Мудрый Юрист

Вина причинителя вреда в деликтных обязательствах

В отличие от рассмотренных условий гражданско - правовой ответственности (вреда, противоправного поведения и причинной связи), носящих объективный характер, вина характеризует деликтное обязательство (из правонарушения) с субъективной стороны. Под виной понимается определенное психическое отношение субъекта к своему противоправному поведению и его возможному результату. В вине проявляется пренебрежение причинителя вреда к интересам общества, граждан и юридических лиц.

Научное обоснование вины как необходимого условия деликтной ответственности определяется учением о детерминированности человеческого поведения и свободе воли. Детерминированность признается как предопределенность человеческого поведения объективными закономерностями развития общества, а также совокупностью конкретных социальных условий и субъективных факторов.

Вместе с тем объективная и субъективная обусловленность человеческого поведения не исключает возможности выбора в конкретной ситуации различных вариантов поведения. Вина имеет место там, где у человека была возможность выбирать, то есть различно поступать в одной и той же ситуации, когда "объективно существует более чем один вариант возможного поведения" <*> или, по образному выражению В.Н. Кудрявцева, когда субъект имел "веер возможностей" <**> и, несмотря на возможность выбора среди правомерных и противоправных вариантов, он сознательно избрал вариант противоправного поведения, в силу чего его поведение упречно.

<*> Шаргородский М.Д. Детерминизм и ответственность // Правоведение. 1968. N 1. С. 42 - 43.
<**> Кудрявцев В.Н. Право и поведение. М.: Юридическая литература, 1978. С. 103.

В настоящее время в российской гражданско - правовой литературе по-прежнему существует весьма противоречивая ситуация, когда принцип ответственности за вину декларируется всеми, но как только заходит речь о его последовательном проведении в законотворческой деятельности, то соответствующих изменений не происходит, они "повисают в воздухе". Так было до принятия ГК РФ (часть 1, часть 2), не изменилось положение и после введения его в действие. Концепция "без вины нет ответственности" широко поддерживается в цивилистической науке <*>. Однако проблема вины как условия гражданско - правовой ответственности является по-прежнему дискуссионной. Цивилистической науке известны теории, отстаивающие возможность ответственности и без вины, в отличие от иной юридической ответственности, такие, как теория "вины с исключением", или иначе - теория "стимулирования", теория "двух начал", теория "вины и закона" и теория "вины и риска", или теория "исключительно виновного начала".

<*> Алексеев С.С. О составе гражданского правонарушения // Правоведение. 1958. N 1. С. 48; Красавчиков О.А. Возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности. М., 1966. С. 145; Малеин Н.С. Вина - необходимое условие имущественной ответственности // Советское государство и право. 1971. N 2; Ойгензихт В.А. Воля и вина в гражданском праве // Советское государство и право. 1982. N 4; Варул П.А. Методологические проблемы исследования гражданско - правовой договорной ответственности: Автореферат кандидатской диссертации. Л., 1985. С. 11.

Господствующей теорией об условиях ответственности за причинение вреда является теория "вины с исключением", или иначе теория "стимулирования", согласно которой ответственность за причинение вреда наступает, по общему правилу, за вину, а в случаях, предусмотренных законом, независимо от вины, то есть опять же в отличие от всякой иной юридической ответственности. Эта теория нашла свое отражение в работах О.С. Иоффе <1>, Г.К. Матвеева <2>, М.В. Гордона <3>, В.Т. Смирнова <4>, С.В. Занковской и В.Г. Вердникова <5> и многих других отечественных цивилистов. В этих работах показано, что ответственность установлена в целях стимулирования "повышенной бдительности" <6>, "особой предосторожности" <7>, "должного нужного государству и обществу поведения" <8> и т.п. Возражения, которые обычно делаются этим авторам, сводятся к тому, что при отсутствии вины нельзя говорить о воспитательной роли права и стимулирования определенного поведения лица. И, как верно подметили В.Т. Смирнов и А.А. Собчак <9>, "на это сторонники рассматриваемой точки зрения вполне обоснованно отвечают: "...стимулировать, побуждать к деятельности можно, и не обвиняя" <10>.

