Мудрый Юрист

Правовой статус свидетеля в уголовном процессе РФ

Алиев Нариман Алиевич - соискатель кафедры уголовного процесса и криминалистики юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета.

После принятия в 2001 году Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации <1>, казалось бы, созданы все необходимые условия для реализации прав и свобод личности в единстве с ее обязанностями. Однако по прошествии пяти лет с момента вступления нового уголовно-процессуального закона еще нельзя однозначно констатировать высокую эффективность системы юридической защиты лиц, вовлекаемых в сферу уголовного судопроизводства в качестве свидетеля.

<1> Далее - УПК, если иное не предусмотрено.

По ранее действующему уголовно-процессуальному законодательству процессуально-правовое положение свидетеля как участника уголовного судопроизводства не определялось. Но в теории уголовного процесса его называли участником уголовного процесса, субъектом уголовно-процессуальной деятельности, участником уголовно-процессуальных отношений или относили к числу лиц, содействующих государственным органам в осуществлении правосудия по уголовным делам.

Развивать и совершенствовать уголовное судопроизводство возможно прежде всего посредством изменения правового положения его участников посредством предоставления им определенных процессуальных прав и возложения на них определенных процессуальных обязанностей, т.е. развитие и совершенствование уголовного судопроизводства заключается в развитии и совершенствовании правового статуса его участников <2>. Концептуальной основой проведенной уголовно-процессуальной реформы стала идея личности, которая и определяла ее основные направления <3>.

<2> Кокорев Л.Д. Участники правосудия по уголовным делам. Воронеж, 1971. С. 4.
<3> Александров А.И. Уголовная политика и уголовный процесс в российской государственности: история, современность, перспективы, проблемы / Под ред. В.З. Лукашевича. СПб., 2003. С. 238.

Как определено в законе, в процессуальном положении свидетеля отчетливо проявляется тенденция демократического уголовного судопроизводства к максимальной правовой защите граждан, вовлеченных в качестве свидетелей. Эволюцию процессуального положения свидетеля, которая прослеживается при сопоставлении, в частности, соответствующих норм УПК РСФСР 1922, 1923, 1960 годов и УПК 2001 г., можно рассматривать как результат последовательного развития и совершенствования демократических основ правового государства.

В УПК впервые на законодательном уровне отдельной статьей определен процессуально-правовой статус свидетеля и признан как самостоятельный участник уголовного процесса с соответствующими функциями, процессуальными правами и обязанностями.

Без определения структуры (элементов) и содержания правового статуса свидетеля невозможно отразить все стороны его юридического существования и установить эффективность его участия в правоотношениях. Правовой статус определяется как юридически закрепленное положение личности в обществе.

В юридической литературе не сложилось единого мнения, какие элементы входят в структуру правового положения личности. Бесспорным является то, что основу структуры правового статуса личности составляют права и обязанности. Кроме этих элементов в теории государства и права в структуру правового статуса личности ученые включают гражданство, законные интересы, правоспособность (правосубъектность), правовые принципы, ответственность, гарантии, обеспечивающие осуществление прав и свобод и исполнение обязанностей, общие (статусные) правоотношения, правовые нормы, устанавливающие данный статус.

Среди ученых-процессуалистов и в уголовно-процессуальной науке нет единства мнений о перечне (структуре) и конкретном содержании правового статуса свидетеля.

Так, по мнению О.А. Зайцева, в структуру содержания правового статуса свидетеля входят гражданство в уголовно-процессуальном значении, правосубъектность, права и опосредованные ими законные интересы, обязанности, гарантии прав, законных интересов и обязанностей <4>.

<4> Зайцев О.А. Правовые основы и практика обеспечения участия свидетеля на предварительном следствии: Пособие / Под ред. С.П. Щербы. М., 1995. С. 6.

В.М. Корнуков включает в структуру правового положения личности в уголовном процессе, в частности свидетеля, гражданство, праводееспособность, права, не опосредованные субъективными правами законные интересы, обязанности, гарантии, обеспечивающие осуществление прав, защиту интересов и исполнение обязанностей, и ответственность <5>.

<5> Корнуков В.М. Конституционные основы положения личности в уголовном судопроизводстве / Под ред. В.А. Познанского. Саратов, 1987. С. 54.

По мнению О.А. Зелениной, составляющими элементами правового статуса личности (свидетеля) являются права, свободы и законные интересы, обязанности, юридическая ответственность, гарантии, гражданство, правоспособность и дееспособность <6>.

<6> Зеленина О.А. Процессуальный статус участника уголовного судопроизводства и его изменение в досудебном производстве. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2004. С. 11.

Мы полагаем, что гражданство как элемент правового статуса личности не входит в структуру правового статуса свидетеля. Ставить содержание правового статуса свидетеля в прямую зависимость от гражданства нельзя, ибо если бы правовой статус определялся только гражданством, то оставалось бы неясным, от чего зависит в уголовном процессе (государстве) правовой статус иностранцев и лиц без гражданства <7>.

<7> Витрук Н.В. Основы теории правового положения личности в социалистическом обществе. С. 148 - 149.

Без определения методологической основы и содержания правового статуса личности невозможно установить эффективность ее участия в правоотношениях. Применительно к свидетелю в основу определения содержания его правового положения должна быть положена такая концепция уголовно-процессуального статуса личности, которая в наибольшей степени позволила бы изучить имеющиеся проблемы и выявить возможные пробелы, коллизии и противоречия, а также создать научно-теоретические предпосылки для повышения эффективности его участия в уголовном судопроизводстве <8>.

<8> Зайцев О.А., Смирнов П.А. Подозреваемый в уголовном процессе. М. С. 73.

По нашему мнению, в структуру процессуально-правового статуса свидетеля в уголовном процессе входят следующие элементы:

Вышеназванные элементы находятся между собой в определенной взаимосвязи, взаимодействии и взаимообусловлены.

Правовой статус личности выступает в виде общеправового (конституционного), отраслевого, конкретного и индивидуального. Такая характеристика правового статуса личности охватывает всю систему правовых средств, регулирующих положение личности в обществе, в сфере однотипных (однородных) отношений в конкретных (индивидуальных) правоотношениях. Оно позволяет проследить диалектику правового статуса конкретного лица от общего к частному, выделить то главное, что свойственно правовому положению личности в различных областях общественной жизни <9>.

<9> Корнуков В.М. Теоретические и правовые основы положения личности в уголовном судопроизводстве. Автореф. дис. ... докт. юрид. наук. Харьков, 1987. С. 12.

