Мудрый Юрист

Владельческая защита в рамках статьи 234 гражданского кодекса РФ

Ярочкина Т.Г., преподаватель кафедры гражданского права и процесса Мордовского государственного университета им. Н.П. Огарева.

Значение владения как самостоятельной категории гражданского права повышается вместе с возрастанием роли гражданского оборота, поэтому в прежнем хозяйственном укладе в условиях подавленного оборота владению не уделялось большого внимания. Сегодня проблема "расщепления" собственности и владения является достаточно актуальной, и многими специалистами предпринимаются попытки ее теоретического обоснования. Так, К.И. Скловский <*> указывает, что способы коллизии между правом собственности и владением будут меняться в зависимости от того, чему будет отдано предпочтение - логике оборота или логике стабильного вещного права. Д. Тузов <**> отмечает, что ситуация "разъединенности" собственности и владения является аномальной для права, поскольку невозможно найти какие-либо позитивные моменты, обосновывающие ее сохранение. Автор утверждает, что признание и охрана правом указанного состояния является, во-первых, лишь неизбежным компромиссом между интересами собственника и добросовестного владельца, причем компромисс временный, не способный окончательно разрешить возникшее противоречие, а во-вторых, такое состояние может иметь место только тогда, когда виндикационное притязание существует, но по каким-либо причинам остается нереализованным.

КонсультантПлюс: примечание.

Статья К. Скловского "Механизм перехода права и последствия цессии" включена в информационный банк согласно публикации - "Хозяйство и право", 2002, N 2.

<*> Скловский К. Механизм перехода права и последствия цессии // Хозяйство и право. 1997. N 11. С. 35.

КонсультантПлюс: примечание.

Статья Д. Тузова "Приобретение имущества от неуправомоченного отчуждателя: сложный юридический состав или приобретательная давность?" включена в информационный банк согласно публикации - "Российская юстиция", 2003, N 6.

<**> Тузов Д. Приобретение имущества от неуправомоченного отчуждателя: сложный юридический состав или приобретательная давность? // Российская юстиция. 2003. N 7. С. 42.

Таким образом, владельческая защита - это защита независимо от права, защита владения как фактического состояния. Владельческая защита не имеет никакой иной цели, кроме возвращения нарушенного владения. Поэтому истец не должен доказывать наличие у него права на вещь, а ограничиваться лишь доказыванием того, что он имел владение, которое утрачено по вине ответчика <*>. Но, как отмечает К.И. Скловский <**>, на практике достаточно сложно допустить возможность защиты владения без опоры на какое-либо право. В результате возникла судебная практика, по сути отказывающая незаконному владению в защите, один из ее вариантов - стремление судов присвоить такому владельцу какой-либо титул, т.е. превратить защиту из посессорной в привычную титульную.

<*> Скловский К. Некоторые проблемы владения в судебной практике // Российская юстиция. 1998. N 6. С. 44.

КонсультантПлюс: примечание.

Статья К.И. Скловского "Владение и владельческая защита" включена в информационный банк согласно публикации - "Право и экономика", 2000, N 2.

<**> Скловский К. Владение и владельческая защита // Право и экономика. 2000. N 9. С. 6.

К.И. Скловский <*> выделяет ряд характерных признаков, не позволяющих спутать владельческую защиту с другими средствами. Среди них можно отметить: насилие как главный повод для вмешательства власти, недопущение спора о праве (титуле), оперативность, предварительный и временный характер защищенного положения. "Владелец лишается своего владения, лишь только другое лицо судебным порядком, в форме иска о праве, докажет наличность у него права на владение, возникшего на основании какого-либо титула, и обнаружит отсутствие у наличного владельца такого права на владение" <**>.

КонсультантПлюс: примечание.

Статья К.И. Скловского "Владение и владельческая защита" включена в информационный банк согласно публикации - "Право и экономика", 2000, N 2.

<*> Скловский К. Владение и владельческая защита // Право и экономика. 2000. N 9. С. 7.
<**> Хвостов В.М. Система римского права. М., 1996. С. 272.

Гражданский кодекс РФ не предусматривает владельческой защиты, т.е. защиты незаконного владельца, как отдельного института. Она вводится только в рамках института приобретательной давности (п. 2 ст. 234 ГК РФ). Как отмечает К. Скловский <1>, внешнее обоснование названной защиты представляется таким: в период течения давности владелец собственником еще не стал и никакого права на вещь не имеет, т.е. является незаконным владельцем, поэтому он лишен права на виндикацию (ст. 301, 305 ГК РФ). Если же совершено посягательство на вещь, то владельцу должны быть даны средства защиты в виде требования о возврате вещи. Такой иск и предусмотрен ст. 234 ГК РФ. Также некоторые авторы отмечают, что владельческим иском не вправе воспользоваться рабочие и служащие юридического лица или индивидуального предпринимателя <2>. Однако почему-то защита не действует против собственника и законного владельца. Получается, что собственник может силой вернуть себе утраченную вещь и никакой частноправовой защиты добросовестный приобретатель не получает <3>. В одной из своих работ К. Скловский <4> указывает, что нормальная защита владения должна состоять в том, чтобы владелец защищался против любого лица, посягнувшего на вещь силой или тайно, против его воли. При этом нарушителем владения может быть и лицо, имеющее право на вещь, т.е. действующее самоуправно. Таким образом, любой владелец вещи должен быть уверен, что он не утратит владения иначе как по суду, что гарантировало бы устойчивость вещных отношений в целом.

