Мудрый Юрист

Ограничение деятельности государств нормами международного права

Ганюшкина Елена Борисовна - доцент кафедры международного права факультета права ГУ - ВШЭ.

В процессе международно-правового нормообразования сталкиваются различные и порой даже противоположные интересы. Этот процесс отечественная доктрина международного права обозначает как теория согласования воль. Ее суть состоит в том, что обязательные для суверенных и равноправных государств правовые нормы могут создаваться, как правило, только по согласованию между ними <*>. В редких случаях нормы международного права являются воплощением внешнеполитических устремлений одного государства, с которыми без каких-либо дополнений и изменений соглашаются другие государства.

<*> Подробнее см.: Тункин Г.И. Теория международного права. М., 2000. С. 185 - 204.

Как справедливо отмечает профессор С.В. Черниченко, "государства чаще вынуждены искать компромисса, идти на взаимные уступки ради достижения своих... целей, "понимая" (на уровне лиц, действующих от их имени), что компромиссы могут оказаться для них гораздо более полезными, чем конфронтация. Именно такие компромиссы на протяжении истории, да и в настоящее время, часто воплощались и воплощаются в международно-правовой форме" <*>.

<*> Черниченко С.В. Теория международного права. М., 1999. С. 261 - 262.

Вступая в международно-правовые отношения, государства в определенной мере ограничивают себя. "Государства свободны предпринимать любые действия, за исключением тех, которые ограничены их собственным согласием" <*>. Подтверждение справедливости таких суждений можно найти во многих отраслях действующего международного права.

<*> Даниленко Г.М., Черни Дж.И. Создание международного права и согласие государств // Вне конфронтации. Международное право в период после холодной войны: Сб. статей. М., 1996. С. 35.

Государства не осуществляют полновластия в отношении иностранных дипломатических представительств, консульских учреждений и их персонала, предоставляя им на своей суверенной территории привилегии и иммунитеты. Объем таких привилегий и иммунитетов зависит от взаимных договоренностей между государством пребывания и аккредитующим государством. При этом уровень дипломатических и консульских привилегий и иммунитетов не может быть ниже установленного в Венской конвенции о дипломатических сношениях 1961 г. и Венской конвенции о консульских сношениях 1963 г. <*>

<*> О круге лиц, которым на территории РФ предоставляются привилегии и иммунитеты, см., например: Агаев Ф.А., Галузо В.Н. Иммунитеты в российском уголовном процессе. М., 1998.

Прибрежные государства признают при соблюдении оговоренных условий "право мирного прохода" в территориальном море, право транзитного прохода и мирного прохода в ряде международных проливов, право архипелажного прохода в архипелажных водах, то есть в пространствах, которые могли бы полностью подпадать под суверенитет этих государств. Прибрежные государства стремятся воздерживаться от осуществления уголовной юрисдикции в морских портах, открытых для захода иностранных судов, если член экипажа иностранного невоенного судна совершит преступление на борту этого судна. Исключения составляют случаи, когда: последствия преступления распространяется на территорию прибрежного государства; преступление нарушает спокойствие или порядок в этом государстве; преступление совершено против любого лица, не являющегося членом экипажа данного судна или любого другого судна того же государства флага; это необходимо для пресечения незаконной торговли наркотическими средствами или психотропными веществами. При этом подобное ограничение уголовной юрисдикции может быть оговорено в договоре между государством порта и государством флага, а может практиковаться и на внедоговорной, но взаимной основе.

Прибрежные государства могут осуществлять уголовную юрисдикцию в отношении иностранного судна, проходящего через его территориальное море, но добровольно ограничивают себя подобно тому, как это происходит в морском порту, или же, если либо капитан иностранного судна, либо дипломатическое, либо консульское должностное лицо государства флага судна обратится к властям прибрежного государства с просьбой об оказании помощи, а также если это необходимо для пресечения уголовных преступлений международного характера, если прибрежное государство является участником международного договора, предусматривающего сотрудничество государств в борьбе с таким преступлением <*>.

<*> Подробнее см.: Вылегжанин А.Н., Гуреев С.А., Иванов Г.Г. Международное морское право: Учебное пособие. М., 2003.

Согласно действующим нормам международного права государства воздерживаются от национального присвоения Антарктики, небесных тел, глубоководных районов морского дна. Даже в крайних ситуациях, когда дело доходит до вооруженных столкновений, государства ограничили себя, определив соответствующими нормами международного права недозволенные средства и методы ведения войны.

Взаимозависимость государств и опасности, угрожающие всему человечеству, приводят к тому, что в ряде случаев государство, не связавшее себя общепризнанной нормой международного права, все же не может не учитывать ее существование. Другие государства вынудят его считаться с тем, что приемлемо для большинства членов мирового сообщества. Любое государство будет вынуждено сообразовывать свои действия с согласованными в нормах международного права условиями деятельности в пространствах с международным режимом, в международных портах и аэропортах. Субстандартным морским судам и летательным аппаратам все труднее находить порт или аэропорт, где к ним не предъявлялись бы общепризнанные в мире стандарты. В то же время государства оказывают активное сопротивление тем властям, которые предъявляют к иностранным судам и самолетам неоправданно завышенные требования.