Правовые нормы определяют и закрепляют меру юридической свободы лица, право- и дееспособности, необходимый комплекс прав и обязанностей, гарантии их осуществления, способы защиты, формы ответственности и т.д. <10>. Как справедливо было отмечено, "нельзя разумным образом установить права, обязанности лиц, не зная, что такое право, где его источник и какие из него вытекают требования" <11>. Базовой, исходной правовой нормой, устанавливающей статус свидетеля, является Конституция РФ, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ <12> являются составной частью законодательства РФ, регулирующего уголовное судопроизводство. В ч. 1 ст. 17 Конституции РФ закреплено положение о том, что в РФ признаются и гарантируются права человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Человек не становится субъектом права, он признается таковым нормативно-правовыми актами государства, международными (правовыми актами) договорами. Это означает, что государство юридически признает за ним определенные социально-юридические свойства, которые служат необходимым условием участия в правовых связях и отношениях. Например, согласно ч. 3 ст. 5 Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 101-ФЗ "О международных договорах Российской Федерации" <13> положения официально опубликованных международных договоров РФ, не требующие издания внутригосударственных актов для применения, действуют в РФ непосредственно. Для осуществления иных положений международных договоров РФ принимаются соответствующие правовые акты.

<10> Матузов Н.И. Правовой статус личности: понятие и структура // Правопорядок и правовой статус личности в свете Конституции СССР 1977 года. Саратов, 1980. С. 59.
<11> Чичерин Б.Н. Философия права. М., 1890. С. 336.
<12> Мы здесь не касаемся международных норм, договоров, устанавливающих правовой статус свидетеля.
<13> СЗ РФ. 1995. N 29. Ст. 2757.

В соответствии с ч. 3 ст. 15 Конституции РФ "законы подлежат официальному опубликованию. Неопубликованные законы не применяются. Любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения". Следовательно, как минимум без опубликования в определенных периодических изданиях нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, а относительно международных договоров решения об их обязательности для РФ должны приниматься соответствующими государственными органами в надлежащей форме.

Уголовно-процессуальные нормы являются единственным способом оформления и закрепления уголовно-процессуальных правоотношений, формой реализации их содержания. Неопределенность в правовом положении участников судопроизводства может привести к нарушениям прав и законных интересов граждан и в конечном счете к дестабилизации единого правового пространства в сфере уголовного судопроизводства <14>.

<14> Постановление Конституционного Суда РФ N 13-П от 29 июня 2004 г. "По делу о проверке конституционности отдельных положений статьей 7, 15, 107, 234 и 450 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы" // Российская газета. 2004. 7 июля.

Без определения правовых норм, устанавливающих статус свидетеля, невозможно установить его правовое положение в уголовном процессе. Определение правовых норм имеет различное значение. Во-первых, для определения процессуального статуса. Во-вторых, для правильного применения нормативных правовых актов, подлежащих применению, в-третьих, для устранения (обнаружения пробелов) коллизии между законами или международными договорами РФ, обладающими большой юридической силой по отношению к другим законам. Нормы, устанавливающие правовой статус, также имеют практическое (правоприменительное) значение. Правоприменитель является посредником между законом и лицом, в отношении которого применяется закон. В.В. Лазарев справедливо замечает, что применение права выполняет посредническую роль между правовыми нормами и их основными адресатами. Оно обеспечивает целенаправленное движение правовых отношений, создает дополнительные юридические гарантии для правильной реализации права в правовых жизненных ситуациях. Правоприменительные акты есть акты, совершаемые этими субъектами с целью определить наличие и отсутствие у третьих лиц субъективных прав и юридических обязанностей для определения их меры на основе анализа юридических норм <15>.

<15> Лазарев В.В. Социально-психологические аспекты применения права. Казань, 1982. С. 17 - 18.

Таким образом, правовые нормы, устанавливающие правовой статус свидетеля, являются актуальными, необходимыми элементами правового статуса по отношению к рассматриваемому участнику, имеют теоретическое и практическое значение.

Правоспособность и дееспособность являются важнейшими элементами правового статуса свидетеля. Институт право- и дееспособности в уголовно-процессуальном судопроизводстве способствует более успешному осуществлению назначения (задач) уголовного процесса и создает возможности для охраны и защиты прав лиц, вовлеченных в уголовный процесс, а также позволяет принять законные и обоснованные решения по уголовному делу. Они являются гарантией реализации прав и исполнения обязанностей. В уголовно-процессуальном законодательстве статьи, посвященной уголовно-процессуальной правоспособности и дееспособности участников уголовного судопроизводства, не имеется.

Как справедливо замечает Р.Д. Рахунов, "выяснение дееспособности и правоспособности субъектов уголовного процесса столь важно, что уголовно-процессуальный закон предусматривает ряд требований, которым должен соответствовать тот или иной субъект" <16>.

<16> Рахунов Р.Д. Участники уголовно-процессуальной деятельности. М., 1961. С. 21.

По мнению П.В. Полоскова, уголовно-процессуальная правоспособность - это установленная нормами уголовно-процессуального права способность лица иметь права и нести обязанности в уголовном процессе, а уголовно-процессуальная дееспособность - это способность участника уголовного судопроизводства лично осуществлять свои права и нести обязанности по уголовному делу или доверить это представителю <17>. Как полагает Л.Д. Кокорев, уголовно-процессуальная правоспособность - это способность лица иметь уголовно-процессуальные права и обязанности, способность быть участником уголовного судопроизводства. Она представляет собой условия, при которых лицо может быть участником судопроизводства, а процессуальная дееспособность - это способность лица лично осуществлять свои права в процессе <18>.

<17> Полосков П.В. Правоспособность и дееспособность в советском уголовном процессе. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1985. С. 4, 8.
<18> Кокорев Л.Д. Участники правосудия по уголовным делам. Воронеж, 1971. С. 99.

С точки зрения В.М. Корнукова, уголовно-процессуальной правоспособностью, то есть способностью иметь уголовно-процессуальные права и обязанности, обладают все граждане. Каждый гражданин с момента своего рождения потенциально может быть субъектом уголовного процесса, в том смысле, что с этого момента он сам и его интересы находятся под защитой уголовного процесса <19>.

<19> Корнуков В.М. Конституционные основы положения личности в уголовном судопроизводстве. С. 57.

Праводееспособность как собирательная категория сама по себе еще не раскрывает и не характеризует в полной мере действительное положение свидетеля в уголовном процессе; без разделения ее на правоспособность и дееспособность невозможно определить в значительной мере правовое положение свидетеля.

В уголовно-процессуальной науке принято рассматривать правоспособность и дееспособность участников уголовно-процессуального судопроизводства как общую и специальную категории. Общие право- и дееспособность заключаются в способности лица вообще быть субъектом процессуальных прав и участником уголовного судопроизводства, а специальные - в способности лица быть участником судопроизводства по конкретному делу.

По нашему мнению, уголовно-процессуальную правоспособность участников процесса можно классифицировать как общую, родовую, видовую и конкретную (непосредственную).

