Мудрый Юрист

Выход участника из общества с ограниченной ответственностью

Петрухина Татьяна Геннадьевна, старший юрисконсульт отдела правового обеспечения ОАО "Авиационная компания "ТРАНСАЭРО". Специалист в области таможенного права.

Окончила юридический факультет Московского государственного открытого университета. В 2000 - 2003 гг. работала в правовом отделе Домодедовской таможни.

Автор ряда публикаций.

Согласно ст. 94 Гражданского кодекса РФ и ст. 26 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон) участник общества вправе в любое время выйти из него независимо от согласия других участников либо самого общества.

Пунктом 27 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 разъяснено, что при рассмотрении споров судам необходимо исходить из того, что предусмотренное ст. 94 ГК РФ положение о праве участника общества с ограниченной ответственностью в любое время выйти из общества независимо от согласия других его участников является императивной нормой. Поэтому условия учредительных документов названных обществ, лишающие участника этого права или ограничивающие его, должны рассматриваться как ничтожные, т.е. не порождающие правовых последствий.

Большинство юристов склонно рассматривать нормы, предусматривающие безусловное право участника на выход из общества с ограниченной ответственностью (ООО), как негативно влияющие на стабильность гражданского оборота.

Так, О.Н. Садиков полагает, что "ничем не ограниченное право произвольного выхода может привести к ликвидации или даже банкротству общества и ущемлению прав его кредиторов. Это положение ГК создает благодатную почву для злоупотреблений" <1>.

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) (под ред. О.Н. Садикова) включен в информационный банк согласно публикации - КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 1997.

<1> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под ред. О.Н. Садикова. М.: Юрид. фирма Контракт, Инфра-М, 1998.

В свою очередь, В.В. Залесский утверждает, что "правило о свободном выходе участника общества с ограниченной ответственностью, унаследованное ГК РФ и Законом из законодательства советского периода, относится к числу наиболее спорных положений российского законодательства о хозяйственных обществах. Во всяком случае, в таком виде оно не известно более ни одному развитому рыночному законодательству. В результате использования участниками общества права на выход общество неожиданно может лишиться существенной части своих активов, что весьма печально не только для него самого, но и для его кредиторов. Рассчитанная чисто математически "действительная" стоимость доли выходящего участника вряд ли будет покрыта суммой, вырученной от ее последующей продажи. Ведь продаваться она будет уже не по "действительной", а по рыночной цене, при определении которой придется учитывать не только балансовую стоимость активов общества, но и многие другие факторы, которые скорее всего будут влиять на изменение цены доли в сторону ее понижения. Уже тот факт, что участники общества используют "право свободного выхода", показывает, что рыночная цена доли ниже, чем ее математическая "действительная" стоимость. В противном случае участник нашел бы способ уступить долю другим участникам или третьим лицам (конечно, если уступка доли третьим лицам не запрещена уставом общества). Не исключено также, что для расчетов с выходящим участником обществу придется получать кредит, а значит, и нести потери на погашении процентов. Все это неблагоприятно сказывается на состоянии активов общества. Погашение приобретенной у участника доли с уменьшением уставного капитала - также не лучший вариант для общества. Предусмотренный законодательством порядок таков, что при вынужденном уменьшении капитала существует вероятность лавинообразного нарастания требований, предъявляемых кредиторами, а это легко может привести к ликвидации и даже банкротству общества" <2>.

<2> Залесский В.В. Комментарий к Федеральному закону от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

Между тем арбитражные суды не ставят под сомнение возможность выхода участника общества из него независимо от согласия других участников либо самого общества.

Исходя из п. 2 ст. 26 Закона подача заявления участником общества порождает правовые последствия, предусмотренные этой нормой, которые не могут быть изменены в одностороннем порядке. Вместе с тем это обстоятельство не лишает участника права в случае отказа общества удовлетворить его просьбу об отзыве заявления о выходе из общества оспорить такое заявление в судебном порядке применительно к правилам о недействительности сделок, предусмотренным ГК РФ (например, по мотивам подачи заявления под влиянием насилия, угрозы либо в момент, когда участник общества находился в таком состоянии, что не был способен понимать значение своих действий или руководить ими) <3>.

<3> Постановление Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 9 декабря 1999 г. N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью".

Так, Н-ва Светлана Александровна и Л-ва Любовь Александровна обратились в Арбитражный суд Московской области к обществу с ограниченной ответственностью "Торговая фирма "Мебель" (далее - ООО "Торговая фирма "Мебель") с иском о признании недействительными заявлений истцов от 9 июля 2003 г. о выходе их из состава участников ООО "Торговая фирма "Мебель" и признании недействительным протокола внеочередного собрания участников общества от 15 июля 2003 г.

