Мудрый Юрист

Залог акций - дело перспективное

Залог акций представляется весьма перспективным делом по следующим причинам:

В силу вышесказанного можно прогнозировать развитие данного вида залога, и поэтому важно обозначить правовые проблемы, которые с большой вероятностью могут возникнуть на практике.

Статья 128 ГК РФ гласит: "К объектам гражданских прав относятся вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права...".

Определение ценной бумаги содержится в ст. 142 ГК РФ, устанавливающей, что ценной бумагой является документ, удостоверяющий... имущественные права. При сопоставлении двух указанных норм обнаруживаем их определенное несоответствие: ст. 128 ГК РФ относит ценные бумаги к вещам, в то время как ст. 142 ГК РФ определяет ценные бумаги как документ, фиксирующий содержащиеся в нем имущественные права, но не вещь. По своей сути ценная бумага представляет собой односторонний контракт, заключенный в единственном экземпляре, в котором одна из сторон может быть изменена без согласия другой стороны. Здесь стоит особо отметить, что данный контракт - сугубо односторонний, причем эмитент всегда выдает обязательство, а "держатель" в таком контракте - всегда "кредитор". Акция, если подходить к ней в таком аспекте, представляет собой документ, оформляющий контракт объединения неких капиталов после покупки определенным акционером денег и в котором одна сторона контракта - акционер - вправе изменяться без согласия другой стороны - эмитента акций.

Проблема залога акций состоит в том, что ГК РФ не содержит четкого законодательного разделения таких прав, как:

  1. обязательство - совокупность прав требований, выраженных в ценной бумаге;
  2. вещное право на носитель права требования.

Совершенно очевидно, что стоимость носителя требования (акции, например, как материальной вещи) гораздо меньше выраженной на этом носителе стоимости права требования (обязательства).

Таким образом, под термином "ценная бумага" вообще и "акция" в частности следует подразумевать совокупность неких прав требования - как свободно выраженное обязательство, выраженное на каком-либо носителе.

Природа акции

Несмотря на то, что акция как разновидность ценной бумаги наиболее часто упоминается в ГК РФ (ст. 143, ч. 7 ст. 66, ч. 2 ст. 68, ч. 1 ст. 96, ч. ч. 1, 2 ст. 97, ч. ч. 1, 3, 6 ст. 98, ч. ч. 1 - 3, 5 ст. 99, ч. ч. 1, 3 ст. 100, ч. ч . 1, 2 ст. 101, ч. 1 ст. 102, ч. ч. 1, 2 ст. 106, ч. 3 ст. 109), четкого определения этого понятия Кодекс все же не дает. Законодательное определение содержится в Основах гражданского законодательства СССР и в Федеральном законе "О рынке ценных бумаг" от 22 апреля 1996 г. N 39-ФЗ (в ред. от 7 августа 2001 г.).

Согласно ст. 36 Основ акцией признается ценная бумага, удостоверяющая право ее держателя (акционера) на получение части прибыли акционерного общества в виде дивидендов, на участие в управлении делами акционерного общества и на часть имущества, оставшегося после ликвидации. В соответствии же со ст. 2 Закона N 39-ФЗ "акция - эмиссионная ценная бумага, закрепляющая права ее акционера на получение части прибыли акционерного общества в виде дивидендов, на участие в управлении акционерным обществом и на часть имущества, остающегося после ликвидации".

Таким образом, акция представляет собой документ со строго определенными формальными признаками, удостоверяющий триаду прав два из которых имущественные (право на получение части прибыли и право на часть имущества после ликвидации общества) и одно право неимущественное (право на участие в управлении обществом). Привилегированные акции не предоставляют права на управление обществом, и это следует иметь в виду в дальнейшем.