Общая правоспособность - это абстрактная юридическая возможность иметь право с рождения, как первый шаг по пути определения лица, возможностей в качестве субъекта права, она является "атрибутивным качеством" <20> человека. Об общей правоспособности можно говорить лишь как о ее утробном состоянии, не больше, ибо она еще не субъектирована. Родовая (процессуальная) правоспособность - функционально-деятельная способность лица, т.е. роль участия субъекта права в уголовном судопроизводстве. Уголовно-процессуальная правоспособность - это возможность иметь процессуальные права и обязанности при реальной способности их своими действиями осуществлять в процессе вступления в соответствующие правоотношения. Процессуальные отношения в динамике выступают как передаточный механизм от правовых норм к деятельности, как регулятор взаимодействия ее субъектов <21>. Видовая правоспособность - это способность участвовать в конкретном уголовном деле. Конкретная (непосредственная) правоспособность - это способность быть конкретным участником в конкретном деле. Видовая и конкретная (непосредственная) правоспособности существуют в единстве и взаимно определяют и обусловливают друг друга.

<20> Патюлин В.А. Государство и личность в СССР (Правовые аспекты взаимоотношений). М., 1974. С. 217.
<21> Чеканов В.Я. Правовые основы уголовного судопроизводства // Проблемы правового статуса личности в уголовном процессе. Саратов, 1981. С. 39.

Применительно к свидетелю общая правоспособность возникает с момента рождения, как у любого другого лица. Родовая уголовно-процессуальная правоспособность возникает с того момента, когда ему стали известны какие-либо обстоятельства (фактический состав), имеющие значение для уголовного дела. Видовая правоспособность возникает с момента, когда лицо правильно воспринимает эти обстоятельства. Конкретная (непосредственная) правоспособность возникает с момента вызова лица в органы предварительного расследования и в суд по конкретному уголовному делу (юридический факт).

Уголовно-процессуальная дееспособность свидетеля - это способность самостоятельно реализовывать права и исполнять обязанности, способность нести ответственность за уголовно-процессуальные правонарушения (деликтоспособность). Она конкретизирует способность человека осознавать свои действия и руководить ими, т.е. способность к определенным видам сознательной деятельности, которая зависит от совокупности его физических, интеллектуальных, психологических и иных способностей <22>. Дееспособность предполагает правоспособность: дееспособные должны быть правоспособны, тогда как правоспособные могут и не быть дееспособны <23>. Уголовно-процессуальная правоспособность является обязательным компонентом уголовно-процессуальных отношений, а уголовно-процессуальная дееспособность - факультативным (не всегда обязательным, необходимым) компонентом <24>. Исходя из этого положения, следует согласиться с мнением, что свидетель, не обладающий уголовно-процессуальной дееспособностью, является участником уголовного процесса с определенными правами. Правовую деятельность в его интересах осуществляет не он сам, а его законный представитель или иное лицо. Соответственно, такой свидетель, будучи участником процесса, не является субъектом уголовно-процессуальной деятельности <25>. Поскольку всякая деятельность, в том числе уголовно-процессуальная, включает в себя цель, средства, результат и сам процесс деятельности, ее неотъемлемой характеристикой также является осознанность <26>.

<22> Витрук Н.В. Основы теории правового положения личности в социалистическом обществе. С. 82.
<23> Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. М., 1995. С. 62.
<24> Пономарев И.Б. Правоспособность и дееспособность как предпосылки уголовно-процессуальных отношений // Сов. гос. и право. 1971. N 6. С. 111.
<25> См.: Зусь Л.Б. Механизм уголовно-процессуального регулирования. Владивосток, 1976. С. 39 - 56.
<26> Огурцов А.П., Юдин Э.Г. Новая философская энциклопедия. В 4 т. Т. 1. М., 2000. С. 635.

Формально уголовно-процессуальная полная дееспособность свидетеля наступает с четырнадцатилетнего возраста. Такой вывод можно сделать исходя из положения ч. 6 ст. 113 УПК. Как правильно отмечают немецкие ученые К. Цвайгерт и Х. Кетц, возрастного критерия для определения дееспособности несовершеннолетнего недостаточно, необходимо выяснить, позволяют ли деловые и умственные способности ребенка ему самому должным образом оценивать значение его собственного волеизъявления. Если нет, то нет и волеизъявления <27>. Презумпция дееспособности свидетеля, безусловно, действует до тех пор, пока, во-первых, не появится обоснованное сомнение в способности давать правильные показания об обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела; во-вторых, эти сомнения не будут подтверждены путем проведения судебных экспертиз в соответствии с законом в установленном порядке. Для того чтобы вступить в правоотношения, необходима воля, направленная на реализацию этих отношений. Норма создает абстрактную возможность определенного поведения, но для ее реализации в правоотношении необходимы конкретные возможности участников, а также выражение воли участников, направленной на реализацию отношений, предусмотренных в норме <28>.

<27> Цвайгерт К., Кетц Х. Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права: в 2 т. М., 2000. Т. 2. С. 40.
<28> Халфина Р.О. Общее учение о правоотношении. М., 1974. С. 207 - 208.

По нашему мнению, уголовно-процессуальную дееспособность можно установить путем проведения судебной экспертизы. Следователь может (вправе) произвести следственный эксперимент для проверки правильности восприятия свидетелем каких-либо фактов (данных), имеющих значение для дела, не прибегая при этом к проведению судебной экспертизы. А установление физического и психического состояния, допускающего исключающие способности свидетеля выполнять предъявляемые к нему законом требования, возможно на основании судебной экспертизы. Значит, свидетель может быть подвергнут освидетельствованию для обнаружения и выявления перечисленных в ч. 1 ст. 179 УПК фактов, имеющих значение для дела. Но для оценки достоверности его показаний необходимо провести судебную экспертизу.

Согласно ч. 7 ст. 56 УПК в случае уклонения от явки без уважительных причин свидетель может быть подвергнут приводу. Некоторые авторы считают, что в отношении несовершеннолетних, в том числе малолетних, возможно применять меры уголовно-процессуального принуждения. Обосновывая свою позицию, С.Б. Мартыненко полагает, что права и интересы несовершеннолетних участников (свидетелей) процесса реализуются и отстаиваются, прежде всего, посредством их участия в следственных и иных процессуальных действиях. Поэтому принуждение несовершеннолетних к участию в следственных действиях и процессуально правомерному поведению фактически осуществляется в их же собственных интересах и направлено на создание наиболее благоприятных условий для реализации ими их процессуальных прав <29>. Полагаем, что с таким предложением согласиться невозможно в силу (закона) того, что лицо, не достигшее 14-летнего возраста, не является субъектом уголовно-процессуальной ответственности. Аналогичное положение должно распространяться и на свидетеля, достигшего этого возраста, но страдающего психическим расстройством (и) или отстающего в психическом развитии. Эти факты должны устанавливаться при привлечении к ответственности за совершение уголовно-процессуальных правонарушений также путем проведения судебной экспертизы.

<29> Мартыненко С.Б. Представительство в уголовном процессе. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2000. С. 24.

В связи с изложенным полагаем, что необходимо внести изменения и дополнения в главу 27 УПК, а именно: ч. 3 ст. 195 УПК дополнить словами: "Следователь знакомит с постановлением о назначении судебной экспертизы подозреваемого, обвиняемого, свидетеля, его защитника, (законного) представителя и разъясняет им права, предусмотренные статьей 198 настоящего Кодекса. Об этом составляется протокол, подписываемый следователем и лицами, которые ознакомлены с постановлением".

