Мудрый Юрист

Армянский судебник 1184 года как прообраз христианской конституции

Осипян Б.А., кандидат юридических наук, доцент, член Союза журналистов России и Международной федерации журналистов, специальный корреспондент журнала "Представительная власть - XXI век" Государственной Думы Федерального Собрания РФ.

Для того чтобы предметно и наглядно представить себе объективные и субъективные процессы трансформации христианских религиозных ценностей, целей и принципов в правовые нормы, институты и функции, интересно обратиться к одному из наиболее ярких средневековых образцов армяно-христианского правотворчества - к Судебнику 1184 г. св. Мхитара Гоша. Несмотря на свое название, Судебник сущностно и содержательно отразил в себе весь духовный, общественно-политический строй и идеальную конституцию Киликийского армянского государства <*>.

<*> См. также: Микаелян Г.Г. История Киликийского армянского государства. Ереван, 1952. С. 263.

Хотя принято считать, что первой писаной конституцией в истории человечества является Конституция США 1787 г., тем не менее серьезное исследование армянского Судебника 1184 г. позволяет предположить, что он является фундаментальным, всеохватывающим и основным законом жизни народа, который первым среди народов официально принял христианство как государственную религию. Древнейшие историко-правовые памятники различных народов - законы древневавилонского царя Хаммурапи XVIII в. до н.э.; законы древнегреческого царя Солона VI в. до н.э.; древнеримские законы XII таблиц (leges duodecem tabularum) V в. до н.э.; кодифицированное учение - законы индийского царя Ману II - I вв. до н.э.; Институции римского юриста Гая II в.; Салические законы (Lex Salica) Франкского государства V - VI вв.; англосаксонские законы периода с VII - XI вв. (законы королей Этельберта и Кнута); Русская Правда XI - XIII вв.; Великая хартия вольностей (Magna Charta) 1215 г., впоследствии ставшая краеугольным камнем конституционной истории государственно-правовой жизни Англии и США - едва ли можно было бы рассмотреть в качестве полнокровных, действующих конституций, поскольку они отражали и регулировали лишь отдельные, хотя и важнейшие, стороны жизни определенного народа. Иначе говоря, каждый из перечисленных историко-правовых документов в свое время упорядочивал либо брачно-семейные и наследственные, либо договорно-обязательственные и иные гражданско-правовые отношения, либо административные, уголовно-правовые или судебно-процессуальные правоотношения, либо порядок обложения налогами и сборами, либо некоторые сочетания вышеуказанных правоотношений. Однако ни один из них не содержал в себе целой системы основополагающих норм, которые закрепляли бы духовные и практические ценности, цели, принципы, институты и функции органов государственной власти и местного самоуправления, права, свободы и обязанности людей, критерии законодательства и правоприменения, принципы административно-территориального деления, налогообложения и экономической политики государства, т.е. целостный образ государственно-правовой жизни страны.

Для создания надлежащего фона исследования данной темы отметим, что автор Судебника, Мхитар Гош (1120 - 1213), уроженец Карабаха (Арцаха) <*>, средневековый ученый-богослов (вардапет), в своем Судебнике впервые попытался письменно воссоздать в законодательной форме правовой прообраз такого государства, в котором человек жил бы свободно и без страха. Поэтому Судебник представляет собой не просто некий историко-правовой памятник, но главным образом является неисчерпаемым живым источником правового сознания и жизни армянского и других христианских народов.

<*> Сокровища Нагорного Карабаха (арм. яз.). 1991. С. 9 - 10.

Нам, особенно армянским и российским правоведам, было бы весьма полезно воспринимать личность св. М. Гоша не только во времени его или нашего века, но как совечный совет (khorhurd (арм.); advice (англ.)) христианской веры, через которую нам придется восстанавливать живую связь всех времен в непрерывном потоке реки вечности и некогда утерянную нами свою духовную преемственность и подлинный духовно-национальный образ во Христе, чтобы наконец создать собственную национальную школу права и основанную на нем государственно-правовую, законодательную и судебную системы.

