Мудрый Юрист

Имущественные права ребенка в семье

С. Сорокин, юрист.

Включение в текст Семейного кодекса РФ норм об имущественных правах ребенка имеет большой смысл. Оно означает расширение круга отношений, регулируемых семейным законодательством, поскольку сюда входят имущественные права несовершеннолетних как в семье, так и за ее пределами.

Как бы ни менялось отношение государства к семье и родителям, ребенок всегда имел право на получение содержания за их счет. На обязанность материально обеспечивать несовершеннолетних, а также нетрудоспособных нуждающихся совершеннолетних детей можно посмотреть и как на право ребенка на заботу со стороны своих родителей. Это один из наиболее типичных примеров слияния личных и имущественных прав ребенка в семье. При отсутствии такой заботы Семейный кодекс позволяет прибегать к помощи правовых норм, предусматривающих алиментные обязательства.

В перечень имущественных прав ребенка Семейный кодекс включает также получение причитающихся ему платежей, выплачиваемых государством. Это может быть, например, пенсия по случаю утраты родителя - кормильца, предусмотренная ст. 50 Закона "О государственных пенсиях". Впрочем, право на получение такой пенсии не имеет непосредственного отношения к правам ребенка в семье. Но, по существу, благодаря ей создаются материальные предпосылки надлежащих условий семейного воспитания. Таков еще один пример тесной взаимосвязи и взаимозависимости личных и имущественных прав ребенка в семье, включения в круг регулируемых семейным законодательством отношений, которые касаются семейно - правовой защиты его прав и одновременно относятся к отношениям, подчиненным нормам пенсионного (трудового) права.

Если пенсия по случаю утраты кормильца имеет как бы компенсационный характер, то иначе обстоит дело с различного рода пособиями, в частности с государственным ежемесячным пособием на ребенка. Его выплата - одна из форм участия государства в содержании несовершеннолетних граждан. Отсюда следует, что к числу прав ребенка относится право на получение пособия, которое призвано способствовать созданию надлежащих условий семейного воспитания.

Согласно ст. 16 Федерального закона от 19 мая 1995 г. "О государственных пособиях гражданам, имеющим детей" пособие выплачивалось каждому ребенку безотносительно к уровню материальной обеспеченности родителей. Однако со временем стало ясно, что отсутствие зависимости пособия от степени зажиточности семьи выхолащивает главную идею его выплаты. Поэтому Федеральным законом от 29 июля 1998 г. "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "О государственных пособиях гражданам, имеющим детей" предусмотрено право на ежемесячное пособие на ребенка в семьях со среднедушевым доходом, размер которого не превышает 200% величины прожиточного минимума в субъекте Российской Федерации, установленной в соответствии с Федеральным законом "О прожиточном минимуме в Российской федерации". Таким образом, право на получение пособия теперь имеет не каждый ребенок, а лишь тот, кто нуждается в материальной поддержке со стороны государства. И, надо сказать, что дифференцированный подход к данной выплате существовал и существует сейчас, ибо в соответствии с ч. 2 ст. 17 Федерального закона "О государственных пособиях гражданам, имеющим детей" его размер увеличивается на 50% на детей одиноких матерей, а также на детей, родители которых уклоняются от уплаты алиментов, либо в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, когда взыскание алиментов невозможно, а также на детей военнослужащих, проходящих военную службу по призыву.

До сих пор говорилось об имущественных правах ребенка, имеющих прямое или косвенное отношение к его семейному воспитанию. Но Семейный кодекс делает несовершеннолетнего субъектом имущественных прав, имеющих принципиально иное, не связанное с семейными отношениями, происхождение. Часть 2 ст. 35 Конституции РФ наделяет каждого гражданина правом иметь имущество в собственности - владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами. Никаких исключений на этот счет в отношении несовершеннолетних Конституция РФ не делает. Статья 213 ГК, посвященная праву собственности граждан (и юридических лиц), также не делает исключений для несовершеннолетних собственников, которые могут приобретать право собственности на общих основаниях. К наследникам по закону первой очереди относятся дети, в том числе не достигшие 18 лет. Мало того, несовершеннолетние имеют обязательную долю в наследстве, что позволяет эффективно защищать их наследственные права. Но, говоря о правах ребенка имущественного характера, Гражданский кодекс не подчеркивает, что он является самостоятельным субъектом лишь ему принадлежащих имущественных прав. Это делает Семейный кодекс, предусматривающий право его собственности на полученные им доходы; имущество, полученное им в дар либо в порядке наследования (п. 3 ст. 60 СК). Тем самым подчеркивается не только личная независимость ребенка, но и имущественная самостоятельность в сфере семейных правоотношений.

