Мудрый Юрист

Некоторые особенности рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с защитой товарного знака

Дегтярев С., кандидат юридических наук, доцент, докторант кафедры гражданского процесса УрГЮА.

При рассмотрении практики разрешения арбитражными судами споров, связанных с защитой товарного знака, были выявлены следующие вопросы, заслуживающие дополнительного обсуждения.

  1. Часть 1 ст. 22 Закона РФ "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров" предусматривает, что использованием может быть признано применение товарного знака в рекламе. В связи с этим одним из нарушений исключительных прав на товарный знак может стать неправомерное использование товарного знака в рекламе. Привлечение к гражданско-правовой ответственности за нарушение исключительных прав на товарный знак в этом случае должно осуществляться с учетом ст. 30 Федерального закона "О рекламе", в которой предусмотрено, что при определенных в данной статье условиях ответственность может нести как рекламодатель, так и рекламоизготовитель (например, в случае указания товарного знака в рекламе без согласия рекламодателя) и рекламораспространитель (например, при распространении рекламы с обозначением товарного знака за пределами сроков договора с рекламодателем и сроков договора об использовании товарного знака соответственно). В этом случае множественность лиц в рассматриваемых правоотношениях предполагает необходимость уточнения их процессуального положения. От правильного выяснения процессуального положения рекламоизготовителя и рекламораспространителя в деле о защите исключительных прав на товарный знак правообладателя во многом зависит достижение задач, стоящих перед арбитражными судами (ст. 2 АПК), а следовательно, и выполнение положений ч. 1 ст. 46 Конституции РФ.

При рассмотрении арбитражным судом дела по иску правообладателя исключительных прав на товарный знак к рекламодателю рекламоизготовитель и рекламораспространитель должны привлекаться в арбитражный процесс, т.к. без их участия невозможно точно определить лицо, действительно нарушившее исключительные права истца на товарный знак. Кроме того, их привлечение будет содействовать вынесению более обоснованного решения по делу, т.к. арбитражный суд будет обладать наиболее полным объемом доказательств по делу. При этом вариантов привлечения данных лиц (рекламоизготовителя и рекламораспространителя) в арбитражный процесс существует несколько: либо они привлекаются в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования на предмет спора, либо занимают процессуальное положение ответчиков.

Судебная практика идет по первому пути, об этом свидетельствует, например, Постановление ФАС УО от 11 июля 2005 г. N Ф09-2174/05-С5, в котором было установлено, что при рассмотрении иска ОАО "Автомобильный завод "Урал" к предпринимателю Жукову А.В. о взыскании 300000 руб. в качестве компенсации за незаконное использование товарных знаков в рекламе Определениями Арбитражного суда Челябинской области от 3 февраля 2005 г., 9 марта 2005 г. к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ООО "Сити Медиа", ЗАО "Элис" (рекламоизготовитель и рекламораспространитель, соответственно) <1>. Аналогичной практики в иных арбитражных судах не выявлено.

<1> Примеры из практики ФАС Уральского округа взяты из СПС "КонсультантПлюс".

Между тем целесообразнее в рассматриваемом случае арбитражному суду разрешать вопрос о возможности привлечения указанных лиц в качестве ответчиков. Данный вывод основывается на следующем.

Во-первых, отказ в привлечении рекламодателя к гражданско-правовой ответственности по иску о нарушении исключительных прав на товарный знак может быть связан с установлением арбитражным судом вины рекламоизготовителя или рекламораспространителя в нарушении законодательства о рекламе (ст. 30 Федерального закона "О рекламе"). Таким образом, данные обстоятельства обязательно должны входить в предмет доказывания по делу, а само соучастие будет являться обязательным.

Во-вторых, привлечение рекламоизготовителя и рекламораспространителя в процесс в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, не соответствует АПК (ст. 51), интересам истца и принципу процессуальной экономии. Поэтому арбитражному суду необходимо разрешить вопрос с истцом о возможности привлечения их в качестве вторых ответчиков. В этом случае в одном судебном заседании арбитражный суд может разрешить вопрос об ответственности конкретного правонарушителя из указанной цепочки либо всех их вместе. В противном случае (при привлечении их в качестве третьих лиц) истец будет вынужден подавать новый иск в случае отказа в удовлетворении его требований и установления судом правонарушения со стороны лица, привлеченного в арбитражный процесс в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований.

В-третьих, обязанность по доказыванию вины в нарушении законодательства о рекламе рекламоиздателя и рекламораспространителя, а соответственно, и в нарушении исключительных прав на товарный знак лежит на ответчике (рекламодателе), а не на истце, т.к. последний не является стороной в гражданско-правовых отношениях, связанных с размещением рекламы. Например, в Постановлении ФАС УО от 11 июля 2005 г. N Ф09-2174/05-С5 было установлено, что наличие условий для возложения этой обязанности на рекламопроизводителя или рекламораспространителя в настоящем деле не доказано (ч. 1 ст. 65 АПК РФ).

