Мудрый Юрист

Рассмотрение жалоб на решения и действия органов предварительного расследования, прокуроров в закрытом судебном заседании: основания и особенности

Никифоров Е.Н., заместитель начальника СО СУ при УВД Наро-Фоминского района Московской области.

Во многих странах мира, включая и Россию, "право на публичное разбирательство" дел в суде возведено в ранг конституционного принципа. И это неудивительно, поскольку мировой опыт убеждает нас в том, что гласное и публичное судопроизводство - это эффективное средство социального контроля за судебной деятельностью. Гласность означает нормативное требование доступности хода и результатов проверки жалоб, расследования дел, а также рассмотрения уголовных дел для общественного ознакомления и обсуждения в целях воспитательно-предупредительного воздействия уголовного процесса. Однако доступность для общественного ознакомления с некоторой категорией сведений, добытых в уголовно-процессуальном порядке, и их публичное обсуждение, в том числе и в средствах массовой информации, не всегда благо. Преступление - сложное явление, которое затрагивает различные стороны общественных отношений и личной жизни граждан. Для восстановления достоверной картины совершенного преступления, как и законности и обоснованности проведения должностными лицами процессуальных действий либо принятия процессуальных решений, на судебных процессах иногда приходится исследовать такие факты и обстоятельства, разглашение которых может поставить под угрозу важные государственные, общественные и личные интересы, отрицательно повлиять на достижение целей справедливости судебного разбирательства, негативно отразиться на личной жизни участников процесса.

В настоящее время по поводу гласности и закрытости уголовного судопроизводства имеются различные суждения. Дискуссии, развернувшиеся, например, между юристами и журналистами по поводу закрытости судебных заседаний, сводятся к двум моментам: первые обвиняют вторых в том, что те тенденциозно освещают ход и результаты правосудной деятельности, а представители СМИ жалуются на то, что суды безосновательно ограничивают их право на доступ к процессуальной информации. Обращает на себя внимание то, что в этой дискуссии практически не показывается "обратная сторона медали" - тайна уголовного судопроизводства. Предметом обсуждения она стала лишь в той части, в которой непосредственно ограждает следствие и суд от нежелательного внешнего воздействия. Что же касается конституционных прав граждан на личную и семейную тайну, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, защиту своей чести и доброго имени, то эти вопросы практически выпали из поля зрения дискутирующих.

Полагаем, что в настоящее время продолжает развиваться тенденция неоправданной сверхпрозрачности уголовного судопроизводства. Как справедливо подчеркнул В. Борзов, сегодня в "правосудии наступил период "недозированной" гласности, которая по-своему ведет к ущемлению прав участников уголовного судопроизводства, и в особенности тех, которые связаны с охраной личной либо семейной тайны" <1>.

<1> Борзов В. Гласность и тайна в уголовном судопроизводстве // Российская юстиция. 2002. N 2. С. 31.

Во избежание этих отрицательных последствий закон устанавливает возможность по ограничению гласности и предусматривает основания для рассмотрения дел и жалоб в закрытых судебных заседаниях. Ограничение гласности проведения судебного разбирательства по действующему уголовно-процессуальному законодательству носит исключительный характер и допускается только в случаях, прямо указанных в законе.

Конституция Российской Федерации (ч. 1 ст. 123) закрепляет, что слушание дела в закрытом заседании допускается в случаях, предусмотренных федеральным законом. Согласно ч. 2 ст. 241 УПК РФ закрытое судебное разбирательство допускается на основании определения или постановления суда в случаях, когда:

  1. разбирательство уголовного дела в суде может привести к разглашению государственной или иной охраняемой федеральным законом тайны;
  2. рассматриваются уголовные дела о преступлениях, совершенных лицами, не достигшими возраста шестнадцати лет;
  3. рассмотрение уголовных дел о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности и других преступлениях может привести к разглашению сведений об интимных сторонах жизни участников уголовного судопроизводства либо сведений, унижающих их честь и достоинство;
  4. этого требуют интересы обеспечения безопасности участников судебного разбирательства, их близких родственников, родственников или близких лиц.

Кроме того, в соответствие с ч. 4 данной статьи переписка, запись телефонных и иных переговоров, телеграфные, почтовые и иные сообщения лиц (участников процесса) могут быть оглашены в открытом судебном заседании только с их согласия. В противном случае указанные материалы оглашаются и исследуются в закрытом судебном заседании.

