Мудрый Юрист

Мотивация противоправного поведения среди представителей национальных общин (на примере иммигрантов)

Арутюнов Л.С., кандидат юридических наук, зав. кафедрой государственно-правовых дисциплин Кисловодского гуманитарно-технического института.

Касьяненко М.А., аспирант.

Одной из особенностей современной эпохи является национально-этническое возрождение народов бывшего СССР и их стремление самостоятельно решать проблемы своей жизни. Весьма активно такие процессы происходят и в России, где проживают представители более чем 160 народов, и практически все субъекты РФ в той или иной степени полиэтничны, что также обусловлено общим союзным прошлым.

В настоящее время именно принадлежность к определенной этнической группе, наличие ярко выраженного этнического самосознания является одним из факторов объединения людей в малые социальные группы, в структуре общества в целом. В большинстве регионов мира сосуществование этнических групп имеет исторически обусловленный характер. Россия отличается своей особой этнической картиной.

В 20 - 30 годах XX в. в стране была провозглашена и осуществлялась политика национально-культурного самоопределения и размежевания. Были созданы различные национальные республики и автономии, четко выделялись из состава других и даже создавались новые этносы. Впоследствии репрессии 40-х годов XX в. привели к глобальным переселениям отдельных этнических групп и даже к сокращению их численности. Позднее репрессированные народы были реабилитированы, и государством были предприняты попытки, более или менее удачные, по их возвращению на историческую родину.

В начале 90-х годов XX в. Президентом Б.Н. Ельциным был провозглашен принцип: "...берите суверенитета сколько хотите...". Плодами такой национальной политики стали поистине национальное размежевание россиян, неконтролируемые миграционные явления и рост уровня сепаратистских настроений в национальных республиках, многие из которых считали себя практически независимыми государствами (Татарстан, Башкирия, Чечня и др.)

Усилилось влияние в государственных и местных органах власти так называемых титульных (одного или нескольких), это касается как представительной власти, так и, например, правоохранительных органов. При этом русскоязычное население было вытеснено из национальных республик в течение первых лет "молодой демократии" в России вслед за вытеснением русскоязычного представительства во властных структурах. Ярким примером такого явления служит Северный Кавказ. Здесь органы власти тем или иным образом начинают формироваться не по принципу, например, компетентности, а строго по этническому или клановому принципу.

Следствием миграций еще в советское время, а впоследствии в РФ, стало также образование довольно крупных диаспор, главным образом в городах. Например, практически на всех территориях тех субъектов РФ, где тот или иной этнос представлен этническим меньшинством, как правило, еще с советских времен существуют национальные диаспоры, которые объединяют лиц по принципу этнической идентичности, проживают на территории того или иного субъекта, сохраняя свои традиции, общность языка, обычаи, ментальность, помогают своим соплеменникам.

Нельзя также утверждать, что новый тип расселения этнических групп однозначно обернулся их ассимиляцией. В данном случае сказывается феномен исторически выработавшейся оптимальной межэтнической дистанции: не препятствуя межгрупповому взаимодействию, она в то же время обеспечивает целостность и эффективное воспроизводство этнических культур, сохранение этнокультурной идентичности.

В последнее время также проявляются тенденции к достаточно быстрой мобилизации этнического состава. Этническая структура регионов РФ весьма изменчива, и меняется она в том числе и под влиянием этнических миграций. Эти явления, в свою очередь, обусловлены некоторыми социально-политическими и экономическими изменениями, начавшимися в конце 80-х - начале 90-х годов после распада СССР.

Влияние миграции проявляется прежде всего в росте нагрузки на рабочие места и социально-культурную инфраструктуру территории, в усилении конкуренции на рынке труда, что также негативно влияет на обстановку в этих регионах и зачастую приводит к противоречиям между мигрантами и местным населением, повышается степень социально-психологической дезориентации как принимающей, так и переселившейся группы.

При этом происходит увеличение численности мигрантской группы на конкретной территории, одновременно возрастает ее культурная дистанцированность от основных жителей. Формируются замкнутые этнические общины, причем довольно часто этому процессу способствуют именно этнические диаспоры, создающие замкнутые сообщества с собственным этическим укладом, отличающимся от уклада коренных жителей данной территории.

Психологически доверие в незнакомом городе в первую очередь вызывают представители своей национальности. Другим фактором объединения по этническому признаку может быть языковой барьер, на это указывает практически полный выход из употребления русского языка в отдельных районах Закавказья и Средней Азии, особенно в сельской местности.

Таким образом, формируется этническая группа, которая объединяется для решения своих проблем, чаще всего бытового характера, поиска работы, получения определенного статуса (регистрации).