<1> Иоффе О.С. Советское гражданское право: Курс лекций. Часть 2: Отдельные виды обязательств. Л.: Издательство ЛГУ, 1961. С. 477.
<2> Матвеев Г.К. Вина в советском гражданском праве. Киев: Издательство Киевского государственного университета, 1955. С. 117.
<3> Гордон М.В. Лекции по советскому гражданскому праву. Харьков: Издательство Харьковского государственного университета, 1960. С. 244.
<4> Смирнов В.Т. Регрессные иски в обязательствах из причинения вреда. Госюриздат, 1960. С. 12.
<5> Советское гражданское право. Часть 1. М., 1960. С. 466.
<6> Агарков М.М. Возникновение обязательств из причинения вреда. В кн.: Гражданское право. Том 1 / Под редакцией М.М. Агаркова и Д.М. Генкина. М., 1944. С. 337.
<7> Серебровский В.И. Обязательства, возникающие из причинения вреда. В кн.: Советское гражданское право / Под редакцией С.Н. Братуся. М., 1950. С. 521.
<8> Флейшиц Е.А. Обязательства из причинения вреда и из неосновательного обогащения. М.: Госюриздат, 1951. С. 137; Белякова А.М. Возмещение причиненного вреда. М., 1972. С. 10 - 20.
<9> Смирнов В.Т., Собчак А.А. Общее учение о деликтных обязательствах в советском гражданском праве: Учебное пособие. Л.: Изд-во ЛГУ, 1983. С. 51.
<10> Антимонов Б.С. Гражданская ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности. М., 1952. С. 43.

Так называемая теория "двух начал" гражданско - правовой ответственности близко примыкает к теории, изложенной выше. Сущность ее состоит в признании того, что гражданское право строит ответственность за причинение вреда прежде всего источником повышенной опасности, применительно к которой и установлена ответственность независимо от вины (и даже без вины) и ответственность за вину. Наиболее последовательно отстаивает идею двух начал К.К. Яичков, который указывал, что ответственность возможна как за вину, так и без вины. Оба эти начала ответственности отражены в законе. Поэтому нет никаких оснований утверждать, что вина как одно из этих начал - главное, определяющее, исходное по сравнению с другим - причинением (отсюда название теории) <*>. И далее автор указывает, что вина ответственного лица является лишь дополнительным условием ответственности в тех случаях, когда по закону установлена ответственность за виновное причинение вреда <**>.

<*> Яичков К.К. Система обязательств из причинения вреда в советском гражданском праве. В кн.: Вопросы гражданского права. М.: Издательство МГУ, 1957. С. 170.
<**> Там же. С. 170.

Следует согласиться с критикой О.А. Красавчикова, что данная точка зрения представляется еще менее приемлемой, чем теория "виновного с исключением начала". Она возводит "безвиновную" ответственность на положение одного из общих принципов гражданско - правовой ответственности. Этим данная точка зрения отодвигает виновное начало на второй, если не более отдаленный, план <*>.

<*> Красавчиков О.А. Указ. соч. С. 122 - 123.

Другие авторы для обоснования возложения на правонарушителя обязанности возместить невиновно причиненный вред в случаях, указанных в законе, используют начало риска. Отсюда название этой концепции - теория "исключительно виновного начала", или "теория вины и риска". Особенно большое развитие и обоснование эта теория получила в работе О.А. Красавчикова <*>. Эту же теорию, ограничивая лишь сферу применения начала риска отношениями между гражданами, разделяют и Н.С. Малеин <**>, В.А. Ойгензихт <***>.

<*> Там же. С. 145.
<**> Малеин Н.С. Вина - необходимое условие имущественной ответственности // Советское государство и право. 1971. N 2.
<***> Ойгензихт В.А. Проблема риска в гражданском праве. Душанбе, 1972. С. 77.

В принципе, разделяя положение, что "без вины нет ответственности", Г.К. Матвеев выдвигает свою концепцию, которую назвали теорией "вины и специальных юридических фактов", или теорией "вины и закона". Как и сторонники "теории вины и риска", Г.К. Матвеев считает, что ответственность возникает всегда как результат правонарушения - противоправного виновного причинения вреда. Что же касается других указанных в законе отношений по возмещению вреда и именуемых законодателем ответственностью, то в этих случаях правильнее было бы говорить не об ответственности, а об обязанности возместить вред или уплатить штраф <*>.

<*> Матвеев Г.К. Указ. соч. С. 7.