Процессуальное значение оснований для рассмотрения жалоб в закрытом судебном заседании неодинаково. Каждый случай, дающий повод для возможного закрытия дверей судебного заседания, подлежит тщательному выяснению и оценке с точки зрения установленных законом оснований. Нарушением требований закона является не только рассмотрение жалобы в закрытом заседании при отсутствии к этому законных оснований, но и проведение процесса открыто, когда это не допускается законом.

Уголовно-процессуальное законодательство п. 1 ч. 2 ст. 241 УПК РФ, обозначая, помимо государственной, иную охраняемую федеральным законом тайну как основание проведения закрытого судебного заседания, к сожалению, не раскрывает ее виды. Однако, анализируя действующее российское законодательство и принимая за критерий предмет тайны, то есть сведения (информацию), которые ее образуют, можно выделить три основных вида тайны, охраняемых федеральным законом, которые отличаются по своему содержанию и правовому регулированию, а именно государственную, профессиональную и личную тайну.

По нашему мнению, именно тайна, охраняемая федеральным законом, которая может стать известной при рассмотрении жалобы в ходе судебного заседания, как раз и является своеобразным ограничителем гласности уголовного процесса. Представляется правильным, что судья, приняв жалобу к производству, обязан установить, не приведет ли рассмотрение жалобы в заседании к оглашению таких сведений, которые могут составлять охраняемую федеральным законом тайну. В случае если рассмотрение жалобы может повлечь оглашение этих сведений, судья обязан разрешить вопрос о закрытости судебного заседания.

При этом в зависимости от вида сведений, которые могут стать известными в судебном заседании, то есть от вида тайны, значение оснований для назначения закрытого судебного заседания не является одинаковым. В одном случае принятие решения о закрытости судебного процесса носит безусловный характер и связано с рассмотрением в заседании сведений, которые содержат государственную или иную охраняемую федеральным законом тайну, разглашение которой может причинить ущерб интересам государства и общества.

В другом случае принятие решения о проведении закрытого судебного заседания носит альтернативный характер, то есть судейское усмотрение на гласность либо закрытость судебного заседания в зависимости от ситуации (например, при рассмотрении в заседании сведений, несущих в себе профессиональную или личную тайны). При этом усмотрение суда обязательно должно учитывать и мнение участвующих в деле лиц.

Отличие сведений, образующих тайны разного вида, обусловливает особенности проведения закрытых судебных заседаний по жалобам, в которых такие сведения могут быть рассмотрены.

Чаще всего сведения, составляющие государственную тайну, могут содержаться в делах, возбужденных по ст. 275 УК РФ (государственная измена), ст. 276 УК РФ (шпионаж), ст. 283 УК РФ (разглашение государственной тайны), ст. 284 УК РФ (утрата документов, содержащих государственную тайну), в отношении агентов криминальной милиции, ФСБ России, ФСНК России, а также штатных негласных сотрудников указанных органов, совершивших общеуголовные преступления. По данным, которыми апеллирует О.А. Вагин, в производстве Московского городского суда ежегодно рассматривается около 20 уголовных дел с участием лиц, сотрудничавших на конфиденциальной основе с оперативными подразделениями субъектов оперативно-розыскной деятельности в момент совершения общеуголовных преступлений <2>. Ряд расшифрованных доверенных лиц и агентов зачастую подавали жалобы на процессуальные действия и решения в порядке ст. 125 УПК РФ.

<2> Вагин О.А. Социальная и правовая защита участников оперативно-розыскной деятельности: Монография. М.: ВНИИ МВД России, 2003. С. 107.

При подготовке к рассмотрению жалоб, вытекающих из таких дел, в судебном заседании судьями всегда разрешается вопрос об извещении заинтересованных лиц и прокурора о времени рассмотрения жалобы. И здесь возникает вопрос, как соотносятся участие заинтересованных лиц в заседании и характер тайны, позволяющий проводить закрытые судебные заседания.