Судебник 1184 г. состоит из Введения, включающего в себя 11 глав, двух частей ("Церковные каноны" и "Светские законы"), в каждой из которых имеется соответственно по 124 и 130 статей. Согласно ч. 2 главы XI Введения Судебник составлялся в течение ряда лет в нагорной части христианского монастыря Оромашен после распада арабского халифата, в момент временного восстановления политической самостоятельности Армении во главе с Багратидской династией, а также образования Киликийского армянского государства (1080 - 1375) во главе с династией Рубенидов. В этот исторический период Армения утвердилась как нейтральная христианская страна, и приобретенная ею политическая самостоятельность породила необходимость разработки единого и обязательного для всех свода государственных законов, правовой и судебной системы для формирования и укрепления независимой государственности.

С IV по VII век, т.е. до окончательного завоевания Армении арабами, в Армении установилась нахарарская (княжеско-министерская) форма государственного правления, которая в 1065 г., после взятия сельджуками столицы Армении Ани, была заменена иктадарской (феодально-экономической) формой правления. Характерными чертами нахарарской формы правления, по мнению Б.М. Арутюняна, явились крупное сеньоральное владение нахараром (владетельным князем-министром) областью или округом, широкие иммунитетные права нахарара (административные, судебные, фискальные) в отношении населения области или округа, находящегося в его владениях, подвассальная зависимость самого нахарара от царя, которая выражалась в несении им военной службы и его обязанности возглавлять войско, рекрутированное из подчиненного ему населения, а также собирать налоги с населения для долевого пополнения царской казны <*>. При иктадарской системе правления владелец земли иктадар не пользовался административно-судебной властью над населением области или округа, переданного ему на правах икты земельного владения, а только пользовался ими и собирал налоги с крестьян, живущих на его земле <**>.

<*> Арутюнян Б.М. Армянский Судебник. Ереван, 1954. С. VII.
<**> Гордлевский В. Государство сельджуков Малой Азии. М., 1941. С. 73.

Потребность в разработке собственного письменного законодательства в Армении возникла также и потому, что в условиях самостоятельной государственности в ней сложились развивающиеся экономические отношения, которые нуждались в законодательном оформлении и регулировании. К примеру, перед государством встали новые задачи по регулированию порядка образования бюджетных доходов в виде пошлин с торговых операций, связанных с правом транзитного пропуска через свою территорию экспортных товаров. Другой не менее важной причиной составления Судебника было то, что даже в тех частях страны, которые все еще находились под властью и влиянием мусульман, арабских и сельджукских эмиров, армянам-христианам предоставлялось право иметь свой народный суд.

По убеждению св. М. Гоша, закон должен быть безупречным и убедительным <1>. Посему он не должен основываться на предположениях и капризах приходящих и уходящих правителей либо на оппозиционных и конкурирующих политических мнениях и недоразумениях "мудрецов-язычников" <2>, ибо истина, заключенная в воле Создателя, - во всех своих разнообразных проявлениях и уровнях - одна. Она и есть единственное основание права и ответственности законодателя перед вечным Богом и избранным Им и избравшим его народом, которые в отличие от власть предержащих временщиков являются постоянными и долговременными ориентирами для законотворчества и правосудия, для поддержания правопорядка и законности. В этом смысле Евангелие, по св. М. Гошу, представляет собой завершение духовных и естественных законов, которые проистекают из нерукотворных начал и природы человека. "Заповедь: люби ближнего как самого себя <3>, - пишет св. М. Гош, - не устраняет личного, ибо любовь к самому себе для человека естественна" <4>.

<1> Судебник, ч. 7, гл. 5 Введения.
<2> Судебник, ч. 1, гл. 1 Введения.
<3> Библия, Матф., 19:19.
<4> Судебник, ч. 1, гл. 1 Введения.

