Мудрый Юрист

Период возмездия и устрашения в истории тюремного заключения (XVI - XVIII вв.)

Алексеев В.И., кандидат исторических наук, доцент кафедры теории и истории государства и права ИГП ТюмГУ.

История тюремного заключения в России подразделяется на три периода: устрашительный, филантропический и уголовно-политический. Первый период истории тюрьмы характеризуется тем, что тюрьма стремилась отрезать арестанта об общества, и продолжался до начала XIX в. Второй период - филантропический начинается с 1819 г. Третий период - уголовно-политический связан с началом деятельности правительственной комиссии по тюремному преобразованию под председательством В.А. Соллогуба (1872 г.) <1>. Такая периодизация истории тюремного заключения дает возможность более полно и содержательно исследовать институт лишения свободы, показать своеобразие перехода от одного периода к другому, раскрыть сущность каждого из них, определить пути реализации исполнения закона.

<1> См.: Фойницкий И.Я. На досуге. Т. 1. СПб., 1898. С. 206 - 210.

Первый период - период возмездия и устрашения. Устрашение, по мнению И.Я. Фойницкого, принадлежит к наиболее старым и наиболее ясно подчеркивающим прежний принцип карательной деятельности <2>, т.е. "введения "смертной казни, ссылки, телесных наказаний, имущественных наказаний, поражения прав" <3> и "как только власти могли верить, что все эти наказания (клеймение, сечение, вешание. - В.А.) могут иметь какое-либо действие" <4>. Несмотря на ужас членовредительных наказаний, тюрьма того времени все же казалась законодателю недостаточным наказанием, а потому тюремное заключение устанавливалось лишь в соединении с другими наказаниями <5>. В системе карательных мер этого периода тюрьма как институт лишения свободы означала мучительное страдание, которое сопровождалось телесными членовредительными наказаниями, наложением оков, кандалов. Судебник 1550 г. назначал тюремное заключение на неопределенное время (до государева указа) или на срок вместе с другими наказаниями с такими господствующими карательными мерами, как смертная казнь, наказания членовредительные и телесные. Поэтому большая часть заключенных, находившихся в острогах, состояла из арестантов подследственных, ожидавших приговора, и неисправных должников <6>. "До XIX столетия тюрьма не всегда была de jure уголовным наказанием, но всегда была фактически одним из значительнейших звеньев общей цепи жестоких мер, направленных на преступника" <7>.

<2> См.: Фойницкий И.Я. Учение о наказании в связи с тюрьмоведением. СПб., 1889. С 54.
<3> См.: Там же. С. 57.
<4> Карпентер Э. Тюрьмы, полиция и наказание: Пер. с англ. М., 1907. С. 6.
<5> См.: Познышев С.В. Основы пенитенциарной науки. М., 1923. С. 17.
<6> ГАРФ. Ф. 122. Оп. 1. Д. 176. Л. 99.
<7> Тальберг Д.К. Исторический очерк тюремной реформы и современные системы европейских тюрем. Киев, 1875. С. 9.

Тюремные сидельцы, так их называли раньше, отбывали наказание в помещениях, совсем не приспособленных для этого, наименее удобных для жизни, старых подвалах, погребах. Тюрьма прилагала все усилия, чтобы и после освобождения арестант не попал снова в общество: отсюда волчий паспорт, клеймение, лишение чести. Тюрьма стала местом устрашения, а потому "первый период истории тюрьмы характеризуется полным пренебрежением правительства и общества к заключенным в тюрьмах". С.В. Познышев в устрашительном периоде содержания арестантов в России и на Западе обратил внимание на то, что, "как и там, у нас в тюрьмах царит голод, холод, всевозможные болезни и страшная смертность. Но жестокость наших тюрем была, так сказать, грубее, не так утонченна" <8>. Отсюда следует вывод: главным в содержании наказания и главной его функцией являлись возмездие и устрашение.

<8> Познышев С.В. Указ. соч. С. 17.

Устрашение было прямо пропорционально силе и количеству страданий, заключенных в наказании, которое, как правило, было связано с тюремным заключением и ссылкой <9>, с пыткой, с судом Божьим, заклинаниями, отсутствием защиты, ужасными карами <10>. Принцип устрашения в течение многих веков признавался законом. Может показаться, что сама природа признает этот принцип. Если человек нарушает законы огня, он сгорает; если он нарушает законы воды, он тонет; если он нарушает законы взрывчатых веществ, он уничтожается посредством взрыва; если он игнорирует закон тяготения, он гибнет от тяжести своей собственной массы при падении <11>. В соответствии с теорией устрашения, по мнению Н.Д. Сергеевского, как преступника, так и всех граждан фактом исполнения наказания должно производить устрашающее воздействие. Поэтому карательные меры отличались особенной жестокостью, производили соответствующее целям устрашения, впечатление <12>.

<9> См.: Полубинская С.В. Цели уголовного наказания. М.: Наука, 1990. С. 8 - 9.
<10> РГИА. Ф. 1016. Оп. 1. Д. 770. Л. 4.
<11> См.: Люблинский П.М. Современная тюрьма и ее особенности. СПб., 1913. С. 13 - 14.
<12> См.: Сергеевский Н.Д. Русское уголовное право. СПб., 1915. С. 103.