В уголовно-процессуальной науке есть позиция, что существует "двоякого рода гласность - в отношении сторон, участвующих в процессе, и затем в отношении посторонних процессу лиц, то есть публики". Эту точку зрения высказали П.М. Давыдов, Д.В. Сидоров, П.П. Якимов <3>. Анализируя эту позицию, полагаем, что применительно к заинтересованным участникам процесса принцип гласности не имеет существенного значения. В данном случае можно согласиться с мнением А.А. Шушанашвили, считавшего, что такое разделение гласности вряд ли приемлемо, поскольку участники уголовного процесса осведомлены о деятельности следствия и суда не в силу принципа гласности, а в связи с тем, что такую возможность дает их процессуальное положение <4>.

<3> Давыдов П.М., Сидоров Д.В., Якимов П.П. Судопроизводство по новому УПК РСФСР. Свердловск, 1962. С. 32 - 33.
<4> Шушанашвили А.А. Гласность в советском уголовном процессе. Тбилиси, 1969. С. 3.

Следовательно, участники судебного заседания не только имеют право явиться в суд, присутствовать на процессе, но и активно участвовать в нем (например, заявитель подает жалобу, представляет дополнительные материалы). Таким образом, присутствие и участие участников заседания в процессе является элементом их процессуального статуса и не зависит от формы разбирательства, то есть от того, рассматривается ли жалоба в открытом либо закрытом судебном заседании.

Существует также и другое мнение, что гласность в отношении участников процесса не знает никаких ограничений <5>. Однако мы полагаем, что в силу попадания каких-либо сведений в разряд государственной тайны суд просто обязан ограничивать доступ участников заседания к такой информации.

<5> Перлов И.Д. Подготовительная часть судебного разбирательства в советском уголовном процессе. М.: Госюриздат, 1956. С. 22.

Следственная тайна как вид профессиональной тайны наиболее часто становится предметом исследования в судебных заседаниях по рассмотрению жалоб на процессуальные действия и решения следователя и дознавателя. По мнению профессора А.Д. Бойкова, предметом следственной тайны выступает доказательственная информация, сведения о следственных версиях (требующих проверки), а также тактическая информация, относящаяся к условиям собирания доказательств (например, объект, цель, время предстоящего обыска) <6>.

<6> Цит. по: Крылов А.В. К вопросу об определении тайны следствия // Российский следователь. 2003. N 9. С. 35.

Преждевременное разглашение тайны следствия в ходе рассмотрения жалоб может повлечь негативные последствия. Это может проявляться в том, что лицо, совершившее преступление (заявитель либо из числа публики в судебном заседании), получив конкретную информацию по делу, может скрыться, уничтожить следы своего деяния, подготовить фальсифицированные доказательства своей невиновности.

В ходе рассмотрения жалоб и представленных дополнительных материалов (либо истребованных судом) может произойти и разглашение данных о личности свидетелей, потерпевших, понятых и других участников расследования, в результате чего возрастет опасность противоправного воздействия на них со стороны обвиняемых и невыявленных соучастников преступления. Подобное может привести к парализации работы органов предварительного расследования, существенно затруднить дальнейшее собирание и проверку доказательств.

При рассмотрении сведений, составляющих личную тайну, судья, исходя из материалов по жалобе, вправе вынести судебное решение о проведении закрытого заседания. При этом, как уже было отмечено, принятие решения о проведении закрытого судебного заседания носит альтернативный характер, то есть судейское усмотрение на гласность либо закрытость судебного заседания. Суд должен учитывать мнение участвующих в деле лиц, которые могут возражать против оглашения в открытом заседании сведений, составляющих личную тайну.

Другое ограничение принципа гласности судопроизводства связано с рассмотрением жалоб по уголовным делам в отношении лиц, не достигших 16-летнего возраста (п. 2 ч. 2 ст. 241 УПК РФ), дел о половых преступлениях, других дел (независимо от их категории) в целях предотвращения разглашения сведений об интимных сторонах жизни участвующих в них лиц (п. 3 ч. 2 ст. 241 УПК РФ), а также когда этого требуют интересы обеспечения безопасности участников судебного разбирательства, их близких родственников, родственников или близких лиц (п. 4 ч. 2 ст. 241 УПК РФ).