Святой М. Гош полагает, что Судебник должен быть незыблемым подобно законам Священного Писания, обладать верховенством над прочими позитивными законами общества <*>. В ч. 2 ст. 23 Церковных канонов он устанавливает также принцип верховенства, соподчиненности и обязательности других законов, которыми суды должны руководствоваться в своей деятельности при разрешении конкретных вопросов: "Законы же эти предписывают судить самих неправедных судей, которые не могут возвыситься над ними и сами обязаны подчиняться их требованиям". Говоря о необходимости и незыблемости Судебника, св. М. Гош вовсе не ратует за его неизменность. Напротив, он уверен, что "любое искусство и любое дело начинается не одним лицом и не одним им завершается, но многими, ибо искусство образовательно отдельными открытиями в их совокупности" <**>. Он рад приветствовать всех тех, которые более совершенны и могут восполнить недостатки Судебника. В Судебнике также четко устанавливается правовой принцип судебного прецедента, так сказать, принцип обратной связи между законодателем и судьями для систематической законодательной реформы и совершенствования Судебника как основного закона: "Мы положили ему начало, и необходимо, чтобы он вырастал постепенно и все время, вбирая в себя по порядку все будущие судебные решения мудрых людей и, пополняясь мало-помалу, постоянно совершенствовался и сделался совершенным" <***>.

<*> Судебник, ч. 4, гл. 2 Введения.
<**> Судебник, ч. 18, гл. 2 Введения.
<***> Судебник, ч. 10, гл. 10 Введения.

Устанавливая соотношение положений Закона Божьего и человеческого, св. М. Гош отмечает принцип определенной локальной автономии законодательства и его применения, которые, естественно, "по необходимости изменяются по народам и странам" <*>. Причину этого он видит в том, что вторым после законов Священного Писания по своему значению источником права различных христианских народов является национальный обычай и народная мудрость, выраженная в баснях и притчах (кстати говоря, св. М. Гош является также автором известного Сборника притч и поучительных басен). Отсюда он выводит очередной правовой принцип, запрещающий всякое поспешное видоизменение народных обычаев <**>.

<*> Судебник, ч. 4, гл. 2 Введения.
<**> Судебник, ст. 70 Церковных законов.

Святой М. Гош открыто заявляет, что его Судебник вовсе не является плодом его "собственных измышлений" или экспромтом-фантазией на тему евангельских притч, а является разумным отражением осознанных им естественных законов и заимствованием практического опыта жизни всех братских христианских народов в интересах верующих <*>. Он призывает законодателя не отвергать законов Бога только потому, что их уже приняли и применяют в своей жизни магометане, равно как и не принимать порочных положений только потому, что они перемешаны с законами Христа <**>, но тщательно отделять "правовые зерна" от "плевел произвола".

<*> Судебник, ч. 10, гл. 10 Введения.
<**> Судебник, ч. 4, гл. 10 Введения.

Одной из главных целей Судебника является то, чтобы "устранить замешательство и смуту и утверждать мир между людьми, ибо где нет суда, там много смуты; там же, где действует правда и суд, там обилие мира в государстве и в церкви" <*>. Будучи христианским миролюбцем и правовестником, св. М. Гош признавал справедливыми только вынужденные войны, когда преступно нарушается воля Божия <**>, и считал обоснованным наказание или смещение царя ради поддержания мира и стабильности страны <***>.

<*> Судебник, ч. 3, гл. 3 Введения.
<**> Судебник, ч. 16, ст. 1 Светских законов.
<***> Судебник, ч. 3, ст. 114 Светских законов.

Наряду с принципом внутреннего и внешнего мира он, как проповедник христианской идеологии, устанавливал принцип национального единства и солидарности всех слоев единого социального организма, а также призывал их умерить взаимные притязания и требования посредством подавления в себе чувства зависти, непотребства, ненависти, надменности и т.д.