Несмотря на то, что в ГК РФ существует отдельная норма, указывающая на обязательность соблюдения формальных реквизитов ценной бумаги (ст. 144 ГК РФ), ст. 149 ГК РФ допускает возможность параллельного существования бездокументарных ценных бумаг. Причем анализ упомянутой нормы позволяет рассматривать ценную бумагу практически исключительно как способ фиксации прав, на что в статье прямо и указано: "В случаях, определенных законом, или в установленном им порядке лицо, получившее лицензию, может производить фиксацию прав, закрепляемых именной или ордерной бумагой, в том числе и в бездокументарной форме...".

Вместе с тем некоторые авторы (например, Белов В.А.) предлагают рассматривать ценную бумагу (в т.ч. и акцию) не только как документ с информацией о правах (основание и доказательство возникновения и существования названных в бумаге правоотношений), но и как особый объект гражданских правоотношений. Этот же автор оперирует такими понятиями, как "право на бумагу" и "право из бумаги", обрисовывая следующую взаимосвязь: право собственности или иное вещное право на документ, претендующий на статус ценной бумаги (право на бумагу), должно быть таким образом связано с правом, инкорпорированным в нем (право из бумаги), что без него оно не может быть ни осуществлено, ни передано, т.е. "право из бумаги следует за правом на бумагу" (Белов В.А. Ценные бумаги в российском гражданском праве. М.: ЮрИнфоР, 1996).

Подводя итог сказанному выше, следует отметить, что действующее законодательство двояко определяет акцию: с одной стороны, как объект гражданских прав (ст. 128 ГК РФ), с другой - как сугубо формализированный способ фиксации определенных прав (ст. 2 Закона N 39-ФЗ, ст. 36 Основ). Столь разноуровневый законодательный подход к ценной бумаге ставит нас перед вопросом: что есть залог акций - залог имущества либо залог имущественных

прав?

Основная проблема залога акций

Гражданский кодекс РФ допускает залог имущественных прав. Согласно ст. 336 "предметом залога может быть всякое имущество, в том числе вещи и имущественные права (требования)...".

Косвенный ответ на вопрос "что есть залог акций?" содержится в п. 4 ст. 338 ГК РФ: "При залоге имущественного права, удостоверенного ценной бумагой, она передается залогодержателю либо в депозит нотариуса, если договором не предусмотрено иное".

Содержание данной нормы позволяет утверждать, что залог акций - это прежде всего залог содержащейся в них совокупности прав, но не самих акций как имущества. Однако и такое утверждение требует обоснования материальными нормами права.

Рассмотрим пример первый, когда под залогом акций понимается некоторое обременение. В этом случае залогодатель не вправе производить отчуждение (передачу) либо иное распоряжение акциями без согласия залогодержателя, но может использовать всю совокупность прав, предоставленных ему данными ценными бумагами. Получает дивиденды, управляет акционерным обществом и при ликвидации этого общества получает часть имущества. При таком подходе к залогу залогодатель может быть ограничен, по существу, только в своем стремлении к смене собственника акций. По сути в юридическом положении залогодателя как акционера не меняется ничего, поскольку акции в таком случае заложены как бумажный носитель закрепленных на них прав. При такой позиции неурегулированным остается и залог акций бездокументарных, поскольку при отсутствии бумажного носителя (и залоге акций в бездокументарной форме) заложены могут быть только имущественные права, но никак не имущество.

Кроме того, при залоге акций интересы залогодержателя способен удовлетворить только крупный пакет акций, имеющих к тому же рыночную котировку. Не исключено, что залогодатель (как акционер), используя, например, одно либо несколько из своих прав - право на управление обществом и право на получение дивидендов, способен путем принятия соответствующих решений (и такие случаи происходят на практике) совершить невыгодные для общества сделки (различными способами, как-то: отчуждение основных средств предприятия, смена руководящего состава и пр.), в результате чего рыночная стоимость акций может весьма значительно уменьшиться, что приведет к ущемлению интересов залогодержателя.

