Мудрый Юрист

Проблемы эффективности норм арбитражного процессуального законодательства

Жевак И., соискатель кафедры арбитражного процесса ГОУ ВПО "Саратовская государственная академия права", адвокат.

Реформирование экономической сферы общества влечет за собой необходимость изменения его правовых основ. По этой причине обновление и расширение нормативной базы представляет собой настоятельную потребность общества на современном этапе.

Как справедливо заметил В.Ф. Яковлев, "развитие нашей правовой системы еще не закончилось, а значит, есть объективные предпосылки для того, чтобы наше законодательство продолжало совершенствоваться, развиваться, особенно в экономике и социальной сфере" <*>.

<*> Интернет-конференция Советника Президента Российской Федерации В.Ф. Яковлева "Актуальные правовые вопросы в Российской Федерации на современном этапе" // СПС.

Судебная реформа, явившаяся одной из самых знаковых в числе правовых новаций на рубеже XIX и XX вв., завершилась, однако ее результаты не перестают быть предметом обсуждения на страницах юридической литературы. Вместе с тем стоит признать, что и система арбитражных судов, и арбитражное процессуальное законодательство не вызывают серьезных нареканий. По мнению многих правоведов, АПК РФ 2002 г. имеет множество достоинств, "есть даже основания полагать, что он один из лучших процессуальных кодексов мира" <*>.

<*> Клеандров М.И. О недостатках нового АПК РФ // Актуальные проблемы процессуальной цивилистической науки (Материалы научно-практической конференции, посвященной 80-летию профессора М.А. Викут). Саратов, 2003. С. 65.

Очевидно, что арбитражное процессуальное законодательство является одной из самых динамично развивающихся отраслей законодательства, по причине чего многие аспекты правотворчества и правоприменения применительно к сфере экономического правосудия долгое время не теряют своей актуальности. Это лишний раз свидетельствует не только о значимости интереса, проявляемого теоретиками и практиками к вопросам арбитражного процесса, но и о нерешенности определенных проблем в области отправления правосудия.

Не вызывает сомнений, что "правовые нормы, верно отражавшие общественные потребности, могут устареть, утратить эффективность и даже начать приносить прямой вред" <*>. Поэтому принятие в 2002 г. АПК РФ было обусловлено необходимостью повышения эффективности судебной защиты. Апробация Кодекса дала определенные результаты: были внесены коррективы в нормы о представительстве организаций в арбитражном суде, основания для изменения или отмены в порядке надзора судебных актов, вступивших в законную силу, и т.д.

<*> Эффективность правовых норм / Кудрявцев В.Н. и др. М., 1980. С. 4.

Именно критический анализ положений АПК РФ с точки зрения эффективности действия его норм способен привнести новые положения в процессуальный регламент отправления правосудия и тем самым поднять на более высокий уровень качество судебной защиты.

Мы разделяем существующую в теории права точку зрения, согласно которой эффективность законодательства может быть оценена посредством оценки эффективности его норм, поскольку норма в качестве первичного элемента закона наиболее удобна для проведения подобных измерений <*>.

<*> См. подробнее: Тихомиров Ю.А. Теория закона. М., 1982. С. 245 - 252.

Многие правоведы рассматривают эффективность правовых норм как соотношение между фактически достигнутым результатом их действия и той социальной целью, для достижения которой эти нормы были приняты <*>. Таким образом, именно цели и задачи закона являются отправной точкой для характеристики его эффективности в целом. По этой причине важное значение имеет нормативное закрепление целей и задач судопроизводства, что позволяет обеспечить целенаправленное руководство деятельностью судебных органов, служит критерием эффективности их работы, а также мерой ответственности за ненадлежащее выполнение возложенных на них обязанностей.

<*> См., например: Самощенко И.С., Никитский В.И. О понятии эффективности правовых норм // Ученые записки ВНИИСЗ, вып. 9. М., 1969. С. 19.

Согласно ст. 2 АПК РФ задачами судопроизводства в арбитражных судах являются:

  1. защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, а также прав и законных интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц в указанной сфере;
  2. обеспечение доступности правосудия в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности;
  3. справедливое публичное судебное разбирательство в установленный законом срок независимым и беспристрастным судом;
  4. укрепление законности и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности;
  5. формирование уважительного отношения к закону и суду;
  6. содействие становлению и развитию партнерских деловых отношений, формированию обычаев и этики делового оборота.