Закон не содержит специальных указаний о целях ограничения гласности по жалобам, участниками рассмотрения которых являются лица, не достигшие 16-летнего возраста. Но представляется правильным, что законодатель, допуская рассмотрение этих жалоб в закрытом судебном заседании, исходил из следующих целей. Ограничение гласности по материалам, участниками которых являются данные лица, в ряде случаев необходимо в интересах обеспечения воспитательного воздействия процесса. Как справедливо отмечают ученые-процессуалисты, обстоятельства гласного судебного разбирательства иногда могут отрицательно влиять на психику несовершеннолетнего, вызвать у него неправильные представления о происходящем в суде и своей роли в процессе <7>. Действительно, практика знает немало случаев, когда допрос несовершеннолетних участников процесса в присутствии многих посторонних лиц дает весьма нежелательные результаты: растерянность, проявление скованности, замкнутость, позирование либо преувеличение своей роли.

<7> См., напр.: Шушанашвили А.А. Гласность в советском уголовном процессе. Тбилиси, 1969. С. 32.

Касаясь следующего основания ограничения гласности судебного заседания, отметим, что немыслимо заранее установить исчерпывающий перечень не подлежащих разглашению сведений интимного характера или предусмотреть жалобы, при рассмотрении которых придется касаться таких сведений. Обстоятельства интимной жизни участвующих при рассмотрении жалобы лиц могут быть затронуты по любому уголовному делу. Поэтому закон допускает отступление от принципа гласности не только по делам о половых преступлениях, но и по любому делу в целях предотвращения разглашения интимных сведений, касающихся участвующих в заседании лиц.

Полагаем, что решение о проведении закрытого судебного заседания по этому основанию должно приниматься с учетом конкретных обстоятельств, изложенных в жалобе на какое-либо процессуальное действие (решение). Причем следует иметь в виду, что не всякие интимные отношения подлежат ограждению от внимания общественности. Там, где эти отношения затрагивают сферу публичных интересов (например, неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего (ст. 156 УК РФ), вовлечение несовершеннолетних в совершение преступления (ст. 150 УК РФ), вовлечение несовершеннолетних в совершение антиобщественных действий (ст. 151 УК РФ), изготовление и оборот материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних (ст. 242.1 УК РФ)), они должны быть поставлены под контроль общественности.

Здесь же следует отметить, что допущение законом возможности ограничения гласности в целях предотвращения разглашения интимных сторон жизни имеет большое значение для обеспечения законных интересов потерпевшего. Известно, что ряд уголовных дел по некоторым преступлениям (оскорбление, клевета, изнасилование) возбуждается по заявлению потерпевшего. Если бы закон не допускал возможность рассмотрения жалоб на незаконные и необоснованные процессуальные действия и решения дознавателей, следователей, прокурора в закрытых судебных заседаниях (так же как и рассмотрение уголовных дел), то потерпевший, остерегаясь разглашения интимных сторон жизни, воздержался бы от подачи жалобы или заявления для осуществления соответствующих производств по ним. Поэтому в случаях гласного разбирательства по жалобам и материалам, содержащим сведения интимного характера, участники при даче показаний могут умолчать об известных им фактах.

Рассмотрение жалоб, участниками которых являются лица, выступающие в уголовном процессе под псевдонимом (ч. 9 ст. 166 УПК РФ) в случаях, когда этого требуют интересы обеспечения безопасности данных лиц, их близких родственников, родственников или близких лиц, должно осуществляться, безусловно, в закрытых судебных заседаниях.

Таким образом, так же как и в случаях рассмотрения в судебном заседании сведений, составляющих охраняемую федеральным законом тайну, российское уголовно-процессуальное законодательство выделяет два основания для назначения закрытого судебного заседания по жалобе. В одном случае принятие решения о закрытости судебного процесса носит безусловный характер и связано со случаями, когда этого требуют интересы обеспечения безопасности участвующих в судебном заседании лиц, их близких родственников, родственников или близких лиц. В другом случае принятие решения о проведении закрытого судебного заседания носит альтернативный характер, то есть судейское усмотрение на гласность либо закрытость судебного заседания в зависимости от ситуации (например, при рассмотрении в заседании жалоб на процессуальные действия и решения с участием лиц, не достигших шестнадцатилетнего возраста, по делам о половых преступлениях или иных интимных сторонах жизни участвующих в заседаниях лиц). При этом также усмотрение суда обязательно должно учитывать мнение участвующих в деле лиц и если заинтересованное лицо возражает против гласного судебного заседания, то оно должно иметь право вето на открытость рассмотрения жалобы.