Таким образом, анализируя различные теории, точки зрения на рассматриваемую нами проблему, следует отметить, что сторонники признания ответственности в гражданском праве "только за вину" исходят в большей степени из единства элементов состава гражданского правонарушения и собственно правонарушения, функций, выполняемых гражданско - правовой ответственностью и юридической ответственностью в целом независимо от отраслевых признаков упомянутых нами категорий.

В гражданском законодательстве различаются две формы вины - умышленная и неосторожная. Вина в форме умысла характеризуется тем, что причинитель вреда сознает противоправность своего поведения, предвидит его вредные последствия, желает или безразлично относится к их наступлению. Неосторожная вина характеризуется тем, что лицо не сознает противоправности своего поведения, не предвидит и не желает наступления вредных последствий, но должно осознавать характер своего поведения и предвидеть возможность причинения вреда.

Неосторожность выражается в таком отношении лица к своим поступкам, которое характеризуется нарушением должной внимательности, заботливости, предусмотрительности, определяемой характером соответствующего вида деятельности и особенностями осуществляющего ее субъекта. Вовне неосторожность проявляется как нарушение должником определенных требований, соблюдение которых было необходимо в данной ситуации, например нарушение Правил дорожного движения, повлекшее дорожно - транспортное происшествие. Вместе с тем нельзя неосторожную вину превращать только в фактическую ошибку, какой она предстает, если отвлечься от внутреннего (психического) отношения лица к совершаемым им действиям и их последствиям. Субъективная характеристика неосторожной вины выражается в недостаточной интеллектуальной и волевой активности субъекта, приведших к несчастному случаю, хотя он мог и должен был проявить необходимые усилия для его предотвращения, для недопущения факта причинения вреда другому <*>.

<*> Смирнов В.Т., Собчак А.А. Указ. соч. С. 80.

Гражданское законодательство закрепляет правило о презумпции вины причинителя вреда, то есть причинитель вреда всегда предполагается виновным, пока не докажет обратного. Указанная презумпция установлена прежде всего в интересах наименее защищенной (и добросовестной) стороны, которой является чаще всего потерпевший, так как избавляет его от обязанности доказывать вину причинителя вреда. Потерпевшему достаточно доказать лишь факты причинения вреда и размер понесенных им убытков. Причинитель же вреда имеет возможность доказать, что он не является виновной стороной.

Каждый субъект гражданского права, будь то гражданин или государство, обязан действовать с определенной степенью заботливости и осмотрительности, которая от него требуется по характеру обязательства и условиям гражданского оборота. Например, владелец источника повышенной опасности, или его собственник, или они оба должны так эксплуатировать этот источник, чтобы не причинить вред другим лицам. Неисполнение или ненадлежащее исполнение этой обязанности влечет гражданское правонарушение, элементом которой является субъективная его составляющая - вина.

Идея о виновном характере ответственности владельца источника повышенной опасности более чем заманчива. Она позволяет преодолеть наиболее слабые стороны не только представлений об "объективных моментах" и "двух началах" ответственности, но и, что наиболее существенно, освободиться от "исключений" в принципе "вины с исключением" <*>. С таким высказыванием О.А. Красавчикова следует согласиться. Там, где нет вины в связи с установленными законом юридическими фактами, у одного лица возникает по отношению к другому не ответственность, а обязанность возместить убытки, то есть мера защиты, и там же, где налицо вина, появляется ответственность.

<*> Красавчиков О.А. Указ. соч. С. 127.

Виновное причинение вреда может иметь место также и в деятельности юридических лиц. И как отмечают В.Т. Смирнов и А.А. Собчак, вина юридического лица выражается в вине его работников при исполнении ими своих трудовых (служебных) обязанностей <*>. Авторы объясняют это тем, что деятельность организации всегда проявляется в форме индивидуальных или коллективных действий ее работников (членов). Выполняя свои конкретные служебные обязанности, работники тем самым выполняют функции данного юридического лица. Следовательно, перед третьими лицами деятельность такой организации выступает как обезличенная деятельность ее работников. И наоборот, служебная деятельность конкретных работников выступает как деятельность самой организации, рабочими, служащими или членами которой они являются. Поэтому ответственность за служебные действия работников всегда принимает форму ответственности самой организации. В тех же случаях, когда действия работника не носят служебного характера и, следовательно, не могут рассматриваться как действия самой организации, он непосредственно и отвечает перед потерпевшим на общих основаниях.