Иск предъявлен на основании ст. 166, 167, 179 ГК РФ и мотивирован тем, что заявления о выходе из состава участников общества были написаны истцами под влиянием заблуждения, т.к. они намеревались выделить свои доли для создания нового общества, а не выходить из состава его участников.

Решением от 15 сентября 2004 г. Арбитражный суд Московской области в удовлетворении иска отказал.

Суд первой инстанции исходил из того, что заявления о выходе из состава участников общества истицы писали с целью получения стоимости доли в натуре и в денежных средствах. При совершении оспариваемых сделок в силу ст. 178 ГК РФ причины заблуждения истцов не могут быть признаны существенными.

Постановлением от 29 ноября 2004 г. N 10АП-1048/04-ГК Десятый арбитражный апелляционный суд оставил решение без изменения с поддержанием выводов суда первой инстанции, причем апелляционный суд указал, что сделки совершены в соответствии с действующим законодательством, правомерность решения внеочередного общего собрания участников ООО "Торговая фирма "Мебель", оформленного протоколом от 15 июля 2003 г., о выводе истцов из состава участников общества и выплате им действительной стоимости их долей подтверждена вступившими в законную силу судебными актами по делу N А41-К1-15606/03.

Истцами подана кассационная жалоба. По мнению ее заявителей, при написании и подаче заявлений о выходе из общества истцы ставили целью отделиться от участия в работе общества путем создания нового общества, однако последствия сделки не отвечают признакам сделки, к которой стремились истцы, т.к. неправильно выражают волю ее участников.

Оставляя кассационную жалобу без удовлетворения, суд руководствовался следующим.

Исковые требования мотивированы совершением сделки под влиянием заблуждения, поскольку при написании заявлений Н-ва С.А. и Л-ва Л.А. намеревались выделить свои доли из состава общества для создания нового общества, а не выходить из состава его участников.

В соответствии со ст. 26 Закона участник общества вправе в любое время выйти из него независимо от согласия других его участников или общества. В случае выхода из общества участника его доля переходит к обществу с момента подачи заявления о выходе из него. При этом общество обязано выплатить подавшему заявление о выходе из него участнику действительную стоимость его доли либо с согласия участника выдать ему в натуре имущество такой же стоимости, а в случае неполной оплаты его вклада в уставный капитал общества - действительную стоимость части его доли, пропорциональной оплаченной части вклада.

Из материалов дела усматривается и судами обеих инстанций установлено, что Н-вой С.А. и Л-вой Л.А. были поданы 9 июля 2003 г. в адрес ООО "Торговая фирма "Мебель" заявления с просьбой вывести их из состава участников общества с выплатой стоимости их долей в виде недвижимого имущества и денежных средств. На основании этих заявлений на внеочередном общем собрании участников ООО "Торговая фирма "Мебель", оформленном протоколом от 15 июля 2003 г., было принято решение о выводе из состава участников общества Н-вой С.А. и Л-вой Л.А. с выплатой действительной стоимости их долей.

Судами обеих инстанций правомерно установлено отсутствие оснований для признания указанных сделок недействительными в силу ст. 178, 179 ГК РФ.

Также апелляционный суд сделал обоснованный вывод о том, что буквальное толкование заявлений Н-вой С.А. и Л-вой Л.А. позволяет сделать вывод о намерении истцов прекратить корпоративные отношения между ними и ООО "Торговая фирма "Мебель" путем выдачи имущества и денежных средств, составляющих действительную стоимость долей истцов.

Заявление истцов о выходе их из состава участников общества не позволяет квалифицировать их действия как совершенные под влиянием заблуждения относительно предмета сделки.

Довод заявителей о том, что они не рассчитывали на получившийся результат, не может расцениваться, согласно ст. 178 ГК РФ, как заблуждение относительно природы сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 178 ГК РФ не является существенным заблуждение относительно мотивов сделки. Они лежат вне ее, разнообразны и индивидуальны.

Кроме того, в материалах дела имеются вступившие в законную силу судебные акты по делу N А41-К1-15606/03, которыми отказано Н-вой С.А. и Л-вой Л.А. в признании недействительным решения внеочередного общего собрания участников ООО "Торговая фирма "Мебель", оформленного протоколом от 15 июля 2003 г., о выходе истцов из состава участников общества и выплате им действительной стоимости их долей <4>.

