Мудрый Юрист

Договор банковского вклада: является ли правопреемство универсальным?

Наталья Соломатина, к.ю.н., преподаватель Воронежского госуниверситета, юрист банка.

Проблема правопреемства по договорам банковского вклада при наследовании вызывает особый интерес. Традиционно наследники вкладчиков снимают денежные средства со счета и тихо уходят. Однако 2005 г. удивил тем, что проблемы возникли там, где их никогда не было: два во многом схожих иска от разных лиц, хорошо известных банку своим сутяжничеством. По одному из дел судейское усмотрение склонило чашу весов в пользу наличия универсального правопреемства. Готовясь к процессам, автор изучала специальную литературу, посвященную договорам банковского вклада, наследованию и правопреемству. Первая обходит молчанием вопросы наследования, вторая и третья не рассматривают специфику банковских вкладов. Прилагаемая статья является авторской точкой зрения и не исключает дискуссии по данному вопросу.

На практике имеют место случаи обращения наследников умерших вкладчиков в суд с исковыми требованиями к банкам об оформлении их вступления в договор банковского вклада на стороне вкладчика и выдаче сберегательных книжек, с тем чтобы в дальнейшем пользоваться всеми правами и обязанностями вкладчика по договору: совершать по вкладам как расходные, так и приходные операции (по тем видам вкладов, по которым допускается прием дополнительных денежных взносов), давать поручения Банку на перевод денежных средств и т.п. Разрешая споры, суды порой указывают на то, что к наследнику переходят все права и обязанности вкладчика по договору банковского вклада. Однако ни действующее правовое регулирование, ни логика законодательства не позволяют сделать однозначный вывод о том, что правопреемство по договорам банковского вклада носит универсальный характер.

В качестве правового основания своих требований наследники ссылаются на ст. 1110 ГК РФ, согласно которой при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент. В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (ст. 1112 ГК РФ). Права вкладчика по договору банковского вклада, бесспорно, являются имущественными. Исходя из вышеизложенных посылок наследники умерших вкладчиков полагают, что имеют право на вступление в договор.

Виды правопреемства

Правопреемство при наследовании всегда считалось основным видом универсального правопреемства. Оно существует в качестве презумпции, которая корректируется специальными нормами, усиливающими или нивелирующими ее. Наиболее очевидно (с точки зрения позитивного права) оно проявляет себя в отношениях, возникающих из договоров о долевом участии в строительстве жилья. Статья 4 ФЗ от 30.12.2004 N 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" прямо закрепляет, что в случае смерти гражданина - участника долевого строительства его права и обязанности по договору переходят к наследникам, если федеральным законом не предусмотрено иное. При этом действие нормы усиливается указанием на то, что застройщик не вправе отказать таким наследникам во вступлении в договор. В данном случае все признаки универсального правопреемства налицо.

Вместе с тем есть все основания полагать, что правопреемство по договору банковского вклада универсальным не является, а носит частичный (сингулярный) характер.

Статья 1110 ГК РФ содержит оговорку о том, что наследственное имущество переходит в порядке универсального правопреемства, если из правил ГК РФ не следует иное. В отношении денежных средств, хранящихся в банке, действует иное, специальное правовое регулирование, которое не учитывается истцами при подаче в суд заявлений. Часть 1 ст. 1128 ГК РФ закрепляет, что права на денежные средства, внесенные гражданином во вклад или находящиеся на любом другом счете гражданина в банке, могут быть завещаны. Эти денежные средства выдаются наследникам на основании свидетельства о праве на наследство и в соответствии с ним (ч. 3 ст. 1128 ГК РФ).

Таким образом, независимо от того, завещаны ли денежные средства, находящиеся в банке, или нет (аналогия закона), в наследственную массу входит только одно право из всего перечня возможных прав и обязанностей вкладчика, предусмотренных договором банковского вклада, - право требовать от банка выплаты суммы вклада с начисленными процентами. Возможности правопреемства по иным правам и обязанностям, возникшим из договора банковского вклада, гражданское законодательство не предусматривает. Следовательно, правопреемство является частичным (сингулярным).

Вкладчик и книжка

Такая позиция имеет под собой не только правовое, но и логическое обоснование, потому что иной подход к рассматриваемому вопросу противоречил бы сложившимся обычаям делового оборота в банковской системе и общеправовому принципу равенства.

Наследников может быть несколько, при этом все они обладают одинаковым объемом прав. Следовательно, все наследники в равной степени могут претендовать на включение их в договор банковского вклада и выдачу сберегательных книжек.

Сберегательная книжка выдается только вкладчику и удостоверяет заключение с ним договора банковского вклада. Она имеет важное доказательственное значение в договорных отношениях между вкладчиком и банком. Договор банковского вклада удостоверяет лишь сумму первоначального денежного взноса, движение по счету отражает сберегательная книжка, в которой отражается номер счета по вкладу, а также все суммы денежных средств, зачисленных на счет, все суммы денежных средств, списанных со счета, и остаток денежных средств на счете на момент предъявления сберегательной книжки в банк. Если не доказано иное состояние вклада, данные о вкладе, указанные в сберегательной книжке, являются основанием для расчетов по вкладу между банком и вкладчиком. При этом бремя доказывания иного состояния вклада лежит на банке.