Часть 4 указанной статьи дополнить и изложить в следующей редакции: "Судебная экспертиза в отношении потерпевшего, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2, 4, 5 и 6 статьи 196 настоящего Кодекса, а также в отношении свидетеля производится с их согласия и (или) согласия их законных представителей, которые даются указанными лицами в письменном виде".

Часть 1 ст. 196 УПК дополнить пунктом 6 и изложить его в редакции: "6) достоверность показаний свидетеля, когда возникает сомнение в его способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания".

Часть 1 ст. 198 УПК изложить в редакции: "При назначении и производстве судебной экспертизы подозреваемый, обвиняемый, свидетель, потерпевший, его защитник, (законный) представитель вправе". Далее по тексту действующей редакции ст. 198 УПК.

Часть 2 ст. 198 УПК исключить. К выводу о необходимости исключить данную норму можно прийти на основе правовых позиций Конституционного Суда РФ, выраженных им в сохраняющих свою силу решениях, принятых ранее. В частности, Конституционный Суд РФ в Определении от 18 декабря 2003 года N 429-О указал, что участник процесса, не ознакомившийся с вынесенным в отношении его решением и его обоснованием, не в состоянии не только должным образом аргументировать свою жалобу на это решение, но и правильно определить, будет ли обращение в суд отвечать его интересам. Поэтому для обеспечения возможности судебного обжалования постановлений следователя, которыми нарушаются права личности, должен быть предоставлен доступ к соответствующей информации, а форма и порядок ознакомления с материалами избираются следователем, прокурором или судом в пределах, исключающих опасность разглашения следственной тайны <30>. Иное истолкование указанной нормы нарушает положение ч. 1 ст. 21 Конституции РФ, согласно которой достоинство личности охраняется государством и ничто не может быть основанием для его умаления.

<30> Определение Конституционного Суда РФ N 429-О от 18 декабря 2003 г. "По жалобе граждан Березовского Бориса Абрамовича, Дубова Юлия Анатольевича и Патаркацишвили Аркадия Шалвовича на нарушение их конституционных прав положениями статей 47, 53, 162 и 195 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 2004. N 3. С. 68; а также см.: Определение Конституционного Суда РФ N 285-О от 21 декабря 2000 г. "По жалобе гражданина Панфилова Руслана Петровича на нарушение его конституционных прав статьей 92 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР" // Российская газета. 2001. 6 марта.

В уголовно-процессуальном судопроизводстве нередко допрашиваются в качестве свидетелей малолетние и престарелые лица. Согласно ч. 4 ст. 188 УПК свидетели, не достигшие шестнадцати лет, вызываются на допрос через его законных представителей либо через администрацию по месту его работы или учебы. Иной порядок вызова на допрос допускается лишь в случае, когда это вызывается обстоятельствами уголовного дела. При этом между положениями ч. 4 ст. 188 УПК и ч. 6 ст. 113 УПК имеется коллизия. Согласно ч. 6 ст. 113 УПК не подлежат приводу несовершеннолетние в возрасте до четырнадцати лет. Полагаем необходимым привести положения ч. 6 ст. 113 УПК в соответствие с ч. 4 ст. 188 УПК, путем увеличения возраста с четырнадцати лет до шестнадцати лет. Несовершеннолетним является лицо, не достигшее восемнадцатилетнего возраста. Допрос свидетеля в возрасте до четырнадцати лет обязательно проводится с участием педагога, а в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет по усмотрению следователя проводится допрос свидетеля с участием педагога. При допросе несовершеннолетнего свидетеля вправе присутствовать его законный представитель.

А.П. Рыжаков полагает, что допуск законного представителя свидетеля возможен, если он об этом ходатайствует <31>. Действительно, право присутствовать ему законом предоставлено; но о законных представителях свидетеля не указано в п. 12 ст. 5 УПК, отсутствуют также нормы, регулирующие их процессуальное положение; в главе 15 (ст. 119) УПК свидетель или его законный представитель в числе лиц, имеющих права заявлять ходатайства, не значится. Между тем в ст. 56 УПК свидетелю предоставлено право заявлять ходатайства, а механизм реализации этого права не указан. По нашему мнению, если несовершеннолетний свидетель явился на допрос с законным представителем, по аналогии с ч. 1 ст. 426 УПК, прокурор, следователь, дознаватель на основании постановления допускает его к участию в уголовном деле. Исходя из изложенного, для устранения коллизии полагаем необходимым внести дополнения в УПК. Во-первых, перечень лиц, указанных в п. 12 ст. 5 УПК, дополнить (законным) представителем свидетеля. Во-вторых, ст. 119 УПК дополнить, включив в ч. 1 свидетеля и его законного представителя в качестве лиц, имеющих право заявить ходатайства, а ст. 56 УПК дополнить ч. 4.1: "При участии законного представителя свидетеля ему должны быть разъяснены права, предусмотренные в этой части настоящей статьи. Допуск представителя оформляется постановлением (определением) лица, производящего процессуальное действие. Законный представитель вправе:

<31> Рыжаков А.П. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. М., 2002. С. 868.
  1. знать, по какому делу допрашивается несовершеннолетний;
  2. участвовать в допросе несовершеннолетнего свидетеля, а также, с разрешения следователя, в иных следственных действиях, производимых с его участием;
  3. знакомиться с протоколами следственных действий, в которых он принимал участие, и делать замечания (заявления) о правильности и полноте сделанных в них записей, которые подлежат занесению в протокол;
  4. заявлять ходатайства и отводы, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя, прокурора и суда;
  5. отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников, круг которых определен пунктом 4 статьи 5 настоящего Кодекса. При согласии законного представителя свидетеля дать показания он должен быть предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний;
  6. удостоверять правильность содержания протокола следственного действия;
  7. с разрешения прокурора, следователя, дознавателя и суда задавать вопросы несовершеннолетнему свидетелю;
  8. давать показания на родном языке или языке, которым он владеет;
  9. пользоваться помощью переводчика бесплатно;
  10. возмещать расходы (затраты) согласно требованиям статьи 131 настоящего Кодекса;
  11. ходатайствовать о применении мер безопасности, предусмотренных ч. 3 ст. 11 настоящего Кодекса;
  12. участвовать в заседаниях, проводимых с участием несовершеннолетнего свидетеля".

Также следует указать, что представитель свидетеля не вправе разглашать данные предварительного расследования, ставшие ему известными в связи с участием в производстве по уголовному делу, если он был об этом заранее предупрежден.

Часть 9 ст. 56 УПК дополнить и изложить в редакции: "Разглашать данные предварительного расследования, ставшие ему, (законному) представителю, известными в связи с участием в производстве по уголовному делу, если он был об этом заранее предупрежден в порядке, установленном статьей 161 настоящего Кодекса. За разглашение данных предварительного расследования свидетель, (законный) представитель несет ответственность в соответствии со статьей 310 Уголовного кодекса Российской Федерации".