Пример второй. В этом случае при залоге акций закладывается прежде всего не их бумажный носитель, но зафиксированные на этом носителе имущественные и неимущественные права. Каков статус залогодателя как акционера в этом случае? В арбитражной практике и в юридической литературе не содержится прямого ответа на данный вопрос; в такой ситуации происходит следующее: залогодатель, производя залог указанных выше прав, ограничивает себя в возможности их осуществления, т.е. практически лишается права управлять обществом (путем голосования), получать дивиденды и пр. на время залога прав. Напротив, залогодержатель приобретает права на участие в управлении обществом (пусть и ограниченном), право на получение дивидендов и пр. Здесь наблюдается параллельное существование двух вещей: сохраняя право собственности на имущественные права, залогодатель фактически не пользуется ни одним из них, тогда как залогодержатель, не имея права собственности на указанные права, фактически пользуется и владеет ими. Анализ Федерального закона "Об акционерных обществах" от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ (в ред. от 21 марта 2002 г.) (ст. ст. 32, 49) позволяет сделать вывод о том, что законодатель признает акционером владельца (но не собственника) акций. Следовательно, только такая конструкция залога акций служит надежной защитой интересов залогодержателя в силу того, что последний фактически занимает место залогодателя как акционера.

Каждый из приведенных выше примеров имеет один главный недостаток - возможность злоупотребления незаложенными (как в первом случае) либо заложенными (как во втором случае) правами.

Пример третий. Есть некий промежуточный вариант или компромисс между вышеописанными первым и вторым случаями. Залогодатель закладывает свои имущественные права. На срок действия залога вводится "мораторий", при котором правами, вытекающими из владения заложенными акциями, не пользуется также и залогодержатель. При этом возникает вопрос о необходимости обеспечения минимального участия залогодателя в управлении обществом с целью хотя бы его оперативного управления. Гарантией интересов залогодержателя является только "пассивное" пользование своими правами залогодателя. Вместе с тем и у такой позиции имеются недостатки: в соответствии со ст. 346 ГК РФ залогодержатель вправе пользоваться переданным ему предметом залога в случаях, предусмотренных договором.

Вторичные проблемы залога акций

Приняв за основу тот факт, что залог акций не что иное, как залог имущественных прав, можно столкнуться со следующей проблемой: какое именно из триады имущественных и неимущественных прав подлежит залогу?

Прямого ответа на данный вопрос законодательство не содержит. Однако, на мой взгляд, тут возможны варианты.

Вариант первый. При залоге акции закладывается вся триада прав, и каждое право в отдельности ограничено. По мнению автора, такой залог более правомерен, поскольку по своей природе акция - совокупность определенных прав, согласно ст. 142 ГК РФ, "документ, удостоверяющий ... имущественные права, осуществление или передача которых возможны только при его предъявлении. С передачей бумаги переходят все удостоверенные ею права в совокупности". В соответствии с п. 4 ст. 338 ГК РФ "при залоге имущественного права, удостоверенного ценной бумагой, она передается залогодержателю...", залог прав есть передача ценной бумаги, а при передаче ценной бумаги передаются все права в совокупности.

Вариант второй. В этом случае, соответственно, закладывается одно или несколько (но не все) имущественных либо неимущественных прав. В целом для такой схемы залога нет прямых законодательных ограничений, за исключением формулировок типа "если иное не вытекает из существа залога..." и принципа нецелесообразности такого залога.

Несколько слов о залоге привилегированных акций. На мой взгляд, здесь сохраняются те же принципы залога, за исключением того, что залог привилегированных акций не позволяет залогодержателю участвовать в управлении и залог, таким образом, сводится к обладанию двумя правами - правом на получение дивидендов и имущества в случае ликвидации общества.

Арбитражная и нормотворческая практика

Что касается проблемы залога акций прежде всего как проблемы залога имущественных прав, то мне известен по крайней мере один случай применения такого залога на практике. Это касается довольно известного дела с "Норильским никелем". Суть дела в следующем: ОНЭКСИМбанк, став победителем залогового аукциона, получил в управление контрольный пакет акций предприятия, что повлекло за собой определенные правовые последствия, в частности право голоса на собрании акционеров. Арбитражный суд тогда признал банк владельцем контрольного пакета акций.