Характеристика судебной защиты видится нам прежде всего сквозь призму ее своевременности и действенности. Одного вынесения судебного акта недостаточно для того, чтобы считать защиту осуществленной. Восстановление в правах происходит только после совершения виновной стороной действий, предписанных судебным решением.

Анализ арбитражного процессуального и исполнительного законодательства позволяет утверждать, что с момента подачи искового заявления и до исполнения судебного акта может пройти не просто несколько месяцев, а возможно, и несколько лет. По этой причине нельзя не согласиться с М.И. Клеандровым, совершенно справедливо указавшим на то, что "фактор времени для хозяйствующего субъекта, имущественные права и/или законные интересы которого нарушены и нужно их защищать, играет огромную роль" <*>.

<*> Клеандров М.И. Как ускорить арбитражное судопроизводство // Российская юстиция. 2000. N 7. С. 17.

Все чаще и чаще высказывается мнение относительно ускорения механизма документооборота, совершения отдельных процессуальных действий в сфере процессуальных правоотношений. Тенденция к "информатизации" арбитражного процесса предполагает активное использование достижений науки и техники (в частности, подача исковых заявлений, а также извещение сторон о судебном заседании по электронной почте, проведение видеоконференций, размещение в сети Internet всех решений арбитражных судов и т.д.).

Не секрет, что существующий механизм обращения в суд, а также механизм уведомления лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания не является оптимальным с точки зрения оперативности судебной защиты. Так, если истец находится в Калининграде, а ответчик во Владивостоке, то отправка искового заявления по почте, а также уведомления суда о принятии заявления к производству и возбуждении производства по делу может занять от нескольких недель до нескольких месяцев. В целях экономии как финансового, так и организационного характера целесообразно разработать новые средства, которые помогут совершать отдельные действия с минимальными затратами.

Соглашаясь с председателем ВАС РФ А.А. Ивановым в вопросе о возможности подачи исковых заявлений и совершения всех процессуальных действий в электронной форме, отметим, что данный механизм должен быть закреплен в АПК РФ.

Вместе с тем такая процедура обращений и уведомлений, безусловно, является факультативной и не должна замещать собой уже традиционный и универсальный способ передачи информации - почтовую связь. Указанная система должна стать альтернативой для того субъекта, который заинтересован в скорейшем рассмотрении дела и имеет для этого возможности организационно-информационного характера.

Кроме того, не вызывает сомнений, что использование подобного рода средств будет способствовать не только минимизации судебных расходов, но и реализации принципов диспозитивности, состязательности, процессуальной экономии <*>.

<*> См., например: Колосова М.В. Современные технологии, используемые в гражданском судопроизводстве, как средства социальной защиты прав граждан // Вестник СГАП. 2004. N 4. С. 112.

Обратную сторону затронутой нами проблемы хотелось бы осветить посредством критики отсутствия в АПК РФ норм об отказе в принятии искового заявления. Высказывавшиеся в литературе точки зрения в поддержку такой новеллы отчасти верны <*>, но только отчасти.

<*> См., напр.: Андреева Т. Разрешите представить - новый процессуальный кодекс // Экономика и жизнь. 2002. N 30(8932).

Традиционным основанием для отказа в принятии искового заявления является несоблюдение подведомственности при обращении в суд. Возможно, такая мера могла быть эффективной в условиях слишком широкой и сложной системы дел, отнесенных к компетенции арбитражного суда. Действительно, не всегда удается на первоначальных этапах определить, будет ли дело подведомственно арбитражному суду или нет.

Однако такие сложности возникают не столь часто, существо многих обращений становится очевидным именно на стадии ознакомления судьи с заявлением. Значительную помощь оказывает отсутствие в настоящее время альтернативной подведомственности дел арбитражным судам и судам общей юрисдикции. Вместе с тем в случае рассмотрения заведомо неподведомственного спора причиняется вред не только интересам правосудия (нерационально потраченное время), но и интересам лиц, участвующих в деле (расходы, связанные с участием в деле).

