Мудрый Юрист

Обобщение судебно-арбитражной практики дел, рассмотренных ФАС сзо, связанных с применением антимонопольного законодательства *

<*> Продолжение темы. См.: АС. N 3(39)/2007.

Хохлов Д.В., судья Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа.

Дела, связанные с применением статьи 6 Закона о конкуренции

Следует отметить, что дела данной категории встречаются в практике ФАС СЗО достаточно редко. Именно поэтому автор обращается к делу, рассмотренному ФАС СЗО несколько лет назад.

Представленное ниже дело является первым не только в практике ФАС СЗО, но и в российской судебной арбитражной практике.

Оно представляет интерес в силу своей исключительности и значимости, количества привлеченных к ответственности хозяйствующих субъектов.

Очевидно, что содержащиеся в приведенном Постановлении выводы, в том числе относительно определения судом круга и объема доказательств согласованных действий хозяйствующих субъектов, носят практический характер и вносили в период действия Закона о конкуренции, при наличии пробелов в правовом регулировании, определенную ясность.

Так, суд кассационной инстанции указал, что "доказательством согласованности действий компаний, участвующих в настоящем деле в качестве истцов, направленных на незаконное повышение цен на автомобильное топливо, является поведение (фактические действия) этих хозяйствующих субъектов на товарном рынке розничной продажи автомобильного топлива:

На сегодняшний день в Законе о защите конкуренции устранены пробелы и в соответствии со стандартами Европейского сообщества.

  1. Для применения запретов, установленных статьей 6 (часть первая) Закона о конкуренции, необходимо и достаточно установить факт наличия согласованных действий, их преднамеренность и направленность на ограничение конкуренции и нарушение прав хозяйствующих субъектов.

Дело Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области N А56-22220/99

Обстоятельства дела.

В соответствии с Приказом руководителя Территориального управления по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Министерства по антимонопольной политике Российской Федерации (далее - территориальное управление) было проведено расследование причин кризисной ситуации, сложившейся на рынке нефтепродуктообеспечения Санкт-Петербурга и Ленинградской области в конце апреля - начале мая 1999 года, начавшейся с перебоев в снабжении бензином марки Аи-92 и последовавшим за этим резким (более чем в 2 раза) повышением цен на все виды автомобильного топлива.

По результатам анализа материалов, истребованных у 23 участников рынка оптовой, розничной реализации автомобильного топлива, территориальное управление по собственной инициативе возбудило дело в отношении 11 хозяйствующих субъектов по признакам нарушения ими статьи 6 Закона РСФСР "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" <1> (далее - Закон о конкуренции), выразившееся в согласованных действиях на рынке розничных продаж автомобильного топлива, направленных на повышение и поддержание цен и имеющих своим результатом ограничение конкуренции.

<1> См.: Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1991. N 16. Ст. 499; Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1992. N 32. Ст. 1882, N 34. Ст. 1966; Собрание законодательства РФ. 1995. N 22. Ст. 1977; Российская газета. N 89. 1998; Российская газета. N 1 - 3. 2000.

В результате рассмотрения дела территориальное управление вынесло решение о признании АОЗТ ТИК "Балт-Трейд", ЗАО "Киришиавтосервис", ЗАО "ЛУКОЙЛ-Санкт-Петербург", ООО "Оптовая фирма "ПТК", ООО "ПТК-Сервис", ЗАО "Транссервис", ООО "Фаэтон", ООО "Шелл АЗС", ООО "Эко-Белм", имеющим в совокупности долю на рынке розничных продаж автомобильного топлива более 35%, нарушившим пункт 1 статьи 6 Закона о конкуренции, что выразилось в согласованных действиях между ними, направленных на повышение цен на нефтепродукты в период с 27 - 30 апреля 1999 года в городе Санкт-Петербурге и поддержание их до 28 мая 1999 года, что имело своим результатом ограничение конкуренции.

На основании решения территориальное управление выдало предписания от 21.07.99 NN 04-902/37-6, 03-902/37-1, 03-902/37-9, 03-902/37-2, 03-902/37-3, 03-902/37-8, 04-902/37-4, 04-902/37-7, согласно которым названные компании были обязаны перечислить в доход федерального бюджета прибыль, полученную в результате нарушения антимонопольного законодательства с 27 апреля до 28 мая 1999 года.

Компании обратились в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исками к территориальному управлению о признании решения и выданных на его основе предписаний недействительными по тем мотивам, что ответчиком:

Суд первой инстанции, отказав в удовлетворении исковых требований, указал на отсутствие объективных экономических (рыночных) причин для резкого роста цен на автомобильное топливо и о доказанности согласованности действий истцов, направленных на повышение цен.

Постановлением апелляционной инстанции решение суда отменено, иск удовлетворен. Решение и предписания территориального управления признаны недействительными со ссылкой на то, что одновременное повышение цен на нефтепродукты, то есть параллельное поведение, может являться косвенным доказательством согласованных действий, однако само по себе параллельное поведение недостаточно для того, чтобы установить совершение правонарушения в форме согласованных действий. Каких-либо дополнительных доказательств позитивных контактов между истцами (встреч, переписки), направленных на установление и поддержание высоких цен на топливо, территориальным управлением не представлено. Кроме того, параллельные действия хозяйствующих субъектов могут объясняться влиянием одних и тех же рыночных факторов на самостоятельные компании, необходимостью разумно приспособиться к рыночным условиям и поведению конкурентов. Судом апелляционной инстанции сделан вывод о том, что на поведение компаний воздействовали различные объективные рыночные факторы, параллельное поведение истцов в политике ценообразования было вызвано необходимостью хозяйствующих субъектов разумно приспособиться к рыночным условиям и поведению конкурентов.

В кассационной жалобе территориальное управление просило отменить постановление апелляционной инстанции как принятое с нарушением норм материального и процессуального права, выразившимся в неправильном толковании положений статьи 6 Закона о конкуренции. В частности, в жалобе указано, что суд второй инстанции неверно определил круг обстоятельств, подлежащих доказыванию, а также неправильно применил статью 4 названного Закона. Управление также указало, что параллельная ценовая политика, проводимая независимыми предприятиями на рынке розничной реализации автомобильного топлива, может быть проявлением согласованности между этими предприятиями. Такое параллельное поведение не может быть объяснено иначе, как косвенными контактами между этими предприятиями, цель которых - осуществление определенной линии поведения этими предприятиями на рынке.

Постановлением кассационной инстанции Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа постановление апелляционной инстанции отменено в части.

Позиция кассационной инстанции.

