Мудрый Юрист

Уголовная ответственность за публичные призывы к совершению действий, направленных на нарушение территориальной целостности России, и право на свободу слова: проблемы соотношения

Чернявский Дмитрий Олегович, аспирант Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации.

В статье рассматривается вопрос соотношения уголовной ответственности за публичные призывы к совершению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации, и права на свободу слова. Анализируются международные правовые акты, гарантирующие право на свободу слова, Конституция Российской Федерации, положения ст. 280.1 УК РФ. Рассматривается вопрос о допустимости установления ограничений на свободу слова, а также обстоятельства, при которых они допускаются. В работе освещены различные подходы к указанной проблематике.

Ключевые слова: публичные призывы, свобода слова, уголовная ответственность, территориальная целостность, злоупотребление правом, ограничение права.

Criminal Liability for Public Incitement to Commitment Aimed at Violation of the Territorial Integrity of Russia, and the Right to Free Speech: Correlation Issues

D.O. Cherniavskiy

Cherniavskiy Dmitry O., Postgraduate Student of the Academy of the Prosecutor General's Office of the Russian Federation.

The article discusses the ratio of criminal liability for public incitement to commit acts aimed at violating the territorial integrity of the Russian Federation, and the right to freedom of expression. Analyzes the international legal instruments that guarantee the right to freedom of expression, the Constitution of the Russian Federation, the provisions of Article 280.1 of the Criminal Code. The question of the admissibility of restrictions on freedom of expression, as well as the circumstances under which they were admitted. The paper highlights the different approaches to the mentioned issues.

Key words: public calls, freedom of expression, criminal responsibility, territorial integrity, abuse of rights, restriction of the right.

Уголовно-правовой запрет публичных призывов к совершению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации (ст. 280.1 УК РФ), устанавливает ограничение на распространение такой информации, что возможно трактовать как ограничение права на свободу слова. Более того, есть мнение, что такого рода запреты могут быть использованы не только для борьбы с экстремизмом, защиты основ конституционного строя и территориальной целостности государства, но и как средство борьбы с оппозицией и "инакомыслием".

Ряд авторов считает, что введение в уголовный закон конструкции "публичные призывы" заложило возможность ее использования в качестве инструмента политической борьбы и устранения противников и, как следствие, является ничем не оправданным и недопустимым ограничением свободы слова <1>. Другие, напротив, считают, что такие ограничения являются необходимыми и оправданными, поскольку не ущемляют право на свободу слова как таковую, а лишь служат средством недопущения злоупотребления указанным правом <2>.

<1> Шевченко И.В. Уголовная ответственность за террористическую деятельность: уголовно-правовой и правоприменительный аспекты: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2010. С. 18; Он же. Уголовно-правовая характеристика публичного призыва к осуществлению террористической деятельности или публичного оправдания терроризма // Вестник Саратовской государственной академии права. 2009. N 1. С. 135.
<2> Шибзухов З.А. Публичные призывы к осуществлению террористической деятельности и публичное оправдание терроризма: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2012. С. 78.

Конституция России (далее - Конституция) в ст. 29 закрепляет, что каждому гарантируется свобода мысли и слова. Не допускаются пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду. Установлен запрет на пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства. Никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них. При этом каждый человек обладает правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, цензура запрещена.

На первый взгляд можно констатировать коллизию между конституционными положениями и рассматриваемой уголовно-правовой нормой, поскольку перечень запрещенных к распространению сведений является исчерпывающим, в связи с чем публичные призывы к совершению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации, не входят в этот перечень, а, следовательно, недопустимо осуществлять уголовное преследование в отношении лица, распространяющего такие призывы. В таком случае необходимо признать ст. 280.1 УК РФ противоречащей Конституции. Однако такой подход представляется весьма поверхностным.

С учетом положений ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод ETS N 005 (Рим, 4 ноября 1950 г. с изменениями и дополнениями) <3> (далее - Конвенция), где провозглашается право на свободное выражение своего мнения, это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ.

<3> Конвенция "О защите прав человека и основных свобод" (заключена в г. Риме 04.11.1950) // СЗ РФ. 2001. N 2. Ст. 163.

При этом ч. 2 указанной статьи устанавливает, что осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе, в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

Поскольку Российская Федерация ратифицировала указанную Конвенцию, публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности России, подпадают под вышеуказанные ограничения. И хотя Конституция не называет данные сведения в качестве запрещенных, положение ч. 2 ст. 10 Конвенции позволяет установить ограничение на распространение подобной информации и установить уголовную ответственность за осуществление подобных призывов.

Кроме того, Международным комитетом по правам человека предпринималась попытка установить границы права на свободу слова <4>. Установлено, что любой человек вправе придерживаться своего мнения, а также свободно выражать его, то есть свободно искать, получать и распространять любую информацию и идеи вне зависимости от государственных границ, при этом способ реализации этого права остается на усмотрение самого лица. Вместе с тем отмечается, что на лицо, реализующее право на свободу слова, накладываются особая обязанность и ответственность, что, в свою очередь, предполагает установление ограничений, которые должны быть определены на законодательном уровне в целях уважения прав и репутации других лиц, а также для охраны государственной безопасности, общественного порядка <5>.

