Мудрый Юрист

Обеспечение прав обвиняемому при предъявлении обвинения

Газетдинов Н.И., доцент кафедры уголовного процесса и криминалистики Казанского государственного университета, кандидат юридических наук.

В силу требований принципа состязательности, обеспечения обвиняемому права на защиту и других принципов, в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого должны быть указаны доказательства, подтверждающие основания для предъявления обвинения. Однако ч. 2 ст. 171 УПК РФ, которая содержит требования к содержанию постановления о привлечении в качестве обвиняемого, таких требований не предусматривает. Таким образом, данное постановление для обвиняемого и его защитника как "кот в мешке", и оно мало чем отличается от постановления о возбуждении уголовного дела. Таким образом, сам факт предъявления обвинения практически какой-либо реальной функции не выполняет, а превращается в некую формальность. Если бы в постановлении были перечислены доказательства, подтверждающие обвинение, то у обвиняемого и его защитника были бы реальные возможности их оспаривать предоставленными им законом средствами. Уверены, в таких случаях количество отмененных и измененных приговоров было бы куда меньше, а на сегодняшний день картина в этой части нелицеприятная.

В соответствии со ст. 172 УПК РФ, которая называется "Порядок предъявления обвинения", а не предъявление обвинения, как это было в ст. 148 УПК РСФСР, что более точно определяло сущность данного процессуального действия, обвинение должно быть предъявлено лицу не позднее трех суток со дня вынесения постановления о привлечении его в качестве обвиняемого в присутствии защитника, если он участвует в уголовном деле. Подчеркивая значение данного акта, А.В. Гриненко указывает: "После привлечения лица в качестве обвиняемого гражданину предоставляется новый "пакет" процессуальных прав, но одновременно органы уголовной юстиции получают реальную возможность применять в отношении лица широкий спектр мер принуждения. Поэтому в силу положений принципа охраны прав и свобод граждан в сочетании с требованиями принципа гласности обвиняемый должен иметь возможность знать, в чем конкретно он обвиняется, и давать объяснения по предъявленному ему обвинению" <1>.

<1> Гриненко А.В. Система принципов уголовного процесса и его реализация на досудебных стадиях: Дис. ... докт. юрид. наук. Воронеж, 2001. С. 270.

Само собой разумеется, знать, в чем конкретно он обвиняется, и давать объяснения по предъявленному обвинению обвиняемый может лишь тогда, когда ему известно, на каких доказательствах основано предъявляемое обвинение. Только в том случае, когда ему известны показания конкретных участников процесса, наличие вещественных доказательств, он реально может их оспаривать, только тогда в какой-то степени на данном этапе предварительного расследования могут себя проявить принципы состязательности, обеспечения обвиняемому права на защиту, законности, гласности и др. Поэтому пока по действующему уголовно-процессуальному законодательству можно лишь утверждать, что ст. 172 УПК РФ устанавливает порядок предъявления обвинения, а в сущности самого предъявления обвинения в этом процессе не происходит.

После выполнения "порядка предъявления обвинения" в соответствии со ст. 173 УПК РФ следователь обязан допросить обвиняемого немедленно. Вопрос о необходимости или отсутствии такой необходимости в юридической литературе однозначного решения не имеет. Мы полагаем, что предусмотренное в действующем законодательстве требование о немедленном допросе не согласуется с принципами презумпции невиновности, обеспечения обвиняемому права на защиту и некорректно с точки зрения положения ст. 51 Конституции РФ и других прав, предоставляемых обвиняемому по уголовно-процессуальному закону. Если к данному положению обратиться как к предоставленному законом средству защиты в состязательном процессе, то в законе вообще должна отсутствовать обязанность следователя допросить обвиняемого по своей инициативе, ему должно быть предоставлено право лишь предлагать обвиняемому давать показания. В существующей редакции допрос обвиняемого после предъявления обвинения есть яркое проявление обвинительного уклона, ведь в конечном итоге даже в случае отказа от дачи показаний в протоколе допроса обвиняемого, как правило, будет значиться: "не подтвердил", "не отрицал", "показал, но следствие считает". Так как при предъявлении обвинения в соответствии с ч. 5 ст. 172 УПК РФ следователь обязан обвиняемому объяснить ему права, предусмотренные ст. 47 УПК РФ, в том числе возражать против обвинения и давать показания по предъявленному ему обвинению (п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК РФ), то этим можно было бы и ограничиться, но с учетом особенностей российского уголовного процесса и личностей обвиняемых, а также в целях гарантированности их прав ч. 1 ст. 173 мы предлагаем изложить в редакции: "Следователь немедленно уведомляет в письменном виде о праве обвиняемого давать показания по поводу предъявленного ему обвинения в любой момент до окончания предварительного следствия, о чем составляется протокол, в котором отражается его желание". Соответственно ч. 2 ст. 173 изложить: "Если обвиняемый выразил желание давать показания по поводу предъявленного ему обвинения, следователь обязан его допросить с соблюдением требований пункта 9 части четвертой статьи 47 и части третьей статьи 50 настоящего Кодекса. Обвиняемый может написать свои показания собственноручно". Далее - по тексту.