<*> Смирнов В.Т., Собчак А.А. Указ. соч. С. 82.

Данный вопрос о содержании вины юридического лица как необходимого условия ответственности за вред, причиненный служебными действиями его работников, в юридической литературе вызывает обоснованные споры. Ведь в классическом понимании вины нет места вине сложного людского субстрата, которым и является само юридическое лицо или иной публично - правовой субъект.

Большинство авторов, касавшихся этой проблемы, исходят из того, что действия любого работника, связанные с осуществлением служебных прав и обязанностей, - это действия самой организации, а вина конкретного работника есть вина самой организации, и, следовательно, ответственность организации в этом случае является ответственностью за свои действия и за свою вину.

Совершенно по-другому на эту проблему обращал внимание Г.К. Матвеев, который считал, что вина предприятий, учреждений, организаций качественно отлична от индивидуальных провинностей работников (членов), образующих данное юридическое лицо. Это особая вина коллектива, психологическим содержанием которой служит порочная воля (и сознание) участников этого коллектива или даже всего коллектива <*>. И позднее автор обосновывал это положение, указывая на различия, существующие между индивидуальной и коллективной волей. "Подобно тому, как коллективная воля и деятельность коллектива не сводимы к совокупности индивидуальных усилий, а являют собой новое качество, так и вина юридического лица отлична от своих слагаемых. Провинности отдельных работников трансформируются здесь в новом виде - в вине коллектива как такового", <**> - таков основной тезис, на который указывает автор при обосновании качественного отличия вины организации от вины конкретных ее работников.

<*> Матвеев Г.К. Вина в советском гражданском праве. Киев, 1955. С. 216 - 217.
<**> Матвеев Г.К. Основание гражданско - правовой ответственности. М.: Юридическая литература, 1970. С. 236.

Следует иметь в виду, что существуют явления, понятия, о которых можно говорить только применительно к человеку, к людям. Таким понятием и является вина как психическое отношение правонарушителя к совершаемому им противоправному поступку и возможному его результату. По мнению Г.К. Матвеева, такая постановка вопроса "снимает" проблему вины юридического лица и сводит последнюю к простой сумме индивидуальных провинностей его работников. Автор полагает также, что признание вины конкретного работника виной самой организации ведет к механическому противопоставлению правомерной деятельности юридического лица неправомерной, к отрыву деликтной ответственности юридического лица от договорной, хотя обе они базируются на противоправных и виновных действиях (бездействии) его органов и работников <*>. Совершенно справедливо с такими суждениями не соглашаются отдельные авторы, отмечая, что необходимость учитывать различия, существующие в психологических основах правомерной и противоправной деятельности юридического лица, о которых говорилось выше, не означает их противопоставления <**>. Ведь если считать, что только правомерные действия работников - суть действия самой организации, а неправомерные действия - это не действия организации, то соответствующие нормы закона были бы лишены всякого смысла. Служебные действия работника, которые он может совершить именно в качестве работника данной организации, должны рассматриваться как действия самой организации. Именно потому, что правонарушения и причиненный ими вред являются результатом ненадлежащего осуществления своей деятельности юридическим лицом (воплощенной в служебных действиях его работников), последнее за них и отвечает.

<**> Матвеев Г.К. Основание гражданско - правовой ответственности. М.: Юридическая литература, 1970. С. 240.
<**> Смирнов В.Т., Собчак А.А. Указ. соч. С. 84.

В.Т. Смирнов и А.А. Собчак утверждают, что нарушение обязательства, возложенного на юридическое лицо, выполнение которого обеспечивается если не всем коллективом работников данной организации, а какой-то значительной ее частью, может "раствориться" в том или ином коллективе так, что вообще трудно будет установить, кто какую провинность допустил <*>.

<*> Смирнов В.Т., Собчак А.А. Указ. соч. С. 85.

Однако мы не можем согласиться с данным утверждением. Во-первых, неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, возлагаемое на юридическое лицо, порождает правонарушение самостоятельного субъекта гражданского права, коим и является юридическое лицо. Само правонарушение не может существовать без его важнейшего элемента - вины. Именно поэтому речь следует вести о виновности субъекта обязательства. Во-вторых, ответственность юридического лица и его виновность не может быть увязана с тем фактом, сколько его работников участвует в исполнении обязательства, а именно - весь коллектив или его значительная часть, так как нарушение может быть допущено и по вине одного работника. Мы также полагаем, что нельзя обезличивать и "растворять" допускаемую конкретными работниками - исполнителями вину во всем юридическом лице. Тем более это не может быть допущено в деликтных обязательствах, о чем в дальнейшем приходят к выводу и авторы изложенного выше утверждения.

