Мудрый Юрист

Вопросы досудебного производства по уголовному делу в практике верховного суда РФ

Федоренко Т.А., заместитель начальника организационно-зонального отдела УФСНК по Дальневосточному федеральному округу.

С момента принятия Уголовно-процессуального кодекса РФ прошло четыре года. Как отмечает Председатель Верховного Суда РФ В.М. Лебедева, "не сбылись прогнозы скептиков о нежизнеспособности нового уголовно-процессуального закона, изменившего всю концепцию преследования гражданина от имени государства за совершение уголовно наказуемого деяния" <*>. Ранее действовавший Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР 1960 г. в полной мере выполнил возложенные на него советской эпохой задачи. В то же время принятие в 1993 г. Конституции РФ, значительно по-новому обозначившей контуры уголовно-процессуальных отношений в правовом государстве, потребовало от властей существенного реформирования уголовно-процессуального законодательства. Сделать это путем текущих изменений в УПК РСФСР не удалось, поскольку требовались такие преобразования, которые смогли бы определить цели, задачи и методы их реализации, стоящие перед правосудием с учетом проведения правовой реформы. Как следствие - Конституционный Суд РФ неоднократно признавал не соответствующими Конституции РФ как отдельные положения УПК РСФСР, так и целые его институты, а суды непосредственно применяли положения Конституции РФ. Аналогичные процессы изменения уголовно-процессуальных отношений проходили и в судебной практике Верховного Суда РФ. Сложившаяся ситуация требовала скорейшего принятия совершенно нового процессуального закона, который в полной мере основывался бы на Конституции РФ и общепризнанных принципах и нормах международного права.

<*> Научно-практическое пособие по применению УПК РФ / Под ред. В.М. Лебедева. М.: Норма, 2004. С. 7.

Вступивший в силу с 1 июля 2002 г. УПК РФ ввел новые институты уголовного процесса, а существовавшие ранее получили принципиально новое звучание для российского правоприменителя (не стало это исключением для досудебного производства по уголовному делу). Отказ от репрессивной юстиции, построение судопроизводства на основе состязательности сторон, решительное усиление процессуальных гарантий прав обвиняемого и подозреваемого, усиление роли суда на стадии возбуждения уголовного дела и предварительного расследования привели к появлению принципиально новой процессуальной регламентации досудебного производства по уголовному делу с ярко выраженной направленностью на защиту интересов личности.

Сегодня становится очевидной острая потребность государства в действительно устойчивом правовом регулировании досудебного производства, предусматривающего такой механизм уголовно-процессуального регулирования, который наряду с решением непосредственных задач судопроизводства всемерно и неукоснительно сможет обеспечить гарантии прав и интересов всех субъектов, вовлекаемых в уголовный процесс. Поэтому не случайно Л.М. Володина отмечает, что механизм досудебного производства по уголовному делу должен быть более гибким <*>.

<*> Володина Л.М. Модель досудебного производства по уголовному делу // Актуальные проблемы борьбы с преступностью и правоприменительной практики: Межвуз. сб. науч. тр. Вып. 7. Красноярск: Сиб ЮИ МВД России, 2004. С. 121.

Вместе с тем многие предписания УПК РФ для следователей, прокуроров и судей оказались новыми, ранее на практике не встречавшимися, а некоторые вследствие их необычности, несоответствия традиционным представлениям - непонятными и даже, по их мнению, ошибочными, снижающими эффективность предварительного расследования. В итоге обозначились трудности и ошибки при применении новых норм законодательства.

Изменение организационно-правового и процедурного построения уголовного досудебного производства требует, в свою очередь, изучения правовых положений судебной практики по вопросам досудебного судопроизводства. Следует отметить, что исследования отечественных правоведов показали важное значение разъяснений Верховного Суда по вопросам досудебного производства по уголовному делу по УПК РСФСР. В частности, подводя итог деятельности Верховного Суда РФ за последние 80 лет, В.М. Лебедев отмечает, что "судебная практика Верховного Суда РФ оказывала существенное влияние на законодательное закрепление расширения сферы судебной защиты прав и свобод граждан. В начале 90-х гг. прошлого столетия существовала масса ограничений в защите гражданами своих конституционных, социальных, трудовых прав, в обжаловании неправомерных действий должностных лиц, органов власти и самоуправления. В 1993 г. Конституция РФ гарантировала гражданину судебную защиту его прав и свобод. Суды стали принимать решения, руководствуясь Конституцией РФ как актом прямого действия" <*>.

<*> Лебедев В.М. Верховному Суду Российской Федерации 80 лет // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2003. N 1. С. 5.

Верховный Суд РФ внес значительный вклад в расширение возможностей для защиты прав граждан и в уголовном судопроизводстве. Например, в октябре 1991 г. Верховный Суд принял к своему производству жалобу адвоката на незаконность и необоснованность применения к его подзащитному заключения под стражу в качестве меры пресечения. Российское законодательство тогда не предусматривало судебной защиты на досудебных стадиях уголовного процесса. Верховный Суд РФ, приняв к рассмотрению эту жалобу, рекомендовал судам рассматривать жалобы на арест и продление срока содержания под стражей, исходя из международных принципов и стандартов в области прав человека и требований международных договоров СССР. Одновременно Верховный Суд РФ обратился в Верховный Совет РСФСР с предложением внести соответствующие изменения и дополнения в УПК РСФСР. И к моменту внесения в УПК РСФСР норм, регламентирующих процедуру обжалования в суд ареста и продления срока содержания под стражей (ст. 220.1 и 220.2), суды Российской Федерации располагали большой судебной практикой рассмотрения этих жалоб, что во многом способствовало принятию дополнений в УПК РСФСР. Согласно Уголовно-процессуальному кодексу РФ вопросы заключения гражданина под стражу находятся исключительно в компетенции суда. Сегодня возможности отстаивать свои права в суде ничем не ограничены.

