Мудрый Юрист

Способы защиты интересов должника и кредиторов в законодательстве о несостоятельности (банкротстве)

М. Полуэктов, соискатель Иркутской государственной экономической академии.

Законодательство о несостоятельности (банкротстве) призвано обеспечивать защиту интересов различных категорий лиц, и в первую очередь - кредиторов и должника. Способы их защиты в основном направлены на пресечение растаскивания и возврат имущества потенциального банкрота. Здесь мы рассмотрим два из них - это признание сделок недействительными и отказ от исполнения договоров.

I. Признание сделок должника недействительными

Недействительность сделки необходимо отличать от расторжения договора (последнее является, в частности, следствием отказа от его исполнения одной из сторон в случаях, предусмотренных законом или договором). Во-первых, основанием недействительности сделки выступает несоблюдение условий ее действительности <*>; основание расторжения договора - обстоятельства, предусмотренные законом при условии действительности самого договора. Во-вторых, согласно ст. 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения; расторжение же договора прекращает права и обязанности сторон на будущее. В-третьих, при расторжении договора сторона, права которой нарушены, может требовать возмещение убытков и применение иных имущественных санкций; при признании сделки недействительной возмещение убытков потерпевшей стороне допускается лишь в случаях, предусмотренных ГК, и при этом размер требований, в изъятие из общего правила, ограничен реальным ущербом. Совершение же ничтожной сделки вообще лишает стороны прав на возмещение. В-четвертых, для требований, вытекающих из совершения недействительных сделок, установлены специальные сроки исковой давности, при прекращении договора и применении правовых последствий, вытекающих из этого, действует общий срок исковой давности <**>.

<*> Сделка действительна, если: а) ее содержание и правовые последствия не противоречат закону и иным правовым актам; б) она совершена дееспособным лицом; в) волеизъявление лица соответствует его действительной воле; г) форма сделки соответствует форме, предусмотренной законом для этой сделки (см.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Отв. ред. О.Н. Садиков. М.: Юринформцентр, 1995. С. 212).
<**> Там же. С. 213.

Недействительные сделки следует также отличать от несостоявшихся, и прежде всего от несостоявшихся договоров, которые не возникают ввиду отсутствия предусмотренных правом общих условий, необходимых для совершения сделки. Например, неполучение на оферту акцепта, неправильный акцепт, отсутствие соглашения о существенных условиях сделки. Если сделка не состоялась, нет оснований и для применения последствий, установленных ГК для недействительных сделок. Должны применяться общие нормы о неосновательном обогащении и гражданско-правовой ответственности, если имеются для этого предусмотренные законодательством предпосылки.

Гражданское право делит все недействительные сделки на два вида - ничтожные и оспоримые. Ничтожной является та, недействительность которой вытекает из самого факта ее совершения. Поэтому признания ее судом недействительной не требуется. Оспоримые сделки - это те, которые признаются судом недействительными при наличии оснований, установленных ГК. Требование о признании может быть предъявлено только лицами, указанными в ГК. Кодекс определяет круг этих лиц исчерпывающе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть выдвинуто любым заинтересованным лицом. Более того, суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

ГК РФ устанавливает основания, по которым сделка может быть признана недействительной. Они общие для всех субъектов гражданского права. Арбитражный управляющий, к которому перешли полномочия органов управления должника, естественно, может предъявлять иски о признании сделок должника недействительными, руководствуясь только положениями ГК. Вместе с тем Закон о банкротстве содержит и специальные условия недействительности сделок должника, которые могут применяться исключительно в рамках проведения процедур банкротства.

Обращаться в суд с требованием о признании сделок должника недействительными арбитражный управляющий вправе на любой стадии рассмотрения дела о банкротстве, однако условия признания будут при этом различаться в зависимости от того, в каком качестве выступает арбитражный управляющий - внешний, конкурсный или временный управляющий.