Большой практический интерес в этой связи представляет Указ Президента РФ от 31 августа 1995 г. N 889 и созданный в его исполнение Примерный договор о залоге акций, находящихся в федеральной собственности, утвержденный распоряжением Госкомимущества РФ и Российского фонда федерального имущества от 14 ноября 1995 г. По условиям данного Договора залогодатель передает залогодержателю находящиеся в федеральной собственности акции; предмет залога передается залогодержателю и находится у него во владении и пользовании (п. 2.1 Договора).

КонсультантПлюс: примечание.

Распоряжение Госкомимущества РФ N 1665-р, РФФИ N 236 от 14.11.1995 "О примерных договорах о залоге акций, находящихся в федеральной собственности, и комиссии" утратило силу в связи с изданием распоряжения Госкомимущества РФ N 285-р, РФФИ N 32 от 01.03.1996 "О признании утратившим силу распоряжения Госкомимущества России и Российского фонда федерального имущества".

Сопоставляя положение вышеуказанного пункта с п. 4 ст. 338 ГК РФ, п. 1 ст. 142 ГК, можно прийти к однозначному выводу о том, что фраза "предмет залога передается" означает для акций и передачу удостоверяемых ею прав.

Далее, по Договору залогодержатель пользуется всеми правами акционера, за исключением права на получение дивидендов (п. 3.1 Договора). Кроме того, хотя Указ предусматривает возможность осуществлять голосование по переданным в залог акциям, данная возможность все же существенно ограничена (залогодержатель не имеет права голоса, например, по вопросам ликвидации и реорганизации общества, продажи или отчуждения недвижимого имущества, получения кредитов в размере более 10% величины чистых активов общества и пр.) Иными словами, залогодержатель - ОНЭКСИМбанк являлся владельцем акций с ограниченными договором правами.

В диаметрально противоположном направлении развивается практика отдельных региональных арбитражных судов. В 1996 - 1997 гг. Иркутским областным арбитражным судом и Федеральным арбитражным судом Восточно - Сибирского округа рассматривалось дело по иску Восточно - Сибирского коммерческого банка к кооперативу "Нива", АООТ "Влави" и ООО "Фаэтон-плюс" о применении последствий недействительности ничтожной сделки. Фабула дела такова: банк и кооператив заключили между собой кредитный договор, в соответствии с которым банк предоставил последнему кредит в размере 850 млн. рублей под залог акций АООТ "Влави" (кооператив являлся собственником всего пакета). Своих обязательств по кредитному договору кооператив не выполнил и спустя небольшое время после окончания срока действия договора принял решение (по Уставу АООТ "Влави" директор имел полномочия оперативного управления) на заключение договора купли - продажи принадлежащего обществу здания магазина (согласно балансу АООТ "Влави" - отчужденное здание составляло основные средства общества).

По соглашению сторон стоимость заложенных акций была оценена независимым оценочным бюро и составляла 1725 млрд. рублей. Поскольку рыночную стоимость заложенных акций определить было невозможно (ввиду отсутствия их котировки на фондовом рынке), стоимость акций была определена исходя из размера суммы основных средств общества - такой способ оценки залога не противоречит законодательству.

Исковые требования истцом были основаны на том, что предметом залога были прежде всего имущественные права, удостоверенные акциями АООТ "Влави", вследствие чего кооператив был ограничен в своих правах по управлению и не был правомочен принять решение об отчуждении имущества, составляющего более 80% активов общества. Кроме того, кооператив нарушил и другие нормы материального права - ст. 56 Закона РФ "О залоге" от 29 мая 1992 г. N 2872-1, поскольку такая сделка привела к уменьшению стоимости заложенных прав (с 1725 млрд. руб. до 58215 млн. руб. - размеру уставного капитала общества, который составил малоценное имущество в виде мебели и компьютеров). На основании вышеприведенных обстоятельств истец просил применить последствия недействительности ничтожной сделки, рассчитывая после двусторонней реституции получить удовлетворение за счет продажи заложенных акций.

