Мудрый Юрист

Возврат похищенного автотранспортного средства как вид легализации имущества, приобретенного преступным путем

Г. Козлов, заместитель начальника СУ при УВД Магнитогорска.

С ростом автопарка России за последние 10 - 15 лет, появлением престижных моделей преступный автобизнес стал наиболее доходным видом противоправной деятельности.

Динамика хищений транспортных средств свидетельствует о постоянном их росте: в 2002 г. в России было зарегистрировано 58783 кражи автомобилей, в 2003 г. - 70529, в 2004 г. - 71164.

В то же время раскрываемость этих преступлений снижается: 2002 г. - 20%, 2003 г. - 18,6%, 2004 г. - 15,3%.

Обусловлено это прежде всего тем, что хорошо организованные преступные группы с отлично отработанной конспирацией и четким распределением ролей "изобрели" множество способов легализации похищенных автомобилей: от разбора их на запчасти до изменения идентификации маркировочных данных и изготовления поддельных документов. Однако все эти способы требуют значительных затрат, вовлечения в организованные преступные группы посторонних, подкупа должностных лиц.

Поэтому все чаще преступники используют такой способ легализации похищенного автотранспорта, как его возврат потерпевшему за вознаграждение, равное 30 - 50% рыночной стоимости машины.

Посредниками в таких возвратах нередко выступают люди, искушенные в сложившейся следственно-судебной практике, а вернее сказать, в отсутствии таковой.

Уголовные дела в отношении "легализаторов" и "отмывателей" не возбуждаются по трем причинам:

Принятие Пленумом Верховного Суда РФ Постановления от 18 ноября 2004 г. "О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем" не решило эту проблему;

Отказ прокуроров в утверждении постановлений о возбуждении уголовных дел в рассматриваемых случаях по ст. 175 УК понятен: приобретение имущества, заведомо добытого преступным путем, предполагает "прикосновенность" к такому имуществу, а "легализаторы" лишь созваниваются с похитителями и, получив с потерпевшего деньги, сообщают, где машина будет оставлена. Кроме того, спорным считается сбыт не третьим лицам, а потерпевшему.

Даже тогда, когда потерпевшему заявляют, что, если он не соберет назначенную сумму, его машину разберут на запчасти, угонят в другую страну или сожгут, невозможно привлечь посредников по ст. ст. 163 или 179 УК по признаку "под угрозой уничтожения имущества", поскольку вымогательство и принуждение предполагают ухудшение положения потерпевшего под страхом уничтожения того имущества, которое еще находится в его законной собственности или владении.

Единственный обвинительный приговор в 2004 г. по ст. 174 УК РФ был вынесен Куйбышевским районным судом Омска в отношении Лоптева, который был осужден по ч. 2 ст. 159; п. "б" ч. 3 ст. 174; п. "б" ч. 2 ст. 175; ч. ч. 2 и 3 ст. 327 УК РФ на 3 года лишения свободы.

Лоптев в 2001 - 2002 гг. совместно с неустановленными лицами приобретал похищенные автомобили, перебивал на кузовах, двигателях и шасси идентификационные номера, затем с целью придания им легитимности изготавливал подложные документы, в которые вносил данные о собственнике, идентификационные номера, заверял оттиском поддельной печати. После чего ставил автомобили на учет в МРЭП ГИБДД Мамонтовского РУВД Алтайского края, тем самым придавал им статус законного приобретения и реализовывал.

Вот и получается, что пробел в праве кормит криминал. Полагаю, что стоит законодателю диспозицию ч. 1 ст. 174 УК РФ дополнить словами "а также доходом от указанных(ой) сделок(и)", а в ч. 2 внести дополнительный квалифицирующий признак "в отношении автомобиля" (по аналогии со ст. 175 УК РФ) - положение изменится если не радикально, то уж не в худшую сторону.