Защита интересов кредиторов на стадии наблюдения

В соответствии со ст. 60 Закона о банкротстве временный управляющий вправе предъявлять в арбитражный суд от своего имени требования о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником с нарушением норм Закона о банкротстве. В первом случае речь идет о признании сделок недействительными по общим основаниям, предусмотренным ГК. Представляется, что возможности временного управляющего при этом ограничены. Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в ГК, тогда как требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом (ст. 166 ГК РФ). Очевидно, что временный управляющий вправе требовать признания недействительными ничтожных сделок. Учитывая, что он не является законным представителем должника и не указан в ГК в качестве лица, полномочного предъявлять требования о признании оспоримых сделок недействительными, он не может предъявлять в суд подобные иски. Получается, что временный управляющий не вправе требовать признания недействительными сделок должника в случаях, предусмотренных ст. ст. 173, 174, 178, 179 ГК РФ (сделки, выходящие за пределы правоспособности юридического лица, сделки, совершенные с превышением полномочий органа юридического лица и т.д.).

Во втором случае речь идет о сделках должника, совершенных с нарушением норм Закона о банкротстве. Такие сделки признаются ничтожными в силу ст. 168 ГК <*>. В соответствии со ст. 58 Закона о банкротстве органы управления должника могут совершать исключительно с согласия временного управляющего сделки:

<*> Согласно этой статье сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Соответственно заключение таких сделок без согласия временного управляющего влечет их ничтожность. Следует отметить, что контроль временного управляющего за сделками, связанными с получением и выдачей займов (кредитов), выдачей поручительств и гарантий, уступкой прав требований, переводом долга, а также с учреждением доверительного управления имуществом должника, не зависит от суммы указанных сделок. При разрешении вопроса о том, давать согласие на вышеуказанные сделки или нет, управляющий руководствуется субъективной оценкой их экономической целесообразности.

Временный управляющий также вправе оспорить решения органов управления должника, принятые с нарушением Закона о банкротстве. Так, Закон запрещает органам управления должника принимать решения о его реорганизации и ликвидации; о создании юридических лиц или об участии в иных юридических лицах; о создании филиалов и представительств; о выплате дивидендов; о размещении должником облигаций и иных эмиссионных ценных бумаг; о выходе из состава участников должника - юридического лица; о приобретении у акционеров ранее выпущенных акций. Основная цель введения указанных ограничений - обеспечение сохранности имущества. Казалось бы, исчерпывающий круг этих ограничений позволяет найти иные способы уменьшения активов должника. Однако сделать это достаточно сложно ввиду того, что нормы, так или иначе связанные с институтом банкротства, содержатся не только в Законе о банкротстве. Так, при буквальном его толковании на стадии наблюдения общее собрание участников должника - общества с ограниченной ответственностью вправе принимать решение о распределении чистой прибыли общества между участниками. Таким образом, принятие такого решения Закон не запрещает (термин "дивиденды" к обществу с ограниченной ответственностью неприменим). Однако Федеральный закон "Об обществах с ограниченной ответственностью" исключает возможность такого решения, если на момент его принятия (выплаты) общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) или если указанные признаки появятся у общества в результате принятия такого решения.

Защита интересов кредиторов на стадии внешнего управления

В соответствии с Законом о банкротстве с момента введения наблюдения полномочия руководителя должника и иных его органов управления переходят к внешнему управляющему (за отдельными исключениями). Последний, являясь законным представителем должника, вправе предъявлять иски о признании его сделок недействительными (применении последствий их недействительности) по основаниям, предусмотренным ГК РФ.

Определенные сделки должника Закон о банкротстве определяет как оспоримые. По заявлению внешнего управляющего они могут быть признаны арбитражным судом недействительными при соблюдении условий, установленных Законом о банкротстве, если:

сделка совершена с заинтересованным лицом и в результате ее исполнения кредиторам были или могут быть причинены убытки;

сделка заключена или совершена с отдельным кредитором или иным лицом после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и (или) в течение шести месяцев, предшествовавших подаче заявления о признании должника банкротом, и указанная сделка влечет предпочтительное удовлетворение требований одних кредиторов перед другими;

сделка совершена должником - юридическим лицом после возбуждения дела о банкротстве или в течение шести месяцев, предшествовавших подаче заявления о признании должника банкротом, и указанная сделка связана с выплатой (выделом) доли (пая) в имуществе должника участнику должника в связи с его выходом из состава участников должника.