Из вышеизложенного следует, что по одному вкладу не может быть выдано двух сберегательных книжек (за исключением случая, когда происходит замена полностью исписанных или утерянных сберегательных книжек).

После приведения данной аргументации некоторые истцы по данной категории споров настаивают на том, чтобы им была выдана одна сберегательная книжка с указанием всех фамилий наследников. Данное требование также является необоснованным в силу того, что договор банковского вклада - сделка, не допускающая множественности лиц на стороне вкладчика, а сберегательная книжка - именной документ.

Субъектный состав

Право наследования гарантируется независимо от состояния в гражданстве РФ (ч. 4 ст. 35 Конституции РФ), поэтому не исключены ситуации, когда все наследники или некоторые из них являются нерезидентами. В этом случае их вклады должны учитываться на других балансовых счетах, нежели вклады резидентов, согласно Положению ЦБ РФ от 5 декабря 2002 г. N 205-П "О правилах ведения бухгалтерского учета в кредитных организациях, расположенных на территории РФ". Возможна и обратная ситуация, когда вкладчик является нерезидентом, а наследники (некоторые из них) - резидентами.

Кроме того, наследниками наряду с физическими лицами могут быть и юридические лица, для которых договор банковского вклада (депозита) обладает рядом особенностей, помимо того, что они отражаются на особых балансовых счетах кредитных организаций: с депозитов юридических лиц нельзя осуществлять перечисление денежных средств (ч. 3 ст. 834 ГК РФ). Данная аргументация также свидетельствует о том, что множественность лиц на стороне вкладчика не допускается.

Договор банковского вклада является публичным (ст. 834 ГК РФ), то есть кредитная организация не может отказаться от его заключения. Однако специальное законодательство устанавливает исключение из этого правила. Так, Федеральный закон от 07.08.2001 "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" закрепляет право кредитной организации (Банк России считает это обязанностью) отказаться от заключения договора банковского вклада с физическим или юридическим лицом в следующих случаях:

отсутствия по своему местонахождению юридического лица, его постоянно действующего органа управления, иного органа или лица, которые имеют право действовать от имени юридического лица без доверенности;

непредставления физическим или юридическим лицом идентифицирующих его документов, предусмотренных указанным законом, либо представления недостоверных документов;

наличия в отношении физического или юридического лица сведений об участии в террористической деятельности, полученных в соответствии с действующим законодательством.

Такое правовое регулирование еще раз подтверждает правильность утверждения о том, что наследники не могут вступить в договор на стороне вкладчика. Террористу можно отказать в открытии счета, но нельзя лишить наследственных прав, а гарантий того, что наследник не окажется причастным к террористической деятельности, никто дать не может.

Согласно ст. 408 ГК РФ обязательство прекращается смертью кредитора, если оно неразрывным образом связано с личностью кредитора. Доказательством того, что личность вкладчика имеет для банка существенное значение, является существующая практика признания противоречащей законодательству и договору банковского вклада уступки вкладчиком своих прав требования к кредитной организации, возникших из договора банковского вклада. Только вкладчику принадлежит право распоряжаться денежными средствами, размещенными во вкладе. Права лиц, осуществляющих от имени клиента распоряжения о перечислении и выдаче средств со вклада, удостоверяются клиентом путем представления банку документов, предусмотренных законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и договором банковского счета. Клиент может дать распоряжение банку о списании денежных средств со счета по требованию третьих лиц, в том числе связанному с исполнением клиентом своих обязательств перед этими лицами, но не уступить их. Уступка права требования правомерна лишь в случае, когда по каким-либо причинам договорные отношения между банком и клиентом прекращены, а денежные средства полностью не возвращены.

Банк и вкладчик являются участниками обязательственного правоотношения. Со смертью кредитор выбывает из правоотношения, следовательно, оно прекращается, так как в отсутствие контрагента становится невозможным. Однако в момент смерти открывается наследство, что является юридическим фактом для возникновения нового правоотношения: между банком и наследниками вкладчика, где единственному праву наследников потребовать вклад корреспондирует обязанность кредитной организации произвести такую выплату. Замена клиента без формальной передачи денежных средств возможна только после закрытия счета вкладчика наследником и открытием последним нового вклада, опосредованного заключением самостоятельного договора.

Важнейшим назначением права является установление общих и обязательных для неопределенного круга лиц правил поведения. Как было показано выше, признание права наследников на вступление в договор банковского права в порядке универсального правопреемства сопряжено со слишком многими исключениями и оговорками. Поэтому имеющая место практика признания судами возможности наследников приобрести не только право на получение денежных средств, но иные права и обязанности вкладчиков по договорам банковского вклада нарушает основополагающий принцип равенства перед законом и нуждается в переосмыслении. Правопреемство, возникающее в рассматриваемом случае, носит не универсальный, а сингулярный характер.