его развитии и воспитании из-за ее судимости. Ранее женщина была осуждена за совершение экономических преступлений. По решению суда наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев она будет отбывать после достижения ребенком 14-летнего возраста. Принимая решение, суд отклонил довод отца, отметив, что главным основанием для ограничения родительских прав является реальная угроза для жизни, здоровья и надлежащего воспитания ребенка. Сама по себе судимость матери не несет в себе подобной угрозы. Также суд не нашел оснований для ограничения родительских прав и в действиях отца. Оба иска были оставлены судом первой инстанции без удовлетворения.

Однако апелляционная инстанция посчитала требования матери ребенка обоснованными. Белгородский областной суд установил, что истица занималась воспитанием и содержанием сына до января 2015 года, когда ответчик в ходе ссоры забрал его и уехал в неизвестном направлении. С этого момента ребенка она больше не видела. Отец не вернул его и после вынесения судом решения об определении места жительства мальчика с матерью. Кроме того, ответчик злостно уклонялся от исполнения решения суда, все это время не проживал по месту регистрации, скрывался, в связи с чем был объявлен в розыск.

При определении места жительства ребенка суд исходил из интересов мальчика, учитывал его возраст и привязанность к матери, а также ее возможности создания условий для воспитания и развития сына.

Согласно п. 1 ст. 65 Семейного кодекса РФ родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение их интересов должно быть предметом основной заботы родителей.

Не исполнив решение суда, отец нарушил права ребенка, лишил его эмоционального и духовного общения с матерью, возможности постоянного проживания в определенном месте, что является опасным для малолетнего и может оказать негативное влияние на его психологическое состояние.

Из психолого-педагогического заключения по результатам диагностики уровня развития и эмоционального состояния ребенка, представленного суду отцом, следует, что у мальчика отсутствует восприятие матери как члена семьи и память о ней. Между тем согласно психолого-педагогической консультации расставание с матерью на срок свыше шести месяцев в столь раннем возрасте имеет тяжелые последствия и влияет в дальнейшем на формирование личности. Педагог-психолог рекомендовал в кратчайшие сроки обеспечить общение мальчика с матерью.

Белгородский областной суд принял новое решение по делу, удовлетворив требования истицы. Решением суда отец ребенка ограничен в родительских правах и обязан ежемесячно выплачивать алименты на содержание ребенка в размере всех видов заработка и иного дохода <5>.

<5> Решение Белгородского районного суда Белгородской области от 30 марта 2016 г. по делу N 2-275/2016; Апелляционное определение Белгородского областного суда от 5 июля 2016 г. по делу N 33-3180/2016 // Архив Белгородского областного суда.

Аналогичные дела были рассмотрены Головинским районным судом г. Москвы (гражданское дело N 2-942/12) <6>, Чертановским районным судом г. Москвы (гражданское дело N 2-5420/2014) <7>, Никулинским районным судом г. Москвы (гражданское дело N 02-6137/2016) и Гагаринским районным судом г. Москвы (гражданское дело N 02-7499/2016).

<6> Решение Головинского районного суда г. Москвы от 23 марта 2012 г. по делу N 2-942/12 // Архив Головинского районного суда г. Москвы.
<7> Решение Чертановского районного суда г. Москвы от 18 декабря 2014 г. по делу N 2-5420/2014 // Архив Чертановского районного суда г. Москвы.

Таким образом, ограничение родительских прав можно рассматривать в том числе и как меру ответственности за неисполнение решения суда о воспитании ребенка (см. результаты опроса адвокатов на рис. 1).

Рис. 1. Результаты опроса автором юристов и адвокатов, оказывающих правовую помощь в спорах родителей о детях <8>

<8> Результаты опроса автором юристов и адвокатов, оказывающих правовую помощь в спорах родителей о детях. URL: https://docs.google.com/forms/d/e/1FAIpQLSc1L4csP9eH-S2Ni0RWIz1P-cqedC8bPE8jVGtCQ_mSWBgumg/viewform?c=0&w=1.

Анализ судебной практики по рассмотрению соответствующих дел позволяет сделать вывод о том, что для применения судом положений п. 2 ст. 73 Семейного кодекса РФ адвокату следует доказать, что злостное неисполнение ранее вынесенного решения суда о порядке общения с ребенком или месте его жительства, во-первых, свидетельствует о действиях родителя в противоречии с интересами ребенка, определенными вступившим в законную силу решением суда, вынесенным исходя из них, а, во-вторых, наносит вред его здоровью, то есть является опасным для ребенка, и представляет собой не что иное, как злоупотребление родительскими правами. Следует особо подчеркнуть, что для рассмотрения института ограничения родительских прав как меры ответственности родителя за неисполнение решения суда о воспитании ребенка чинение препятствий одним родителем другому в общении с ребенком должно быть выражено в фактически полном его отсутствии в жизни ребенка против воли ребенка и самого родителя в нарушение ст. 54, 55 Семейного кодекса РФ; сокрытие места нахождения ребенка одним из родителей должно происходить не только от второго родителя, но и от представителей органов государственной власти и (или) выражаться в фактическом лишении его постоянного места жительства. Приведенные в качестве примеров случаи недобросовестного исполнения родителем своих родительских обязанностей и злоупотребления родительскими правами при условии непосредственного пребывания вместе с ребенком позволяют говорить о том, что родитель не руководствуется интересами и правами ребенка при совершении определенных действий, напрямую влияющих на его жизнь, в связи с чем его поведение можно рассматривать как опасное для ребенка с диспозиции ст. 73 Семейного кодекса РФ при дальнейшем разлучении ребенка с другим родителем, вопреки установленным судом интересам ребенка при принятии решения по спору о его воспитании, которое может оказать негативное влияние на его дальнейшее психологическое состояние.