По мнению кассационной инстанции, территориальное управление доказало в действиях истцов наличие всех признаков состава правонарушения, предусмотренного пунктом 1 статьи 6 Закона о конкуренции. Вместе с тем решение суда и постановление апелляционной инстанции в части отказа в иске о признании недействительными предписаний как недостаточно обоснованных при определении размера прибыли отменены, поскольку судебные инстанции не исследовали методику, примененную ответчиком при определении суммы прибыли, правильность расчета прибыли, подлежащей перечислению в федеральный бюджет на основании предписаний территориального управления. Дело передано на новое рассмотрение в суд первой инстанции для решения вопроса о нормах права, подлежащих применению при определении прибыли, полученной истцами в результате нарушения пункта 1 статьи 6 Закона о конкуренции. Кроме того, кассационная инстанция указала на необходимость истребования у территориального управления дополнительных доказательств, обосновывающих методику определения и расчета прибыли, обязания сторон произвести сверку расчетов; рассмотрения вопроса о целесообразности назначения экспертизы на предмет определения размера прибыли, полученной в результате нарушения антимонопольного законодательства.

В остальной части решение арбитражного суда оставлено в силе.

При рассмотрении приведенного дела возникли материально-правовые и процессуальные вопросы, которые имеют практическое значение. О соотношении в статье 6 Закона о конкуренции понятий "соглашение" и "согласованные действия" и их разграничение. Об объеме доказательств, которые антимонопольный орган в соответствии со статьей 53 АПК РФ должен представить суду для установления факта согласованных действий. Следует отметить, определяя соотношение понятий "соглашение" и "согласованные действия" и разграничивая их, становится очевидным, что в подтверждение соглашения в арбитражном суде антимонопольный орган представляет доказательства формализованных соглашений (письменные доказательства). В то же время для доказанности согласованных действий представление антимонопольным органом письменных доказательств не только не требуется, но и невозможно, поскольку неформализованные соглашения доказываются путем предоставления косвенных доказательств.

Одним из мотивов признания недействительным акта антимонопольного органа судом апелляционной инстанции был тот, что параллельное поведение, являясь косвенным доказательством согласованных действий, не может быть достаточным само по себе, чтобы установить факт правонарушения истцов в форме согласованных действий. Антимонопольному органу, по мнению суда, необходимо представить в суд дополнительные доказательства позитивных контактов между истцами (встреч, переписки), направленных на установление и поддержание высоких цен на топливо.

Кассационная инстанция, отменяя постановление апелляционной инстанции в части, указала, что, сделав вывод об использовании в Законе о конкуренции понятий "соглашение" и "согласованные действия" в качестве синонимов, обозначающих умышленные действия нескольких хозяйствующих субъектов, совершаемые на основе предварительной договоренности в любых формах, суд апелляционной инстанции неправильно определил круг обстоятельств, подлежащих доказыванию, объем и критерии доказанности согласованных действий, поскольку ни Закон о конкуренции (статья 4), ни Методические рекомендации по определению доминирующего положения хозяйствующего субъекта на товарном рынке (далее - Методические рекомендации), утвержденные Приказом Государственного комитета Российской Федерации по антимонопольной политике и поддержке новых экономических структур (далее - ГКАП Российской Федерации) от 03.06.94 N 67, не дают определение понятию "согласованные действия". В пункте 2.4.2 Методических рекомендаций, на которые ссылается суд второй инстанции, содержится лишь указание на виды соглашений (формализованные - явные и неформализованные - тайные), а также то, что можно отнести к каждому из этих видов соглашений (создание предприятий, проведение форумов и совещаний).

Из содержания статьи 6 и общего смысла Закона о конкуренции можно сделать вывод, что соглашение - это достигнутая между хозяйствующими субъектами договоренность о координации тех или иных аспектов предпринимательской деятельности, результатом которой является (может являться) ограничение или устранение конкуренции на соответствующем товарном рынке или ограничение прав потребителей. Согласованные действия - это скоординированные и направленные действия хозяйствующих субъектов, сознательно ставящих свое поведение в зависимость от поведения других участников рынка, результатом которых также является (может явиться) ограничение или устранение конкуренции на соответствующем товарном рынке.

Из вышеприведенных определений кассационная инстанция сделала вывод, что понятия "соглашение" и "согласованные действия" не тождественны, но равнозначны и представляют собой различные формы согласования. Для применения запретов, установленных статьей 6 (часть первая) Закона о конкуренции, не обязательно доказывать, что соглашение действительно было заключено в устной или письменной форме, достаточно установить факт наличия согласованных действий, их преднамеренность и направленность на ограничение конкуренции и нарушение прав потребителей.

Доказательством согласованности действий компаний, участвующих в настоящем деле в качестве истцов, направленных на незаконное повышение цен на автомобильное топливо, является поведение (фактические действия) этих хозяйствующих субъектов на товарном рынке розничной продажи автомобильного топлива:

Разница в ценах у истцов (после их повышения) сама по себе не исключает того, что цены установлены в рамках скоординированных действий. Кроме того, в рассматриваемый период закупочные цены на автомобильное топливо практически остались на прежнем уровне, себестоимость реализации продукции (топлива) в розницу у хозяйствующих субъектов сколько-нибудь существенно не увеличилась, следовательно, отсутствовали объективные обстоятельства для повышения продавцами цен на топливо, на что правомерно указал суд первой инстанции в своем решении.

Кассационная инстанция согласилась с выводом арбитражного суда первой инстанции об отсутствии объективных экономических (рыночных) причин для резкого роста цен на автомобильное топливо и о доказанности согласованности действий истцов, направленных на повышение цен, а также с доводами управления в том, что возможность поддержания в течение длительного времени высокого уровня цен имела место в результате скоординированной ценовой политики участников рынка.

Как видно из материалов дела, ЗАО "Транссервис", ООО "ПТК-Сервис", ЗАО "Невская топливная компания" осуществляли розничную торговлю автомобильным топливом на основании договора комиссии с ООО "ОФ "Петербургская топливная компания", а АОЗТ "Балтик-Трейд" - на основании договора комиссии с ООО "Эко-Белм". Согласно этим договорам ООО "ОФ "Петербургская топливная компания" (комитент) устанавливало путем выдачи "специальных заданий" минимальную цену реализации автомобильного топлива в розничной торговле. Вознаграждение комиссионеров зависело не только от объема продаж, как утверждает апелляционная инстанция, оно выплачивалось и в виде процента от суммы полученной разницы между фактической и минимальной ценами реализации (пункт 4.2 договора). Минимальная цена реализации в рассматриваемый период комитентом постоянно повышалась.

Следовательно, комитентом (оптовым продавцом) непосредственно устанавливались розничные цены на топливо, а комиссионеры были заинтересованы в повышении розничных цен путем их установления выше минимальной цены.

Аналогичным образом комитент - ООО "Эко-Белм" устанавливал розничные цены комиссионеру - АОЗТ "Балт-Трейд", являющемуся субъектом розничного рынка.

В соответствии со статьей 4 Закона о конкуренции группа лиц - это группа юридических и (или) физических лиц, применительно к которым выполняется следующее условие: между двумя или более лицами заключен договор, согласно которому они получили возможность определять условия ведения предпринимательской деятельности одним или несколькими участниками договора или иными лицами. Положения Закона о конкуренции, относящиеся к хозяйствующим субъектам, распространяются и на группу лиц.

Условия вышеназванных договоров комиссии, в частности порядок определения розничной цены, свидетельствуют о наличии у комитентов (ООО "ОФ "Петербургская топливная компания" и ООО "Эко-Белм") возможности определять условия ведения комиссионерами предпринимательской деятельности, что позволяет признать комитентов и комиссионеров группой лиц и распространить на них положения части первой статьи 6 Закона о конкуренции.