Действия государств в пределах глубоководных районов морского дна за пределами действия национальной юрисдикции должны соответствовать положениям Конвенции ООН по морскому праву 1982 г. и Соглашения 1994 г. по части XI, а также тем решениям, которые от имени "всего человечества" примет созданный на основе указанных многосторонних Соглашений Международный орган по морскому дну.

Ни одно государство не сможет установить континентальный шельф протяженностью свыше 200 морских миль, отсчитываемых от исходных линий, принятых для отсчета территориального моря, без положительного решения Комиссии по границам континентального шельфа <*> - международного органа, созданного в соответствии с приложением II Конвенции ООН по морскому праву <**>.

<*> В 2005 г. представление об установлении шельфа свыше 200 миль подали Бразилия, Австралия и Ирландия. В период до 2009 г. подать представление намерены следующие государства: Нигерия, Тонга, Новая Зеландия, Великобритания, Уругвай, Пакистан, Мьянма, Гайана и Япония.
<**> Текст Конвенции 1982 г. с приложениями см.: Морское право. Конвенция ООН по морскому праву с предметным указателем и Заключительным актом Третьей конференции ООН по морскому праву. Нью-Йорк, 1984 (приложение II. С. 161 - 165).

Ни одно государство не сможет в настоящее время начать промышленную разработку минеральных ресурсов Антарктики, что предусмотрено Договором об Антарктике 1959 г. и Протоколом 1991 г. об охране окружающей среды к Договору об Антарктике. Введение в действие Протокола 1991 г. затормозило осуществление Конвенции по регулированию освоения минеральных ресурсов Антарктики от 2 июня 1988 г.

Государства - участники Договора о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела, 1967 г. (далее - Договор по космосу) вряд ли допустят, чтобы какое-либо государство, в том числе и не связанное Договором по космосу, стало разрабатывать, например, лунный грунт, проводить в космосе какие-либо опасные эксперименты, не говоря уже о торговле участками небесных тел. В то же время известно, что Россия может стать одним из инициаторов осуществления проектов освоения, в том числе экономического, планет Солнечной системы <*>. Однако до начала реализации подобных проектов необходимо принять соответствующие международные договоры, отражая в них согласие всех заинтересованных государств с такой деятельностью в космическом пространстве, не нарушив при этом основные принципы международного космического права, в частности принцип запрета национального присвоения космического пространства.

<*> См.: Дипломатическая служба. 2006. N 1. С. 104.

Государствам - участникам Договора по космосу сложно, учитывая тенденцию к коммерциализации космической деятельности, обеспечивать исследование и использование космического пространства, включая Луну и другие небесные тела, таким образом, чтобы избегать неблагоприятных изменений земной среды вследствие привнесения внеземного вещества. Для предотвращения этой и других опасностей, угрожающих всему человечеству, необходимо создавать международные органы (организации), наделяя их механизмами принуждения. Причем при создании таких объединений государств должны быть тщательно определены пределы их полномочий, дабы избежать неоправданного (по политическим, идеологическим и иным необъективным мотивам) вмешательства во внутренние дела суверенных государств.

Вступая в международную межправительственную организацию, государство добровольно себя ограничивает, подчиняясь правилам, согласованным в учредительных документах международной организации. Именно поэтому в соответствии со ст. 15 Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 101-ФЗ "О международных договорах Российской Федерации" международные договоры об участии Российской Федерации в межгосударственных союзах, международных организациях и иных межгосударственных объединениях, "если такие договоры предусматривают передачу им осуществления части полномочий Российской Федерации или устанавливают юридическую обязательность решений их органов для Российской Федерации", подлежат ратификации <*>. Практически любая международная межправительственная организация в том или ином объеме предусматривает принятие обязательных решений для государств-членов. Как минимум это обязательства по внесению взносов в бюджет организации, условия членства, правила процедуры органов международной организации.

<*> См.: Комментарий к Федеральному закону "О международных договорах Российской Федерации". М., 1996. С. 50.

Существуют международные организации, которые требуют от своих государств-членов признать обязательными ряд принятых в рамках этих международных организаций договоров. Такая практика существует, например, в Международной организации труда (МОТ). При этом выбор международных договоров, составляющий обязательный для государств - членов МОТ набор, навязывается государствам служащими директората МОТ, а не определяется на основе решений государств-членов. В таких случаях о добровольности самоограничения государств говорить не приходится.