В то же время важными правовыми последствиями, отличающими решение суда об ограничении родительских прав от решений судов об определении места жительства ребенка или порядка общения с ним отдельно проживающему родителю, становятся фактически судебный запрет виновному родителю на совместное проживание и нахождение с ребенком, прекращение отношений представительства ребенка этим родителем, а значит, возможность использовать такие механизмы принудительного исполнения вынесенного решения суда, как, например, осуществление розыска ребенка и передачи его родителю органами МВД России, принципиально отличающимся в подходе его организации в сравнении с ФССП России <9>, для которых в российском законодательстве отсутствуют четко прописанные действия, регламентирующие розыск ребенка по исполнительному документу, содержащему требование о его отобрании или передаче. Розыск детей органами МВД ведется при обстоятельствах, которые могут свидетельствовать о криминальном характере их исчезновения, а значит, применительно к исследуемой категории споров по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 105, 126, 330 Уголовного кодекса РФ <10>, в связи с чем его процедура регламентирована Федеральным законом "Об оперативно-розыскной деятельности" <11>, нормы которого не распространяются на действия государственных гражданских служащих ФССП России в связи с отсутствием у нее статуса правоохранительного органа.

<9> См.: Указ Президента РФ от 23 сентября 2011 г. N 1240 "О внесении изменений в Положение о Федеральной службе судебных приставов, утвержденное Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. N 1316" // СЗ РФ. 2011. N 39. Ст. 5458; Вопросы Федеральной службы судебных приставов: Указ Президента РФ от 13 октября 2004 г. N 1316 // СЗ РФ. 2004. N 42. Ст. 4111.
<10> Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ // СЗ РФ. 1996. N 25. Ст. 2954.
<11> Федеральный закон от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности" // СЗ РФ. 1995. N 33. Ст. 3349.

Признавая легитимность применения института ограничения родительских прав как меры ответственности родителя за неисполнение решения суда о воспитании ребенка, в целях исключения споров о законности применения п. 2 ст. 73 Семейного кодекса РФ и подобного его расширительного толкования в судебной практике, автор считает, что необходимо закрепление возможности ограничения родительских прав в случаях злостного неисполнения вынесенных и вступивших в силу решений судов об определении места жительства детей и порядка общения с ними на уровне высшей судебной инстанции в обзоре практики разрешения судами споров о воспитании детей или ином соответствующем постановлении. В качестве альтернативного предложения также представляется возможным дополнение п. 2 ст. 73 Семейного кодекса РФ абзацем следующего содержания: "Ограничение родительских прав также допускается в случае нарушения родителем ребенка прав и интересов ребенка, выразившегося в лишении его права на общение с другим родителем, если такое общение не противоречит интересам ребенка, в намеренном сокрытии места нахождения ребенка помимо его воли, в неисполнении судебного решения об определении места жительства ребенка, в неисполнении судебного решения о порядке осуществления родительских прав либо в ином воспрепятствовании осуществлению другому родителю прав на воспитание и образование ребенка и на защиту его прав и интересов". Предложенная редакция абзаца будет соответствовать диспозиции ч. 2 ст. 5.35 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, что немаловажно для осуществления адвокатами своей деятельности по доказыванию наличия оснований для ограничения родительских прав в рассматриваемых случаях при представлении интересов и осуществлении защиты нарушенных прав добросовестных родителей и детей, в том числе на совместное проживание и общение, в исследуемой категории дел.

Литература

  1. Федеральный закон от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности" // СЗ РФ. 1995. N 33. Ст. 3349.
  2. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. N 195-ФЗ (в ред. от 12 марта 2014 г.) // Российская газета. 2001. 31 дек.
  3. Семейный кодекс РФ от 29 декабря 1995 г. (в ред. от 25 ноября 2013 г., с изм. от 31 января 2014 г.) // СЗ РФ. 1996. N 1. Ст. 16.
  4. Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ // СЗ РФ. 1996. N 25. Ст. 2954.
  5. Указ Президента РФ от 23 сентября 2011 г. N 1240 "О внесении изменений в Положение о Федеральной службе судебных приставов, утвержденное Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. N 1316" // СЗ РФ. 2011. N 39. Ст. 5458.
  6. Решение Белгородского районного суда Белгородской области от 30 марта 2016 г. по делу N 2-275/2016.
  7. Решение Головинского районного суда г. Москвы от 23 марта 2012 г. по делу N 2-942/12 // Архив Головинского районного суда г. Москвы.
  8. Решение Чертановского районного суда г. Москвы от 18 декабря 2014 г. по делу N 2-5420/2014 // Архив Чертановского районного суда г. Москвы.
  9. Апелляционное определение Белгородского областного суда от 5 июля 2016 г. по делу N 33-3180/2016 // Архив Белгородского областного суда.
  10. Ведомственная статистическая отчетность ФССП // Официальный сайт Федеральной службы судебных приставов. URL: http://fssprus.ru/statistics.
  11. Вопросы Федеральной службы судебных приставов: Указ Президента РФ от 13 октября 2004 г. N 1316 // СЗ РФ. 2004. N 42. Ст. 4111.
  12. Громоздина М.В. Правовые аспекты раздельного проживания родителей // Право и политика. 2009. N 11. С. 2346 - 2349.