<4> Голубок С.А., Тимофеев М.Т. Где начинается и чем кончается свобода слова: замечание общего порядка N 34 Комитета по правам человека // Международное правосудие. 2012. N 3. С. 32 - 36.
<5> Там же.

Устанавливаемые государством ограничения права на свободу слова должны быть соразмерны охраняемым Конституцией и другими федеральными законами ценностям. При этом необходимо добиться сбалансированности интересов личности, отдельных социальных групп, общества и государства. В качестве критерия, позволяющего устанавливать указанные ограничения, должна выступать потенциальная возможность распространяемой информации подорвать основы конституционного строя, безопасность и обороноспособность государства, оказать негативное влияние на нравственные и моральные устои общества, а также нанести вред правам и свободам как других лиц, так и общества в целом.

При этом само по себе ограничение не может ставить под сомнение право на свободу слова, поскольку такие ограничения не отменяют его, а лишь служат исключением из правила, в силу чего введение подобных запретов не должно рассматриваться в качестве попрания свободы слова. В вышеупомянутых нормативно-правовых актах подчеркивается, что вводимые ограничения должны быть законодательно оформлены и вводятся для защиты общественно значимых целей. Комитет по правам человека указывает, что даже в рамках борьбы с терроризмом не должно допускаться ограничение свободы слова сверх меры. Так, устанавливая уголовную ответственность за призывы к осуществлению террористической деятельности, экстремистской деятельности, оправдание терроризма, законодатель должен четко, ясно и максимально конкретно очертить круг указанных деяний, а также закрепить их законодательное определение, что исключало бы в ходе правоприменительной практики произвольное, безосновательное ограничение права на свободу слова.

Кроме того, некоторые ученые полагают, что установление законодательных ограничений на некоторые конституционные права, в том числе на право на свободу слова, является не только допустимым, но и жизненно необходимым решением. Авторы рассматривают защиту личности через призму защищенности и поддержания обороноспособности Российской Федерации, подчеркивая, что на сегодняшний день в стране увеличивается количество организаций, проповедующих "европейские" и "американские" "демократические ценности", при этом получая значительную финансовую помощь из-за рубежа. Впоследствии такие организации выступают механизмом проведения государственных переворотов. В этой связи необходимо своевременно ограничивать распространяемую ими информацию и призывы, при этом устанавливаемые ограничения необходимо считать законными и обоснованными, предотвращающими возможность злоупотребления предоставленным правом, в целях причинения вреда охраняемым законом интересам общества и государства <6>.

<6> Федотова Ю.Г. Правовые средства ограничения прав и свобод граждан и организаций в целях обеспечения обороны страны и безопасности государства // Современное право. 2015. N 4. С. 21 - 28.

Таким образом, указанная точка зрения является вполне обоснованной и заслуживающей внимания, поскольку на сегодняшний день набирают силу организации экстремистской и террористической направленности, которые, злоупотребляя правом на свободу слова, будут стараться причинить максимальный ущерб как государству, так и отдельно взятым гражданам и обществу в целом, подрывая обороноспособность и безопасность нашей страны. При этом справедливо указывается и на активизацию деятельности иностранных спецслужб, использующих все возможные способы, в том числе и свободу слова, для формирования необходимых настроений и представлений в умах людей, в целях проведения в будущем государственных переворотов со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Однако, несмотря на все вышесказанное, существуют и противники ограничения права на свободу слова, основным аргументом которых выступает утверждение, что право на свободу слова является одной из фундаментальных основ любого демократического общества и правового государства. Об этом неоднократно говорил Европейский суд по правам человека, ссылаясь на п. 1 ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, подчеркивая, что именно благодаря этой основе и происходит развитие общества и самореализация каждого отдельно взятого человека. При этом утверждается, что право на свободу слова охватывает не только благоприятные либо нейтральные идеи и какую-либо информацию, но и те, которые имеют отрицательное воздействие. Подобная позиция аргументируется необходимостью соблюдения плюрализма и либерализма, без которых немыслимо и само существование демократического общества <7>. В этой связи сам факт установления каких бы то ни было ограничений трактуется как попрание демократических ценностей, попытка ограничить личность в ее основных правах, к которым и относится право свободно получать и распространять информацию. Сторонники указанной позиции убеждены, что необходимо предоставлять право на свободное распространение даже вредоносной информации ради сохранения принципов и идеалов "демократического государства". Центральное место в указанной позиции занимает именно "политический плюрализм", который, по сути, провозглашает свободу идеологии. С точки зрения авторов указанной концепции, данный принцип подразумевает свободу в праве выбора, какой идеологии придерживаться.

<7> Тимошенко В.А., Смушкин А.Б. Комментарий к Закону РФ от 27.12.1991 N 2124-1 "О средствах массовой информации" // СПС "КонсультантПлюс".

Однако трудно согласиться с указанной позицией по следующим основаниям.

