Мудрый Юрист

Процессуальный порядок рассмотрения судами гражданских дел о принудительной госпитализации гражданина в психиатрический стационар

Никулинская Н.Ф., судья Костромского областного суда.

В правовой теории общепризнанной является обусловленность процессуальных отношений характером являющихся предметом судебного разбирательства материальных правоотношений. Правоотношения по принудительной госпитализации гражданина в психиатрический стационар являются разновидностью правоотношений по оказанию медицинской помощи. Они возникают между теми же субъектами, что и при добровольном лечении, направлены на достижение цели улучшения здоровья человека, оказание медицинской помощи производится теми же медицинскими приемами и способами. Пациенты, помещенные в стационар в недобровольном порядке, пользуются всеми правами пациентов, установленными Законом Российской Федерации "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" <1> и другими актами медицинского права, за исключением права на отказ от медицинского вмешательства. Субъекты рассматриваемых отношений имеют возможность влиять на их развитие, что выражается, в частности, в возможности трансформировать их в добровольную форму на любом этапе их течения (в отличие, например, от принудительного лечения, назначаемого в порядке уголовного судопроизводства). Таким образом, отношения, возникающие при недобровольной госпитализации в психиатрический стационар, как и иные правоотношения по оказанию медицинской помощи, имеют частно-публичный характер.

<1> Закон Российской Федерации от 2 июля 1992 г. N 3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" // Ведомости СНД и ВС РФ. 1992. N 33. Ст. 1913 (в ред. ФЗ от 21.07.1998 N 117-ФЗ, от 25.07.2002 N 116-ФЗ, от 10.01.2003 N 15-ФЗ, от 29.06.2004 N 58-ФЗ, от 22.08.2004 N 122-ФЗ); далее - Закон о психиатрической помощи.

Сложный характер материальных правоотношений породил немало споров о процессуальной форме рассмотрения дел о принудительной госпитализации в психиатрический стационар. Первоначально эти полномочия суда оценивались как особые, не вписывающиеся в привычные рамки ни гражданского, ни уголовного, ни административного процесса. Авторы вышедшего вскоре после принятия Закона о психиатрической помощи комментария к нему утверждали, что Закон не предусматривает заранее определенного довольно жесткого порядка рассмотрения заявления о принудительной госпитализации, как это имеет место в гражданском судопроизводстве; порядок рассмотрения заявления определяется в каждом случае судьей исходя из конкретно сложившейся ситуации <2>. Такая позиция не учитывала то, что процессуальная форма - обязательная составляющая часть судебной деятельности.

<2> О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании. Постатейный комментарий к Закону России. М.: Республика, 1993. С. 181.

На смену идее об игнорировании строгой процессуальной формы при рассмотрении таких дел пришла позиция, согласно которой их рассмотрение необходимо производить в соответствии с требованиями гражданского процесса. Она была сформулирована Н.Г. Салищевой и О.А. Егоровой, которые, признавая необходимость применения гражданской процессуальной формы, считали ее использование временным и вынужденным, вызванным отсутствием сформированной административной процессуальной формы <3>.

<3> См.: Законодательство Российской Федерации в области психиатрии: Комментарий к Закону РФ "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании", ГК РФ и УК РФ (в части, касающейся лиц с психическими расстройствами) / Под общ. ред. Т.Б. Дмитриевой. М.: Спарк, 2002. С. 212.

В настоящее время в гражданском процессуальном праве имеются две основные точки зрения относительно вида судопроизводства при рассмотрении дел о принудительной госпитализации. Сторонники одной из них считают, что такие дела необходимо рассматривать как споры, возникающие из публичных правоотношений, другие полагают правильным отнесение их к особому производству.

Первую позицию обосновывают Ю.В. Тихомирова <4>, М.В. Туманова <5>, Н.Г. Бурлакова <6>. Другая позиция еще до принятия нового Гражданского процессуального кодекса была предложена М.К. Треушниковым <7> и М.А. Викут <8>. В учебнике "Гражданский процесс России" мнения соавторов И.М. Зайцева и М.А. Викут о месте данного производства в системе гражданского процесса настолько разошлись, что его анализ был изложен как в отдельной категории "Судебное санкционирование определенных принудительных действий" с отнесением этой категории к судопроизводству по делам из управленческих решений (автор И.М. Зайцев) <9>, так и в разделе "Особое производство" (автор М.А. Викут) <10>.