Как говорилось выше, требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лишь лицами, указанными в ГК РФ (ст. 166 ГК РФ). Закон о банкротстве предоставляет право оспаривать сделки должника внешнему управляющему. По сделкам, связанным с выплатой (выделом) доли (пая), а также направленным на предпочтительное удовлетворение требований отдельных кредиторов право обращаться в суд с иском о признании их недействительными Законом предоставляется также кредитору должника. ГК РФ аналогичных положений не содержит. Таким образом, названные нормы Закона о банкротстве юридической силы не имеют. Получается, что в Законе о банкротстве правомерно устанавливаются условия <*> признания сделок должника недействительными, но при этом неправомерно указываются лица, полномочные требовать признания таких сделок недействительными. При такой редакции ст. 78 Закона о банкротстве ("Недействительность сделок должника") ее применение с теоретической точки зрения не представляется возможным <**>.

<*> Здесь корректнее говорить именно об условиях признания сделок должника недействительными. Основания признания, согласно ст. 166 ГК РФ, могут быть установлены только самим ГК. В рассматриваемом случае основанием признания сделок недействительными будет ст. 168 ГК, согласно которой "сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения".
<**> В целях недопущения подобного "правового тупика" редакцию ст. 78 Закона о банкротстве следовало бы изложить таким образом, чтобы сделки, предусмотренные ею, квалифицировались как ничтожные.

Вместе с тем арбитражная практика (возможно, руководствуясь принципом справедливости и целесообразностью) "не замечает" вышеуказанных правовых проблем. При этом, например, в приложении к Письму ВАС РФ "Вопросы применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в судебной практике" от 6 августа 1999 г. N 43 применительно к ст. 78 Закона говорится именно об основаниях признания сделок недействительными.

Рассмотрим поочередно сделки должника, которые Закон о банкротстве определяет как оспоримые.

  1. Сделка с заинтересованным лицом. Для признания такой сделки недействительной внешнему управляющему необходимо доказать следующий юридический состав:

Закон не связывает возможность признания сделки с заинтересованным лицом недействительной со временем ее заключения. Кто может быть признан заинтересованным лицом в отношении должника, определяет ст. 18 Закона о банкротстве. Это:

Следует отметить, что данная статья не учитывает всех случаев заинтересованности. К примеру, сделка с лицом, 100% акций (долей) в уставном капитале которого принадлежит юридическому лицу, являющемуся дочерним по отношению к должнику, не рассматривается как сделка с заинтересованным лицом.

При определении размера убытков следует учитывать, что в соответствии со ст. 15 ГК РФ "под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода)". Очевидно, что убытками, в частности, будет являться разница между рыночной ценой и ценой, указанной в договоре.

  1. Сделка, направленная на предпочтительное удовлетворение требований одних кредиторов перед другими. Для признания такой сделки недействительной внешнему управляющему или кредитору необходимо доказать следующий юридический состав:

Представляется, что по данному основанию может быть признана недействительной практически любая сделка должника, заключенная и исполненная в обозначенный период, если при этом у должника имелся хотя бы один кредитор. В таком случае при заключении сделки с другим лицом, по которой последнее становится кредитором должника и должник исполняет эту сделку, естественно, должник тем самым предпочтительно перед первым кредитором удовлетворяет требования второго <*>. Можно привести и другой пример. Если должник, имея задолженность по уплате налоговых платежей в бюджет и соответствующие инкассовые распоряжения на расчетном счете на взыскание недоимок, в целях возврата кредита уступает банку право требования к покупателю его продукции и поступившие от покупателя денежные средства банк зачисляет на ссудный счет должника, минуя его расчетный счет, заключенный должником договор цессии направлен на приоритетное (перед бюджетом) получение банком денежных средств.

<*> М.В. Телюкина имеет иную точку зрения по данному вопросу. Она считает, что в Законе о банкротстве "не предусматривается возможность признания недействительной сделки с лицом, не являющимся кредитором, если эта сделка не повлекла за собой преимущественного удовлетворения одного требования кредитора перед другим (например, это может быть продажа имущества некредитору по заниженной цене в предвидении несостоятельности". (См.: Телюкина М.В. Комментарий к ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" / Отв. ред. проф. А.Ю. Кабалкин // М.: Изд-во БЕК, 1998. С. 130). Думается, что такая точка зрения неверна, так как в момент заключения договора с лицом, не являвшимся кредитором должника, это лицо становится его кредитором уже в силу заключенного им договора.