Видимо, исходя из принципа процессуальной экономии, Высший Арбитражный Суд РФ фактически разрешил реализацию по определенным категориям дел такого полномочия, как возвращение заявления, несмотря на то что такого основания ст. 129 АПК РФ не содержит. В качестве примера можно привести п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 2 июня 2004 г. N 10 "О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении дел об административных правонарушениях", согласно которому при поступлении заявления о привлечении к административной ответственности за совершение правонарушения, рассмотрение дела о котором не отнесено ч. 3 ст. 23.1 КоАП РФ к подведомственности арбитражного суда, суд выносит определение о возвращении заявления применительно к п. 1 ч. 1 ст. 129 АПК РФ <*>.

<*> Вестник ВАС РФ. 2004. N 8.

Не в полной мере способствуют достижению задач судопроизводства положения о надлежащем уведомлении лиц, участвующих в деле. Не так уж редки ситуации, когда ответчик считается не уведомленным о слушании дела, поскольку почтовое уведомление о вручении копии судебного акта либо не возвращается в суд, либо приходит с пометкой об отсутствии адресата.

Арбитражный суд в таком случае откладывает судебное разбирательство и обязывает истца предоставить доказательства нахождения ответчика по данному адресу. Здесь может возникнуть целый спектр проблем: отсутствие сведений о лице в едином государственном реестре на территории конкретного города (района) по данным регистрирующего органа, отсутствие данного дома, отсутствие вывески или иной информации о нахождении данного лица по этому адресу и т.п.

В любом случае закон стоит на защите интересов ответчика. Любое из названных выше обстоятельств не выходит за пределы норм права: гражданское законодательство не обязывает юридическое лицо фактически находиться по месту регистрации, помещать вывеску по месту своего нахождения и т.п. В конце концов, получить корреспонденцию вправе только доверенное лицо, а учитывая характер почтового отправления, можно элементарно сообщить работнику почты об отсутствии такого человека.

Вышеуказанное позволяет говорить о фактическом существовании в арбитражном процессуальном праве презумпции невиновности ответчика, хотя требование о добросовестном пользовании правами адресовано в равной степени всем участникам правоотношений.

Судебная практика показывает, что отсутствие в материалах дела документального подтверждения надлежащего уведомления лиц, участвующих в деле, о дате рассмотрения дела является одним из самых распространенных оснований для отмены судебного акта.

Поскольку рассмотрение дела в отсутствие ответчика, не извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, является существенным нарушением его права на судебную защиту, альтернативой почтовому извещению участников процесса может служить использование телефонограммы при условии отражения в протоколе сведений о дате и времени телефонного звонка, текста переданной информации, сведений о лице, принявшем звонок, и номере сообщения в журнале входящей корреспонденции или ином аналогичном средстве фиксации информации.

Вообще проблемы контроля за исполнением участниками процесса своих процессуальных обязанностей поднимаются в последнее время все чаще и чаще. АПК РФ предусматривает достаточное количество санкций за нарушение правовых предписаний, но механизм реализации некоторых процессуальных мер, предусмотренных законом в качестве негативных последствий для лиц, злоупотребляющих своими процессуальными правами, сталкивается с определенными трудностями.

Традиционно нарушение императивного предписания автоматически влечет применение санкции. Для этого нет необходимости выяснять субъективную сторону лица, нарушившего правовое предписание. Например, несоответствие искового заявления требованиям ст. ст. 125, 126 АПК РФ влечет оставление его без движения независимо от причин нарушения истцом императивных указаний.

Совершенно иначе данный вопрос решается применительно к случаям злоупотребления процессуальными правами. Будем объективны, сама возможность наказания лиц, использующих не по назначению процессуальные права и тем самым противодействующих нормальному ходу процесса, стоит только приветствовать. Однако практическая реализация такого положения встречает огромные трудности на практике.

Речь идет не только о содержании самого термина "злоупотребление правом", которое было освещено особенно подробно в процессуальной науке в последние годы <*>. Не вдаваясь в дискуссии относительно доктринального определения данного понятия, укажем, что нас интересуют прежде всего критерии злоупотребления правом и конкретные последствия, которые могут быть применены к нарушителям.

<*> См., например: Юдин А.В. Злоупотребление процессуальными правами в гражданском судопроизводстве. СПб., 2005.

Согласно ст. 41 АПК РФ злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные АПК РФ неблагоприятные последствия. В числе таких последствий можно назвать, например, отнесение судебных расходов на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами (ч. 2 ст. 111 АПК РФ).

