Мудрый Юрист

Европейский суд по правам человека в реализации конституционного права на судебную защиту

Морхат П.М., помощник судьи Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, кандидат юридических наук.

Действующее российское законодательство не дает прямого ответа на вопрос, что такое судебная власть. Глава VII Конституции Российской Федерации называется "Судебная власть". В соответствии с зафиксированной в Конституции Российской Федерации (ст. 10) моделью разделения властей законодательная власть должна заниматься только законотворчеством, исполнительная должна заниматься только управлением, судебная власть должна заниматься только осуществлением правосудия. Однако ни в одной из современных систем подобная чистая модель не существует <1>. Судебная система становится судебной властью тогда, когда она наделяется определенными возможностями воздействия на другие ветви власти, включается в систему сдержек и противовесов, препятствующих узурпации всей государственной власти какой-либо из ее ветвей. В начале XX в. известный русский процессуалист И.Я. Фойницкий писал: "Суд - это беспристрастный посредник в споре между двумя заинтересованными лицами (сторонами)" <2>. Автор соглашается с позицией судьи Верховного Суда Российской Федерации, доктора юридических наук Н.А. Колоколова, который под государственной властью понимает признанную определенным народом, нацией, политическим обществом парадигму поведения в конкретном месте и в конкретный исторический момент. В числе базовых качеств власти неизменно присутствуют такие ее важнейшие характеристики, как многоаспектность, сложность и системность <3>.

<1> См. подр.: Барак Аарон. Судейское усмотрение. М.: Норма, 1999. С. 269 - 272.
<2> Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб.: Альфа, 1996. Т. 1. С. 7.
<3> См.: Колоколов Н.А., Павликов В.Г. Теория судебных систем: особенности конституционного регулирования, судебного строительства и организации судебной деятельности в федеративном государстве. М.: Юрлитинформ, 2007. С. 56.

О разделении властей можно с уверенностью говорить только тогда, когда судебная власть отделена (полностью или частично) от исполнительной и законодательной властей и пользуется достаточной независимостью <4>. Неотъемлемой характеристикой судебной власти является ее полнота.

<4> Баренбойм П.Д. 3000 лет доктрины разделения властей. Суд Сьютера. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2003. С. 9.

Конституция РФ гарантирует каждому лицу судебную защиту его прав и свобод (ч. 1 ст. 46 Конституции РФ), а решения и действия (бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд (ч. 2 ст. 46 Конституции РФ), в ч. 3 ст. 46 регламентируются условия реализации "одного из самых своеобразных субъективных конституционных прав" - обращаться в межгосударственные органы в соответствии с международными договорами Российской Федерации, если исчерпаны все имеющиеся для этого внутригосударственные средства правовой защиты, Конституционный Суд Российской Федерации в этой связи указал, что Конституция, закрепляя право на судебную защиту, предполагает возможность исправления судебных ошибок и после рассмотрения дела в той судебной инстанции, решение которой отраслевым законодательством признается окончательным в том смысле, что в обычной процедуре это решение не может быть изменено <5>. Как правильно отмечает судья Конституционного Суда Российской Федерации профессор Г.А. Гаджиев, реализация этого конституционного права приводит к тому, что "в очень сжатые сроки в национальное правовое пространство проникают основные достижения общеевропейской юридической мысли, кристаллизованные в модельных решениях Страсбургского суда <6>. Международную защиту прав и свобод человека осуществляют Европейский суд по правам человека (ст. ст. 19 - 51 Конвенции о защите прав человека и основных свобод <7>), Международный Суд ООН (ст. ст. 92 - 96 Устава Организации Объединенных Наций <8>), Комитет по правам человека ООН (ст. ст. 28 - 45 Международного пакта о гражданских и политических правах <9>), Комиссия по правам человека СНГ (Положение о Комиссии по правам человека Содружества Независимых Государств от 24 сентября 1993 г. <10>) и другие. Российская Федерация признала юрисдикцию Европейского суда по правам человека и основных свобод <11>. Европейский суд интерпретирует положения данной Конвенции, вырабатывая собственные правовые позиции - установки и подходы, сформулированные вследствие толкования соответствующих положений Конвенции <12>. Такие позиции обладают несомненной значимостью для российского права, что находит свое подтверждение, в частности в деятельности Конституционного Суда Российской Федерации, ссылающегося на них в обоснование своих решений наряду с принципами и нормами международного права. Как отмечает судья Конституционного Суда Российской Федерации в отставке профессор Н.В. Витрук, Конституционный Суд внимательно изучает практику Европейского суда по правам человека и использует ее при разрешении конкретных дел в целях дополнительной аргументации своих решений, ее усиления <13>. Решения межгосударственных органов по защите прав человека признаются в правовой системе России, могут приводить к пересмотру конкретных дел, возможности повторного рассмотрения дела в целях изменения ранее состоявшихся по нему решений, в том числе принятых высшей внутригосударственной судебной инстанцией <14>.