В отношении рассматриваемой категории сделок важно доказать наличие элемента "предпочтительности" удовлетворения требований одних кредиторов перед другими. Так, если должником заключена сделка, в результате которой у кредитора по этой сделке возникает право требования к должнику, но при этом он не получает исполнения по данной сделке или какие-либо привилегии в очередности удовлетворения требований по отношению к другим кредиторам, такая сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве. Это позволяет недобросовестному руководителю должника в предвидении банкротства значительно увеличивать кредиторскую задолженность за счет привлечения "своих" кредиторов, формально не являющихся заинтересованными в отношении должника, с целью получения большинства голосов на собрании кредиторов.

  1. Сделка связана с выплатой (выделом) доли (пая) в имуществе должника участнику должника в связи с его выходом из состава участников должника. Для признания такой сделки недействительной внешнему управляющему или кредитору необходимо доказать следующий юридический состав:

Термин "доля (пай)" неприменим к акционерным обществам. Поэтому при буквальном толковании данной нормы из сферы ее действия выпадают случаи, когда акционерное общество выкупает (приобретает) акции у своих акционеров. Более того, Закон связывает выплату доли в имуществе должника с выходом участника из состава участников должника. Получается, например, что внешний управляющий не может оспорить приобретение обществом части доли участника общества с ограниченной ответственностью, так как в этом случае уменьшается лишь доля участника в обществе, но участник из общества не выходит. Вместе с тем очевидно, что при распространительном толковании (когда истинное содержание правовой нормы шире ее текстуального выражения) сделки в приведенных примерах оспорить можно.

Защита интересов кредиторов на стадии конкурсного производства

Наибольшее количество вопросов возникает при применении ст. 101 Закона о банкротстве, согласно которой "при осуществлении своих полномочий конкурсный управляющий предъявляет иски о признании недействительными сделок, совершенных должником". Представляется, что в данном случае речь идет о праве конкурсного управляющего требовать признания сделок должника недействительными на основании норм ГК РФ. Статья 78 Закона о банкротстве ("Недействительность сделок должника"), в которой сформулированы специальные условия признания сделок должника недействительными, в данном случае применению не подлежит, так как в ней говорится о праве внешнего управляющего требовать признания сделок должника недействительными, но не конкурсного. Кроме того, данная статья помещена в гл. V "Внешнее управление" <*>. Арбитражная практика сначала восприняла подобный подход к толкованию норм Закона о банкротстве. Так, в Постановлении Президиума ВАС РФ от 6 июля 1999 г. N 6372/98 указано, что "постановлением апелляционной инстанции от 24.07.1998 решение отменено и в иске отказано по мотиву отсутствия у конкурсного управляющего права предъявлять иски о признании сделок недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 78 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)". Естественно, такая практика не отвечала интересам кредиторов и не соответствовала духу Закона о банкротстве.

<*> Следует отметить, что применительно к возможности конкурсного управляющего заявлять отказ от исполнения договоров должника, ст. 101 Закона о банкротстве носит отсылочный характер: "конкурсный управляющий с момента своего назначения осуществляет следующие функции - заявляет отказ от исполнения договоров должника. Отказ от исполнения договоров должника заявляется в порядке, установленном статьей 77 настоящего Федерального закона". Ст. 77 Закона о банкротстве, в свою очередь, регламентирует порядок отказа от исполнения договоров должника по заявлению внешнего управляющего.

В настоящее время арбитраж распространяет действие ст. 78 Закона о банкротстве на конкурсного управляющего. Так, в приложении к Письму ВАС РФ от 06.08.1999 N 43 "Вопросы применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в судебной практике" предусмотрено: "Конкурсный управляющий также вправе предъявить иски о признании указанных сделок недействительными, в том числе по основаниям, предусмотренным статьей 78 Закона о банкротстве". При таком подходе в части признания сделок должника недействительными у конкурсного управляющего ровно столько же прав, сколько и у внешнего управляющего, а ст. 78 Закона о банкротстве носит "межпроцедурный" характер.

Последствия признания сделок должника недействительными

В соответствии со ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) - возместить его стоимость в деньгах (двусторонняя реституция), если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Закон о банкротстве "иных последствий" не предусматривает. Однако в определенных процедурах банкротства последствия недействительности сделки имеют свои особенности.