<4> Тихомирова Ю.В. Производство по делам о принудительной госпитализации гражданина в психиатрический стационар и принудительном психиатрическом освидетельствовании: Дис. на соиск. уч. степ. канд. юрид. наук. М., 2004. С. 68.
<5> Туманова М.В. Защита публично-правовых интересов в гражданском процессе: Дис. ... докт. юрид. наук. СПб., 2002. С. 78.
<6> Бурлакова Н.Г. Процессуальные особенности рассмотрения гражданских дел о принудительной госпитализации граждан в медицинский стационар: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Томск, 2006.
<7> Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу РСФСР / Под ред. М.К. Треушникова. М., 1997. С. 45.
<8> Викут М.А. Судебный контроль за госпитализацией граждан в психиатрический стационар // Вестник СГАП. 1999. N 1(16). С. 20.
<9> Викут М.А., Зайцев И.М. Гражданский процесс России. М., 2001. С. 276.
<10> Викут М.А., Зайцев И.М. Указ. соч. С. 280, 297 - 299.

Несмотря на то что законодатель согласился с последней позицией, ее теоретическое обоснование представляется важным, учитывая неоднократные предложения об изменении структуры ГПК в этой части, а также осуществление административной реформы, в процессе которой вопрос о категориях дел, которые будут отнесены к ведению административной юстиции в случае создания административных судов, остается пока дискуссионным.

Одним из главных аргументов сторонников отнесения этих дел к производству, возникающему из публичных правоотношений, является наличие спора о праве между его участниками, что исключает возможность рассмотрения таких требований в рамках "бесспорного" особого производства.

В юридической литературе относительно содержания понятия "спор о праве" нет единства. Однако большинство авторов разделяют мнение о том, что понятие спора о праве связано не только с разногласием сторон, но прежде всего с определенным состоянием материального правоотношения. Как указывала Н.А. Чечина, спором о праве является такое состояние материального правоотношения, при котором один из субъектов этого отношения не может осуществлять свое право, считает его нарушенным или оспоренным и просит у суда защиты в виде прекращения правонарушения <11>.

<11> Чечина Н.А. Актуальные проблемы гражданского процессуального права // Избранные труды по гражданскому процессу. СПб., 2004. С. 461.

В делах о принудительной госпитализации может присутствовать лишь правовой конфликт, выражающийся в разных мнениях больницы и больного о необходимости госпитализации (в ситуациях, при которых больной не возражает против госпитализации, но и не может выразить в силу болезненного состояния осознанного согласия, отсутствует и этот признак). Правонарушения в действиях больного в момент обращения заявителя в суд не имеется.

Под правонарушением в правовой теории понимается противоправное общественно опасное виновное деяние, влекущее юридическую ответственность. Понятие правонарушения, как правило, связано с нарушением конкретного предписания, закрепленного в правовой норме. Как считает Н.Г. Бурлакова, факт обнаружения у гражданина заболевания, представляющего опасность для окружающих, порождает у него обязанность лечиться во избежание негативных последствий для него самого и неопределенного круга лиц <12>. Вместе с тем еще в 1990 г. Комитет конституционного надзора СССР, анализируя законодательство СССР о принудительном лечении лиц, страдающих алкоголизмом и наркоманией, отметил, что предусмотренная ст. 4 Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о здравоохранении обязанность граждан бережно относиться к своему здоровью не предусмотрена ни Конституцией СССР, ни международными актами о правах человека, в связи с чем она не может обеспечиваться мерами принудительного характера <13>. В настоящее время Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан закрепляют право гражданина на отказ от медицинского вмешательства. Отсутствует обязанность лиц, страдающих психическими расстройствами, госпитализироваться и в Законе о психиатрической помощи. Не давая согласия на госпитализацию при объективной необходимости в ней, гражданин действует в пределах предоставленного ему законом права на получение медицинской помощи на добровольной основе, корреспондирующего с правом на отказ от медицинского вмешательства и правом на свободу и личную неприкосновенность, при этом не допускает нарушения каких-либо конкретных юридических запретов или обязанностей. Однако государство, считая приоритетным реализацию гражданином права на охрану здоровья и получение медицинской помощи, ради этого, а также для охраны правопорядка считает допустимым ограничение права гражданина на свободу и личную неприкосновенность. Само по себе использование правового механизма ограничения прав не свидетельствует о публичном характере правоотношений. Ограничение прав используется всеми отраслями права, например гражданским правом, имеющим ярко выраженный диспозитивный характер. Недобровольная госпитализация является способом ограничения прав гражданина - конституционного права на свободу и личную неприкосновенность и отраслевого права на отказ от медицинского вмешательства, применяемым для пресечения злоупотребления указанными правами.