В связи со сказанным представляется весьма актуальным выяснить значение влияния судебной практики Верховного Суда РФ на применение норм действующего уголовно-процессуального законодательства (на примере досудебного производства).

Представляется, что все решения Верховного Суда РФ по вопросам досудебного производства условно можно подразделить на две группы. Первую группу образуют решения Верховного Суда РФ, в которых дается толкование действующего законодательства в постановлениях Пленума (нормативное толкование). Вторую группу составляют решения Верховного Суда РФ, в которых дается толкование действующего законодательства в приговорах, постановлениях и определениях при рассмотрении конкретных уголовных дел (казуальное толкование).

Примером первой группы может служить разъяснение Пленумом Верховного Суда РФ термина "иные обстоятельства" применительно к решению вопроса о продлении срока содержания обвиняемого под стражей. Так, ч. 13 ст. 109 УПК РФ допускает рассмотрение судом ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей в его отсутствие, если обвиняемый находится на стационарной судебно-психиатрической экспертизе, а также при иных обстоятельствах, исключающих возможность его доставления в суд. В то же время понятие "иные обстоятельства, исключающие возможность его доставления в суд" в уголовно-процессуальном законе не раскрывается. Разъясняя данный термин, Верховный Суд РФ в п. 10 Постановления Пленума от 5 марта 2004 г. N 1 "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса РФ" отметил, что к "иным обстоятельствам" следует относить, в частности, БОЛЕЗНЬ ОБВИНЯЕМОГО, СТИХИЙНОЕ БЕДСТВИЕ, ПЛОХИЕ МЕТЕОУСЛОВИЯ, КАРАНТИН В МЕСТЕ СОДЕРЖАНИЯ ПОД СТРАЖЕЙ (выделено авт.). При подтверждении указанных случаев соответствующими документами суду надлежит рассмотреть такое ходатайство в порядке, предусмотренном ч. 4 ст. 108 УПК РФ. При этом участие защитника в судебном заседании является обязательным <*>.

<*> См.: Российская газета. 2004. 25 марта.

Вторую группу решений Верховного Суда РФ образуют разъяснения, которые формулируются в его казуальной судебной практике, т.е. при рассмотрении конкретных уголовных дел. Например, рассматривая в надзорном производстве приговор по делу Карповцева, Верховный Суд РФ дал официальное толкование по вопросу признания допустимости доказательств. В частности, в надзорной жалобе адвокат поставил вопрос об отмене судебных решений и прекращении уголовного дела ввиду отсутствия доказательств вины осужденного, утверждая, что предварительное следствие произведено с существенными нарушениями закона, в частности, ряд следственных действий, протоколы которых наряду с прочими доказательствами положены в основу обвинения, проводились вопреки закону с участием несовершеннолетних понятых.

Президиум Верховного Суда РФ оставил надзорную жалобу адвоката без удовлетворения, указав, что, несмотря на то что оперативный эксперимент был проведен с нарушением уголовно-процессуального закона, в его участии и составлении ряда процессуальных документов участвовали понятые Бабин и Хлестов, не достигшие 18 лет, доказательства не подлежат исключению как недопустимые. Поскольку в материалах дела имеется постановление, вынесенное компетентным органом в соответствии с требованиями Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", о проведении оперативного эксперимента (с применением технических средств и привлечением понятых Бабина и Хлестова). В соответствии с указанным Федеральным законом оперативно-розыскная работа может проводиться и до возбуждения уголовного дела, а результаты этой деятельности могут служить поводом и основанием для возбуждения уголовного дела, что и было сделано в настоящем случае. Оперативно-розыскная группа не допустила нарушений и при осмотре места происшествия. ЧТО ЖЕ КАСАЕТСЯ УЧАСТИЯ В КАЧЕСТВЕ ПОНЯТЫХ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ БАБИНА И ХЛЕСТОВА (17 ЛЕТ 10 МЕС.), ТО В СТ. 135 УПК РСФСР, ДЕЙСТВОВАВШЕЙ НА МОМЕНТ СООТВЕТСТВУЮЩИХ ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ДЕЙСТВИЙ, ПРОВОДИМЫХ С ИХ УЧАСТИЕМ, НЕ СОДЕРЖАЛОСЬ ЗАПРЕЩЕНИЯ УЧАСТИЯ ТАКИХ ЛИЦ В КАЧЕСТВЕ ПОНЯТЫХ <*> (выделено авт.).

<*> См.: Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 4 июня 2003 г. по делу Карповцева // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2003. N 12. С. 13 - 14.

Краткий обзор некоторых правовых аспектов роли судебной практики Верховного Суда по вопросам досудебного производства приводит к выводу, что данные разъяснения оказывают существенное воздействие на конкретизацию норм уголовно-процессуального законодательства, формируя у правоприменителя соответствующую правовую и ценностную ориентацию деятельности по правильному применению уголовно-процессуального законодательства.