<4> Постановление ФАС Московского округа от 9 марта 2005 г. по делу N КГ-А41/889-05.

Выход участника из общества осуществляется на основании его письменного заявления, с момента подачи которого его доля переходит к обществу.

Временем подачи такого заявления следует рассматривать день передачи его участником как совету директоров (наблюдательному совету) либо исполнительному органу общества (единоличному или коллегиальному), так и работнику общества, в обязанности которого входит передача заявления надлежащему лицу, а в случае направления заявления по почте - день поступления его в экспедицию либо к работнику общества, выполняющему эти функции <5>.

<5> Постановление Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 9 декабря 1999 г. N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью".

В соответствии со ст. 26 Закона в случае выхода участника из общества его доля переходит к обществу, при этом оно обязано выплатить данному лицу действительную стоимость его доли либо с согласия участника выдать ему в натуре имущество такой же стоимости, и указанные действия обществом производятся в течение 6 месяцев с момента окончания финансового года, в течение которого подано заявление, если меньший срок не предусмотрен уставом общества.

Так, А-в Р.В. обратился в Федеральный суд Ленинского района г. Воронежа с иском к ООО "Аванс" (далее - общество) о взыскании с него 990000 руб., составляющих действительную стоимость доли, в связи с выходом истца 21 декабря 2001 г. из участников общества.

Определением данного суда от 12 августа 2002 г. дело направлено для рассмотрения по подведомственности в Арбитражный суд Воронежской области, Определением которого от 29 августа 2002 г. принято к производству.

При рассмотрении дела истец уточнил исковые требования и просил суд взыскать с ответчика 1061400 руб. (действительную стоимость доли истца) в связи с выходом его из общества и проценты за пользование ответчиком чужими денежными средствами за период с 1 июля 2002 г. по день исполнения решения суда, а также взыскать с ответчика расходы по экспертизе и государственной пошлине. Судом принято такое уточнение исковых требований.

Решением первой инстанции Арбитражного суда Воронежской области от 7 октября 2002 г. в иске отказано со ссылкой на то, что действительная стоимость доли не может быть выплачена истцу, вышедшему из общества, ввиду отсутствия соответствующей разницы между величиной чистых активов общества и его уставным капиталом, за счет которой выплачивается такая доля. Величина чистых активов общества не превышает размера его уставного капитала, но общество на день рассмотрения дела не уменьшило размер своего уставного капитала на недостающую сумму, необходимую для выплаты вышедшему из него участнику действительной стоимости его доли.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 21 ноября 2002 г. решение оставлено без изменения по тем же основаниям. Довод истца о том, что общество умышленно не уменьшает свой уставный капитал для того, чтобы не выплачивать ему соответствующую долю, не признан в качестве основания для удовлетворения иска. Суд указал на то, что он не вправе принимать решение об уменьшении размера уставного капитала общества с целью выплаты вышедшему из него участнику причитающейся ему действительной стоимости доли.

ФАС Центрального округа Постановлением от 10 февраля 2003 г. оставил в силе названные решение и Постановление.

Обжалуя в ВАС РФ судебные акты по настоящему делу, заявитель указал на то, что он имеет законное право на взыскание с ответчика действительной стоимости доли в связи со своим выходом из общества и необоснованно лишен такого права по причине умышленного неуменьшения уставного капитала обществом. Решением Арбитражного суда Воронежской области от 4 марта 2003 г. по другому делу N А14-9482-02/226/30 истцу (А-ву Р.В.) отказано в иске к обществу об уменьшении им уставного капитала по мотиву того, что такое уменьшение относится к компетенции общего собрания общества.

Постановлением Президиума ВАС РФ от 17 июня 2003 г. N 2788/03 содержащиеся в принятых по делу судебных актах выводы признаны незаконными по следующим основаниям.

Согласно п. 2, 3 ст. 26 Закона в случае выхода участника из общества его доля переходит к нему с момента подачи заявления о выходе из общества. При этом оно обязано выплатить участнику, подавшему заявление о выходе, действительную стоимость его доли, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за год, в течение которого было подано заявление о выходе из общества, либо с согласия его участника выдать ему в натуре имущество такой же стоимости, и указанные действия обществом производятся в течение 6 мес. с момента окончания финансового года, в котором подано заявление о выходе из общества, если меньший срок не предусмотрен его уставом.