По мнению суда кассационной инстанции, управлением представлены доказательства, в полной мере свидетельствующие, что совокупная доля компаний на рынке розничной продажи автомобильного топлива превышает 35% не только по объему реализованного топлива (как это требует Закон), но и по наличию производственных мощностей. Из справки о положении хозяйствующих субъектов на товарном рынке видно, что объем реализации топлива компаниями в январе - мае 1999 года составил 49,82%. Данное обстоятельство в постановлении суда апелляционной инстанции не опровергается.

Кассационная инстанция сделала вывод, что доводы истцов о том, что управлением привлечены к ответственности не все лица, повысившие в апреле - мае 1999 года цены на автомобильное топливо, не являются основанием для признания недействительными оспариваемых истцами ненормативных актов и не могут быть приняты во внимание, поскольку совокупная доля привлеченных к ответственности компаний на рынке розничной продажи автомобильного топлива превышает 35%.

Кроме того, наряду с поведением хозяйствующего субъекта кассационная инстанция указала на необходимость оценивать и последствия, к которым привели согласованные действия.

Совершая согласованные действия по повышению розничной цены на автомобильное топливо, компании получили возможность воздействовать на общие условия обращения этого товара на рынке. В свою очередь, розничные потребители были поставлены перед фактом резкого повышения цен. Указанными действиями участники рынка розничной продажи автомобильного топлива ограничили состязательность в установлении цены на привлекательном для потребителей уровне и создали положение, при котором каждому из хозяйствующих субъектов было невозможно односторонне воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке розничной реализации автомобильного топлива.

Кроме того, в Постановлении суда указано, что достижение фактического эффекта - получения сверхприбыли - от согласованных действий, направленных на незаконное повышение цен, или его отсутствие не может приниматься во внимание при квалификации действий хозяйствующих субъектов по части первой статьи 6 Закона о конкуренции.

Кассационная инстанция посчитала неправильным то, что, принимая постановление по настоящему делу, суд апелляционной инстанции при определении объема доказательств и их оценке учел концептуальные подходы Европейского суда, поскольку в соответствии со статьей 59 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд при вынесении решения оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Учитывая изложенное, кассационная инстанция посчитала, что управление доказало наличие в действиях истцов всех признаков состава правонарушения, предусмотренного пунктом 1 статьи 6 Закона о конкуренции, в связи с чем постановление апелляционной инстанции в части признания недействительным решения управления от 21.07.99 N 03-35 отменено, а решение суда в указанной части - оставлено в силе.

Важным, на наш взгляд, является следующий вывод кассационной инстанции об определении размера взыскиваемой антимонопольным органом прибыли.

"Согласно статье 22 Закона о конкуренции в случае нарушения антимонопольного законодательства коммерческие организации обязаны в соответствии с предписаниями федерального антимонопольного органа перечислить в федеральный бюджет прибыль, полученную в результате нарушения.

В предписаниях управления, выданных истцам, содержится требование о перечислении в доход федерального бюджета прибыли, полученной в период с 27.04.99 по 28.05.99 в результате нарушения пункта 1 статьи 6 Закона о конкуренции, с указанием конкретной суммы денежных средств.

Из представленных управлением расчетов прибыли, полученной в результате нарушения антимонопольного законодательства, усматривается, что истцам предписано перечислить в бюджет суммы, исчисленные как разница между фактически полученными денежными средствами за период с 27.04.99 по 28.05.99 и суммами, которые должны были быть получены, исходя из стоимости автомобильного топлива, установленной на 28.05.99, за вычетом сумм отдельных налогов, подлежащих уплате в бюджет.

В антимонопольном законодательстве не дано определение понятия "прибыль" и отсутствует методика расчета прибыли, полученной в результате нарушения статьи 6 Закона о конкуренции.

По мнению некоторых истцов, изложенному в исковых заявлениях, при определении размера прибыли следует руководствоваться Законом Российской Федерации "О налоге на прибыль предприятий и организаций" (ООО "Несте-СПб", ООО "Фаэтон"), Постановлением Правительства Российской Федерации от 05.08.92 N 552 (ЗАО "Транссервис"), исключая затраты, подлежащие отнесению на себестоимость продукции. Кроме того, ООО "Фаэтон" в исковом заявлении, апелляционной жалобе и в отзыве на кассационную жалобу указывает, что в расчете управления имеется арифметическая ошибка, объем реализации топлива занижен, а выручка от реализации - завышена, не учтены суммы, перечисленные комитенту.

Определений об обязании сторон по делу произвести сверку расчетов полученной прибыли суд не выносил (за исключением определения от 13.09.99, касающегося АОЗТ "Балт-Трейд" и управления).

Арбитражный суд, принимая решение, не исследовал вышеприведенные возражения истцов и не дал им оценку, ограничившись констатацией правильности расчета управления. Суд апелляционной инстанции, проверяя законность и обоснованность решения арбитражного суда в полном объеме, в своем постановлении не отразил вопрос правильности исчисления прибыли, указанной в оспариваемых предписаниях.

Судебные инстанции не исследовали методику, примененную ответчиком при определении суммы прибыли, и правильность расчета прибыли, подлежащей перечислению в федеральный бюджет на основании предписаний управления, в связи с чем судебные акты в этой части являются недостаточно обоснованными".

Поэтому кассационная инстанция посчитала, что решение суда и постановление апелляционной инстанции в части исковых требований о признании недействительными предписаний управления подлежало отмене, а дело в этой части - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела кассационная инстанция дала указание: арбитражному суду следует решить вопрос о нормах права, подлежащих применению при определении прибыли, полученной истцами в результате нарушения пункта 1 статьи 6 Закона о конкуренции; истребовать у управления дополнительные доказательства, обосновывающие методику определения и расчет прибыли; обязать стороны произвести сверку расчетов; рассмотреть вопрос о целесообразности назначения экспертизы на предмет определения размера прибыли, полученной в результате нарушения антимонопольного законодательства.

Дела, связанные с применением статьи 7 Закона о конкуренции

Требование Россельхознадзора об обязательном указании в заявке на выдачу фитосанитарных сертификатов номера вагона не имеет или не может иметь своим результатом недопущение, ограничение, устранение конкуренции на рынке оптовой торговли лесоматериалами.

Антимонопольный орган не обосновал наличие причинно-следственной связи между действиями заявителя и наличием препятствий для участников названного товарного рынка к эффективному ограничению возможности каждого из них односторонне воздействовать на общие условия обращения товара.

Дело N А13-2932/2006-27

Обстоятельства дела.

Управление Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Вологодской области (далее - Россельхознадзор) отказало ЗАО "Австрофор" в выдаче фитосанитарных сертификатов на вывозимые за пределы Российской Федерации лесоматериалы, поскольку в заявке не были указаны номера железнодорожных вагонов.