Для правильного определения последствий недействительности сделки применительно к той или иной процедуре банкротства необходимо определить, в какой момент у участников такой сделки возникают определенные обязанности - в момент признания арбитражным судом сделки недействительной (вынесения решения о применении последствий недействительности сделки) или совершения этой сделки. Как было указано выше, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Таким образом, можно утверждать, что обязательство по возврату полученного по недействительной сделке возникает с момента получения имущества по данной сделке. Представляется, что в случае, если возвратить имущество в натуре невозможно, обязательство участника сделки по возмещению его стоимости в деньгах также возникает с момента получения исполнения по данной сделке. Это общее правило. Вместе с тем ГК РФ предусматривает исключение из данного правила. Так, согласно п. 3 ст. 167 ГК РФ, "если из содержания оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время". В этом случае обязательства участников недействительной сделки, вытекающие из ее недействительности, возникают с момента вступления в силу решения суда о признании оспоримой сделки недействительной <*>.

<*> Такой вывод подтверждается п. 31 Постановления ВАС "О практике применения положений ГК РФ о процентах за пользование чужими денежными средствами" N 14 от 8 октября 1998 г., где говорится, что "при признании недействительной по иску лица, получившего денежную сумму, оспоримой сделки (займа, кредита, коммерческого кредита), предусматривавшей уплату процентов на переданную на основании этой сделки и подлежащую возврату сумму, суд с учетом обстоятельств дела может прекратить ее действие на будущее время (пункт 3 статьи 167 Кодекса). В этом случае проценты в соответствии с условиями сделки и в установленном ею размере начисляются до момента вступления в силу решения суда о признании оспоримой сделки недействительной. После вступления в силу решения суда проценты за пользование денежными средствами начисляются на основании пункта 2 статьи 1107 Кодекса".

С учетом сказанного можно определить юридические последствия признания сделок должника недействительными применительно к конкретным процедурам банкротства. При этом следует сразу же отметить, что интерес в данном случае вызывает порядок исполнения обязанностей должника. Другая сторона по договору, признанному недействительным, обязана вернуть все полученное по договору должнику без каких-либо особенностей, связанных с институтом банкротства.

Последствия признания недействительными сделок должника на стадии наблюдения

В случае признания сделки должника недействительной по заявлению временного управляющего следует учитывать, что на совершение определенных Законом о банкротстве сделок должника вводятся ограничения (их совершение допускается только с согласия временного управляющего). Является ли возврат полученного должником по недействительной сделке сделкой? Данный вопрос является дискуссионным. В последнее время большинство ученых-юристов сходятся на том, что исполнение (по аналогии - возврат полученного по недействительной сделке) сделкой не является. При этом они указывают на то, что "по своей юридической природе исполнение является не сделкой, а юридическим поступком, т.е. правомерным действием, правовые последствия которого наступают независимо от того, было данное действие направлено на достижение этих последствий или нет: юридический эффект наступает независимо от субъективного момента" <*>.

<*> Показательно, что такой точки зрения придерживаются М.И. Брагинский, В.В. Витрянский и О.А. Красавчиков (См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. М.: Статут, 1997. С. 360).

КонсультантПлюс: примечание.

Монография М.И. Брагинского, В.В. Витрянского "Договорное право. Общие положения" (Книга 1) включена в информационный банк согласно публикации - М.: Издательство "Статут", 2001 (издание 3-е, стереотипное).

При таком подходе (когда возврат полученного по недействительной сделке сделкой не признается) соответственно не действуют нормы Закона о банкротстве, запрещающие совершение определенных сделок должника без согласия временного управляющего. Следовательно, должник должен вернуть своему контрагенту по недействительной сделке все полученное от него без каких-либо ограничений.

Последствия признания недействительными сделок должника на стадии внешнего управления

Особенностью внешнего управления является то, что с момента его введения вводится мораторий на удовлетворение требований кредиторов по денежным обязательствам и обязательным платежам должника. Мораторий распространяется на денежные обязательства и обязательные платежи, сроки исполнения которых наступили до введения внешнего управления. Под денежным обязательством Закон о банкротстве понимает "обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовому договору и по иным основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации". Таким образом, если должник до введения внешнего управления получил по недействительной сделке денежные средства (либо он получил от своего контрагента иное исполнение, возвратить которое в натуре невозможно), он должен вернуть денежные средства (возместить стоимость полученного в деньгах). Однако в период действия моратория он не сможет этого сделать, так как на указанное обязательство распространяется мораторий.