Святой М. Гош предлагает систему критериев законодательства и правоприменения, которые служат основанием ответственности законодателя перед Богом и народом за принятые свои законодательные решения в процессе его государственно-правовой деятельности. Это существенно и выгодно отличает его Судебник от остальных историко-правовых памятников, разработанных в разные времена в разных странах. Более того, представляется, что конституционная реализация данной идеи была бы весьма правомерной и целесообразной в наше время, тем более что проблема высокой ответственности законодателей и судей весьма слабо разработана в современной юриспруденции <*>.

<*> Конституционная модель системы законодательных критериев, а также механизм равномерного саморазвития законодательства содержатся в авторском проекте Конституции Республики Армения (1991 г.). См. также: Осипян Б.А. Новый правовой завет депутатам парламентов мира, или конституционная система правовой ответственности законодателей // Представительная власть - XXI век. 2003. N 1, 4; Осипян Б.А. Идея саморазвивающейся правовой системы // Журнал российского права. 2004. N 4.

Другой приоритетной особенностью Судебника является широта его охвата и регулирования разноотраслевых правоотношений: государственно-правовых, гражданских, гражданско-процессуальных, уголовных, уголовно-процессуальных, административных, трудовых, брачно-семейных, финансово-кредитных, налоговых и других. Поэтому формальное название Судебника не соответствует его фактической сущности, содержанию и форме. Стало быть, было бы юридически точным и правомерным назвать данный правовой документ не просто "судебником", которым может руководствоваться суд в процессе гражданского или уголовного судопроизводства, а духовно-правовой "конституцией" св. Мхитара Гоша, в которой отобразился как внутренний мир (духовный образ, душевный склад, конституция ежедневной жизни) автора, так и мировоззренческо-идеологический и социально-правовой образ и уклад жизни армянского народа того времени. Дело в том, что Судебник закрепляет собой христианскую идеологию как государственную для самосознания армянского народа, дает перспективные законодательные и правоприменительные установки, перечень основных прав, свобод и обязанностей богодостойного человека, порядок выбора и назначения на высшие государственные посты и должностные функции чиновников различных рангов, упорядочивает сотруднические отношения между государством и церковью, устанавливает принципы судоустройства и судопроизводства, полномочия местных органов самоуправления, порядок административного деления территориальных единиц, налогообложения, порядок призыва и прохождения военной службы и т.д.

Согласно Судебнику христианская вера представляет собой незыблемую идеологическую основу государственной, национальной, семейной и личной жизни каждого армянина. Например, если "муж, соблазненный дьяволом и его сподвижниками либо под влиянием насилия, отречется от веры, то жена пусть не живет с ним, если даже будет принуждаема к этому, дабы не впасть в лжеучение" <*>. Святой М. Гош считает, что отречение от веры в Иисуса Христа, богоотступничество или впадение в ересь или раскол являются более тяжким грехом, нежели супружеская неверность или любодеяние, которое согласно Новому Завету является единственным основанием для развода.

<*> Судебник, ч. 1, ст. 16 Светских законов.

Ввиду того что институт собственности является одним из краеугольных правовых институтов, с которым связаны все остальные аспекты жизни каждого человека и общества, св. М. Гош в Судебнике дает подробное описание различных форм, объектов и предметов собственности. Он различает государственную (казенную), царскую, княжескую, церковную и другие виды частной собственности и дифференцирует объекты собственности по различным основаниям.