Действие данного положения необходимо распространить на все процессуальные (следственные) действия, которые проводятся с участием несовершеннолетнего свидетеля.

При привлечении (допуске) законного представителя несовершеннолетнего необходимо узнать его мнение относительно выбора представителя. В соответствии со ст. 12 Конвенции о правах ребенка государства-участники обеспечивают ребенку, способному сформулировать свои собственные взгляды, право свободно выражать эти взгляды по всем вопросам, затрагивающим ребенка, причем взглядам ребенка уделяется должное внимание в соответствии с возрастом и зрелостью ребенка <32>. Аналогичное положение закреплено в ст. 57 Семейного кодекса РФ <33>. Представляется, что в таком случае с предложением В.С. Шадрина нельзя согласиться: согласно ему следователь вправе самостоятельно определять, кто именно из законных представителей будет присутствовать при допросе <34>. С нашей точки зрения, право выбора законного представителя для участия в процессуальных действиях, проводимых с участием несовершеннолетнего свидетеля, необходимо оставлять за несовершеннолетним, но никак не за должностными лицами, проводящими процессуальные действия.

<32> Права человека. Сборник международных документов. М., 1998. С. 367.
<33> СЗ РФ. 1994. N 1. Ст. 16; 1997. N 46. Ст. 5243; 1998. N 26. Ст. 3014; 2000. N 2. Ст. 153; 2004. N 35. Ст. 3607; 2005. N 1 (ч. 1). Ст. 11.
<34> Шадрин В.С. Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева; Науч. ред. В.П. Божьев. М., 2002. С. 386.

В отличие от гражданского права, законные представители свидетеля к участию в уголовном деле привлекаются в помощь несовершеннолетним, не взамен их, а наряду с ними, в обеспечение защиты его интересов <35>. Более того, законный представитель свидетеля не может заменить его, поскольку уголовно-процессуальное законодательство обусловливает его личное участие в уголовном судопроизводстве, т.е. исходит из незаменимости свидетеля.

<35> Корнуков В.М. Конституционные основы положения личности в уголовном судопроизводстве. С. 58.

Уголовно-процессуальная правоспособность и дееспособность делают правовой статус свидетеля функционирующим и действенным, с их помощью выявляются противоречия в его процессуально-правовом статусе.

Уголовно-процессуальная правоспособность свидетеля возникает с того момента:

А уголовно-процессуальная дееспособность свидетеля возникает с момента, как он дает об обстоятельствах достоверные (правильные) показания.

В новом уголовно-процессуальном законодательстве свидетель наделен значительным объемом прав. Поэтому необходимо сформулировать классификацию его прав, что позволило бы всесторонне исследовать их, а также выявить проблемные моменты в их реализации. По значимости (форме правового закрепления) права (свободы) свидетеля как участника уголовного процесса можно разделить на:

  1. общепризнанные права, закрепленные в общепризнанных принципах и нормах международного права, международных договоров;
  2. конституционные права, закрепленные в Основном Законе РФ;
  3. уголовно-процессуальные права, закрепленные в уголовно-процессуальном законодательстве РФ.

Вступая в сферу уголовного судопроизводства, личность сохраняет свой общий (конституционный) правовой статус, определяющий ее права и свободы в обществе, кроме того, она приобретает специальный уголовно-процессуальный статус обвиняемого, подозреваемого, свидетеля и т.д.

Конституция закрепляет лишь главные, принципиальные положения, устанавливает права, свободы и обязанности граждан. Их осуществление предполагает трансформацию конституционных норм в уголовно-процессуальный закон, который должен сопровождаться конкретизацией постановлений Конституции, детализацией конституционных гарантий основных прав, свобод и обязанностей граждан средствами действующего законодательства, при посредстве отраслевого законодательства, а также путем установления процессуальных форм реализации прав, свобод и законных интересов <36>.

<36> Эбзеев Б.С. Человек, народ, государство в конституционном строе Российской Федерации. М., 2005. С. 136.

Для реализации некоторых прав свидетеля в УПК отсутствуют соответствующие процессуально-правовые механизмы. Например, в ч. 3 ст. 133 УПК предусмотрено право любого лица, в том числе свидетеля, на возмещение вреда за незаконное применение уголовно-процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу. Уголовно-процессуальная политика окажется действенной, если при ее реализации будут учтены основания возникновения юридической ответственности государства в лице его должностных лиц, а также механизм наступления такой ответственности. Как указал Конституционный Суд РФ, "в соответствии со статьями 2 и 45 (часть 1) Конституции Российской Федерации государство ОБЯЗАНО ПРИЗНАВАТЬ, СОБЛЮДАТЬ И ЗАЩИЩАТЬ ПРАВА И СВОБОДЫ, СОЗДАВАЯ ПРИ ЭТОМ ЭФФЕКТИВНЫЕ ПРАВОВЫЕ МЕХАНИЗМЫ УСТРАНЕНИЯ ЛЮБЫХ НАРУШЕНИЙ, В ТОМ ЧИСЛЕ ДОПУЩЕННЫХ ЕГО ОРГАНАМИ И ДОЛЖНОСТНЫМИ ЛИЦАМИ ПРИ ОСУЩЕСТВЛЕНИИ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА. Такая обязанность лежит прежде всего на законодателе, который в ЦЕЛЯХ ЭФФЕКТИВНОГО ВОССТАНОВЛЕНИЯ ПРАВ УЧАСТНИКОВ УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА определяет процедуры пересмотра неправосудных решений. Эти процедуры должны гарантировать приоритет прав и свобод человека и гражданина, не допуская предпочтения им даже самых важных общественных, ведомственных или личных интересов (выделено мной.- Н.А.)" <37>.

<37> Постановление Конституционного Суда РФ N 4-П от 2 февраля 1996 г. "По делу о проверке конституционности пункта 5 части второй статьи 371, части третьей статьи 374 и пункта 4 части второй статьи 384 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан К.М. Кульнева, В.С. Лалуева, Ю.В. Лукашова и И.П. Серебренникова" // Конституционный Суд Российской Федерации: Постановления. Определения. 1992 - 1996 / Сост. и отв. ред. Т.Г. Морщакова. М., 2001. С. 397.

В связи с изложенным полагаем, что необходимо уточнить содержание пунктов 34, 35 ст. 5 УПК, дополнить их и изложить в редакции: "34) реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, мерам процессуального принуждения, и возмещения причиненного ему вреда". Применительно к свидетелю, когда речь идет о реабилитации, подразумевается правовосстановительная форма (реабилитация);

  1. реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с настоящим Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием и (или) применением меры процессуального принуждения".

Кроме того, необходимо внести соответствующие изменения в главу 18 УПК.

Рассматриваемые положения, направленные именно на реализацию права на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти, не могут, таким образом, применяться в противоречии с их конституционным смыслом. Конституционный принцип правового государства, возлагающий на РФ обязанность признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина как высшую ценность, предполагает установление такого правопорядка, который должен гарантировать каждому государственную защиту его прав и свобод.