Если же должник до введения внешнего управления получил по недействительной сделке какое-либо имущество, не являющееся денежными средствами, и должник имеет возможность вернуть это имущество, то он должен сделать это без каких-либо ограничений, так как на указанное обязательство мораторий не распространяется.

Последствия признания недействительными сделок должника на стадии конкурсного производства

В случае признания сделки должника недействительной по заявлению конкурсного управляющего следует учитывать ряд моментов, связанных с особенностями конкурсного производства. Во-первых, с момента принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства все требования к должнику могут быть предъявлены только в рамках конкурсного производства. Во-вторых, все имущество должника, имеющееся на момент открытия и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу. В-третьих, удовлетворение требований кредиторов должника осуществляется в очередности, установленной Законом о банкротстве.

Закон о банкротстве не предусматривает каких-либо исключений в части очередности удовлетворения требований для кредиторов по обязательствам должника, вытекающим из недействительных сделок. Таким образом, если должник до введения наблюдения получил по недействительной сделке денежные средства (либо иное исполнение, возвратить которое в натуре невозможно), он должен вернуть денежные средства (возместить стоимость полученного). Однако контрагент должника по недействительной сделке в этом случае становится кредитором пятой очереди, а следовательно, вероятность того, что он сможет получить удовлетворение своих требований, очень мала.

Совсем иная ситуация возникает, когда должник до введения наблюдения получил по недействительной сделке какое-либо имущество, не являющееся денежными средствами, и должник имеет возможность вернуть это имущество. В этом случае полученное должником имущество не должно включаться в конкурсную массу, так как у должника не возник титул собственника на указанное имущество. Однако возвратить полученное в натуре должнику мешает запретительная норма, содержащаяся в ст. 98 Закона о банкротстве, согласно которой "исполнение обязательств должника допускается в случаях и порядке, которые установлены настоящей главой". Глава VI "Конкурсное производство" Закона о банкротстве не предусматривает возможности возврата должником имущества, полученного вследствие неосновательного обогащения <*>. Тем не менее представляется, что такая коллизия должна быть разрешена не в пользу должника: должник обязан вернуть своему контрагенту по недействительной сделке полученное им имущество без каких-либо ограничений.

<*> В данном случае приходится говорить именно о неосновательном обогащении. В соответствии со ст. 1103 ГК РФ правила, предусмотренные гл. 60 "Обязательства вследствие неосновательного обогащения" ГК РФ, подлежат применению также к требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке.

Следует иметь в виду, что здесь и выше говорится лишь о тех ограничениях, которые предусмотрены законодательством о несостоятельности (банкротстве). В данном случае нужно учитывать позицию Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенную в п. 25 Постановления ВАС "О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" от 25 февраля 1998 г. N 8, согласно которой, если собственником заявлен иск о признании недействительной сделки купли-продажи и возврате имущества, переданного покупателю, и при разрешении данного спора будет установлено, что покупатель отвечает требованиям, предъявляемым к добросовестному приобретателю (ст. 302 ГК РФ), в удовлетворении исковых требований о возврате имущества должно быть отказано <*>. Таким образом, у должника - добросовестного приобретателя, получившего вещь по недействительной сделке, виндицировать эту вещь невозможно. При этом уплата должником своему контрагенту по недействительной сделке денежной компенсации сопряжена с определенными проблемами, которые были указаны выше.

<*> А.В. Юхнин считает, что последствия недействительности "не могут быть применены в том случае, если контрагент по сделке докажет, что он не знал и не мог знать, что должник в момент совершения сделки являлся неплатежеспособным (по аналогии со ст. 302 ГК РФ)" (См.: К ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" / Под общей редакцией В.В. Витрянского. М.: Статут, 1998. С. 198). Думается, что применение в данном случае аналогии закона неоправданно. В соответствии со ст. 6 ГК РФ аналогия закона допускается, если существует пробел в законодательстве.