<5> Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2002 г. N 13-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 342, 371, 373, 378, 379, 380 и 382 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, статьи 41 Уголовного кодекса РСФСР и статьи 36 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" в связи с запросом Подольского городского суда Московской области и жалобами ряда граждан" // Собрание законодательства Российской Федерации. 2002. N 31. Ст. 3160; Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 2002. N 6.
<6> Самостоятельность и независимость судебной власти Российской Федерации / Под ред. В.В. Ершова. М.: Юристъ, 2006. С. 151.
<7> Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. N 2. Ст. 163.
<8> Устав ратифицирован Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20 августа 1945 г., вступил в силу 24.10.1945 // Справочно-правовая система "КонсультантПлюс".
<9> Пакт ратифицирован Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 сентября 1973 г. N 4812-VIII, вступил в силу с 23.03.1976 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1994. N 12.
<10> Вступил в силу для Российской Федерации 11.08.1998 // Собрание законодательства Российской Федерации. 1999. N 13. Ст. 1489.
<11> Федеральный закон от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции по защите прав и основных свобод и протоколов к ней" // Собрание законодательства Российской Федерации. 1998. N 14. Ст. 42.
<12> Лаптев В.А. Правовые позиции Европейского суда по правам человека и правовая система Российской Федерации // Вестник уставного суда Санкт-Петербурга. 2004. N 2. С. 152.
<13> Витрук Н.В. Конституционное правосудие в России (1991 - 2001 гг.): очерки теории и практики. С. 151.
<14> Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 2 февраля 1996 г. N 4-П "По делу о проверке конституционности пункта 5 части второй статьи 371, части третьей статьи 374 и пункта 4 части второй статьи 384 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан К.М. Кульнева, В.С. Лалуева, Ю.В. Лушакова и И.П. Серебренникова" // Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. N 7. Ст. 701; Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 1996. N 2.

Обязательным условием приемлемости направления жалобы в межгосударственные органы по защите прав человека является исчерпывание всех имеющихся внутригосударственных средств правовой защиты. Российские граждане могут, например, обратиться в Европейский суд по правам человека после того, как состоялось решение суда в кассационной инстанции, т.е. после вступления решения суда в силу. При этом следует иметь в виду правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой конституционное судопроизводство в каждом конкретном случае не относится к тем внутригосударственным правовым средствам, использование которых должно рассматриваться в качестве обязательной предпосылки для обращения в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека <15>. Не препятствует такому обращению и отсутствие решения суда надзорной инстанции <16>, так как производство надзорной инстанции является дополнительной гарантией конституционного права на судебную защиту <17>. Указанные положения корреспондируют правовым позициям Европейского суда по правам человека: поскольку порядок надзорного производства является чрезвычайным средством судебной защиты, рассмотрение дела в порядке надзора на является обязательным условием для реализации права на такое обращение, в связи с чем отсутствие решения суда надзорной инстанции не препятствует обращению гражданина в Европейский суд по правам человека <18>. Внутригосударственное средство правовой защиты, по мнению Европейского суда, не исчерпано, если оно было эффективным как в теории, так и на практике в соответствующее время, т.е. было доступным, способным обеспечить заявителю возмещение и предполагающим разумную перспективу на благоприятный для заявителя исход дела <19>. В решениях Европейского суда по правам человека содержится широкая интерпретация права на судебную защиту (по терминологии данного органа - права на суд <20>). В них затрагиваются и гарантии судебной защиты, в частности, говорится о законном составе суда. Согласно правовой позиции Европейского суда словосочетание "суд, созданный на основании закона" относится не только к правовому основанию самого существования суда, но и к составу суда по каждому делу" <21>. К числу таких гарантий Суд относит и надлежащее исполнение судебных решений <22>, указывая, что право на судебную защиту стало бы иллюзорным, если бы правовая система государства позволяла, чтобы окончательное, обязательное судебное решение оставалось недействующим, приводило к ущербу одной из сторон; исполнение решения, вынесенного любым судом, должно рассматриваться как неотъемлемая часть суда" <23>. Европейский суд по правам человека отметил также, что было бы невообразимо, если бы п. 1 ст. 6 Конвенции подробно описывал процессуальные гарантии процессуальных сторон - справедливого, публичного и своевременного судебного разбирательства, при этом оставляя без защиты исполнение судебных решений <24>. Нарушение права на суд, как указал Европейский суд по правам человека, может также приобрести форму задержки исполнения решения; при этом не каждая задержка в исполнении решения суда представляет собой нарушение права на суд, а лишь такая, которая бы искажала саму суть данного права, гарантируемого ст. 6 Конвенции <25>. Возможность пересмотра судебных решений также оценивается Европейским судом как гарантия реализации права на суд. При этом полномочия вышестоящих судов по пересмотру должны осуществляться в целях исправления судебных ошибок, неправильного отправления правосудия. Пересмотр не должен рассматриваться как замаскированное обжалование, и одна лишь возможность двух взглядов по делу не может служить основанием для пересмотра <26>.