Как уже отмечалось ранее, международное право, закрепляя свободу слова в качестве фундамента демократического общества, как одно из важнейших прав личности, включающее в себя свободу искать и распространять информацию независимо от государственных границ, все же предусматривает возможности ограничения указанного права в целях обеспечения безопасности самих государств и иных значимых для общества ценностей. Безусловно, как и отмечалось ранее, такие ограничения должны соответствовать принципу соразмерности и являются скорее лишь исключениями из правила, потому и недопустимо говорить о каком бы то ни было противоречии либо попрании норм международного права и демократических ценностей. Возьмем тот же самый уголовно-правовой запрет на совершение публичных призывов к совершению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации.

Во-первых, сами призывы к совершению указанных действий являются негативной информацией, направленной на дезорганизацию деятельности общества и государства, на возникновение и усиление внутригосударственных противоречий, направленных в конечном счете на усиление сепаратистских настроений с последующим отделением от государства определенной территории, что представляет для последнего непосредственную угрозу как нарушения территориальной целостности, так и ставит под вопрос его дальнейшее существование. Во-вторых, лицо, совершающее указанные деяния, изначально осознает вредоносность распространяемой информации, а также ее последствия и, кроме того, желает их наступления. Таким образом, субъект сознательно и целенаправленно злоупотребляет правом на свободу слова, в целях наступления негативных последствий как для государства, так и для общества и отдельных граждан.

Установленная ст. 280.1 УК РФ ответственность за публичные призывы к совершению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации, целиком вписывается в рамки международного права. Во-первых, как уже говорилось выше, ограничение права на свободу установлено федеральным законом, коим является УК РФ. Во-вторых, ограничения установлены в целях обеспечения: целостности и безопасности государства, интересов общества и отдельных граждан, поскольку отделение какой-либо территории повлечет нарушение прав и свобод человека и гражданина (а именно определенной группы лиц), нарушение экономических связей и т.д. В-третьих, при установлении уголовно-правового запрета соблюден баланс интересов, а именно приоритет обеспечения безопасности, обороноспособности и территориальной целостности государства, как того и требуют рассмотренные выше международные нормативно-правовые акты. Более того, все эти пункты нашли свое отражение в ст. 55 Конституции, согласно которой права и свободы могут быть ограничены только федеральным законом в той мере, в которой необходимо в целях обеспечения защиты основ конституционного строя, обороны страны и безопасности государства, законных прав и свобод других лиц. Кроме того, аргумент о нарушении идеологического и политического плюрализма в связи с введением ст. 280.1 УК РФ не только в силу вышеуказанных причин, но и в силу ч. 5 ст. 13 Конституции, согласно которой запрещены создание и деятельность организаций, чьими целями являются в том числе нарушение территориальной целостности государства, а, следовательно, и запрещено распространение подобных идей. При этом следует отметить, что рассматриваемый уголовно-правовой запрет не касается высказывания тем или иным лицом своей точки зрения, в том числе в ходе осуществления научной деятельности, и т.д. Иными словами, ограничение установлено исключительно в отношении публичных призывов к действию.

Довод о том, что новый уголовно-правовой запрет будет использоваться в качестве инструмента борьбы с оппозицией, также не нашел своего подтверждения. Содержание ст. 280.1 УК РФ изложено достаточно четко, в связи с чем риск произвольного толкования и применения рассматриваемой правовой нормы минимален. Конечно, можно извратить содержание любой правовой нормы и довести ее применение до абсурда. Но в этом случае все зависит от правоприменителя, а именно органов предварительного расследования, прокуратуры и судов.

Таким образом, установление ответственности за публичные призывы к совершению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации, не только соответствует принципам и нормам международного права, положениям Основного Закона страны, но и является тем необходимым ограничителем злоупотребления права на свободу слова, которое способно нанести существенный (а возможно и непоправимый) вред интересам общества и государства.

Литература

  1. Голубок С.А., Тимофеев М.Т. Где начинается и чем кончается свобода слова: замечание общего порядка N 34 Комитета по правам человека // Международное правосудие. 2012. N 3. С. 32 - 36.
  2. Тимошенко В.А., Смушкин А.Б. Комментарий к Закону РФ от 27 декабря 1991 г. N 2124-1 "О средствах массовой информации" (постатейный) // СПС "КонсультантПлюс".
  3. Федотова Ю.Г. Правовые средства ограничения прав и свобод граждан и организаций в целях обеспечения обороны страны и безопасности государства // Современное право. 2015. N 4. С. 21 - 28.
  4. Шевченко И.В. Уголовно-правовая характеристика публичного призыва к осуществлению террористической деятельности или публичного оправдания терроризма // Вестник Саратовской государственной академии права. 2009. N 1. С. 133 - 136.
  5. Шевченко И.В. Уголовная ответственность за террористическую деятельность: уголовно-правовой и правоприменительный аспекты: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Тамбов, 2010. 24 с.
  6. Шибзухов З.А. Уголовная ответственность за публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публичное оправдание терроризма: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2012. 181 с.