  1. Часть 4 ст. 46 Закона РФ "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров" устанавливает, что правообладатель и обладатель свидетельства на право пользования наименованием места происхождения товара вместо требования о взыскании причиненных убытков вправе требовать от лица, незаконно использующего товарный знак или наименование места происхождения товара, выплаты определяемой судом денежной компенсации в размере от 1 тысячи до 50 тысяч минимальных размеров оплаты труда, установленных федеральным законом. В связи с этим на практике возникает вопрос о критериях соразмерности и разумности при определении арбитражным судом денежного вознаграждения в соответствии с ч. 4 ст. 46 рассматриваемого Закона.

В вышестоящих судебных инстанциях данные критерии являются предметом переоценки и подлежат проверке. Например, в Постановлении ФАС УО от 11 июля 2005 г. N Ф09-2174/05-С5 судом кассационной инстанции было установлено следующее: ссылка на необходимость снижения размера компенсационных выплат также не принимается, поскольку размер компенсации определен судом в пределах, предусмотренных ст. 46 Закона о товарных знаках, и, по мнению суда кассационной инстанции, отвечает требованиям соразмерности и разумности. В другом Постановлении ФАС УО от 3 мая 2005 г. N Ф09-1119/05-С5 было отмечено следующее: "Выдвигая первоначальные требования, истец определил размер причиненных ему убытков в размере 300000 руб. Таким образом, определение размера денежной компенсации в совокупности с двух ответчиков в сумме 200000 руб. не может рассматриваться как необоснованное применение судом ст. 46 Закона Российской Федерации "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров". Каких-либо иных данных о причинении ответчиками значительных негативных последствий, вызванных нарушением исключительных прав, В.В. Штайцем не представлено.

При изложенных обстоятельствах следует заключить, что определение арбитражным судом размера подлежащей взысканию денежной компенсации соразмерно и справедливо, а также основано на имеющихся в деле доказательствах и нормах материального права".

В связи с указанным остается открытым вопрос, сохраняется ли за истцом, требующим денежной компенсации взамен возмещения убытков, обязанность по доказыванию размера понесенных убытков либо иных негативных последствий, т.к. при невыполнении этой обязанности и непредоставлении соответствующих доказательств арбитражный суд может значительно снизить размер денежной компенсации.

  1. В ст. 14.10 КоАП РФ "Незаконное использование товарного знака" предусматривается административная ответственность за незаконное использование чужого товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров. Ни КоАП РФ, ни Закон РФ "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров" исчерпывающего перечня критериев незаконности такого использования не содержат, в связи с чем данные критерии вырабатываются судебной практикой. Открытым остается вопрос: является ли сам по себе факт хранения контрафактного товара, приобретенного с уже размещенным на нем товарным знаком с целью его последующей реализации, составом административного правонарушения, предусмотренного ст. 14.10 КоАП? Данный вопрос по-разному решается на практике. Например, в Постановлении ФАС УО от 13 апреля 2005 г. N Ф09-1363/05-АК было установлено следующее: "Вывод суда апелляционной инстанции о том, что сам по себе факт хранения контрафактного товара, приобретенного с уже размещенным на нем товарным знаком с целью его последующей реализации, образует состав административного правонарушения, предусмотренного ст. 14.10 Кодекса, является ошибочным и подлежит исключению из мотивировочной части постановления суда апелляционной инстанции".

В других постановлениях, по мнению суда, рассматриваемый факт составляет объективную сторону правонарушения, предусмотренного ст. 14.10 КоАП РФ. Например:

  1. Постановление ФАС Уральского округа от 1 февраля 2005 г. N Ф09-10/05-АК.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что предприниматель С.С. Садамовский, не имея разрешения правообладателя (лицензионного договора на право использования товарного знака "Columbia Sportswear Company"), осуществлял хранение с целью продажи и предлагал к продаже спортивные костюмы, куртки-ветровки, маркированные указанным товарным знаком, что составляет объективную сторону правонарушения, предусмотренного ст. 14.10 КоАП РФ.

  1. Постановление ФАС Уральского округа от 24 января 2005 г. N Ф09-5954/04-АК.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что предприниматель, не имея разрешения правообладателя (лицензионного договора на право использования товарных знаков "Feudor", "Cricket"), осуществляла хранение с целью продажи и предлагала к продаже зажигалки газовые, маркированные указанным товарным знаком, что составляет объективную сторону правонарушения, предусмотренного ст. 14.10 КоАП РФ.