Однако решение суда об отнесении судебных расходов должно быть мотивированным, причем бремя доказывания факта злоупотребления правом лежит не на субъекте, предположительно нарушившем закон. Арбитражному суду необходимо доказать его умысел на отсутствие добросовестности в совершенном деянии. Маловероятно, что лицо само признается в умышленном нарушении требований закона.

В силу действия принципов равноправия и состязательности доказать факт злоупотребления правом очень сложно, тем более что единственным характеризующим данное деяние признаком является причинение вреда. Как отмечал Л. Эннекцерус, "без нанесения вреда другим лицам при осуществлении некоторых прав нельзя обойтись, если вообще их осуществлять. Недостаточно также, чтобы осуществление права имело целью причинить вред. Требуется большее: из обстоятельств дела должно вытекать, что осуществление права для лица, совершающего данное действие, не может иметь никакой другой цели, чем причинение вреда" <*>.

<*> Эннекцерус Л. Курс германского гражданского права. М., 1950. Т. 1. С. 437.

Исходя из существования презумпции добросовестности, а также с учетом диспозитивных начал судопроизводства, квалификация действий (бездействия) лиц как злоупотребления правом целиком и полностью зависит от суда.

Попытки обозначить какие-либо признаки (элементы) такого вида правонарушения, как злоупотребление правом, заводят в тупик, и вот почему. Предоставленные права субъекты реализуют в целях защиты собственных интересов, что вполне закономерно. Любые правомочия - от явки в судебное заведение до предоставления доказательств - служат основополагающей цели любого субъекта, а именно - защите собственных прав и законных интересов. Многие права, предусмотренные АПК РФ, могут быть реализованы по усмотрению субъекта при соблюдении формальных требований к их совершению (сроки, основания и т.п.). Лицо может в любой момент заявить ходатайство, представить доказательства или предложить другой стороне примирение.

Например, АПК РФ не содержит императивных требований по вопросу сроков представления доказательств, что можно подтвердить, например, сославшись на информационное письмо ВАС РФ от 13 августа 2004 г. N 82 "О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" <*>.

<*> Вестник ВАС РФ. 2004. N 10.

Или, например, не может считаться злоупотреблением правом заявление большого количества ходатайств. Право лица заявлять ходатайства никоим образом не ограничено нормами АПК РФ. Лицо может реализовывать указанное право вновь и вновь, например, полагая, что суд поступил необоснованно и что при повторном или новом заявлении решение может быть другое. Кроме того, процесс рассмотрения дела - динамичное явление, в рамках которого может иметь место изменение основания или предмета иска, представление новых доказательств или их исключение и т.п. Такие примеры можно продолжать.

Приведенными иллюстрациями мы пытаемся подойти к выводу о практической невозможности доказать наличие у лица умысла исключительно на затягивание процесса или срыв судебного заседания. Констатация факта злоупотребления процессуальными правами в судебной практике зачастую является ошибочной <*>. Это во многом объясняется и отсутствием каких-либо разъяснений по вопросам злоупотребления процессуальными правами Пленумом ВАС РФ.

<*> См. подробнее: Приходько А.И. Воспрепятствование разрешению дел в арбитражных судах. М., 2006. С. 67 - 85 и др.

На наш взгляд, категория "злоупотребление правом" в таком виде, как она существует сейчас, в процессуальных правоотношениях фактически работать не будет. Дело в том, что любые права субъектов имеют те или иные ограничения, несоблюдение этих требований будет являться нарушением обязанности, поскольку нарушен процессуальный регламент. Реализация прав без нарушения объективных предписаний не может являться злоупотреблением, поскольку каждый вправе защищать свои права любыми способами, а затягивание процесса может служить средством защиты субъекта.

Решение данной проблемы видится не в попытках определить факт злоупотребления правом на основе субъективного мнения судьи, а в четких процессуальных требованиях к совершению процессуальных действий.

Например, можно установить срок для предоставления доказательств по делу. В рамках данного промежутка времени можно говорить о добросовестности субъектов. За пределами установленного срока доказательства могут приниматься только в том случае, если лицо, их предоставившее, докажет невозможность их представления на ранних этапах.

Трудности в реализации механизма применения негативных мер являются серьезным препятствием и в достижении такой цели, как укрепление законности и предупреждение правонарушений. Любая мера принуждения выполняет превентивную роль только в том случае, если она имеет реальный и неотвратимый характер.