Действия заявителя послужили основанием для принятия антимонопольным органом решения и выдачи предписания. Требование Россельхознадзора об обязательном указании номера вагона при выдаче фитосанитарного сертификата расценено УФАС как нарушение положений статьи 7 Закона о конкуренции.

Антимонопольный орган посчитал, что такое требование ограничивает самостоятельность лесопромышленных организаций, ущемляет их интересы, приводит к простою вагонов и возникновению убытков и может привести к ограничению конкуренции на рынке оптовой торговли лесоматериалами. Заявителю предписано прекратить нарушение антимонопольного законодательства.

Россельхознадзор обратился в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании недействительными решения и предписания Управления Федеральной антимонопольной службы по Вологодской области (далее - УФАС).

Решением суда в удовлетворении заявленных Россельхознадзором требований отказано.

Постановлением апелляционной инстанции решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Россельхознадзор просил отменить судебные акты и удовлетворить заявление. По мнению подателя жалобы, указание в фитосанитарном сертификате номера железнодорожного вагона согласуется с международными и национальными правовыми нормами и направлено на повышение безопасности грузов после сертификации до момента вывоза, предотвращение замены подкарантинной продукции и повторного заражения.

Россельхознадзор также считает, что определение о возбуждении дела по признакам нарушения антимонопольного законодательства не соответствует положениям пункта 2.2 Правил рассмотрения дел о нарушениях антимонопольного законодательства, утвержденных Приказом Федеральной антимонопольной службы от 02.02.2005 N 12.

Позиция кассационной инстанции.

Отказывая Россельхознадзору в удовлетворении заявления, суды первой и апелляционной инстанций усмотрели в его действиях нарушение требований статьи 7 Закона о конкуренции.

Кассационная коллегия не согласилась с выводами суда первой и апелляционной инстанций, указав на неправильное применение ими норм материального права.

Согласно статье 8 Федерального закона от 15.07.2000 N 99-ФЗ "О карантине растений" вывоз с территории Российской Федерации подкарантинной продукции (подкарантинного материала, подкарантинного груза) в случаях, предусмотренных правилами и нормами обеспечения карантина растений, разрешается, если имеется фитосанитарный сертификат, удостоверяющий соответствие подкарантинной продукции (подкарантинного материала, подкарантинного груза) требованиям правил и норм обеспечения карантина растений. Каждая партия подкарантинной продукции (подкарантинного материала, подкарантинного груза), вывозимой с территории Российской Федерации, сопровождается фитосанитарным сертификатом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Закона о конкуренции федеральным органам исполнительной власти, органам государственной власти субъектов Российской Федерации, органам местного самоуправления, иным наделенным функциями или правами указанных органов власти органам или организациям запрещается принимать акты и (или) совершать действия, которые ограничивают самостоятельность хозяйствующих субъектов, создают дискриминационные условия деятельности отдельных хозяйствующих субъектов, если такие акты или действия имеют либо могут иметь своим результатом недопущение, ограничение, устранение конкуренции и ущемление интересов хозяйствующих субъектов.

Под конкуренцией понимается состязательность хозяйствующих субъектов, когда их самостоятельные действия эффективно ограничивают возможность каждого из них односторонне воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке (статья 4 Закона о конкуренции).

В материалах дела отсутствовали доказательства, свидетельствующие о том, что требование Россельхознадзора об обязательном указании в заявке на выдачу фитосанитарных сертификатов номера вагона имеет или может иметь своим результатом недопущение, ограничение, устранение конкуренции на рынке оптовой торговли лесоматериалами.

Антимонопольный орган, по мнению суда кассационной инстанции, не обосновал наличие причинно-следственной связи между действиями заявителя и наличием препятствий для участников названного товарного рынка к эффективному ограничению возможности каждого из них односторонне воздействовать на общие условия обращения товара.

Требование Россельхознадзора основано на указаниях вышестоящего органа и в равной степени относится ко всем лесопромышленным организациям, экспортирующим древесину железнодорожным транспортом. Само же по себе ущемление интересов хозяйствующих субъектов, не сопряженное с негативными последствиями для конкурентной среды или угрозой наступления таких последствий, не охватывается диспозицией пункта 1 статьи 7 Закона о конкуренции.

Учитывая изложенное, кассационная инстанция отменила обжалуемые судебные акты, а заявление Россельхознадзора удовлетворило.

Дела, связанные с применением статьи 8 Закона о конкуренции

Заключение администрацией договора без проведения конкурса не повлекло последствий (угрозы наступления последствий), указанных в пункте 1 статьи 7 и статье 8 Закона о конкуренции.

Дело N А13-6487/2005-27

Обстоятельства дела.

Во исполнение распоряжения главы города Вологды администрация в лице комитета жилищно-коммунального хозяйства и транспорта заключила с предприятием договор, в соответствии с которым последнему поручено организовать работы по реализации единых льготных именных проездных билетов для отдельных категорий граждан в пунктах распространения, принадлежащих перевозчикам, в том числе обществу, а также Вологодскому отделению Сберегательного банка Российской Федерации, расположенных в городе Вологде.

Согласно дополнениям к договору, реализация единых льготных именных проездных билетов должна производиться в пунктах распространения, принадлежащих предприятию, Вологодскому отделению Сберегательного банка Российской Федерации и Федеральному государственному унитарному предприятию "Почта России".

Распоряжением главы города Вологды предприятию поручено распределить финансовые средства, полученные от реализации единых льготных именных проездных билетов, между организациями города Вологды, осуществляющими перевозки пассажиров по указанным билетам, в процентном отношении, определенном представительным органом местного самоуправления.

Решением управления Федеральной антимонопольной службы по Вологодской области (далее - УФАС) действия администрации по заключению договора без проведения конкурса и передаче функций органа власти по распределению финансовых средств между перевозчиками хозяйствующему субъекту расценены как нарушение требований статей 7, 8 Закона о конкуренции.

Предписанием антимонопольный орган обязал администрацию отменить распоряжения главы города Вологды и расторгнуть договор.

Администрация города Вологды (далее - администрация) обратилась в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании недействительными решения и предписания УФАС.

Решением суда заявленные администрацией требования удовлетворены.

Признавая оспариваемые ненормативные акты УФАС недействительными, суд не усмотрел в действиях администрации нарушений антимонопольного законодательства. Суд посчитал, что заключение договора с предприятием без проведения конкурса соответствует положениям статьи 72 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее - БК РФ) и решению Вологодской городской Думы.

Суд также указал на то, что полномочия по распределению финансовых средств между перевозчиками администрацией предприятию не передавались.

В апелляционной инстанции дело не рассматривалось.

В кассационной жалобе УФАС просило отменить решение в связи с неправильным применением судом норм материального права.

По мнению подателя жалобы, администрация, заключив договор на организацию работ по реализации единых льготных именных проездных билетов с государственным унитарным предприятием Вологодской области "Областная дирекция автобусных перевозок" (далее - предприятие), отказала в осуществлении аналогичной деятельности открытому акционерному обществу "Вологдаэлектротранс" (далее - общество), чем устранила последнее с рынка продажи единых льготных именных проездных билетов и ограничила его самостоятельность.