Это свидетельствует о том, что толкование указанных норм, направленных на обеспечение восстановления нарушенных прав граждан и юридических лиц, в том числе путем возмещения вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти (ст. 53 Конституции РФ), при осуществлении уголовного судопроизводства, может быть истолковано вопреки их конституционно-правовому смыслу <38>. Этой нормой преследуется две основные цели: возмещение причиненного гражданину материального ущерба и недопущение таких незаконных действий соответствующих органов и организаций и их должностных лиц, что обычно называют превенцией <39>. Конституционные нормы не могут применяться при отсутствии процессуальных форм реализации этих норм.

<38> Определение Конституционного Суда РФ N 22-О от 20 февраля 2002 г. "По жалобе открытого акционерного общества "Большевик" на нарушение конституционных прав и свобод положениями статей 15, 16 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации" // Экономика и жизнь. 2002. N 16.
<39> Эбзеев Б.С. Человек, народ, государство в конституционном строе Российской Федерации. С. 256.

Также необходимо дополнить ч. 2 ст. 179 УПК положением о том, что после вынесения постановления "следователь знакомит с постановлением о производстве освидетельствования подозреваемого, обвиняемого, его защитника, свидетеля, потерпевшего, (законного) представителя и разъясняет им их права и обязанности. Об этом составляется протокол, подписываемый следователем и лицами, которые ознакомлены с постановлением".

Согласно ч. 2 ст. 186 УПК при наличии угрозы совершения насилия, вымогательства и других преступных действий в отношении потерпевшего, свидетеля или их близких родственников, родственников, близких лиц контроль и запись телефонных и иных переговоров допускаются по заявлению указанных лиц, а при отсутствии такого заявления - на основании судебного решения. Ранее действующий УПК РСФСР (ч. 2 ст. 174.1) разрешал осуществлять контроль и запись телефонных и иных переговоров указанных лиц при существовании реальной угрозы преступных действий в отношении их. Реальная угроза - это когда "создается психологическая атмосфера безысходности, нервозности и неуверенности в безопасности своей жизни, здоровья и имущества, близких лиц" <40>, т.е. при реальной угрозе лицо само чувствует и знает о ней и может при необходимости обратиться с заявлением о применении такой меры безопасности. Без соответствующего заявления права свидетеля (и др. лиц) превращаются в обязанность, данное действие из меры безопасности превращается в следственное действие, что не соответствует правовому назначению данной процедуры в отношении указанных лиц. Может, и поэтому в приложении N 89 к ст. 476 УПК не требуется указывать процессуальный статус лица, в отношении которого заявляется ходатайство и рассматривается вопрос о производстве контроля и записи телефонных и иных переговоров. Полагаем, что это является необходимым фактом для обоснованности и законности принятых решений.

<40> Зайцев О.А. Государственная защита участников уголовного процесса. М., 2001. С. 21.

Аналогичная норма предусмотрена Федеральным законом от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности" <41>, согласно ст. 6 при осуществлении оперативно-розыскной деятельности может проводиться оперативно-розыскное мероприятие - прослушивание телефонных переговоров с совпадающими требованиями, регламентирующими следственное действие, предусмотренное ст. 186 УПК. Из сказанного следует, что предусмотренные ст. 186 УПК контроль и запись телефонных и иных переговоров являются "типичным оперативно-розыскным мероприятием" <42>, в отношении свидетеля можно считать таким, если проводится без его согласия и (или) (близких) родственников, близких лиц.

<41> СЗ РФ. 1995. N 33. Ст. 3349; 1997. N 41. Ст. 4673; 2003. N 27 (ч. 1). Ст. 2700; 2003. N 46 (ч. 2). Ст. 4449; 2004. N 27. Ст. 2711; 2004. N 35. Ст. 3607; 2005. N 49. Ст. 5128.
<42> Шейфер С.А. Следственные действия. Основания, процессуальный порядок и доказательственное значение. М., 2004. С. 105.

По нашему мнению, такая мера безопасности (оперативно-розыскное мероприятие) в отношении свидетеля и его (близких) родственников, близких лиц недопустима без их согласия и ограничивает их права и свободы. Согласно ч. 2 ст. 29 Всеобщей декларации прав человека "при осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе" <43>. Положение ст. 186 УПК также не соответствует ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, согласно которой "права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, ЗДОРОВЬЯ, ПРАВ И ЗАКОННЫХ ИНТЕРЕСОВ ДРУГИХ ЛИЦ, обеспечения обороны страны и безопасности государства (выделено мной. - Н.А.)". Как следует из положения ч. 3 ст. 55 Основного Закона, ограничение прав и свобод человека и гражданина возможно в целях защиты нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц.

<43> Права человека. Сборник международных документов. С. 17.

Таким образом, мы полагаем, что мера безопасности в отношении свидетеля и его (близких) родственников, близких лиц, предусмотренная ст. 186 УПК, возможна с их согласия и на строго определенный срок.

Хотя уголовно-процессуальным законодательством предусмотрено, что свидетель имеет право заявлять отводы, кроме отвода переводчика, необходимо предусмотреть механизм реализации отвода в УПК и в отношении педагога, эксперта, специалиста (врача), участвующих в процессуальных (следственных) действиях, проводимых с участием свидетеля.

Наряду с расширением пределов участия свидетеля в уголовном судопроизводстве, предоставлением ему новых процессуальных прав, важное значение имеет совершенствование другой стороны правового положения свидетеля - его процессуальных обязанностей. Как справедливо отмечает Е.А. Лукашева, "четкое правовое регулирование возможно лишь в результате тесного взаимодействия прав и обязанностей, их своевременного осуществления. Поэтому свобода распространяется не только на сферу прав, но и на сферу обязанностей. Выполнение обязанностей - это тоже сфера свободы, которая детерминирована объективными условиями и сопряжена с социальной ответственностью" <44>. Уголовно-процессуальный закон, не только закрепляя права, но и устанавливая обязанности участников процесса, нормирует границы свободы.

<44> Лукашева Е.А. Право. Мораль. Личность. М., 1986. С. 187.

Прочность и стабильность положения личности в демократическом правовом государстве достигается не только с помощью провозглашения и гарантирования соответствующих субъективных прав и свобод, но и посредством установления четких юридических обязанностей гражданина перед обществом, государством, другими людьми. В соответствии с разработанными положениями в теории права юридическая обязанность считается видом и мерой должного, возможного, необходимого поведения человека.

Осуществление свидетелем своих обязанностей, как и реализация прав и свобод, представляет собой процесс, в котором проявляются с большей или меньшей отчетливостью несколько состояний и стадий. Это, во-первых, способность фактически нести возложенные уголовно-процессуальным законодательством обязанности (не уклоняться от явки по вызовам), во-вторых, добровольно соблюдать содержащиеся в правовых нормах запреты (например, не давать заведомо ложных показаний), в-третьих, своими активными действиями добросовестно исполнять обязанности (без принуждения явиться в органы предварительного расследования и суд).