В деликтных обязательствах нарушается не лежащее на коллективе особое обязательство, а абсолютное право (благо) третьих лиц, природа которого такова, что его может нарушить любой индивид. А так как это нарушение производится действиями хотя и отдельного индивида, но в них выражается функция (в рамках правоспособности) определенного коллектива, то ответственность за эти действия, как за свои, несет коллектив, а вина конкретного члена этого коллектива, допустившее нарушение, рассматривается как вина самого коллектива.

Именно поэтому в области деликтной ответственности вина юридического лица - это всегда вина одного или нескольких конкретных его работников, осуществляющих деятельность по реализации правоспособности юридического лица.

Гражданско - правовой внедоговорной (деликтной) ответственности известны отступления от принципа вины, когда ответственность возлагается и за случайное причинение вреда, то есть независимо от вины причинителя. Случай равнозначен невиновности. Случай отличается от неосторожности, поскольку при нем, случайно причиняя вред, лицо не знало, не могло и не должно было предвидеть возможности наступления вредоносного результата. Нести ответственность за случай - значит отвечать независимо от вины. Именно такие изъятия из принципа ответственности за вину (как и во всех других отраслях права), выражающиеся в установлении ответственности за случайное (невиновное) нарушение обязательств, могут быть введены законом или договором, а в области деликтной ответственности - только законом. С таким положением трудно согласиться по вышеизложенным причинам. К тому же не следует считать возложение на причинителя обязанности возместить субъективно - случайный вред ответственностью.

Объективная предпосылка (и только!) возложения санкций здесь та же, что и при виновном причинении вреда, а именно: противоправное поведение, убытки, причинная связь. Применяется похожий механизм воздействия, выражающийся в наступлении для нарушителя отрицательных имущественных последствий и восстановлении имущественной сферы потерпевшего. Но, как мы и подчеркивали выше, разница состоит прежде всего в субъективных условиях возложения ответственности.

В юридической литературе нередко дается отрицательный ответ на поставленный вопрос с указанием на то, что непременным признаком правовой ответственности является государственное осуждение виновного правонарушителя и стимулирование его и других лиц к правомерному поведению. При случайном же причинении вреда для такого осуждения поведения нарушителя нет оснований, поэтому здесь речь должна идти не об ответственности, а об особых правовых формах распределения случайных убытков <*>, то есть о мерах защиты субъективных прав потерпевшего.

<*> Красавчиков О.А. Указ. соч. С. 135 - 139; Проблемы гражданско - правовой ответственности и защиты гражданских прав. Выпуск 27. Свердловск, 1973. С. 11 - 15.

Таким образом, ответственность за случай применима далеко не всегда, а только при наличии основания и условий ее применения, в том числе и субъективного условия, которым является вина правонарушителя, когда она может стимулировать его и других лиц к принятию определенных мер по предотвращению такого вреда в аналогичных случаях на будущее время. Гражданское законодательство на современном этапе развития нашего общества не может обойтись без установления в известных пределах мер защиты без вины (за случай) до тех пор, пока общество не возьмет на себя обязанность полного возмещения подобных случайных убытков, могущих возникнуть в имущественной сфере каждого из его членов. Кроме этого, установление деликтной ответственности и мер защиты за случай (независимо от вины), как правило, должно сопровождаться введением обязательного страхования действий владельца источника повышенной опасности, в том числе автомототранспортных средств (что мы сейчас и наблюдаем), чтобы разложить случайный вред между как можно большим числом лиц, включая прежде всего страховщиков, подвергающихся вероятности быть обязанными к его возмещению. По аналогии с юридическими лицами следует, на наш взгляд, рассматривать виновность и публично - правовых образований, таких, как РФ, субъекты РФ, многочисленные муниципальные образования, являющихся также самостоятельными субъектами гражданских правоотношений.

И, наконец, при решении вопроса о деликтной ответственности законодатель в некоторых случаях придает определенное значение и виновному поведению потерпевшего. Это так называемая смешанная вина (п. 1 ст. 404 ГК РФ), характерная в основном для гражданского права.