Даже решения международной организации, носящие рекомендательный характер, порой могут привести к тому, что государства будут вынуждены соблюдать их. В этой связи настораживают отдельные формулировки Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН A/60/L.1 от 20 сентября 2005 г. "Итоговый документ Саммита ООН 2005". В этой Резолюции в позитивном ключе отмечено намерение отдельных стран в ближайшем будущем через свои национальные органы власти ввести сборы с авиабилетов с тем, чтобы иметь возможность финансировать проекты в области развития. Неизвестно, будет ли это содействовать устойчивому развитию государств, но если не будут предусмотрены ограничительные меры, это скажется на интенсивности, например, студенческих и иных культурных обменов. Ряд из них придется свернуть из-за повышения цен на авиабилеты.

В еще большей мере настораживают призывы, содержащиеся в п. 23 Итогового документа Саммита ООН 2005, согласно положениям которого развитые страны должны к 2010 г. выделить 0,5% валового национального продукта на оказание официальной помощи в целях развития, а также увеличить этот показатель до 0,7% к 2015 г.

Реализация этих идей может привести к тому, что финансовые средства, полученные в результате развития экономики РФ из-за принятия решений, например ПРООН или MAP, выполняющих задачи Саммита 2005, окажутся в какой-нибудь африканской стране, где процветает коррупция. В связи с этим следует уделять больше внимания механизму принятия решений в международных межправительственных организациях и выработке справедливых критериев, при которых может оказываться официальная помощь в целях развития. Одной из возможных инициатив в этой области могло бы стать единообразное понимание того, что какой бы международный орган или международная организация ни осуществляли распределение средств, полученных в результате отчислений от ВВП развитых стран, они в любом случае не могут быть получены государством, которое не продемонстрировало мировому сообществу свои реальные намерения побороть коррупцию и направить полученные средства на благо развития народов, проживающих на его территории. Например, одним из условий получения таких средств для африканских государств может быть участие в Конвенции Африканского союза о предотвращении и борьбе с коррупцией 2003 г. <*>

<*> См.: African Union Convention on Preventing and Combating Corruption (Maputo, 11 July 2003).

Независимо от членства в Международной организации гражданской авиации и в Международном Союзе электросвязи государства следуют их рекомендациям в том, что касается условий полетов над открытым морем и распределения радиочастот.

Государства, имеющие берега пограничных и международных рек и озер, должны сообразовывать свои действия с интересами других приречных и приозерных государств. Например, нельзя возводить гидротехнические и иные сооружения, которые ущемляли бы интересы других государств. Серьезные разногласия возникли между Венгрией и Словакией из-за строительства Словакией плотинной системы на реке Дунай (проект Габчиково-Надьмарош). Словакия действовала в рамках заключенного с Венгрией 16 сентября 1977 г. в Будапеште двустороннего Договора о строительстве и эксплуатации плотинной системы (гидрокаскада) Габчиково-Надьмарош. В результате строительства большая часть вод Дуная пошла в новое искусственное русло, а старое, обмелев, оставило население Венгрии почти без воды. Это побудило Венгрию выйти из Договора 1977 г. и не поддерживать дальнейшее строительство. На переговорах в Лондоне в 1992 г. Словакия обязалась вернуть в старое русло 95% воды, текущей по новому руслу. С 1993 г. Дело "Проект Габчиково-Надьмарош (Венгрия/Словакия)" рассматривается в Международном Суде ООН. В 1997 г. Суд впервые за всю свою историю посетил объект спора - проект плотинной системы. В решении Международного Суда ООН от 25 сентября 1997 г. признано, что как Венгрия, так и Словакия нарушили свои юридические обязательства. Оба государства призваны проводить добросовестным образом переговоры для достижения целей Будапештского договора 1977 г. Стороны возобновили переговоры и регулярно информируют Суд об их ходе <*>.

<*> См. п. 124 доклада Международного Суда (1 августа 2004 г. - 31 июля 2005 г.). Генеральная Ассамблея. Официальные отчеты. Шестидесятая сессия. Дополнение N 4 (A/60/4). ООН, Нью-Йорк, 2005. С. 24 - 26.

В 1963 - 1964 гг. с помощью мирового сообщества удалось погасить конфликт по поводу реки Иордан, протекающей по территории Сирии, Ливана, Иордании и Израиля. Конфликт возник из-за того, что израильские власти стали строить обводной канал, чтобы отвести воды Иордана для орошения пустыни Негев, что могло серьезно ухудшить водоснабжение арабских стран.

Государства должны ограничивать на своей территории любую деятельность, которая приводит к трансграничному загрязнению природной среды любыми полютантами, особенно заботиться о предотвращении ядерного и радиационного заражения, поскольку это может быть сопряжено с угрозой всему или большой части человечества.

Таким образом, государство способно ограничить свою деятельность путем принятия обязательств по международным договорам, признания обязательными международных обычаев, следуя решениям международных межправительственных организаций, общепризнанной практике государств в той или иной области сотрудничества и взаимодействия. Государства, игнорирующие правомерные интересы других государств и международного сообщества в целом, принуждаются к соблюдению общепризнанных норм и правил.