Уже в начальных положениях Светских законов <1> Судебник вопреки общегуманистическому принципу "человек - венец природы, высшая ценность и суверен, все во имя человека и человечества" утверждает высшую ценность и суверенитет Бога, а также ответственность каждого человека и всего человечества перед вечным Богом - единственно истинным Сувереном, Законодателем, Царем, Судьей, Учителем, Творцом и Спасителем: "...Царем по власти следует признать только Бога. Люди же царями могут быть лишь по названию, а не по истине" <2>. Здесь же Судебник дает достаточно полное и четкое определение понятию царя: "Царями называются те, которые полновластно господствуют над своими народами и взимают с других народов, или если и не взимают, то, по крайней мере, сами не обложены данью другими царями" <3>. Несмотря на то что св. М. Гош рассматривает царей как "помазанников Божиих", тем не менее в Судебнике он устанавливает образец государства не в форме абсолютной монархии, в котором власть царя ничем не ограничена. Напротив, считая Бога единственным полноправным Сувереном, он ограничивает власть царя действием объективных Божьих законов, которые соответствуют воле единственно истинного Законодателя. Иными словами, он в своем Судебнике учреждает, выражаясь языком современной науки государственного права, теократическую конституционную монархию, в которой роль конституции призван играть составленный им Судебник. Во всяком случае, св. М. Гош абсолютно убежден в том, что "царь верующий должен во всем вести себя по закону" <4>.

<1> Судебник, ч. 2, ст. 1 Светских законов.
<2> Судебник, ч. 2, ст. 1 Светских законов.
<3> Судебник, ч. 2, ст. 1 Светских законов.
<4> Судебник, ч. 15, ст. 1 Светских законов.

Судебник устанавливает два принципа наследования царского престола и имущества: по закону и по завещанию, т.е. духовные и материальные критерии перехода по наследству нематериальных (имя, власть, призвание) и материальных объектов собственности. В этой же своей части Судебник оформляет иерархию властей, порядок избрания, назначения и ответственности царей и других высших должностных лиц государства.

Согласно ч. 6 и 43 ст. 1 и ст. 129 ("О границах") Светских законов вся территория Армении делится на округи, города, поселки, агараки, посады, крепости и селения. Границы между округами устанавливаются по горам, рекам и каменным памятникам. Часть 1 ст. 106 гласит, что "когда деревня заселяется впервые, то раздел земли и воды и прочих угодий не должен считаться окончательным, пока не соберется достаточного количества населения, после чего и пусть утверждают".

Как уже было отмечено, одной из главных причин написания Судебника 1184 г. и производства письменного суда явилось совращение людей с пути истины и нарушение требований естественных законов и обычаев <1>. Поэтому св. М. Гош, становясь перед неподкупным и суровым судом Христа, взял на себя личную ответственность "начертать образец суда будущего" <2>, института "беспристрастного суда" <3>, "датастана, датарана" <4>, т.е. места, предназначенного для осуществления правосудия и спороразбирательства на основании и во исполнение закона и с учетом времени и обстоятельств у разных стран и народов <5>. В процессе заседания "суда будущего" участвуют 12 судей (по числу апостолов Христа) для того, чтобы благодаря участию многих суд был истинным и праведным и чтобы при свидетельствовании многими суд был несомненный и внушал страх. Тем самым Судебник предзнаменовал появление института суда присяжных, которые в публичном процессе своим безотлагательным и беспристрастным судом призваны будут осуществлять не только правосудие, но также воспитательно предупреждать совершение преступлений <6>.

<1> Судебник, ч. 5, гл. 2 Введения.
<2> Судебник, ч. 18, гл. 2 Введения.
<3> Судебник, ч. 3, ст. 50 Церковных канонов.
<4> Судебник, ч. 6, гл. 1 Введения.
<5> Судебник, ч. 6, гл. 1 Введения.
<6> Судебник, ч. 2, гл. 6 Введения.