Содержащаяся в абз. 2 п. 3 ст. 26 Закона норма, в соответствии с которой действительная стоимость доли выплачивается за счет разницы между стоимостью чистых активов общества и размером его уставного капитала, а в случае если такой разницы недостаточно, общество обязано уменьшить свой уставный капитал на недостающую сумму, не исключает обязанности общества выплатить участнику общества, вышедшему из него, действительную стоимость его доли с соблюдением названного порядка, а также определяет лишь механизм последующего изыскания обществом средств для приведения чистых активов в соответствие с уставным капиталом общества после выплаты участнику, вышедшему из него, действительной стоимости его доли.

Состоявшиеся по делу судебные акты об отказе А-ву Р.В. в иске о взыскании причитающейся ему доли с общества по мотиву отсутствия у него соответствующей разницы между величиной чистых активов и уставным капиталом и невнесением обществом изменений по уменьшению его уставного капитала на недостающую сумму, необходимую для выплаты такой доли, не основаны на нормах Закона и приняты в результате неправильного толкования судебными инстанциями этих норм.

Ссылка судебных инстанций на ст. 20 Закона, регламентирующую порядок уменьшения уставного капитала общества и последствия, наступающие для кредиторов в случае непринятия обществом в разумный срок решения об уменьшении своего уставного капитала или о ликвидации, в данном случае также не могла служить основанием для отказа в иске. Эта норма Закона не исключает из числа кредиторов участника, вышедшего из общества, которому оно обязано выплатить действительную стоимость его доли, и определяет последующие права кредиторов при несоблюдении обществом требований названной нормы и неисполнении обязательств перед кредиторами.

При таких обстоятельствах названные судебные акты отменены на основании п. 1 ст. 304 Арбитражного процессуального кодекса РФ (АПК РФ) как нарушающие единообразие в толковании и применении арбитражными судами норм права. Поскольку в результате данного нарушения и применения норм Закона судебные инстанции неполно исследовали обстоятельства, связанные с определением размера действительной стоимости доли, подлежащей выплате истцу в связи с его выходом из общества, а также не установили сумму процентов за пользование ответчиком чужими денежными средствами в спорный период, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

После выхода участника из общества он перестает быть его участником, в связи с чем размер доли бывшего участника, используемый в расчете подлежащей выплате ему действительной стоимости доли, не может быть изменен с учетом изменившегося после его выхода уставного капитала, влияющего на размеры долей оставшихся и вновь принятых участников общества.

Так, ООО "Научно-производственная фирма "Ригона" (далее - фирма) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к ООО "Камский коммерческий банк" (далее - общество) о взыскании с ответчика недовыплаченной истцу действительной стоимости доли бывшего участника общества в размере 1647987 руб., а также о взыскании с ответчика 115359 руб. процентов за пользование указанными денежными средствами.

Исковые требования мотивированы тем, что на день подачи фирмой заявления о выходе из состава участников общества (22 августа 2001 г.) размер доли истца в уставном капитале ответчика составлял 15,44%.

Ответчик при выплате истцу лишь части действительной стоимости его доли в связи с выходом из общества исходил из размера доли участника не на момент его выхода из общества, а на момент выплаты ему действительной стоимости доли, уменьшив при этом размер доли участника с 15,44 до 12,52% в связи с увеличением по состоянию на 1 января 2002 г. уставного капитала общества за счет вкладов других его участников.

Решением суда первой инстанции Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 февраля 2003 г. исковые требования удовлетворены, поскольку доля участника в размере 15,44%, определенная на день выхода его из общества, не могла быть изменена при расчете подлежащей выплате обществом действительной стоимости доли бывшего участника.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 8 мая 2003 г. решение оставлено без изменения.

Федеральный арбитражный суд Поволжского округа Постановлением от 1 июля 2003 г. указанные судебные акты отменил. В удовлетворении исковых требований отказано со ссылкой на следующее. Размер доли участника, определенный на момент выхода его из общества, ответчик мог изменить, т.к. на момент выплаты ему действительной стоимости доли изменился уставный капитал общества.

В заявлении, поданном в ВАС РФ, о пересмотре в порядке надзора названного Постановления суда кассационной инстанции фирма указывает на то, что размер ее доли как участника общества, используемый в расчете подлежащей выплате ей действительной стоимости доли, не мог быть изменен обществом после выхода из него участника.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в заявлении, Президиум в Постановлении от 16 декабря 2003 г. N 12263/03 указал, что Постановление ФАС Поволжского округа от 1 июля 2003 г. подлежит отмене, решение суда первой инстанции от 27 февраля 2003 г. и Постановление суда апелляционной инстанции от 8 мая 2003 г. Арбитражного суда Республики Татарстан - оставлению в силе по следующим основаниям.