Кроме того, антимонопольный орган считал, что в нарушение требований статьи 7 Закона о конкуренции администрация наделила предприятие функциями органа власти по распределению финансовых средств между перевозчиками.

Позиция кассационной инстанции.

В соответствии с Законом Вологодской области от 26.01.2005 N 20-ОЗ "О мерах социальной поддержки отдельных категорий граждан при проезде на транспорте на территории Вологодской области" лица, в отношении которых осуществляется социальная поддержка за счет средств областного бюджета, имеют право на приобретение по месту жительства единого именного льготного месячного проездного билета стоимостью 200 рублей для проезда на всех видах городского пассажирского транспорта (кроме такси) и на автомобильном транспорте общего пользования (кроме такси) внутрирайонных маршрутов (статья 2). Порядок предоставления мер социальной поддержки, установленных этим Законом, определяется правительством области (статья 4).

Порядок реализации названного Закона утвержден постановлением правительства Вологодской области. Порядок реализации мер социальной поддержки отдельных категорий граждан при проезде на транспорте на территории Вологодской области, в отношении которых оказание мер социальной поддержки относится к ведению Российской Федерации, утвержден постановлением Правительства Вологодской области.

Согласно названным нормативным правовым актам организация транспортного обслуживания льготных категорий граждан, а также изготовление и продажа единых именных льготных месячных проездных билетов осуществляются органами местного самоуправления области (пункт 1.2). Распределение финансовых средств между организациями, осуществляющими перевозки пассажиров по единым именным льготным месячным проездным билетам, производится в порядке, утверждаемом органами местного самоуправления области (пункт 2.6).

В силу решения Вологодской городской Думы от 16.05.2002 N 497 "О распределении средств, переданных по взаимным расчетам из фонда компенсаций на выполнение Федеральных законов "О ветеранах", "О социальной защите инвалидов в РФ" и гражданам, пострадавшим от радиации, в части предоставления льгот на транспорте" общество получает 32,4% средств, передаваемых в городской бюджет из федерального и областного бюджетов на реализацию федеральных законов по предоставлению льгот на транспорте. Финансовые средства, полученные от реализации единых именных льготных месячных проездных билетов, распределяются предприятием между организациями-перевозчиками в том же процентном соотношении (распоряжение главы города Вологды от 14.03.2005 N 89).

Во исполнение приведенных нормативных положений администрация заключила с предприятием договор на организацию работ по реализации единых льготных именных проездных билетов. При этом, учитывая, что продажа единых именных льготных месячных проездных билетов входит в компетенцию органов местного самоуправления, администрация свободна в решении вопроса, каким образом организовать такую продажу: самостоятельно или путем заключения соответствующего договора с хозяйствующим субъектом.

В пункте 3 статьи 7 Закона о конкуренции содержится запрет на наделение хозяйствующих субъектов функциями и правами органов власти.

Как следует из договора и распоряжения главы города Вологды, предприятие закупает за счет средств городского бюджета бланки единых именных льготных месячных проездных билетов, организует продажу этих билетов через пункты распространения, аккумулирует полученные от продажи денежные средства и производит расчеты с организациями-перевозчиками по нормативам, установленным органом местного самоуправления. Никакими властными полномочиями, в том числе связанными с распределением денежных средств между организациями-перевозчиками, предприятие не обладает. Оно лишь производит расчеты с указанными организациями, руководствуясь условиями договора и требованиями местного законодательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Закона о конкуренции федеральным органам исполнительной власти, органам государственной власти субъектов Российской Федерации, органам местного самоуправления, иным наделенным функциями или правами указанных органов власти органам или организациям запрещается принимать акты и (или) совершать действия, которые ограничивают самостоятельность хозяйствующих субъектов, создают дискриминационные условия деятельности отдельных хозяйствующих субъектов, если такие акты или действия имеют либо могут иметь своим результатом недопущение, ограничение, устранение конкуренции и ущемление интересов хозяйствующих субъектов.

В силу статьи 8 Закона о конкуренции запрещается заключение в любой форме соглашений или осуществление согласованных действий федеральных органов исполнительной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, иных наделенных функциями или правами указанных органов власти органов или организаций между собой либо между ними и хозяйствующим субъектом, в результате которых имеются или могут иметь место недопущение, ограничение, устранение конкуренции и ущемление интересов хозяйствующих субъектов.

Приведенными нормами запрещаются лишь такие действия (акты, соглашения) органов власти, которые имеют (могут иметь) своим результатом недопущение, ограничение, устранение конкуренции.

Согласно статье 4 Закона о конкуренции под конкуренцией понимается состязательность хозяйствующих субъектов, когда их самостоятельные действия эффективно ограничивают возможность каждого из них односторонне воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

Как было видно из материалов дела, предприятие является единственным продавцом, осуществляющим реализацию единых именных льготных месячных проездных билетов в городе Вологде, в том числе через пункты распространения, принадлежащие другим хозяйствующим субъектам (Сберегательный банк Российской Федерации и Федеральное государственное унитарное предприятие "Почта России"). Владельцы пунктов распространения билетов, включая организаций перевозчиков, не являются субъектами (даже потенциальными) рынка продажи этих билетов, поскольку денежные средства, полученные от их продажи, не поступают в распоряжение данных организаций. Указанные денежные средства аккумулируются предприятием и распределяются между организациями-перевозчиками в процентном отношении, определенном органом местного самоуправления.

Таким образом, реализация единых именных льготных месячных проездных билетов производится по фиксированной цене (200 рублей) лишь определенным категориям граждан (при наличии соответствующих документов), а денежные средства от этой реализации распределяются между организациями-перевозчиками в заранее определенном процентном отношении. Следовательно, хозяйствующие субъекты - владельцы пунктов распространения билетов лишены возможности односторонне воздействовать на общие условия обращения билетов (эти условия закреплены нормативно), в связи с чем на названном товарном рынке отсутствует конкуренция.

При таких обстоятельствах кассационная инстанция пришла к выводу о том, что действия администрации ошибочно расценены антимонопольным органом как нарушающие положения статей 7, 8 Закона о конкуренции.

Вместе с тем кассационная инстанция посчитала ошибочным вывод суда о том, что договор правомерно заключен администрацией с предприятием без проведения конкурса.

По условиям договора предприятие производит закупку бланков единых именных льготных месячных проездных билетов за счет средств городского бюджета, а следовательно, этот договор отвечает признакам муниципального контракта, предусмотренным пунктом 1 статьи 72 БК РФ.

В силу пункта 2 статьи 72 БК РФ муниципальные контракты размещаются на конкурсной основе, если иное не установлено федеральными законами, законами и законодательными актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления.

В обоснование правомерности заключения администрацией договора без проведения конкурса суд сослался на пункт 19 Положения о закупках и поставках товаров, работ, услуг, финансируемых за счет средств городского бюджета, утвержденного решением Вологодской городской Думы.

В соответствии с названной нормой заказчику разрешается производить закупки продукции без применения конкурсных процедур в объеме, не превышающем 500 установленных законом минимальных размеров оплаты труда.