* * *

Следует признать, что как способ защиты интересов должника (а через него и его участников) и кредиторов при проведении процедур банкротства институт недействительности сделок достаточно эффективен. Порой возможность восстановления платежеспособности потенциального банкрота зависит только от того, удастся или нет арбитражному управляющему вернуть активы должника, которых он был лишен в результате недобросовестных действий своего руководства. Тем не менее в Законе о банкротстве имеются пробелы, позволяющие руководству должника в предвидении банкротства совершать неправомерные действия отнюдь не в интересах кредиторов. И примеров тому масса.

Законодательство о несостоятельности (банкротстве) предусматривает специальные условия признания сделок должника недействительными. Связаны они прежде всего с особенностями правового и экономического положения должника. Последствия признания его сделок недействительными законодательством о несостоятельности (банкротстве) не урегулированы (они регулируются прежде всего ГК РФ). Вместе с тем в связи со спецификой процедуры банкротства возникает множество вопросов, сопряженных именно с последствиями недействительности сделок. Применение последствий недействительности сделки должника крайне обременительно для другой стороны сделки. В большинстве случаев контрагент по недействительной сделке терпит значительные убытки из-за его обязанности возвратить все полученное по такой сделке безоговорочно, тогда как исполнение аналогичной обязанности должника сопряжено с вышеуказанными юридическими препонами. Представляется, было бы справедливым не распространять в отношении таких обязательств должника мораторий на удовлетворение требований кредиторов и правила об очередности (такие обязательства должны выполняться во внеочередном порядке).

Вызывает опасения то, что суды порой вынуждены из-за явных ошибок законодателя применять законодательство о несостоятельности, не руководствуясь его "буквой". Очевидно, что обозначенная ситуация может быть исправлена только путем целенаправленной нормотворческой деятельности.

II. Отказ от исполнения договоров

Отказ от исполнения договоров - один из наиболее эффективных методов выполнения задач, поставленных перед арбитражным управляющим. Следует иметь в виду, что возможность отказа не придает устойчивости складывающимся в гражданском обороте правовым связям. Как правило, он влечет для кредитора по этому обязательству существенные убытки. Вместе с тем, отказываясь от исполнения неблагоприятных для должника договоров, арбитражный управляющий создает условия для восстановления его платежеспособности либо увеличения (сохранения) конкурсной массы. Поэтому законодатель, устанавливая основания, по которым арбитражный управляющий может отказаться от исполнения договоров должника, автоматически разрешает довольно сложный вопрос: насколько можно ущемить принцип верности договорным обязательствам, чтобы при этом не привести к дестабилизации гражданского оборота?

Нормы Закона о банкротстве, позволяющие арбитражному управляющему отказываться от исполнения договоров должника, основываются на положениях части первой ГК РФ. В соответствии с п. 3 ст. 450 ГК односторонний отказ от исполнения договоров полностью или частично допускается, если это предусмотрено законом или соглашением сторон. Данное правило корреспондирует ст. 310 ГК, согласно которой односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом. Одним из таких законов (которые предусматривают случаи одностороннего отказа от исполнения договора) является Закон о банкротстве.

Статьи 77 и 101 Закона о банкротстве регламентируют порядок отказа арбитражного управляющего от исполнения договоров. Такое право предоставляется внешнему и конкурсному управляющим. При осуществлении мер по предупреждению банкротства кредитной организации в форме назначения временной администрации по управлению этой организацией право отказа от исполнения договоров предоставляется руководителю временной администрации. При этом в соответствии со ст. 27 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций" таким правом руководитель временной администрации может воспользоваться в случае приостановления полномочий исполнительных органов кредитной организации. Временный управляющий не может отказываться от исполнения договоров должника. Это объясняется тем, что при введении наблюдения руководитель должника продолжает осуществлять свои полномочия, но с ограничениями, предусмотренными Законом о банкротстве. Вместе с тем представляется, что было бы разумным предоставить право отказываться от исполнения договоров по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, и временному управляющему - в случае отстранения руководителя должника от должности (по аналогии с Законом о банкротстве кредитных организаций).

Отказ от исполнения допускается только в отношении тех договоров должника, которые заключены до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, а также в ходе наблюдения без согласия временного управляющего.

Внешний (конкурсный) управляющий и руководитель временной администрации вправе прибегнуть к этой мере при одновременном соблюдении следующих условий:

<*> Следует отметить, что установление в Законе о банкротстве оснований, по которым арбитражный управляющий может отказаться от исполнения договоров должника, не препятствует арбитражному управляющему заявить отказ от исполнения договора в случае, когда возможность одностороннего отказа предусмотрена договором должника или иным федеральным законом.