В качестве еще одного своеобразного основания возникновения имущественных прав ребенка в семье служит п. 5 ст. 38 СК, посвященный разделу имущества супругов. Здесь говорится о том, что вещи, приобретенные супругами - родителями исключительно для удовлетворения потребностей несовершеннолетних детей (одежда, обувь, школьные и спортивные принадлежности, музыкальные инструменты, детская библиотека и т.д.), разделу не подлежат и передаются без компенсации тому, с кем проживают дети. Можно сказать, что налицо право ребенка на перечисленные вещи, собственником которых он по существу является, хотя они приобретались его родителями. Аналогичный вывод можно сделать относительно вкладов, внесенных супругами за счет своего общего имущества на имя их общих несовершеннолетних детей. Эти вклады безотносительно к тому, кто из родителей их вносил и в каком размере, не учитываются при разделе имущества. Обладателем права собственности и здесь становится ребенок.

Пункт 3 ст. 60 СК предусматривает также право собственности ребенка на любое другое имущество, приобретенное на его средства. Данная новелла производна не только от предусмотренного ст. 173 Кодекса законов о труде РФ разрешения принимать на работу лиц с 15-летнего, а в исключительных случаях с 14-летнего возраста. Семейный кодекс особо подчеркивает самостоятельность имущественных прав несовершеннолетнего. Правда, распоряжаются его средствами родители или заменяющие их лица в соответствии с требованиями ст. ст. 26, 28 ГК. Аналогично положение дел с управлением имуществом несовершеннолетнего, осуществляемым его родителями (ст. 37 ГК). От этого суть дела не меняется. Ребенок по семейному законодательству остается обладателем не только личных, но и имущественных прав. При этом права материального характера тоже не существуют изолированно. Распоряжение ими, степень участия ребенка, особенно подростка, в семейных расходах, приобретении общего для всех членов семьи имущества в значительной мере зависит от семейной педагогики и воспитания.

Ссылка в Семейном кодексе на право собственности, обладателем которого может быть и несовершеннолетний, несомненно, обогащает содержание ст. 60 СК, посвященной имущественным правам ребенка. Но связывать их напрямую с правом на надлежащее воспитание все-таки трудно. Так можно прийти к формуле: чем богаче семьи и родители, тем лучше обеспечивается право несовершеннолетнего на надлежащее воспитание, тогда как между степенью материальной обеспеченности и условиями семейного воспитания прямой зависимости нет. Не случайно в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 мая 1998 г. "О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей" подчеркивается, что само по себе "преимущество в материально - бытовом положении одного из родителей не является безусловным основанием для удовлетворения требований этого родителя".

Особое место среди положений Семейного кодекса, посвященных имущественным правам ребенка, занимают правила, где проводится граница между его имуществом и имуществом родителей. Пункт 4 ст. 60 СК устанавливает ее следующим образом: "Ребенок не имеет права собственности на имущество родителей, родители не имеют права собственности на имущество ребенка". Надо полагать, что такое правило по своей сути антипедагогично, но строго выдержано с точки зрения права. Подобного рода парадоксы иногда неизбежны. Они смягчаются в п. 4 ст. 60 СК, где сказано: "Дети и родители, проживающие совместно, могут владеть и пользоваться имуществом друг друга по взаимному согласию". Использование в данном контексте термина "дети" означает, что имеются в виду как несовершеннолетние, так и достигшие совершеннолетия члены семьи. Думаю, более уместным было бы слово "должны", а не "могут", ибо акцент на верховенстве частнособственнических начал не всегда дает положительный эффект с точки зрения развития, формирования ребенка как личности.

Таким образом, семейное законодательство уделяет имущественным правам ребенка в семье минимум внимания, посвящая им всего лишь одну, но развернутую статью. А Конвенция ООН "О правах ребенка" вообще ограничивается положениями об обязанностях родителей обеспечивать ребенка в пределах своих финансовых возможностей, никакого упоминания о его праве собственности в ней нет. Вместе с тем ст. 60 СК не один раз ссылается на гражданское законодательство, тесно соприкасается и с другими отраслями права, что подчеркивает комплексный, сложный характер имущественных прав ребенка, в обеспечении которых не последнее место должно занимать государство.