Мудрый Юрист

Из практики прокурорского надзора

На референдум субъекта РФ не могут быть вынесены вопросы, находящиеся в ведении Российской Федерации либо в совместном ведении РФ и ее субъекта.

Заместитель Генерального прокурора РФ обратился в Верховный Суд РФ с заявлением о признании противоречащим закону Указа Президента Республики Ингушетия N 298 от 29 декабря 1997 г. "О назначении на 1 марта 1998 г. референдума Республики Ингушетия" по вопросу "Поддерживаете ли Вы принятие Закона Республики Ингушетия "О правоохранительной и судебной системе Республики Ингушетия", сославшись на то, что названный Указ противоречит требованиям ч. 4 ст. 13 Федерального закона РФ "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации".

В судебном заседании принимавший участие по делу прокурор Генеральной прокуратуры РФ заявленное требование поддержал.

Представитель Центральной избирательной комиссии РФ также просил о признании названного Указа Президента Республики Ингушетия незаконным.

Представители Президента Республики Ингушетия с предъявленным требованием не согласились и просили об оставлении его без удовлетворения, указав на то, что в соответствии с п. 3 ст. 11 Конституции РФ разграничение предметов ведения и полномочий между органами государственной власти РФ и органами государственной власти субъектов РФ осуществляется настоящей Конституцией РФ, Федеративным и иными договорами о разграничении предметов ведения и полномочий. В нарушение указанной нормы Конституции РФ, по их мнению, Федеральным законом "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" фактически произведено разграничение полномочий между органами государственной власти РФ и ее субъектов в вопросах назначения и проведения референдума в субъекте РФ, в том числе установлено, какие вопросы не могут выноситься на референдум субъекта. Однако согласно ст. 15 Конституции РФ законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции РФ.

Выслушав объяснения прокурора Генеральной прокуратуры РФ, представителя Центральной избирательной комиссии РФ, представителей Президента Республики Ингушетия, исследовав материалы дела и заслушав заключение прокурора, предложившего удовлетворить предъявленное требование, Верховный Суд РФ нашел заявление заместителя Генерального прокурора РФ подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 4 ст. 13 Федерального закона РФ "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" на референдум субъекта РФ не могут быть вынесены вопросы, находящиеся в ведении РФ либо в совместном ведении РФ и ее субъекта.

Как установлено судом, Президент Республики Ингушетия Указом от 29 декабря 1997 г. N 298 назначил на 1 марта 1998 г. референдум Республики Ингушетия по вопросу "Поддерживаете ли Вы принятие Закона Республики Ингушетия "О правоохранительной и судебной системе Республики Ингушетия", из содержания проекта которого следует, что настоящий Закон в соответствии с Конституцией Республики Ингушетия устанавливает организационные и правовые основы функционирования правоохранительной и судебной системы Республики Ингушетия с учетом национальных, социально-политических и иных факторов, характерных для Ингушетии, а также определяет иной порядок их формирования и деятельности в отличие от предусмотренного, в частности, Федеральным конституционным законом РФ "О судебной системе Российской Федерации".

Затрагиваемые в указанном проекте Закона Республики Ингушетия вопросы касаются судоустройства и прокуратуры, которые согласно пункту "о" ст. 71 Конституции РФ отнесены к ведению исключительно РФ, а кадры судебных и правоохранительных органов согласно ст. 72 отнесены к совместному ведению РФ и ее субъектов.

Указанные выше обстоятельства подтверждены материалами дела и представителями Президента Республики Ингушетия по существу не оспаривались.

При таких данных суд пришел к выводу о том, что принятый Президентом Республики Ингушетия Указ о назначении референдума по проекту Закона РИ, затрагивающего вопросы судоустройства и прокуратуры, противоречит ч. 4 ст. 13 Федерального закона РФ "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации".

Утверждение представителей Президента Республики Ингушетия о том, что ч. 4 ст. 13 названного выше Федерального закона неправомерно ограничивает права субъектов РФ на проведение референдума по указанным в ней вопросам ввиду отсутствия разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти РФ и органами государственной власти субъектов РФ по этим вопросам в предусмотренном ч. 3 ст. 11 Конституции РФ порядке, не может быть признано правильным.

Суд указал, что вопросы судоустройства и прокуратуры, которые фактически вынесены на референдум Республики Ингушетия, отнесены к ведению РФ ст. 71 Конституции РФ, а не Федеральным законом "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации".

Этим Федеральным законом (ст. 13) фактически закреплены права Российской Федерации и ее субъектов на проведение референдумов по вопросам, отнесенным Конституцией РФ к их ведению, а также определены вопросы, которые не могут быть вынесены на референдум субъекта РФ, что не может быть расценено судом как разграничение данным Законом предметов ведения между Российской Федерацией и ее субъектами, поскольку этим Законом фактически определены лишь вопросы, которые могут быть вынесены на референдум как Российской Федерации, так и ее субъектов, исходя из разграничения предметов ведения между ними, установленного Конституцией РФ.

С учетом этого суд принял во внимание и доводы представителей Президента Республики Ингушетия о несоответствии Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" требованиям ч. 1 ст. 15 Конституции РФ.

Учитывая, что оспариваемый Указ Президента РИ принят с нарушением требований ч. 7 ст. 1 названного Федерального закона, согласно которой федеральные законы, законы субъектов РФ, нормативные правовые акты о выборах и референдумах, принимаемые в РФ, не должны противоречить данному Федеральному закону, то он, как противоречащий этому Закону, подлежит признанию недействительным.

На основании изложенного Верховный Суд РФ решением от 17 февраля 1998 г. заявление заместителя Генерального прокурора РФ удовлетворил, признав вышеназванный Указ Президента Республики Ингушетия недействительным.