При этом происходит некое, зачастую негативное, "столкновение" с бюрократическим аппаратом исполнительной власти в вопросах легализации своего пребывания на территории населенного пункта или субъекта Федерации.

Таким образом, чиновничий аппарат формирует у мигрантов негативное отношение к органам власти и государству в целом, создает превратное понимание власти, законности, правопорядка и стимулирует к противоправному поведению, деформируя сознание личности.

В этом, по нашему мнению, кроется один из первоисточников девиантного поведения. При этом не имеет значения, оказывалось ли такое влияние со стороны властных структур прямо или косвенно, то есть на саму личность непосредственно или на родственника, знакомого и других лиц.

Под девиантным поведением с социологической точки зрения понимается разновидность ролевого поведения, которая служит естественной реакцией человека на возникающие в обществе противоречия. Точно так же как и его противоположность, нормативное поведение - тоже вид ролевого поведения, в основании которого лежит конформизм, т.е. согласие с общепринятыми нормами. Девиантность может быть определена только относительно конформизма - соглашательства с существующими нормами.

Под конформизмом в данном случае понимается податливость личности реальному или воображаемому давлению группы <1>. Конформизм проявляется в изменении поведения и установок в соответствии с ранее не разделяемой позицией большинства.

<1> Осипова О.С. Девиантное поведение: благо или зло? // Социологические исследования. 1998. N 9. С. 106 - 109.

В обществе, к сожалению, давно укрепились стереотипы, в соответствии с которыми получение какой-либо должности в правоохранительных органах или других властных структурах позволяет иметь высокие доходы, причем никого не смущает, что они преступные.

Рассмотрим другой аспект проблемы. В соответствии с теорией аномии Р. Мертона <2> девиантное поведение возникает прежде всего тогда, когда общественно принимаемые и задаваемые ценности не могут быть достигнуты некоторой частью этого общества. В контексте теории социализации к девиантному поведению склонны люди, социализация которых проходила в условиях поощрения или игнорирования отдельных элементов.

<2> Актуальные проблемы социологии девиантного поведения и социального контроля / Отв. ред. Я.М. Гилинский. М., 1992. С. 56.

В российском обществе проблемы дискриминации, в том числе по этническому признаку, давно вышли за пределы бытового уровня. Не секрет, что национальность, исчезнувшая из паспорта гражданина РФ, все равно является препятствием для поступления на учебу, при приеме на работу или службу либо, напротив, дает преимущества. В национальных республиках такая практика во властных структурах скорее правило, чем исключение.

В то же время отмечается такая тенденция: российские чиновники определенной национальности, происхождения практически открыто говорят о том, что они работают на свою диаспору и что она их поддерживает. Также ни для кого не секрет, что они покупают свои места в чиновной российской иерархии и двигают своих представителей. Стоимость некоторых мест доходит уже до миллионов долларов, но диаспора идет на такие расходы, так как доходы от торговли все равно покрывают эти затраты.

Чиновники славянского происхождения откровенно встревожены такой агрессивной экспансией и пытаются - пока неявно - привлечь внимание своих высокопоставленных коллег к тому, что происходит в российской административной среде <3>.

<3> Никитина М. О борьбе с преступностью и чиновничьей бюрократией // Чиновникъ. 2004. N 42. С. 22 - 23.

Одной из характерных черт девиантного поведения является культурный релятивизм. Это означает, что социальная норма, принятая либо обществом, либо группой или социальной стратой, представляет собой не абсолютное, а сугубо относительное явление. То, что в одной группе может считаться отклонением, в другой может восприниматься как норма.

К примеру, взятка не всегда трактуется однозначно. Для европейцев любое подношение должностному лицу, даже весьма незначительное, может трактоваться как подкуп. Напротив, для восточного менталитета свойственно желание отблагодарить за оказание какой-либо услуги или решение дела даже на весьма законных основаниях.

В высокоразвитых странах Запада государство призвано заботится о своих гражданах и даже о тех, кто хочет ими стать. Ответной реакцией людей с западным менталитетом является доверие органам власти и обращение за социальной помощью. Бывшие граждане СССР утратили такое доверие к прежней номенклатуре и не обрели ее ко вновь возникшему бюрократическому аппарату, поэтому не всегда ищут поддержки у государства.