Разъяснение прав и обязанностей (информированность) служит ориентиром в правомерном поведении свидетеля, "указывает на допустимые и запрещенные средства достижения целей, а также на возможные последствия. Иными словами, информирует об оптимальных вариантах поведения" <45>.

<45> Кудрявцев В.Н. Правовое поведение: норма и патология. М., 1982. С. 26.

При регламентации уголовно-процессуального статуса свидетеля необходимо использовать термин "обязан" взамен "не вправе" <46>.

<46> Зеленина О.А. Процессуальный статус участника уголовного судопроизводства и его... С. 13.

В правоприменительной практике часто бывают случаи, когда свидетели меняют место жительства или место пребывания по производственной, социально-бытовой или по иным причинам, что затрудняет их поиск и затягивает дела. Полагаем необходимым ч. 6 ст. 56 УПК дополнить пунктом 4, изложив его в редакции: "Обязан известить о перемене своего места жительства или места пребывания орган дознания, дознавателя, следователя, прокурора или суд".

Обязанности свидетеля сводятся к соблюдению уголовно-процессуальных норм в соответствии с его ролью и назначением в уголовном судопроизводстве.

Законный интерес является одним из элементов правового статуса свидетеля. Законный интерес - разновидность социального интереса. Это юридически значимый интерес, основанный на законе, вытекающий из него, признаваемый им, соответствующий ему, находящийся в сфере его действия. Законность интереса означает его правомерность, обоснованность, дозволенность, справедливость, то, что он не противоречит общему смыслу и духу права. Законный интерес - это одобряемый и защищаемый законом интерес.

Законный интерес от субъективных прав отличается тем, что, во-первых, им не противостоят прямые юридические обязанности соответствующих лиц (контрагентов), на действия которых можно было претендовать как на предписанные правовыми нормами; во-вторых, они не имеют конкретного перечня, строго фиксированной системы <47>. Но законный интерес, так же как субъективные права, гарантируется в определенной мере.

<47> Матузов Н.И. Личность. Права. Демократия. С. 112, 119.

Уголовно-процессуальный интерес - это отраженное в уголовно-процессуальном законодательстве, вытекающее из (принципов) его общего смысла и в определенной степени гарантированное государством юридическое дозволение, выражающееся в стремлениях субъекта пользоваться конкретным социально-правовым благом, а также в некоторых случаях обращаться за защитой к компетентным органам - в целях удовлетворения своих интересов, не противоречащих публичным <48>. Сущность законных интересов личности и их конкретное проявление вытекают из всей системы уголовно-процессуальных норм <49>.

<48> Малько А.В. Новые явления в политико-правовой жизни России: вопросы теории и практики. Тольятти, 1999. С. 92.
<49> Алексеев Н.С., Лукашевич В.З. Ленинские идеи в советском уголовном судопроизводстве. Л., 1970. С. 149 - 150.

В уголовном судопроизводстве законные интересы возникают исключительно в правоотношениях. Уголовно-процессуальный интерес свидетеля связан не только с его правами и обязанностями, но и с конкретными процессуальными обязанностями органов предварительного расследования, должностных лиц и судом, с положениями, регламентирующими порядок проведения определенных процессуальных (следственных) действий. Законный интерес может видоизменяться при проведении различных следственных действий.

Законным интересом свидетеля может быть, например, чтобы процессуальные (следственные) действия проводились с его участием без промедления, чтобы свести к минимуму время, затраченное на участие в них <50>. Интерес больного или пожилого свидетеля - чтобы его допрашивали по месту его нахождения. На стадии судебного производства после дачи показания - покинуть зал судебного заседания с разрешения председательствующего. Основным процессуальным интересом свидетеля является, на наш взгляд, чтобы его показания посчитали достоверными и ему поверили.

<50> Зайцев О.А. Правовые основы и практика обеспечения участия свидетеля на предварительном... С. 8.

Главным аргументом включения законных интересов в правовой статус выступает то, что законные интересы (степень их удовлетворения, охраны, защиты) прямо и непосредственно влияют на правовое положение свидетеля в уголовном процессе, упрочняют либо ослабляют его в зависимости от того, соблюдаются или нарушаются эти интересы, в какой мере они обеспечиваются, как реализуются.

Включение законных интересов в правовой статус тем более правомерно, что со временем многие из них приобретают качество субъективных прав <51>.

<51> Матузов Н.И. Личность. Права. Демократия. С. 135 - 136.

Наряду с правами и обязанностями категория ответственности занимает важное место в уголовно-процессуальном процессе и характеризует правовой статус свидетеля, играет стабилизирующую роль в организации и регулировании правоотношений.

В уголовном судопроизводстве принято классифицировать три вида юридических санкций, отличающихся друг от друга способом охраны уголовно-процессуальных норм от нарушений: правовосстановительные, штрафные (карательные) и санкции ничтожности. В отношении свидетеля могут применяться только правовосстановительные и штрафные (карательные) санкции при недобровольном выполнении обязанностей.



Правовосстановительные санкции, в целях обеспечения установленного порядка в уголовном судопроизводстве, направлены на устранение или сведение к минимуму вреда, причиненного правонарушением, путем принудительной реализации обязанности. Штрафные санкции имеют упреждающее значение. К свидетелю при недобровольном исполнении своих обязанностей (нарушении) могут быть применены следующие санкции:

Права у компетентного государственного органа, должностных лиц на применение перечисленных санкций возникают с момента нарушения свидетелем требований уголовно-процессуального закона. Обязанность понести процессуальную ответственность возникает у свидетеля с момента совершения правонарушения и образует юридический факт, порождающий указанное правоотношение. Хотя реально процессуальная ответственность и в этот момент может не наступить.

Принудительными средствами выполнения уголовно-процессуальных обязанностей можно обеспечить лишь в тех случаях, когда имеется "внешний объект" <52>, т.е. такой, на который можно непосредственно воздействовать помимо воли обязанного лица. Например, можно принудительно обеспечить явку свидетеля к следователю, но отобрать образцы для сравнительного исследования принудительно невозможно. В последнем случае то, на что направлена процессуальная обязанность (объект), целиком находится во власти обязанного лица и неотторжимо от него <53>. В ходе уголовного судопроизводства запрещаются действия и принятие решений, унижающих честь участника уголовного судопроизводства, а также обращение, унижающее его человеческое достоинство либо создающее опасность для его жизни и здоровья. Решение о применении уголовно-процессуальных мер принуждения должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

<52> Лейст О.Э. Санкции в советском праве. М., 1962. С. 110.
<53> См.: Строгович М.С., Алексеева Л.Б., Ларин А.М. Советский уголовно-процессуальный закон и проблемы его эффективности. М., 1979. С. 162.

Кроме того, свидетель может быть привлечен к уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний или за отказ от дачи показаний, в отсутствие иммунитета, соответственно по ст. 307 и 308 УК РФ.