Однако согласно пункту 2 статьи 12 Федерального закона "О финансовых основах местного самоуправления в Российской Федерации" размещение муниципального заказа на выполнение работ (оказание услуг), финансируемых за счет средств местного бюджета, осуществляется на основе открытого конкурса, правила которого устанавливаются представительным органом местного самоуправления.

Приведенная норма сформулирована императивно и является специальной по отношению к пункту 2 статьи 72 БК РФ. При этом в компетенцию представительного органа местного самоуправления входит лишь установление правил открытого конкурса, но не оснований для внеконкурсного размещения муниципального заказа на выполнение работ.

Тем не менее в данном случае заключение администрацией договора без проведения конкурса не повлекло последствий (угрозы наступления последствий), указанных в пункте 1 статьи 7 и статье 8 Закона о конкуренции, в связи с чем кассационная инстанция не находит оснований для отмены обжалуемого решения суда.

Дела, связанные с применением статьи 9 Закона о конкуренции

  1. При формировании лотов департаментом государственного заказа Тверской области не было допущено нарушение статьи 9 Закона о конкуренции, поскольку в конкурсной документации не содержалось требований к товарам или их производителям, ограничивающих количество участников размещения заказа или доступ к участию в конкурсе либо создающих преимущественные условия для отдельных участников конкурса.

Кроме того, в состав соответствующих лотов включены товары, технологически и функционально связанные друг с другом.

Дело N А66-3997/2006 от 27.11.2006

Обстоятельства дела.

Департамент государственного заказа Тверской области (далее - департамент) и УГИБДД утвердили конкурсную документацию открытого конкурса на право заключения государственных контрактов на поставку специальной продукции для нужд УГИБДД.

В состав лота N 2 включены государственные регистрационные знаки: "АВТО" тип 1, "МОТО" тип 4, "ПРИЦЕП" тип 2 и "ТРАНЗИТ" тип 19, на каждый из которых выдается отдельное свидетельство. В состав лота N 4 включена различная полиграфическая продукция, включая бланк временного разрешения на право управления транспортным средством, изготовление которого лицензируется.

По итогам рассмотрения жалобы ООО "Знак" Управления Федеральной антимонопольной службы по Тверской области (далее - УФАС) приняло решение от 03.04.2006 N 04-6/3-3-2006 и выдало департаменту и УГИБДД предписание от 03.04.2006 N 04-6/3-3-2006. Жалоба ООО "Знак" признана УФАС необоснованной в части ущемления его прав и законных интересов (пункт 1 решения).

Антимонопольный орган усмотрел нарушение положений части третьей статьи 22 Закона о размещении заказов и статьи 9 Закона о конкуренции при формировании лотов N 2 и 4 (пункт 2 решения). Департаменту и УГИБДД предписано прекратить размещение заказа на условиях конкурсной документации.

Департамент обратился в Арбитражный суд Тверской области с заявлением о признании недействительными решения (пункт 2) и предписания (полностью) УФАС от 03.04.2006 N 04-6/3-3-2006.

Решением суда заявленные департаментом требования удовлетворены. С антимонопольного органа в доход федерального бюджета взыскано 2000 рублей государственной пошлины.

Постановлением апелляционной инстанции от 29.08.2006 решение суда отменено в части взыскания с УФАС государственной пошлины. В остальной части решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе УФАС просило отменить судебные акты, поскольку, по его мнению, суды первой и апелляционной инстанций неправильно истолковали законодательство о размещении государственных заказов и антимонопольное законодательство, а изложенные в решении и постановлении выводы не соответствуют обстоятельствам дела.

Податель жалобы считал, что лоты N 2 и 4 сформированы департаментом с нарушением требований пункта 3 статьи 22 Федерального закона от 21.07.2005 N 94-ФЗ "О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон о размещении заказов) и статьи 9 Закона РСФСР от 22.03.91 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" (далее - Закон о конкуренции). В названные лоты включены различные товары, что недопустимо, если это может ограничить количество участников размещения заказа.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Позиция кассационной инстанции.

Кассационная инстанция не нашла оснований для удовлетворения жалобы, учитывая следующие нормативные положения.

В соответствии с пунктом 3 статьи 22 Закона о размещении заказов конкурсная документация не должна содержать указание на товарные знаки, знаки обслуживания, фирменные наименования, патенты, полезные модели, промышленные образцы, наименование места происхождения товара или наименование производителя, а также требования к товару, его производителю, информации, работам, услугам, если такие требования влекут за собой ограничение количества участников размещения заказа.

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о конкуренции при проведении торгов на право заключить государственный или муниципальный контракт на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных или муниципальных нужд не допускается в том числе ограничение конкуренции между участниками торгов путем включения в состав лотов продукции (товаров, работ, услуг), технологически и функционально не связанной с товарами, работами, услугами, поставки, выполнение, оказание которых являются предметом торгов; необоснованное ограничение доступа к участию в торгах.

Кассационная инстанция не установила в действиях департамента государственного заказа Тверской области нарушения статьи 9 Закона о конкуренции, поскольку в них не содержалось требований к товарам или их производителям, ограничивающих количество участников размещения заказа или доступ к участию в конкурсе либо создающих преимущественные условия для отдельных участников конкурса.

Кроме того, в состав соответствующих лотов включены товары, технологически и функционально связанные друг с другом.

В соответствии с пунктом 6 статьи 60 Закона о размещении заказов по результатам рассмотрения жалобы компетентные органы принимают решение о направлении предложений, о выдаче предписаний, предусмотренных частями восьмой и десятой статьи 17 названного Закона, о совершении действий, предусмотренных частью девятой статьи 17 Закона, или о признании жалобы участника размещения заказа необоснованной. Одновременное признание жалобы участника размещения заказа необоснованной и выдача заказчику предписания приведенной нормой не предусмотрено.

  1. В конкурсной документации не содержится требований к товарам или их производителям, ограничивающих количество участников размещения заказа или доступ к участию в конкурсе либо создающих преимущественные условия для отдельных участников конкурса. В состав соответствующих лотов включены товары, технологически и функционально связанные друг с другом.

Дело N А66-3997/2006

Обстоятельства дела.

Департамент государственного заказа Тверской области (далее - департамент) и Управление государственной инспекции безопасности дорожного движения Управления внутренних дел Тверской области (далее - УГИБДД) утвердили конкурсную документацию открытого конкурса на право заключения государственных контрактов на поставку специальной продукции для нужд УГИБДД. В состав лота N 2 включены государственные регистрационные знаки: "АВТО" тип 1, "МОТО" тип 4, "ПРИЦЕП" тип 2 и "ТРАНЗИТ" тип 19, на каждый из которых выдается отдельное свидетельство. В состав лота N 4 включена различная полиграфическая продукция, включая бланк временного разрешения на право управления транспортным средством, изготовление которого лицензируется.

По итогам рассмотрения жалобы ООО "Знак" Управление Федеральной антимонопольной службы по Тверской области (далее - УФАС) приняло решение и выдало департаменту и УГИБДД предписание.