<1> Скловский К. Некоторые проблемы владения в судебной практике // Российская юстиция. 1998. N 6. С. 45.
<2> Гражданский кодекс РФ, ч. 1. Научно-практический комментарий. Институт государства и права РАИ. М., 1996. С. 388.
<3> Скловский К. Некоторые проблемы владения в судебной практике // Российская юстиция. 1998. N 6. С. 45.
<4> Скловский К. Некоторые проблемы реституции // Вестник ВАС РФ. 2002. N 8. С. 28.

Также необходимо отметить, что владельческая защита направлена только на восстановление нарушенного фактического положения, не предрешая вопроса о правах и вовсе не касаясь <1>. Подобной позиции придерживается и К. Скловский <2>: "При заявлении иска о защите нарушенного владения по основаниям ст. 234 ГК РФ возражения ответчика об отсутствии у позиции истца юридических качеств владения для давности не подлежат обсуждению, а признаки, указанные в ст. 234 ГК РФ, могут быть предметом доказывания только в споре о праве (либо при отсутствии спора о праве - в соответствующем деле особого производства)". Однако в другой своей работе автор указывает, что приобретателю нужно будет доказывать основание завладения вещью, а также свою добросовестность. Если же предъявлен один только факт владения, то суд должен отказать в защите <3>. Также автор говорит, что добросовестность владельца отпадает, если обнаруживается, что он способствовал укрытию имущества от взыскания. С учетом этого обстоятельства его иск, основанный на п. 2 ст. 234 ГК РФ, удовлетворению, естественно, не подлежит. Кроме того, истец, основывающий свои требования на п. 2 ст. 234 ГК РФ, должен доказать, что его спокойное владение было нарушено ответчиком, у которого находится искомая вещь. Ответчик может защититься от требования, доказав, что он является собственником, законным владельцем вещи, либо опровергнув факт добросовестного приобретения вещи истцом. Добросовестность обсуждается на момент приобретения - в этом состоит смысл защиты доверия к обороту. Ведь надежность оборота означает, что любой приобретатель, проявивший необходимую осмотрительность в момент приобретения, может не опасаться изъятия вещи независимо от последующего обнаружения действительного собственника <4>.

<1> Гражданский кодекс РФ, ч. 1. Научно-практический комментарий. Институт государства и права РАИ. М., 1996. С. 389.
<2> Скловский К. Владение и владельческая защита // Право и экономика. 2000. N 2. С. 10.

КонсультантПлюс: примечание.

Статья К. Скловского "Приобретательная давность" включена в информационный банк согласно публикации - "Российская юстиция", 1999, N 3.

<3> Скловский К. Приобретательная давность // Закон. 1995. N 8. С. 21.
<4> Скловский К. Некоторые проблемы владения в судебной практике // Российская юстиция. 1998. N 6. С. 46.

Наиболее типичной в свете рассматриваемого вопроса следует считать позицию покупателя вещи по ничтожной сделке. В этом случае он начинает владение, которое при наличии указанных в законе условий переходит по истечении указанного там же срока в право собственности. Если же на имущество обращается взыскание, то при подтверждении добросовестности приобретения, чем снижается риск возражения против такого иска, сводящегося к тому, что сделка купли-продажи была совершена специально с целью укрытия имущества от взыскания, владелец получает судебную защиту от взыскателя <*>. Однако заинтересованное лицо при изъятии вещи в административном порядке должно успеть заявить иск до продажи вещи с торгов. Если момент упущен, то вернуть вещь нельзя, и остается только взыскивать убытки <**>.

<*> Скловский К. Защита владения в административном порядке // Хозяйство и право. 1998. N 7. С. 15.

КонсультантПлюс: примечание.

Статья К. Скловского "Приобретательная давность" включена в информационный банк согласно публикации - "Российская юстиция", 1999, N 3.

<**> Скловский К. Приобретательная давность // http://jurga.hut/ru/all/docs/gla/jekgrc3g.htm/. С. 2.

Итак, институт владельческой защиты в рамках ст. 234 ГК РФ в российском гражданском праве еще весьма и весьма неразвит. Наука гражданского права указывает на такие его недостатки, как непроработанность самой правовой нормы и сложность ее применения в связи с отсутствием практики и нежеланием судов создавать прецеденты. Необходимо также отметить, что институт владельческой защиты может быть использован недобросовестным владельцем, что противоречит логике товарооборота. Закон не предусматривает препятствий для злоупотребления указанным институтом. Однако и добросовестный владелец не получает должной защиты. Но в науке гражданского права отстаивается мнение, что институт владельческой защиты имеет неплохие перспективы развития, а с оживлением оборотных отношений со временем будет возможно его эффективное использование.