Судебник допускает осуществление правосудия и при наличии трех судей (по числу Святой Троицы), ибо "повсеместно находить судей в большом количестве трудно" <1>. По убеждению св. М. Гоша, "творить суд - дело Божие, ибо Бог истинный Судья; остальные же судьями называются наподобие Ему... посему судье надлежит быть во всех отношениях ученым, трезвым, мудрым, дабы не извратить суда Божьего и не заслужить Его осуждения" <2>. В Судебнике устанавливаются квалификационные основания для выдвижения судейских кандидатур: "судья должен быть опытным, сильным в познании, искусным в Священном Писании, равно как и в человеческих делах, дабы творить суд безошибочно". Необходимо, чтобы он был духовно совершеннолетним, т.е. уже имел духовный орган веры в Бога и зрелый разум для познания Его Слова, "был вдумчивым, интеллектуально развитым, трезвым и бдительным, чтобы по неведению не совершил каких-либо ошибок. И если ни в одном малом искусстве никто не может действовать без надлежащей подготовки, то тем паче в великом деле судейском, достойном Бога" <3>. "Судья должен быть неподкупным, ибо сказано: "дары слепыми делают зрячих" <4>. Неподкупность необходима судье, дабы он, сознавая, что он не принял даров за правосудие, заседал смело, решения принимал истинные, и дабы самое решение его получило одобрение слушателей, как заповедовал Господь: "не судите по наружности, но судите судом праведным" <5>. И хотя наилучшее во всех делах - это "милосердие, по суду приличествует правда, дабы не лицеприятствовать богатому и не потворствовать бедному" <6>. И чтобы развивать в себе качества доброты, благочестие, отсутствие гнева и зависти, милостивости и долготерпения, "судьи должны денно и нощно читать не только книги Ветхого и Нового Завета, но и ловить слова мудрых людей всех народов и размышлять над ними" <7>.

<1> Судебник, ч. 3, гл. 6 Введения.
<2> Судебник, ч. 4, гл. 5 Введения.
<3> Судебник, ч. 4, гл. 5 Введения.
<4> Исход, 24:8; Левит, 19:15; Втор., 16:19.
<5> Иоанн, 7:24.
<6> Судебник, ч. 1, гл. 6 Введения.
<7> Судебник, ч. 7, гл. 5 Введения.

Согласно Судебнику суды подразделяются на церковные и светские, так же как и применяемые им законы. Иерархия светских судебных органов по Судебнику представляет собой следующую картину. Высшей судебной инстанцией является царский суд, который главным образом рассматривает дела по государственным и другим умышленным тяжким преступлениям (дела об измене, предательстве, заговоре, казнокрадстве, умышленных убийствах при отягчающих обстоятельствах и т.д.): "судить подобные преступления надлежит царю; прочие же общие преступления предоставить судьям" <1>. Княжеские суды и иные низшие суды (суды в округах и гаварах, суды сельских старост, азатов и другие) рассматривали все остальные дела по степени их государственной важности и социально-правовой значимости <2>. В целях должного судопроизводства и реализации правосудия Судебник устанавливал систему определенных критериев. Во-первых, все судебные дела должны были производиться публично и по истине, совести и закону с двумя или тремя опытными мужами - свидетелями. Только при соблюдении этих условий вынесенное судом решение считалось правомерным и имеющим юридическую силу <3>. Публичность судебного процесса необходима не только потому, чтобы "суд был праведным", но и для того чтобы народ был свидетелем всеобъемлющей истины и правды. Во-вторых, Судья не вправе был выслушивать объяснения лишь одной стороны процесса, одного только истца или обвинителя либо только ответчика и обвиняемого. Он не имеет права выносить решение до тех пор, пока обе стороны не предстанут друг перед другом <4>. В-третьих, на суде должно быть гарантировано справедливое состязание процессуально равных сторон, которым должна быть дана равная возможность для представления доказательств, поскольку всякая несправедливая судебно-процессуальная конкуренция в конечном счете может привести к искажению или укрытию истины, которая составляет фундамент всякой государственности и правосудия. При этом суд должен принять во внимание двух и более свидетелей, которые должны быть не моложе 25 лет <5>. По уже нам известным причинам судебная значимость показания одного мужчины приравнивалась показаниям двух женщин. Несмотря на новозаветный запрет дачи всякой клятвы, Судебник вследствие установившегося обычая признает необходимость принятия свидетельской присяги в форме: "не будь я христианин, если это не так" <6>.

