Мудрый Юрист

Заключение специалиста, участвующего в осмотре места происшествия, как объект судебно-экспертного исследования

Плесовских Ю.Г., кандидат юридических наук, доцент, заведующий кафедрой уголовного процесса и криминалистики Хабаровской государственной академии экономики и права, член Квалификационной коллегии судей Хабаровского края.

Федеральным законом от 4 июля 2003 г. "О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации" <*> в уголовно-процессуальное законодательство нашей страны внесено существенное изменение - перечень доказательств, допустимых в уголовном процессе, дополнен заключением и показаниями специалиста. При этом заключение специалиста в соответствии с ч. 3 ст. 80 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации понимается как "представленное в письменном виде суждение по вопросам, поставленным перед специалистом сторонами" <**>.

<*> Собрание законодательства РФ. 2003. N 27 (ч. II). Ст. 2707.
<**> Собрание законодательства РФ. 2003. N 27 (ч. II). Ст. 2707.

Подобную новацию нельзя не оценить положительно хотя бы потому, что в ней, кроме прочего, видится частичное разрешение одной из давних проблем уголовного судопроизводства, связанных с использованием специальных знаний в уголовном процессе.

Дело в том, что в ряде случаев возбуждение уголовного дела в принципе невозможно без применения специальных знаний, поскольку именно результаты их использования в этих случаях содержат данные, указывающие на признаки преступления. То есть дают основания, достаточные в соответствии со ст. 140 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации для возбуждения уголовного дела. Это, например, исследования, устанавливающие факт изготовления сомнительного денежного знака не на фабриках Гознака; определяющие исследуемые объекты как огнестрельное оружие или взрывные устройства; относящие исследуемые вещества к числу взрывчатых, наркотических, психотропных, сильнодействующих и т.д.

Вместе с тем в соответствии с ныне действующим законодательством производство судебной экспертизы возможно только после возбуждения уголовного дела. Таким образом, создается видимость замкнутого круга, выхода из которого нет.

Однако это не более чем видимость. Выход практикой, разумеется, уже давно найден. Это проведение в рамках проверки, предшествующей в соответствии со ст. 144 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации возбуждению уголовного дела, предварительных исследований.

Упомянутая выше ст. 144 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не содержит положений, подробно регламентирующих проведение проверки. Однако из смысла статьи следует, что проведение в числе проверочных мероприятий предварительных исследований никоим образом ее положениям не противоречит. Вопрос только в том, что подобная форма применения специальных знаний осуществляется вне рамок уголовного процесса и, следовательно, не может иметь своим результатом доказательства по делу. Следовательно, предварительные исследования не могут в полной мере заменить заключения судебных экспертиз, и для того, чтобы ввести информацию, полученную в результате производства предварительных исследований в процесс доказывания, необходимо после возбуждения уголовного дела провести судебно-экспертное исследование тех же объектов с целью разрешения тех же вопросов, что и в ходе предварительных исследований.

При этом результаты предварительных исследований сами по себе не могут быть объектами судебно-экспертных исследований, поскольку в соответствии с положениями ст. 10 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" таковыми могут быть только живые лица, вещественные доказательства, документы, предметы, животные, трупы и их части, образцы для сравнительного исследования, а также материалы дела, по которому производится судебная экспертиза <*>.

<*> Федеральный закон от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" // Российская газета. 2001. 5 июня.

Разумеется, это в значительной степени ограничивает возможности предварительных исследований, поскольку в результате их проведения объекты исследования ни в коем случае не должны быть изменены или тем более уничтожены. Так как процессуально не зафиксированная информация в таком случае будет потеряна для процесса доказывания. Например, если количество вещества, исследуемого на предмет выяснения его природы, мало, то оно просто будет уничтожено полностью в ходе исследования. В результате предварительная проверка установит, к примеру, что обнаруженное у подозреваемого вещество - наркотическое, но процессуально зафиксированных доказательств этого уже не будет никогда.