Наибольшее распространение получило бессрочное заключение. В приговоре мог быть указан не сам вид наказания, а использовалась такая формулировка: "как Государь укажет". Если даже вид наказания определен, как это указано в ст. 28 гл. XXI СУ 1649 г., то неясным оставалось его исполнение. Принципы неопределенности дополняются принципом множественности наказания. За одно и то же преступление могло быть установлено сразу несколько наказаний - битье кнутом, урезание языка, ссылка, конфискация имущества. В большей части тюремное заключение соединялось с битьем кнутом, иногда с батогами. Сверх тюрьмы и кнута, еще изувечивающее наказание и затем ссылка по отбытии наказания.

Из сказанного следует, что в устрашительном периоде тюрьма не преследовала исправительных целей. Карательные меры по отношению к заключенным в тюрьмах содержали в себе элементы по обычаям того времени - позорящие, унижающие человека. Только один мотив - мотив устрашения: наказать крепко, чтобы другим неповадно было. Тюремное заключение означало мучительное телесное страдание, чаще всего оно являлось мерой физического захвата личности, для проведения последующих процессуальных действий. Тюремные сидельцы оставались в тюрьмах на произвол надсмотрщиков. Тюрьмы являлись при таких условиях рассадниками различных заболеваний. Режим заключения оставался исключительно принудительным, прежде всего рассчитанным на предупреждение побега. Тюремное заключение было лишь прибавкой к основному наказанию.

К концу XVII в. (1683 г.) тюремное заключение вытесняется ссылкой. Особенное развитие получает это наказание за весьма разнообразные деяния. Так, например, за первую татьбу и за вторую татьбу с удлинением срока тюрьмы, а равно за мошенничество и за первый разбой <13>.

<13> См.: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. СПб., 1915. С. 110.

XVII в. стоит на рубеже между двумя крупными в истории наказания эпохами: эпохой государственной мести и эпохой государственной пользы. Первая знаменуется обширным применением наказаний, направленных на причинение мучения и страдания, - смертной казни, наказаний членовредительных, телесных. Вторая характеризуется установлением личных повинностей самых разнообразных категорий <14>.

<14> См.: Фойницкий И.Я. Научная разработка истории наказания. СПб., 1888. С. 4.

Динамика развития лишения свободы, в частности тюремного заключения, позволяет сформулировать некоторые выводы. Уходят в прошлое членовредительные наказания. Наряду с сохранением тюремного заключения большое распространение получает ссылка. Пенитенциарный характер тюрьмы не получает своего развития ввиду устрашительных наказаний. Из применения арестантского труда государство извлекает огромную пользу. Надо полагать, что в будущем арестантский труд будет превалировать в исправительных учреждениях и даст пользу как в нравственном, так и в юридическом исправлении преступников.

Карательная деятельность государства в XVIII столетии условно имеет два периода: первый отмечен преобладанием двух стремлений - стремлений к мести и устрашению; второй - связан с эпохой либерализации наказания. Карательные меры первого периода поражают своей жестокостью. Главное в них принадлежало разным зверским формам смертной казни и телесным наказаниям. По своему содержанию наказание в то время было главным образом физическим мучением, при этом наиболее грубые и жестокие формы репрессии применялись к лицам низших слоев общества, низших сословий <15>.

<15> См.: Познышев С.В. Указ. соч. С. 23.

Второй период начинается со второй половины XVIII столетия. Конец XVIII столетия был эпохой признания государством прав личности. Это веяние эпохи не могло не отразиться гуманизирующим образом и на тюрьме того времени. С этого времени понемногу наказание перестает быть по преимуществу физическим, телесным наказанием <16>.

<16> См.: Там же.

"Наступает время отмены старых предписаний, т.е. выдвигается этическое значение суда как олицетворение понятия совести общества в противоположность прежней идее дикой общественной мести" <17>. Начинается новая эра в уголовном правосудии в плане отмены зрелищности наказания: Россия - 1769 г.; Пруссия - 1780 г.; Австрия - 1788 г.; Франция - 1791 г., 1808 и 1810 г. <18>. "Страдание, хотя бы и виновного, возбуждает сожаление. Превратившись в общественный институт, наказание долгое время сохраняет на себе внешние черты животной, самой элементарной реакции. Лишь понемногу отступают эти элементарные силы перед гуманными началами прогресса" <19>. Собственный интерес государства требовал, чтобы оно не особенно усердствовало на отмщении, а лучше постаралось бы извлечь для себя пользу из их рабочей силы. И в то же время начиная с XVIII в. все больше проникает в сферу уголовного правосудия идея исправления <20>.

<17> РГИА. Ф. 1016. Оп. 1. Д. 770. Л. 4.
<18> См.: Фуко М. Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы. М.: Ad Marginem, 1999. С. 13.
<19> Сергеевский Н.Д. Указ. соч. С. 93.
<20> См.: Познышев С.В. Учение о карательных мерах и мере наказания. М., 1908. С. 7.

В течение всего следующего XIX столетия российская тюрьма находилась в стадии реформирования, гуманизировалась. Она была далеко не такой, как в XVIII в. Однако той борьбы идей, тех проектов реформы, которые касались бы основ тюремного дела, тех предпочтений одной тюремной системы перед другой с попыткой, хотя бы в части государства, ввести лучшую систему, о которых сообщалось на Западе, в России не существовало. И лишь некоторое улучшение тюрем происходит при Александре I, при котором с 1819 г. начинается филантропический период их развития.