Жалоба ООО "Знак" признана необоснованной в части ущемления его прав и законных интересов (пункт 1 решения).

Антимонопольный орган усмотрел нарушение положений части третьей статьи 22 Закона о размещении заказов и статьи 9 Закона о конкуренции при формировании лотов N 2 и 4 (пункт 2 решения).

Департаменту и УГИБДД предписано прекратить размещение заказа на условиях конкурсной документации.

Департамент обратился в Арбитражный суд Тверской области с заявлением о признании недействительными решения (пункт 2) и предписания (полностью) от 03.04.2006 N 04-6/3-3-2006.

В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле привлечены УГИБДД, а также общества с ограниченной ответственностью (далее - ООО) "Знак", "Родник-2" и "Токна".

Решением суда заявленные департаментом требования удовлетворены. С антимонопольного органа в доход федерального бюджета взыскано 2000 рублей государственной пошлины.

Постановлением апелляционной инстанции решение суда отменено в части взыскания с УФАС государственной пошлины.

В остальной части решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе УФАС просило отменить судебные акты, поскольку, по его мнению, суды первой и апелляционной инстанций неправильно истолковали законодательство о размещении государственных заказов и антимонопольное законодательство, а изложенные в решении и постановлении выводы не соответствуют обстоятельствам дела.

Податель жалобы считает, что лоты N 2 и 4 сформированы департаментом с нарушением требований пункта 3 статьи 22 Федерального закона от 21.07.2005 N 94-ФЗ "О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон о размещении заказов) и статьи 9 Закона о конкуренции.

В названные лоты включены различные товары, что недопустимо, если это может ограничить количество участников размещения заказа.

Позиция кассационной инстанции.

Кассационная инстанция не нашла оснований для удовлетворения жалобы.

В соответствии с пунктом 3 статьи 22 Закона о размещении заказов конкурсная документация не должна содержать указание на товарные знаки, знаки обслуживания, фирменные наименования, патенты, полезные модели, промышленные образцы, наименование места происхождения товара или наименование производителя, а также требования к товару, его производителю, информации, работам, услугам, если такие требования влекут за собой ограничение количества участников размещения заказа.

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о конкуренции при проведении торгов на право заключить государственный или муниципальный контракт на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных или муниципальных нужд не допускается:

создание преимущественных условий участия в торгах, в том числе доступа к конфиденциальной информации, уменьшение платы за предоставление конкурсной документации или документации об аукционе, уменьшение размера обеспечения заявки на участие в конкурсе или заявки на участие в аукционе для отдельных участников торгов, за исключением случаев, предусмотренных Законом о размещении заказов; участие в торгах государственного или муниципального заказчика, его работников и аффилированных лиц, а также федерального органа исполнительной власти, органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации, органа местного самоуправления, уполномоченных в соответствии с Законом о размещении заказов на осуществление функций по размещению заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных или муниципальных нужд для государственных или муниципальных заказчиков, юридического лица, привлеченного на основе договора для осуществления функций по размещению заказа на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных или муниципальных нужд путем проведения торгов, их работников и аффилированных лиц, членов конкурсной или аукционной комиссии и их аффилированных лиц; осуществление координации деятельности участников торгов лицами, указанными в абзаце третьем настоящего пункта, если такая координация привела или может привести к ограничению конкуренции между участниками торгов или ущемлению интересов участников торгов; ограничение конкуренции между участниками торгов путем включения в состав лотов продукции (товаров, работ, услуг), технологически и функционально не связанной с товарами, работами, услугами, поставки, выполнение, оказание которых являются предметом торгов; необоснованное ограничение доступа к участию в торгах.

Согласно материалам дела в конкурсной документации не содержится требований к товарам или их производителям, ограничивающих количество участников размещения заказа или доступ к участию в конкурсе либо создающих преимущественные условия для отдельных участников конкурса. В состав соответствующих лотов включены товары, технологически и функционально связанные друг с другом: в лоте N 2 объединены регистрационные знаки, в лоте N 4 - полиграфическая продукция.

В соответствии с пунктом 6 статьи 60 Закона о размещении заказов по результатам рассмотрения жалобы компетентные органы принимают решение о направлении предложений, о выдаче предписаний, предусмотренных частями восьмой и десятой статьи 17 названного Закона, о совершении действий, предусмотренных частью девятой статьи 17 Закона, или о признании жалобы участника размещения заказа необоснованной.

Одновременное признание жалобы участника размещения заказа необоснованной и выдача заказчику предписания приведенной нормой не предусмотрено.

Учитывая изложенное, кассационная инстанция не нашла оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Подведомственность споров

  1. Антимонопольный орган не вправе обращаться в арбитражный суд с заявлениями об обязании исполнить предписание антимонопольного органа.

Дело N А21-5288/03-С1

Обстоятельства дела.

Основанием для обращения Калининградского территориального управления Министерства Российской Федерации по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства (далее - ТУ МАП) в суд послужил отказ УГИБДД в выдаче регистрационных знаков обществу с ограниченной ответственностью "Экспрессавто" и обществу с ограниченной ответственностью "Нива-Регистр".

На основании решения ТУ МАП выдало УГИБДД предписание, которым обязало ответчика прекратить нарушение требований пункта 1 статьи 7 Закона о конкуренции и выдать обществу с ограниченной ответственностью "Экспрессавто" и обществу с ограниченной ответственностью "Нива-Регистр" номерные регистрационные знаки "Транзит".

ТУ МАП обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением об обязании Управления государственной инспекции безопасности дорожного движения Управления внутренних дел Калининградской области (далее - УГИБДД) в месячный срок исполнить предписание ТУ МАП.

Решением суда ТУ МАП отказано в удовлетворении заявления.

Постановлением апелляционной инстанции решение суда отменено.

Производство по делу прекращено на основании пункта 1 части первой статьи 150 АПК РФ.

В кассационной жалобе ТУ МАП просило отменить постановление апелляционной инстанции, указывая на то, что предусмотренный пунктом 6 статьи 12 Закона о конкуренции случай, когда антимонопольный орган вправе обратиться с заявлением в суд, не является исчерпывающим.

Позиция кассационной инстанции.

Кассационная инстанция согласилась с выводами апелляционной инстанции о том, что спор не подлежит рассмотрению в арбитражном суде.

Перечень дел, возникающих из административных и иных публичных правоотношений и подлежащих рассмотрению в арбитражном суде, предусмотрен пунктами 1 - 4 статьи 29 АПК РФ.

Как указано в пункте 5 статьи 29 АПК РФ, другие дела, возникающие из административных и иных публичных правоотношений, рассматриваются в порядке арбитражного судопроизводства, если федеральным законом их рассмотрение отнесено к компетенции арбитражного суда.