К сожалению, судебные инстанции Иркутской области позицию истца не разделили. Анализ принятых по данному делу судебных актов показывает, что главным доводом для отказа в удовлетворении исковых требований явилось то, что самому предмету залога, т.е. акциям, не было нанесено никакого ущерба, а также то, что сам предмет не был изменен (хотя в процессе судебного разбирательства АООТ "Влави" было преобразовано в ЗАО "Влави"). Суд также посчитал, что АООТ "Влави" действовало в пределах своих прав и имущество, которое было отчуждено, не было обременено. На взгляд истца, формально суд в некоторых моментах был прав (утверждая, например, что сам предмет залога остался у залогодержателя); основная ошибка судебных инстанций заключалась в фактическом отрицании положения о том, что залог акций есть залог имущественных прав, и, соответственно, наличия взаимосвязи в действиях кооператива, вытекающих из обременения заложенных прав. Займи суд иной методологический подход к залогу акций, результаты рассмотрения дела могли быть совсем иными.

Резюме

Все вышесказанное, на мой взгляд, указывает на то, что предметом любой сделки с акциями является определенная совокупность прав, удостоверенных этими ценными бумагами. Несмотря на то что ст. 128 ГК РФ относит к объектам прав и ценные бумаги, и имущественные права, фактически же в любой сделке для стороны в обязательстве, особенно стороны, приобретающей ценные бумаги, прежде всего интересен момент пользования и обладания правами, удостоверенными такой бумагой. Несмотря на отождествление в различных законодательных актах ценных бумаг (и в частности акций) с имуществом, следует все же сопоставлять такие нормы со ст. 142 ГК РФ и с сущностью сделки.

Необходимо отметить, что в некоторых ситуациях (например, при обращении на фондовом рынке) сделки с акциями носят сугубо формальный характер и на уровне сознания участвующих в таких сделках воспринимаются как сделки с имуществом. В таких сделках, ввиду их многочисленности и скорости заключения сторонами, целью является материальная выгода, извлекаемая в результате спекулятивной игры на курсе акций. Значение для совершения спекулятивных сделок имеет только первая сущность акции, имеющей две сущности: формальную - когда акция отождествляется в сознании с имуществом, и основную - когда она выступает как совокупность определенных прав.

В остальных сделках (например, при залоге) преимущественное значение имеет основная сущность - совокупность прав.

Рекомендации по заключению договоров залога акций

Поскольку темой настоящей статьи является проблема залога акций, то представляется вполне логичным в заключение представить на основе вышеизложенного несколько практических рекомендаций по заключению договора залога акций.

Во-первых, в договоре необходимо указать, что при залоге акций закладывается определенная для данного вида акций (обыкновенных или привилегированных) совокупность прав.

Во-вторых, следует конкретно выделить каждое подлежащее залогу право.

В-третьих, целесообразно определить объем полномочий залогодателя по пользованию принадлежащими ему правами, причем по каждому праву отдельно.

В-четвертых, аналогичным образом следует определить объем полномочий залогодержателя по пользованию заложенными ему правами.

Здесь, на наш взгляд, необходимо в целях защиты интересов залогодателя как акционера ограничить права по управлению залогодержателя обществом, взяв за основу договор, разработанный Госкомимуществом для залоговых аукционов, т.е. в договоре во избежание последующих вероятных конфликтов нужно ограничить право залогодержателя принимать решения по ключевым вопросам общества. Также нужно обратить внимание, чтобы объемы прав залогодателя и залогодержателя ни в коем случае не пересекались. Зафиксированные в договоре ограничения позволят избежать злоупотребления правами каждой из сторон.

В-пятых, следует зарегистрировать произведенный залог акций у реестродержателя.

По моему убеждению, сущность акции прежде всего составляют имущественные и неимущественные права, вследствие чего все сделки с акциями целесообразно рассматривать с данной позиции. Это общее правило. Те же сделки, при совершении которых для сторон представляет интерес прежде всего формальная сущность акций, лишь подтверждают его.