Гражданско - правовая ответственность в деликтных обязательствах при смешанной вине характеризуется тем, что она возлагается как на причинителя вреда, так и на потерпевшего, а убытки представляют собой единое целое, поскольку невозможно определить, в какой части они вызваны виновными действиями должника, а в какой виновными действиями кредитора. Отсюда вопрос о возмещении вреда, а точнее - о распределении убытков, решается в суде пропорционально степени вины должника и кредитора. Вина потерпевшего может либо повлечь полный отказ в возмещении причиненного ему вреда на основании п. 1 ст. 1083 ГК РФ, либо уменьшение размера возмещения на основании п. 2 ст. 1083 ГК РФ. Вред вообще не подлежит возмещению, если он возник вследствие умышленных действий потерпевшего. К примеру, при самоубийстве гражданина, бросившегося под грузовой автоприцеп, принадлежащий автотранспортному предприятию. Ни юридическое лицо, ни водитель, непосредственный причинитель вреда, вред не возмещают. Но если вред возник у потерпевшего вследствие его грубой неосторожности, то в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения уменьшается в соответствии с п. 2 ст. 1083 ГК РФ. Это может быть проиллюстрировано следующим делом, рассмотренным в Верховном Суде РСФСР. Н. предъявила иск о возмещении вреда, причиненного смертью кормильца, сославшись на то, что в результате наезда автобуса Архангельского автотранспортного предприятия погиб Е., на иждивении которого находилась несовершеннолетняя дочь. Судебная коллегия Архангельского областного суда иск Н. удовлетворила частично, применив принцип смешанной вины (30% вины потерпевшего и 70% причинителя вреда), поскольку в действиях Е. имелась грубая неосторожность. Как было установлено судом, Е. в сильной степени алкогольного опьянения шел по краю тротуара. Не удержав равновесия, он упал на проезжую часть и попал под колеса двигавшегося автобуса. Как обоснованно указал в своем решении областной суд (с ним впоследствии согласился и Верховный Суд РСФСР), Е. проявил грубую неосторожность, выразившуюся в том, что он в нетрезвом состоянии не проявил в зоне интенсивного дорожного движения должного внимания, вышел на проезжую часть дороги и попал под колеса проходившего автобуса <*>.

<*> Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1985. N 6. С. 8.

В этой связи необходимо отметить, что в законе говорится только о грубой неосторожности потерпевшего как обстоятельстве, влияющем на размер возмещения. Простая неосторожность не влияет на размер возмещения. По какому признаку грубая неосторожность отличается от простой неосторожности? Ни закон, ни судебная практика ответа не дают. Нам представляется, что грубая неосторожность является таким поведением потерпевшего, когда он предвидел или должен был предвидеть возможность причинения ему вреда, но легкомысленно надеялся избежать этого или безразлично относился к возможности причинения вреда. Например, к такому поведению потерпевшего можно отнести посадку или высадку пассажира из двигавшегося транспортного средства, нетрезвое состояние, употребление различных технических жидкостей, суррогатов как алкогольных напитков и т.п. К простой неосторожности следует относить обычную неосмотрительность, опрометчивость, легкомыслие в предотвращении, избежании какой-либо опасности. Вопрос о том, является ли неосторожность грубой или простой, решает суд с учетом конкретных обстоятельств дела в соответствии с п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 3 от 28 апреля 1994 года "О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровью" <*>.

<*> Бюллетень Верховного Суда РФ. 1994. N 7. С. 6.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда (например, владельца источника повышенной опасности) размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда должно быть отказано, если законом не предусмотрено иное. Вместе с тем при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается на основании п. 2 ст. 1083 ГК РФ.

Кроме этого, вина потерпевшего не учитывается также при возмещении дополнительных расходов, при возмещении вреда в связи со смертью кормильца, а также при возмещении расходов на погребение.

Таким образом, рассматривая вопрос о возмещении вреда, причиненного источником повышенной опасности, следует исходить из того обстоятельства, рассмотренного нами выше, что возмещение вреда в порядке ст. 1079 ГК РФ в подавляющем большинстве случаев является мерой ответственности за виновное причинение вреда, то есть по правилу "ответственен тот, кто виновен", а в остальных случаях, когда нет вины при причинении вреда, следует вести речь о применении мер защиты.