Позитивная юридическая ответственность - это добровольная реализация юридической ответственности, представляющая собой юридическую обязанность субъекта ответственности действовать в соответствии с требованиями правовых норм, реализующаяся в его правомерном поведении <54>. Позитивная ответственность как разновидность социальных отношений проявляется в повышении роли активной ответственности, перенесении центра тяжести с ответственности внешней на внутреннюю, ретроспективной - на перспективную, с негативной - на позитивную <55>.

<54> Носкова Е.А. Позитивная юридическая ответственность. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Казань, 2004. С. 9.
<55> Шабуров А.С. Политические и правовые аспекты социальной ответственности личности. Автореф. дис. ... докт. юрид. наук. Екатеринбург, 1992. С. 14.

В мерах поощрения позитивная юридическая ответственность объективизируется, как объективизируется в мерах наказания негативная ответственность <56>. Например, если свидетель по вызову следователя явился и был допрошен, он уже имеет право на возмещение расходов. Если свидетель добровольно свои обязательства не выполняет, то у него возникает дополнительная обязанность, возникающая из юридического факта правонарушений нести негативную ответственность.

<56> Лучков В.В. Юридическая ответственность в механизме правового регулирования. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Казань, 2004. С. 11.

Таким образом, юридическая ответственность, являясь элементом правового статуса свидетеля, имеет взаимосвязь с правами и обязанностями, с которыми взаимообусловливается. За совершение правонарушения свидетель несет негативную юридическую ответственность, а за добровольную реализацию обязанности - позитивную (поощрительную) ответственность.



В правовом положении личности все составляющие элементы не только тесно связаны между собой, взаимно дополняют друг друга, но вместе с тем каждый из них имеет свое назначение, выполняет определенную функцию. Это в полной мере относится и к гарантиям как одному из элементов основ правового статуса свидетеля. Назначение гарантий состоит в том, что они призваны обеспечить такую возможно более благоприятную обстановку, в атмосфере которой записанные в Конституции и законах процессуально-правовой статус свидетеля, его права и свободы становились бы фактическим положением. Гарантированность прав, свобод и законных интересов означает в то же время и гарантированность основ правового статуса в целом <57>.

<57> Воеводин Л.Д. Юридический статус личности в России. С. 221 - 222.

Эффективная защита прав и свобод личности и формирование правового государства в Российской Федерации - взаимосвязанные процессы. Правовая политика, направленная на становление правовой государственности в России, способствует созданию оптимальных условий для защиты прав и свобод. А все, что способствует юридической защите личности, направлено на построение правового государства.

По поводу содержания уголовно-процессуальных гарантий как средства обеспечения прав участников процесса высказаны различные взгляды. Уголовно-процессуальные гарантии понимаются как "конкретные права и обязанности участников процесса", "принципы уголовного процесса", "правовые нормы", "процессуальные формы".

Признавая приоритет прав личности по отношению к интересам государства, следует ясно понимать, что без государства, без устанавливаемых государством и обеспечиваемых государством юридических процедур эти права не могут быть реализованы <58>. Пределы государственной власти, опирающейся на возможность принуждения и возможность правомерного вмешательства в личную жизнь граждан для выполнения назначения уголовно-процессуального законодательства, в отношении свидетеля должны быть строго и определенно ограничены.

<58> Лукашева Е.А. Эффективность юридических механизмов защиты прав человека: политические, экономические, социально-психологические аспекты // Конституция Российской Федерации и совершенствование механизмов защиты прав человека. М., 1994. С. 20.

Разработанная В.С. Шадриным форма обеспечения прав участников уголовного процесса более соответствует правовому положению свидетеля. Обеспечение прав, свобод и законных интересов свидетеля охватывает все формы благоприятствования в осуществлении прав, свобод и законных интересов, включая:

<59> Шадрин В.С. Обеспечение прав личности при расследовании преступлений. М., 2000. С. 43.

Полагаем необходимым последний пункт дополнить возмещением или компенсацией причиненного вреда, а также пунктом, имеющим значение для обеспечения прав, свобод и законных интересов участников уголовного процесса: установление ответственности за нарушение прав, свобод и законных интересов свидетеля.

Для обеспечения и реализации прав и законных интересов свидетеля уголовно-процессуальным законом предусмотрены соответствующие процессуальные гарантии. Законом на прокурора, следователя, дознавателя и суд возложена обязанность разъяснять свидетелю его права, обязанности и ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав (ч. 1 ст. 11 УПК).



Одним из необходимых условий для реализации прав свидетеля является возможность заявлять ходатайства, а должностные лица обязаны рассмотреть заявленные ходатайства и по ним принять решение. Установленные правила проведения допроса свидетеля также способствуют обеспечению прав и законных интересов свидетеля.

Осуществление прав выражается в общерегулятивных отношениях и носит позитивный характер. Участие адвоката при допросе свидетеля способствует соблюдению его прав и законных интересов. При нарушениях прав и законных интересов свидетеля по окончании допроса адвокат имеет право делать заявления об этом. Указанные заявления подлежат обязательному занесению в протокол допроса. Проведение закрытого судебного разбирательства также способствует соблюдению прав и законных интересов свидетеля.

Защита и восстановление нарушенных прав и законных интересов свидетеля обеспечиваются путем обжалования действия (бездействия) должностных лиц прокурору и в суд.

Меры безопасности, предусмотренные УПК и Федеральным законом от 20.08.2004 N 119-ФЗ "О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства" <60>, также являются фактором, гарантирующим права, свободы и законные интересы свидетеля. В целях реализации названного Закона утверждены Постановлением Правительства РФ от 27.10.2006 N 630 Правила применения отдельных мер безопасности в отношении потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства <61>, определены органы, осуществляющие меры безопасности.

<60> СЗ РФ. 2004. N 34. Ст. 3534; 2005. N 1 (ч. 1). Ст. 25.
<61> СЗ РФ. 2006. N 45. Ст. 4708.

Уголовным кодексом РФ предусмотрена уголовная ответственность за принуждение свидетеля к даче показаний путем применения угроз, шантажа или иных незаконных действий со стороны следователя или лица, производящего дознание, а равно другого лица с ведома или молчаливого согласия следователя или лица, производящего дознание (ст. 302 УК РФ), а также за подкуп свидетеля в целях дачи им ложных показаний (ст. 309 УК РФ).

Итак, для обеспечения прав, свобод и законных интересов свидетеля в уголовном процессе необходимо:



информирование лица об обладании правами и их разъяснение; создание необходимых условий для полноценной реализации прав, свобод и законных интересов; охрана прав, свобод и законных интересов от нарушений; защита прав; восстановление нарушенных прав, возмещение и компенсация причиненного вреда; установление ответственности за нарушение прав, свобод и законных интересов свидетеля.

С учетом вышеизложенного, с нашей точки зрения, процессуально-правовой статус свидетеля в уголовном процессе имеет следующие элементы: правовые нормы, устанавливающие процессуально-правовой статус свидетеля; правоспособность и дееспособность; права и обязанности; законные интересы; юридическая ответственность и гарантии прав, свобод и законных интересов.