<1> Судебник, ч. 24, ст. 1 Светских законов.
<2> Торосян Х. Суд и процесс в Армении X - XIII вв. Ереван, 1985. С. 89.
<3> Судебник, ч. 1, гл. 6 Введения.
<4> Там же.
<5> Судебник, ч. 2, гл. 7 Введения.
<6> Судебник, ч. 2, гл. 8 Введения.

Глубина и широта сути и содержания Судебника 1184 г. со всей наглядностью подтверждают, что мы имеем дело не просто с Судебником как таковым, назначением которого является лишь установление субстанциональных и процессуальных норм гражданского, уголовного, административного и т.д. судопроизводства, а с фундаментальным законом жизни целого народа, который как в капле воды отразил в себе весь спектр правоотношений и правопорядок страны и в течение столетий приобрел свое истинное название как средневековая Конституции армянского народа. Помимо содержания Судебника о его основополагающей и конституционной сущности свидетельствуют также другие очевидные факты.

Во-первых, св. М. Гош верил в то, что идея написания Судебника как закона законов исходила непосредственно от воли Бога, которую он со всей преданностью осуществлял до последнего своего дыхания. Этим объясняется широкомасштабность и глубина Судебника, всесторонность охвата им политико-правовой, экономической и культурной жизни армянского народа в средние века. Более того, Судебник, являясь на деле конституцией, совокупностью любви, веры, добрых чувств, эмоций, побуждений, идей, стремлений и чаяний самого автора как собирательного образа и наиболее яркого представителя духовной целостности армянского народа, представляет собой уникальный атлас для изучения духа и истории всех христианских народов вместе с их правовыми системами, обычаями и традициями.

Во-вторых, св. М. Гош был уверен, что такой документ, как Судебник, должен быть составлен соборно и постоянно совершенствоваться. Поэтому он предлагал "созывать соборы два раза в год и рассматривать новейшие явления, происходящие в стране", и чтобы в Судебнике "записывались по порядку все новейшие дела, рассмотренные мудрыми людьми, и судебные по ним решения" <*>. Начатый им Судебник, основной закон жизни верующих в Христа армян, подобно Священному Писанию должен был быть продолжен многими лицами, пополняться и совершенствоваться постоянно и вечно <**>.

<*> Судебник, ч. 10, гл. 10 Введения.
<**> Судебник, ч. 10, гл. 10 Введения.

В-третьих, до появления на свет Судебника армяне не имели каких-либо писаных светских законов, кодифицированных в едином сборнике для практического руководства в деле государственного строительства и судопроизводства <*>. Стало быть, Судебник фактически стал первым фундаментальным законом армянского народа, а также главным ценностно-нормативным ориентиром в дальнейшем развитии национальной системы законодательства.

<*> Арутюнян Б.М. Указ. соч. С. XXII.

В-четвертых, то обстоятельство, что Судебник не был официально принят и санкционирован каким-нибудь законодательным органом или официальным лицом, обладавшим законодательной властью, нисколько не лишало его высшего духовного, научного и практического значения в жизни армянского народа <*>. По существу, Судебник стал первым правовым алфавитом в истории армянского народа, в котором были представлены духовные, нравственные обыденные азы и начала национальной правовой школы, фундаментальной теории права и государства, а также судебно-правовой системы.

<*> Там же. С. XXX.