<12> Бурлакова Н.Г. Указ. соч. С. 8.
<13> Заключение Комитета конституционного надзора СССР от 25 октября 1990 г. N 8(2-10) "О законодательстве по вопросу о принудительном лечении и трудовом перевоспитании лиц, страдающих алкоголизмом и наркоманией" // Ведомости СНД и ВС СССР. 1990. N 47. Ст. 1001.

Отсутствие реального или предполагаемого правонарушения означает и отсутствие спора о праве. В таких делах речь может идти только о превентивной функции предотвращения возможных правонарушений, пресечении злоупотребления правом.

Анализируя дела охранительного производства в российском дореволюционном гражданском процессе, являющегося прообразом современного особого производства, Е.В. Васьковский отмечал, что самой распространенной теорией разграничения искового и охранительного производства наряду с наличием или отсутствием спора была идея о том, что охранительное производство имеет целью предупреждение правонарушений, а исковое - устранение правонарушений и восстановление уже нарушенных прав, так что первое является предупредительной (превентивной), а второе репрессивной юрисдикцией. Превентивный характер судебной защиты по делам особого производства отмечала Н.А. Чечина, указывавшая, что даже установление фактов по бесспорным делам особого производства есть способ предупреждения правонарушения <14>.

<14> Чечина Н.А. Актуальные проблемы гражданского процессуального права // Избранные труды по гражданскому процессу. СПб., 2004. С. 461.

Определяя главные признаки производства по делам, возникающим из административных правоотношений, Д.М. Чечот подчеркивал, что "административный характер правоотношений "в чистом виде", не осложненный какими бы то ни было элементами других правоотношений, является отличительным признаком этого вида судопроизводства" <15>. В случае рассмотрения споров, имеющих смешанную природу, то есть содержащих элементы публично-правовых и частноправовых отношений (например, споров в сфере социального обеспечения, земельных, жилищных споров), процедуры, установленные для рассмотрения споров в сфере публичных правоотношений, не применяются, а используются общие процедуры (исковое, особое). Поскольку материально-правовые отношения по принудительной госпитализации граждан в психиатрический стационар имеют частно-публичную правовую природу, наличие в них публичных элементов не может быть признано достаточным основанием для отнесения производства по этим делам к административной юстиции.

<15> Чечот Д.М. Административная юстиция (теоретические проблемы). Л., 1973. С. 82.

Имеющиеся в настоящее время в ГПК РФ нормы, регулирующие производство по делам, возникающим из публичных правоотношений, позволяют характеризовать его как процесс гражданина против государства (а не наоборот). И.А. Приходько отмечает, что вся логика построения главы 23 ГПК основывается на том, что по указанным в подразделе III раздела II ГПК делам, в отношении которых глава 23 устанавливает общие положения, заявителем выступает гражданин либо юридическое лицо <16>. Дела о принудительной госпитализации гражданина в психиатрический стационар инициируются психиатрической больницей, выступающей в интересах неопределенного круга лиц, и заявленное требование адресовано гражданину.

<16> Приходько И.А. Доступность правосудия в арбитражном и гражданском процессе. Основные проблемы. СПб., 2005.

В отличие от искового особое производство допускает рассмотрение только таких дел, которые прямо предусмотрены законом. Несмотря на то что такая общая тенденция развития права, как расширение судебной подведомственности, действует и в особом производстве, отмеченное правило продолжает оставаться в особом производстве в качестве его сущностной характеристики.

Оно, в свою очередь, обусловлено тем, что в этом производстве рассматриваются дела, которые могли бы быть рассмотрены иными органами, а часто и рассматривались иными органами до установления судебной подведомственности. В литературе отмечается, что "история дел особого производства в России и других государствах - это история перераспределения компетенции между судом и другими государственными органами... когда по тем или иным причинам становится невозможным или затруднительным установление указанных выше обстоятельств иными государственными структурами, это передается суду" <17>. Судебная подведомственность принудительной госпитализации явилась результатом перераспределения (перемещения) компетенции между органами здравоохранения и судами.

<17> Аргунов В.Н. Специальные виды производства по защите нарушенного права и охраняемого законом интереса // Юридический мир. 1998. Апрель. С. 22.

Таким образом, особое производство как самостоятельный вид судопроизводства характеризуется отсутствием спора о праве, превентивным характером судебной защиты, особенностями подведомственности, заключающимися в перераспределении компетенции между судом и другими органами. Все эти признаки характерны для дел о принудительной госпитализации гражданина в психиатрический стационар. С учетом этого можно сделать вывод о том, что рассмотрение дел о принудительной госпитализации гражданина в психиатрический стационар должно производиться в порядке особого производства.