Согласно п. 2 ст. 14 Закона размер доли участника в уставном капитале общества определяется в процентах или в виде дроби и должен соответствовать соотношению номинальной стоимости его доли и уставного капитала общества. Действительная стоимость доли его участника соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Пунктом 2 ст. 26 Закона предусмотрено, что в случае выхода участника из общества его доля переходит к обществу с момента подачи заявления о выходе из него. При этом общество обязано выплатить участнику, подавшему заявление о выходе, действительную стоимость его доли, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за год, в течение которого было подано заявление.

Подача заявления участником общества о выходе из него порождает правовые последствия, предусмотренные п. 2 ст. 26 Закона, которые не могут быть изменены в одностороннем порядке (подп. "б" п. 16 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 9 декабря 1999 г. N 90/14).

При таких условиях после выхода участника из общества он перестает быть его участником, в связи с чем размер доли бывшего участника, используемый в расчете подлежащей выплате ему действительной стоимости доли, не может быть изменен с учетом изменившегося после его выхода уставного капитала общества, влияющего на размеры долей оставшихся и вновь принятых участников общества. Такая позиция по данному вопросу соответствует судебно-арбитражной практике и была отражена в Постановлении Президиума ВАС РФ от 15 мая 2001 г. N 2825/00.

Судами первой и апелляционной инстанций правомерно установлено, что на день выхода участника из общества (22 августа 2001 г.) размер доли вышедшего участника составлял 15,44% и, используемый в расчете действительной стоимости его доли, он не мог быть изменен.

Вывод суда кассационной инстанции о том, что действительная стоимость доли бывшего участника, вышедшего из общества 22 августа 2001 г., должна рассчитываться исходя из его доли (12,52%), установленной обществом на конец финансового 2001 г. и по состоянию на 1 января 2002 г., противоречит положениям названных законодательных норм и судебно-арбитражной практике.

При таких обстоятельствах, согласно п. 1 ст. 304 АПК РФ, обжалуемое постановление суда кассационной инстанции отменено, поскольку оно нарушает единообразие в толковании и применении арбитражными судами приведенных норм права, решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции оставлены без изменения.

Выход из числа участников общества не является основанием для обязательной переоценки стоимости его имущества.

Так, Х-н В.А. обратился в Арбитражный суд Ивановской области с иском к ООО "Логика" о взыскании 267957 руб. 16 коп., в том числе 166617 руб. 78 коп. действительной стоимости его доли в имуществе ООО "Логика" и 101339 руб. 38 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами с 1 июля 2002 г. по 31 августа 2004 г.

Заявленные требования основаны на ст. 26 Закона, ст. 395 ГК РФ и мотивированы уклонением ответчика от выплаты истцу действительной стоимости доли имущества в связи с его выходом из состава участников ООО "Логика".

Решением от 6 сентября 2004 г., оставленным без изменения Постановлением апелляционной инстанции от 29 октября 2004 г., суд, сославшись на ст. 14 (ч. 2), 26 (п. 2 ч. 3) Закона, п. 16 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 9 декабря 1999 г. N 90/14, ст. 2 Федерального закона "Об оценочной деятельности в Российской Федерации", ст. 395 ГК РФ, частично удовлетворил заявленные требования. Взыскал с ООО "Логика" в пользу Х-на В.А. 44040 руб. - действительную стоимость доли и 13393 руб. 05 коп. - проценты за пользование чужими денежными средствами за заявленный в иске период; в остальной части в иске отказал. Обе судебные инстанции исходили из того, что действующее законодательство не предусматривает методику расчета действительной доли выбывшего участника ООО "Логика" исходя из рыночной стоимости принадлежащего ему имущества.

Не согласившись с принятыми судебными актами, Х-н В.А. обратился в ФАС Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просил отменить решение и постановление апелляционной инстанции в связи с неправильным применением норм материального права и удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

По мнению заявителя, при расчете действительной стоимости доли предварительно должно быть переоценено имущество ООО "Логика" по рыночной стоимости и суд неправомерно положил в основу решения заключение повторной бухгалтерской экспертизы по данным бухгалтерской отчетности ООО "Логика" без переоценки его имущества. Суд также сделал неправильный вывод о том, что определение действительной стоимости доли исходя из рыночной стоимости принадлежащего ООО "Логика" имущества не предусмотрено законодательством. При этом применению подлежала ст. 7 Федерального закона "Об оценочной деятельности в Российской Федерации".