Практическое действие Судебника было предопределено его духовно-правовыми качествами, присущими истинному и действующему закону, адекватно отражающему и регулирующему наличные тогда правоотношения. Ведь, как писал св. М. Гош, Судебник был призван стать завершением естественных законов, среди которых, как нам известно, нет ни одного недействующего. Именно поэтому Судебник стал довольно популярным и применялся как на территории самой Армении, так и за ее пределами, т.е. в тех странах, где постоянно проживали армянские общины, колонии или поселения (в Грузии, Индии, Польше, Крыму, Молдавии, Южной России, на Западной Украине, Иране, Судане и других странах). По той же причине Судебник был переведен на ряд иностранных языков: на татарский в 1568 г., на польский в 1601 г., на латинский в 1862 г., на грузинский при царе Вахтанге VI (1703 - 1724 гг.), русский и другие языки. Через полвека после смерти Мхитара Гоша в 1264 г. в Киликии появился другой Судебник - князя Смбата Спарапета (Гундстебля), который был составлен на основании Судебника 1184 г. Смбат Спарапет был братом царя Хетума, и потому ему удалось официально принять и ввести в действие свой Судебник, несмотря на его содержательную ограниченность и прочие правовые погрешности. Представляется, что это можно объяснить не только Божьим даром св. Мхитара Гоша и его небесным призванием, но также и тем, что он в отличие от Смбата Спарапета не был вовлечен по жизни в разного рода политические игры и не был отягощен бременем компромиссов со своей совестью и с мирской суетой.

Следует отметить, что Судебник 1184 г. косвенно, т.е. через "Уложение" грузинского царя Вахтанга VI, частично вошел в Свод законов Российской империи <*>, что опять свидетельствует о фундаментальности его характера, который имманентен всем христианским народам. "Судебник, - пишет Х. Торосян, - стал действующим кодексом в течение всего средневековья, да и в Новое время тоже. Он действует и сейчас (особенно нормы наследственного и брачно-семейного права), особенно в Иране и Судане". По мнению Х. Торосяна, Судебник представлял собой политико-правовую программу самоопределения и самосохранения армянского народа и служил ежедневным путеводителем в его государственно-правовой жизни почти вплоть до Октябрьской революции 1917 г. <**>

<*> Там же. С. XXXV.
<**> Там же. С. 34.

В-пятых, в отличие от всех бывших и ныне действующих конституций Судебник закрепил в себе не только основные положения государственного устройства и судопроизводства, но также оказался знамением времени нового религиозного и национального самосознания армянского народа, его надлежащего духовного состояния и перспективных путей государственно-правового и культурного развития. Возможно, что на этот счет могут быть возражения со стороны юристов-догматиков о том, что сам текст конституции не должен содержать в себе ничего более того, что должно быть установлено относительно устройства и функционирования органов государственной власти и управления, правосудия и местного самоуправления, налогообложения и т.п. Тем не менее представляется, что в таком случае конституция отразила бы лишь, так сказать, "анатомию" правовой жизни общества, оставляя вне поля зрения ее дух и "физиологию", т.е. источники и процессы государственно-правовой жизни общества, без которых невозможно было бы понять сущность правовой жизни того или иного народа, своеобразие его религиозных и национальных обычаев и традиций. По такой конституции изучение правовой жизни данного народа было бы похоже на изучение жизни дерева по вырубленным его корням, стволу и ветвям; но это было бы на самом деле изучением не живого плодоносящего дерева, а безжизненных дров, заготовленных из этого дерева и предназначенных для иных целей, либо изучение жизнедеятельности человеческого организма путем исследования частей бездыханного трупа. Следовательно, живая конституция того или иного народа не должна отвергать, а, напротив, должна отражать в себе дух и особенности правовой жизни общества: духовную конституцию его любви, веры, мировоззрения, обычаев, традиций и т.д., без которых никакой закон, тем более основной закон, не был бы правомерным, целесообразным и действенным. Более того, для своевременного предупреждения апокалипсических процессов в обществе конституция и все законодательство должны впитать во все свои части, ткани, клетки и нормы идею духовной, интеллектуальной и культурной собственности народа, составными элементами которой являются традиционная религия и вера, национальное самосознание и идеология, язык, история, личностные, семейные, общинные ценности, принцип свободного и ответственного самоопределения каждого и всех согласно своему призванию, назначению и смыслу жизни.