Очевидно, что в случае спора о правомерности одностороннего отказа от исполнения договора должника по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, арбитражный суд вынужден будет разрешать дело, исходя в большей степени из экономических соображений (препятствует ли исполнение данного договора восстановлению платежеспособности должника и т.п.). Естественно, такая функция арбитражным судьям не свойственна. Думается, для разрешения подобных дел необходимо прибегать к помощи специалистов <*>.

<*> Положение о порядке учета юридических и физических лиц, осуществляющих экспертную деятельность в области несостоятельности (банкротстве) и финансового оздоровления (утверждено распоряжением Федеральной службы России по делам о несостоятельности и финансовому оздоровлению от 23 декабря 1998 г. N 26-р) предусматривает порядок аккредитации соответствующих специалистов.

Арбитражный управляющий вправе заявить отказ от исполнения договоров должника в трехмесячный срок с момента введения внешнего управления или конкурсного производства (п. 1 ст. 77 Закона о банкротстве). Согласно ст. 450 ГК РФ в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично договор считается расторгнутым. Поэтому последствия отказа арбитражного управляющего от исполнения договора должника регламентируются ст. 453 ГК РФ "Последствия изменения и расторжения договора". Согласно этой статье при расторжении договора обязательства сторон прекращаются; при этом стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.

Закон о банкротстве предусматривает право контрагента должника потребовать от должника возмещения реального ущерба, вызванного отказом от исполнения договора. Никаких дополнительных компенсаций за нарушение своих прав (например, упущенную выгоду) контрагент потребовать не вправе. Реальный ущерб как составная часть убытков включает в себя расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (ст. 15 ГК РФ).

Помимо ограничений размера убытков, подлежащих возмещению кредитору должника в связи с отказом арбитражного управляющего от исполнения договора должника, Закон о банкротстве ущемляет интересы такого кредитора еще и в том, что на стадии внешнего управления на удовлетворение его требований о возмещении убытков распространяется мораторий. Вместе с тем такой подход законодателя (когда вышеуказанные кредиторы не поставлены в привилегированное положение по отношению к другим) представляется вполне оправданным.

Учитывая, что требования кредиторов о возмещении убытков, вызванных отказом арбитражного управляющего от исполнения договоров должника, подпадают под определение "денежное обязательство", сформулированное в Законе о банкротстве, а кредиторы по таким обязательствам соответственно являются "конкурсными кредиторами", последние имеют право участвовать на собрании кредиторов с правом голоса.

Для того чтобы не парализовать работу должника в период проведения наблюдения и с учетом того что процедура наблюдения предполагает контроль за действиями должника со стороны арбитражного управляющего, Закон о банкротстве установил, что договоры должника, заключенные в ходе наблюдения с согласия арбитражного управляющего, не могут быть расторгнуты в одностороннем порядке вследствие отказа от их исполнения по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве. Такие договоры расторгаются в порядке, предусмотренном ст. 450 ГК РФ.

Определенные типы правоотношений представляют особенную общественную значимость. Поэтому при предоставлении арбитражному управляющему права отказываться от исполнения договоров должника отдельные типы договоров должны подпадать под защиту государства. Однако Закон о банкротстве подобных исключений не предусматривает. Данная идея прослеживается лишь в Федеральном законе "Об особенностях несостоятельности (банкротства) субъектов естественных монополий топливно-энергетического комплекса" от 24 июня 1999 г. N 122-ФЗ. Согласно ст. 16 этого Закона внешний управляющий не вправе отказаться от исполнения организацией-должником договоров энергоснабжения, поставки, транспортировки газа, нефти и нефтепродуктов, распределения газа, нефти и нефтепродуктов, заключенных с потребителями, подача (поставки) топливно-энергетических ресурсов которым не подлежит ограничению и (или) прекращению в соответствии с федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Внешний управляющий не вправе также отказаться от поставок газа, осуществляемых в соответствии с международными договорами Российской Федерации. Между тем помимо топливно-энергетического комплекса существуют и иные отрасли (иные типы договоров), где односторонний отказ от исполнения договоров может причинить существенный вред обществу в целом.