Касаясь сущности допроса лица в качестве обвиняемого, отдельные авторы справедливо замечают, что регламентированное ч. 2 ст. 173 УПК РФ начало допроса с вопроса "признаете себя виновным в предъявленном обвинении?" противоречит многим принципам уголовного судопроизводства. Указывая на некорректность такого вопроса, А.В. Гриненко подчеркивает, что "в соответствии с УПК, определяющим порядок этого действия, следователь в начале допроса должен (а значит, обязан) спросить обвиняемого, признает ли он себя виновным в предъявленном обвинении. На практике как раз этот момент и является наиболее сложным, так как в действительности конфликтная ситуация возникает именно из-за прямолинейности поставленного вопроса. В данном случае обвиняемый фактически должен подводить итог своему объяснению по предъявленному обвинению, еще и не начав давать показания". По его мнению, в соответствии с принципом обеспечения обвиняемому права на защиту вначале ему должна быть предоставлена возможность воспользоваться всеми правами, предоставленными ему законом, и лишь потом, в конце допроса, если он будет давать показания, следователь должен при выяснении различных обстоятельств, исходя из тактических соображений, в ряду других задать вопрос и о мнении обвиняемого относительно инкриминируемого ему деяния <2>. По этому поводу, рассматривая объем обязанностей обвиняемого, Л.Л. Кожевников также указывает, что "при определении круга обязанностей обвиняемого важно учесть следующие моменты. Во-первых, обвиняемый - это лицо, вопрос об уголовной ответственности которого надлежит разрешить компетентным органам. Во-вторых, обвиняемый привлекается в уголовный процесс не для оказания содействия органам, осуществляющим уголовное преследование, и суду, а для защиты от предъявленного обвинения. Это один из носителей функции защиты. Отсюда следует, что роль обвиняемого в современном уголовном процессе исключает признание его носителем обязанности изобличать себя самого в совершении преступления или доказывать свою невиновность. Никаких обязанностей по активному участию в процессе доказывания обвиняемый не несет, в том числе и обязанности представлять доказательства" <3>. Этот вопрос больше тактический, что касается сущности вопроса, то необходимо указать, что как по УК РСФСР, так и по УК РФ признание обвиняемым своей вины являлось и является смягчающим обстоятельством, правда, в завуалированной форме (п. 9 ст. 38 УК РСФСР и п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ), причем по УК РФ даже особо смягчающим (ст. 62), а на практике признание обвиняемым своей вины или непризнание во многих случаях выливается в разницу между реальным лишением свободы и лишением свободы условно, и в несколько лет.

<2> См.: Гриненко А.В. Система принципов уголовного процесса и его реализация на досудебных стадиях: Дис. ... д-ра юр. наук. Воронеж, 2001. С. 275 - 276.
<3> Кожевников Л.Л. Обязанности обвиняемого: понятие, виды, проблемы правовой регламентации и обеспечения условий надлежащего выполнения: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Самара, 2003. С. 13.

Безусловно, с точки зрения соблюдения требований принципов презумпции невиновности, свободы оценки доказательств и принципа состязательности, это грубое нарушение, к тому же если учесть, что все еще не изжиты случаи "выколачивания" признания вины, что, в свою очередь, может иметь для обвиняемого серьезные последствия. По утверждению отдельных авторов, "в большинстве жалоб на приговоры судов имеются сведения о том, что на стадии дознания либо предварительного следствия с целью получения показаний о признании вины по отношению к задержанным применялось физическое или психическое насилие" <4>, а по утверждению С.Н. Пашина, пытки для добывания признательных показаний в органах внутренних дел становятся чуть ли не повседневной практикой <5>.

<4> Васильева Е.Г. Меры уголовно-процессуального принуждения. Уфа, 2003. С. 73.
<5> Пашин С.Н. К обсуждению проекта нового УПК // Рос. бюллетень по правам человека. 2000. Вып. 13. С. 75.

Следует признать неправильным исключение из уголовно-процессуального законодательства права обвиняемого на собственноручную запись своих показаний (ст. 152 УПК РСФСР), это право было эффективным средством защиты, часто используемое адвокатами и обвиняемыми в условиях обвинительного уклона, в какой-то степени нивелирующим такую негативную тенденцию, и препятствовало фальсификации доказательств.