<15> Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 13 января 2000 г. N 6-О "По жалобе гражданки Дудник Маргариты Викторовны на нарушение ее конституционных прав частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" // Собрание законодательства Российской Федерации. 2000. N 11. Ст. 1244; Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 2000. N 2.
<16> Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 18 апреля 2000 г. N 86-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Кравченко Леонида Васильевича на нарушение его конституционных прав статьей 320 ГПК РСФСР" // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 2004. N 4.
<17> Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2005 г. N 11-П "По делу о проверке конституционности части 3 статьи 292 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами государственного учреждения культуры "Дом культуры им. Октябрьской революции", открытого акционерного общества "Центронефтехимремстрой", гражданина А.А. Лысогора и администрации Тульской области" // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 2006. N 1.
<18> Решение приемлемости жалобы N 47936/99, поданной Галиной Питкевич против Российской Федерации, от 8 февраля 2001 г. // Журнал российского права. 2001. N 5. С. 99 - 110; решение по вопросу приемлемости жалобы N 47033/99, поданной Людмилой Францевной Тумилович против Российской Федерации, от 22 июня 1999 г. // Журнал российского права. 2000. N 9. С. 58 - 61.
<19> Решение по вопросу приемлемости жалобы N 24669/02 "Галина Петровна Герасимова против Российской Федерации" от 16 сентября 2004 г. // Журнал российского права. 2005. N 1. С. 115 - 119.
<20> Бурдов против России. Постановление Европейского суда по правам человека от 7 мая 2002 г. // Европейский суд по правам человека. Первые решения по жалобам из России (сборник документов). М., 2004. С. 81 - 87; Хорнсби против Греции. Решение Европейского суда по правам человека от 19 марта 1997 г. // Европейский суд по правам человека. Избранные решения. Т. 2. 2000. С. 428 - 439.
<21> Посохов против Российской Федерации. Постановление Европейского суда по правам человека от 4 марта 2003 г. // Российская газета. 1998. 8 июля.
<22> См. также: Слепченко Е.В. Некоторые проблемы исполнения судебных актов // Правоведение. 2006. N 3. С. 159 - 166.
<23> Постановление Европейского суда по правам человека от 24 февраля 2005 г. Дело "Плотниковы против Российской Федерации" // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2005. N 9. С. 43, 94 - 99; Постановление Европейского суда по правам человека от 24 июля 2003 г. Дело "Рябых против Российской Федерации" // Журнал российского права. 2004. N 5; Бурдов против России. Постановление Европейского суда по правам человека от 7 мая 2002 г.; Хорнсби против Греции. Решение Европейского суда по правам человека от 19 марта 1997 г.
<24> Постановление Европейского суда по правам человека от 13 января 2005 г. Дело "Гиззатова против Российской Федерации" // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2005. N 7. С. 69, 90 - 96.
<25> Постановление Европейского суда по правам человека от 7 июля 2005 г. Дело "Малиновский против Российской Федерации" /// Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2005. N 11. С. 67 - 76; Постановление Европейского суда по правам человека от 18 ноября 2004 г. Дело "Вассерман против России" // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2005. N 6. С. 55, 74 - 82.
<26> Постановление Европейского суда по правам человека от 18 ноября 2004 г. Дело "Праведная против Российской Федерации" // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2005. N 5. С. 47, 76 - 83; Постановление Европейского суда по правам человека от 24 июля 2003 г. Дело "Рябых против Российской Федерации".

Нельзя не согласиться с выводом профессора Г.А. Гаджиева, который отмечает, что "основное направление развития общеевропейской юридической доктрины - преодоление начал позитивизма в праве" <27>, а нормы Конвенции о защите прав человека и основных свобод, будучи составной частью национальной правовой системы, представляют собой важный субсидиарный правовой инструмент, обеспечивающий реализацию Российской Федерацией основной конституционной обязанности по защите прав и свобод человека и гражданина.

<27> Самостоятельность и независимость судебной власти Российской Федерации / Под ред. В.В. Ершова. М.: Юристъ, 2006. С. 151.