Окружной суд не нашел оснований для отмены обжалуемых судебных актов в силу следующего.

Как усматривается из документов, ООО "Логика" зарегистрировано Регистрационной палатой г. Иваново 27 мая 1998 г. за N 3278. Уставный капитал ООО "Логика" составляет 20000 руб. и распределен между учредителями Х-ным В.А. и М-вым И.В. в равных долях - по 50%.

Х-н В.А. в письме от 6 апреля 2001 г. известил ООО "Логика" о своем выходе из него.

Невыплата ООО "Логика" действительной стоимости доли в уставном капитале послужила основанием для обращения Х-на В.А. в арбитражный суд с иском.

Согласно п. 2 ст. 26 Закона в случае выхода участника из общества его доля переходит к обществу с момента подачи заявления о выходе. При этом общество обязано выплатить его участнику, подавшему заявление о выходе, действительную стоимость его доли, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за год, в течение которого было подано заявление о выходе из него.

В пункте 2 ст. 14 Закона предусмотрено, что действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости его чистых активов, пропорциональной размеру этой доли.

В соответствии с п. 16 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 9 декабря 1999 г. N 90/14, если участник не согласен с размером действительной стоимости его доли, определенным обществом, суд проверяет обоснованность его доводов, а также возражений общества на основании представленных сторонами доказательств, предусмотренных гражданским процессуальным и арбитражным процессуальным законодательством, в том числе заключения экспертизы. По делу проведены две судебно-бухгалтерские экспертизы.

При установлении действительной стоимости доли истца суд правильно исходил из того, что такая доля участника, подлежащая выплате в связи с его выходом из общества, определяется в силу требований названных норм права. В связи с этим доводы кассационной жалобы об ином порядке определения действительной стоимости доли участника общества являются несостоятельными и не соответствующими Закону.

Заключения экспертиз были надлежащим образом оценены судом согласно со ст. 71 и 86 АПК РФ.

При определении стоимости чистых активов ООО "Логика" суд правомерно принял за основу заключение повторной бухгалтерской экспертизы, проведенной аудиторской фирмой ООО "Консультант-Аудит" на основании данных бухгалтерского баланса ООО "Логика" за 2001 г., а не заключение аудиторской фирмы "ИВАУДИТ", т.к. в нем не определена действительная стоимость доли истца в имуществе общества. В этой связи является правильным указание суда на то обстоятельство, что законодательством не предусмотрено определение действительной стоимости доли исходя из рыночной стоимости принадлежащего обществу имущества.

В разделе 2 (п. 7, 8, 14 и 15) Положения по бухгалтерскому учету "Учет основных средств" (ПБУ 6/01), утвержденного Приказом Министерства финансов РФ от 30 марта 2001 г. N 26н, предусмотрено, что основные средства принимаются к бухгалтерскому учету по первоначальной стоимости, которая складывается путем суммирования фактических затрат на их приобретение. Стоимость основных средств, в которой они приняты к бухгалтерскому учету, не подлежит изменению, кроме случаев, установленных законодательством РФ и ПБУ 6/01. Изменение допускается в случаях достройки, дооборудования, реконструкции, модернизации, частичной ликвидации и переоценки объектов основных средств. Коммерческая организация может не чаще одного раза в год (до начала отчетного года) переоценивать группы однородных объектов основных средств по текущей (восстановительной) стоимости путем индексации или прямого пересчета по документально подтвержденным рыночным ценам.

Таким образом, на основании названного ПБУ 6/01 переоценка основных средств является правом, а не обязанностью коммерческой организации, поэтому правомерен вывод суда о том, что выход участника из общества не является основанием для обязательной переоценки стоимости его имущества.

При таких обстоятельствах суд обоснованно частично удовлетворил заявленные требования.

Довод заявителя о неприменении судом к спорным правоотношениям ст. 7 Федерального закона "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" не принят судом третьей инстанции, поскольку основан на неверном толковании названной нормы права.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права, а потому оснований для его пересмотра в условиях кассационной инстанции по приведенным в жалобе доводам не установлено.

Постановлением ФАС Волго-Вятского округа от 10 февраля 2005 г. N А17-248/1/10 решение от 6 сентября 2004 г. и Постановление апелляционной инстанции от 29 октября 2004 г. по делу N А17-248/1/10 Арбитражного суда Ивановской области оставлены без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.