Подобное положение делало предварительные исследования, получившие свое название еще в 1952 г. <*> и действительно давно ставшие реальностью, предметом дискуссий в среде ученых-криминалистов на протяжении многих лет <**>. Последние же новации законодательства делают значительную часть предварительных исследований совершенно бесспорной и относительно подробно законодательно урегулированной частью уголовного судопроизводства.

<*> См.: Шаламов М.П. Вопросы тактики проведения экспертизы на предварительном следствии: Тезисы доклада. М., 1952. С. 3.
<**> См., например: Плесовских Ю.Г. Предварительные криминалистические исследования на месте происшествия и использование их результатов в раскрытии и расследовании преступлений. Хабаровск, 1994.

Заключение специалиста, участвующего в осмотре места происшествия, разрешает проблему, поскольку является источником доказательств по делу, и даже если объекты в процессе их исследования специалистом претерпят какие-либо изменения, это, равно как, разумеется, и результаты исследований, будет должным образом процессуально зафиксировано. А учитывая то обстоятельство, что осмотр места происшествия может быть проведен (в соответствии с ч. 2 ст. 176 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации) до возбуждения уголовного дела, фактически дает возможность получения данных, достаточных для возбуждения уголовного дела.

Во время осмотра места происшествия специалист, привлеченный к участию в деле в установленном законом порядке, обнаруживает некие объекты, исследование которых необходимо расследованию. Затем в соответствии со ст. 80 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации получает соответствующие вопросы от лица, производящего осмотр, проводит предварительное исследование и сообщает о его результатах в виде заключения.

О том, в каком именно виде должны быть представлены специалисту вопросы и каким должно быть содержание заключения специалиста, в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации ничего не сказано. Из смысла статей этого документа лишь ясно, что задание специалист должен получить в виде отдельного документа, и заключение специалиста также должно представлять собой отдельный документ, а не входить в виде составной части в протокол осмотра места происшествия.

Представляется, что структура и содержание документа, содержащего задание специалисту, должны в основном совпадать с соответствующими характеристиками постановления о назначении судебной экспертизы, определяемыми ч. 1 ст. 195 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. В нем непременно должны содержаться:

Заключение специалиста, в свою очередь, структурно и содержательно совпадая в известной степени, определяемой общностью гносеологической сущности, с заключением эксперта, вместе с тем существенно от него отличается. Отличия при этом определяются как процессуальными различиями заключений специалиста и эксперта, так и необходимостью в значительной части случаев проведения судебной экспертизы объектов, уже исследованных специалистом.

Представляется, что заключение специалиста в обязательном порядке должно содержать следующие данные:

К своему заключению специалист, несомненно, может приложить любые иллюстрирующие его материалы (фотографии, планы, схемы, результаты экспресс-анализов и т.д.). Такого рода материалы являются составной частью заключения специалиста.

Именно такое содержание заключения специалиста позволит ему и выполнить роль "самостоятельного" доказательства по уголовному делу, и послужить в случае необходимости объектом судебно-экспертного исследования - основой для формирования другого доказательства - заключения эксперта.

Было бы логичным включение в заключение специалиста и сведений о предупреждении специалиста об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Но, как ни парадоксально это прозвучит, учитывая то, что в соответствии с ч. 2 ст. 74 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в качестве доказательств по уголовному делу на равных допускаются и заключение эксперта, и заключение специалиста, на сегодняшний день подобная ответственность российским законодательством не предусмотрена! Представляется, что за дачу специалистом заведомо ложного заключения должна быть определена в соответствии со ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации ответственность, равная ответственности за дачу заведомо ложного заключения экспертом.

Заключение специалиста, естественно, приобщается к материалам уголовного дела и в случае необходимости проведения судебной экспертизы тех же объектов представляется эксперту в качестве объекта судебно-экспертного исследования для изучения наряду с другими материалами дела.