В соответствии с частью первой статьи 53 АПК РФ государственные органы вправе обратиться с исками или заявлениями в арбитражный суд в защиту публичных интересов только в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Согласно пункту 6 статьи 12 Закона о конкуренции антимонопольный орган вправе обращаться в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными полностью или в части противоречащих антимонопольному законодательству актов, соглашений федеральных органов исполнительной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, иных наделенных функциями или правами указанных органов власти органов или организаций; договоров и иных сделок, не соответствующих антимонопольному законодательству; об обязательном заключении договора с хозяйствующим субъектом; о ликвидации коммерческих организаций и некоммерческих организаций.

Принимая во внимание приведенные нормативные положения, кассационная инстанция посчитала, что ТУ МАП не вправе обращаться в арбитражный суд с заявлениями об обязании ответчика исполнить предписание антимонопольного органа.

  1. Определение о возбуждении дела - это процессуальный документ управления, принятый в рамках производства по делу, возбужденному по признакам нарушения хозяйствующим субъектом антимонопольного законодательства, не является актом государственного органа, который может быть обжалован в порядке, установленном пунктом 2 статьи 29 АПК РФ, а действия управления как государственного органа по вынесению этого определения не затрагивают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Дело N А42-14391/2005

Обстоятельства дела.

Управлением Федеральной антимонопольной службы по Мурманской области (далее - Управление, антимонопольный орган) в соответствии с предоставленными ему пунктом 1 статьи 12 Закона о конкуренции полномочиями на основании поступившего заявления от ООО "Норд Корн" вынесено определение о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства по признакам нарушения статьи 5 Закона о конкуренции в отношении открытого акционерного общества "Российские железные дороги" (далее - ОАО "РЖД", Общество) и решено провести проверку обоснованности этого заявления, для чего этим же определением утверждена комиссия по рассмотрению дела; установлены дата, время и место рассмотрения дела; к участию в деле привлечено ООО "Норд Корн"; ОАО "РЖД" предложено направить уполномоченного представителя для участия в рассмотрении дела.

ОАО "РЖД" обратилось в Арбитражный суд Мурманской области с заявлением (с учетом уточнения) о признании незаконными действий антимонопольного органа выразившихся в необоснованном вынесении определения о возбуждении в отношении Общества дела о нарушении антимонопольного законодательства, затрагивающего, по мнению заявителя, его законные права и интересы в сфере экономической и предпринимательской деятельности.

Решением суда в удовлетворении заявленных требований Обществу отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда решение суда оставлено без изменения.

Суды обеих инстанций сделали вывод о том, что оспариваемое определение Управления не нарушает законные права и интересы заявителя, а вынесено Управлением в пределах его компетенции и с соблюдением законодательства.

В кассационной жалобе ОАО "РЖД", ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, просило отменить названные судебные акты и удовлетворить требования, полагая, что оспариваемым определением нарушаются права Общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

ОАО "РЖД" также считало, что имело место нарушение антимонопольным органом установленного Правилами рассмотрения дел о нарушениях антимонопольного законодательства, утвержденными Приказом Федеральной антимонопольной службы от 02.02.2005 N 12 (далее - Правила от 02.02.2005 N 12, Правила), порядка предварительного рассмотрения заявления общества с ограниченной ответственностью "Норд Корн" (далее - ООО "Норд Корн"), на основании которого было возбуждено дело о нарушении ОАО "РЖД" антимонопольного законодательства.

Нарушение этого порядка, по мнению Общества, и привело к необоснованному возбуждению в отношении ОАО "РЖД" дела о нарушении антимонопольного законодательства и принятию соответствующего определения.

Позиция кассационной инстанции.

Кассационная инстанция отменила обжалуемые судебные акты, а производство по делу прекратила, применительно к пункту 1 части первой статьи 150 АПК РФ, указав следующее.

Названное определение подписано председателем комиссии - руководителем Управления. Таким образом, определение от 30.11.2005 является процессуальным документом Управления, вынесенным в порядке, установленном пунктом 1 статьи 12 Закона о конкуренции и пунктами 1.1, 1.9, 2.1, 2.2, 2.3 Правил от 02.02.2005 N 12.

Действиями по вынесению определения Управление реализует свои права органа, уполномоченного осуществлять государственный контроль за соблюдением антимонопольного законодательства, а также предупреждать и пресекать нарушения антимонопольного законодательства.

С момента вынесения этого определения Общество является лицом, участвующим в деле, приобретает процессуальные права и несет процессуальные обязанности, установленные пунктом 2.6 Правил. В частности, ОАО "РЖД" вправе знакомиться с материалами дела, давать устные и письменные объяснения, представлять доказательства, заявлять ходатайства, обжаловать определенные процессуальные документы (решения и предписания) антимонопольного органа в порядке, установленном статьей 28 Закона о конкуренции.

В связи с этим вынесение Управлением определения о возбуждении производства по делу и действия антимонопольного органа по возбуждению такого дела никоим образом не затрагивают права и законные интересы Общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Названным определением не установлен факт совершения Обществом нарушений в области антимонопольного законодательства, не определена мера его ответственности, а установлена лишь необходимость выяснения всех обстоятельств дела посредством проведения последующих процессуальных действий в рамках производства по делу.

Пунктом 2.25 Правил от 02.02.2005 N 12 установлено, что в случае неподтверждения комиссией наличия фактов нарушения антимонопольного законодательства производство по делу подлежит прекращению.

В соответствии с пунктом 2 статьи 29 АПК РФ арбитражные суды рассматривают в порядке административного судопроизводства дела, возникающие из административных и иных публичных правоотношений, экономические споры и иные дела, связанные с осуществлением организациями предпринимательской и иной экономической деятельности, в том числе об оспаривании ненормативных правовых актов органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, решений и действий (бездействия) государственных органов, иных органов и должностных лиц, затрагивающие права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Суды первой и апелляционной инстанций сделали вывод о том, что оспариваемыми действиями Управления по вынесению определения права и законные интересы заявителя (истца) не затрагиваются, поскольку этим определением Обществу не предписывается совершение определенных действий, влекущих за собой негативные последствия.

Суд кассационной инстанции посчитал, что определение - это процессуальный документ Управления, принятый в рамках производства по делу, возбужденному по признакам нарушения хозяйствующим субъектом антимонопольного законодательства, и не является актом государственного органа, который может быть обжалован в порядке, установленном пунктом 2 статьи 29 АПК РФ, а действия Управления как государственного органа по вынесению этого определения не затрагивают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Определением Управления на Общество не возложены какие-либо обязанности, создающие препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу части первой статьи 198 АПК РФ к таким препятствиям не могут быть отнесены те или иные права и обязанности в рамках производства по делу о нарушении антимонопольного законодательства, установленные Правилами от 02.02.2005 N 12, одинаковые для всех субъектов, в отношении которых возбуждается дело по признакам нарушения антимонопольного законодательства, - физических и юридических лиц.

Следовательно, по смыслу названных положений законодательства о судопроизводстве в арбитражных судах, дело не подлежало рассмотрению в арбитражном суде.

Заключение

Анализ арбитражной практики показывает, что ФАС СЗО в целом единообразно применяет нормы Закона РСФСР "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках", учитывая, что от правильности разрешения дела зависят гарантированные Конституцией Российской Федерации права и свободы граждан и юридических лиц.