Сталкиваясь с невозможностью зарегистрироваться или устроиться на работу (учебу) на территории нового места пребывания из-за существующей определенной процедуры, регламентированной административным законодательством, чаще всего вновь прибывшие мигранты обращаются за помощью на первоначальных этапах по возникшим трудностям к своим диаспорам в том или ином городе. Как правило, диаспора оказывает покровительство не интегрированным в принимающие сообщество соплеменникам. При этом среди наиболее ущемленных в социальном плане мигрантов могут распространяться девиантные формы поведения, и не просто какие-либо отклонения в социальном смысле, а именно наиболее общественно опасные формы в виде противоправной деятельности.

В свою очередь, учитывая вышеуказанное обстоятельство, довольно часто девиантное поведение тех или иных представителей конкретного этноса, в особенности на первоначальных этапах, может носить вынужденный характер. Этому, как правило, способствует ряд субъективных факторов: несовершенство законодательства; отсутствие выверенной миграционной политики, причем по отношению как к иностранным гражданам, так и к вынужденным переселенцам; социальная незащищенность данной категории.

Не последняя роль в данном процессе именно на первоначальных этапах отводится существующему бюрократизму, причем не просто своекорыстному, а в большей степени носящему именно криминальный оттенок на бытовом уровне. Ввиду этого мигранты, беженцы и переселенцы сталкиваются с острой нуждаемостью и неустроенностью. Это вынуждает искать помощь со стороны. На помощь государства рассчитывать, к сожалению, не приходится.

Положительным примером в данном случае может быть помощь землячеств или национально-культурных автономий, где люди объединены по проблемам, интересам и менталитету. В то же время люди с бытовыми проблемами, например мигранты, - легкая добыча для рекрутирования преступными группами, которые формируются в том числе по принципу землячества или по национальному признаку.

Эта тенденция в настоящее время заметна как на бытовом уровне, так и в обществе в целом. Мигранты вынуждены искать покровительства и протектората в противовес бюрократическим препонам, например, при легализации своего статуса на территории страны у уже существующих диаспор со своими связями в городе, прикормленными чиновниками либо лоббированными представителями своей диаспоры в законодательных органах города, района, села.

Об этом может свидетельствовать пример, когда отсутствие регистрации или забытый паспорт давно превратились в неиссякаемый источник доходов для чиновников разного уровня. Создается впечатление, особенно в крупных городах, что милиционеры только для того и существуют, чтобы проверять документы <4>.

<4> Баранников А. Миграция и гражданство // LENTA.RU.

За 2001 - 2002 гг. из России было выдворено по решению суда всего 32 - 33 тыс. граждан других государств. Из них всего 4 тыс. признаны злостными нарушителями миграционного законодательства. Эта ничтожная цифра отражает глубину спайки между бюрократией и лидерами этнических преступных кланов. Имитируя законность, либеральная бюрократия фактически саботирует исполнение государственных функций по регулированию миграционных процессов <5>.

<5> Савельев А. Инородческий процесс // Комсомольская правда. 2005. 1 сент.

Круг вопросов государственной политики, которые затрагивают миграционные процессы, чрезвычайно широк. Большинство из них проявляется на локальном уровне, уровне отдельных регионов и территорий. Настолько, что говорить о возможности построения эффективной модели миграционной политики только на федеральном уровне без подключения властей субъектов РФ просто не приходится.

Однако ситуация, которая складывается в связи с вступлением в силу в январе 2007 года новой системы учета иностранных граждан и их трудоустройства, парадоксальна как раз тем, что предпринимается обреченная на неудачу попытка создать одностороннюю систему управления миграционными процессами - сверху вниз. Очень многие примеры практики централизации у нас связаны с желанием перетянуть наверх и замкнуть на федеральный уровень такой объем задач, который никогда нельзя на одном этом уровне решить <6>.

<6> Лужков Ю. Миграция здравого смысла // Российская газета. 2006. 12 нояб.

За период 1998 - 2002 гг. в Аппарат Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации поступило свыше 120 тыс. жалоб и обращений о нарушениях прав человека, в том числе почти 2,7 тысячи (2%) - от беженцев и вынужденных переселенцев. Следует отметить, что в указанном периоде наблюдался устойчивый рост таких обращений. В территориальном плане наибольшее число обращений приходилось на европейскую часть России (75%), а остальные 25% - на Урал, Сибирь и Дальний Восток, что в целом соответствует размещению прибывающих в Россию мигрантов.

В наиболее проблемных с точки зрения миграционной ситуации регионах удельный вес обращений был выше, чем в целом по России, особенно в южных районах. Например, в пределах 3 - 5% он составлял в Краснодарском и Ставропольском краях, Республике Ингушетия, Московской, Саратовской и Калининградской областях, городах Москве и Санкт-Петербурге и др.

Из общего числа поступивших в эти годы в Аппарат Уполномоченного жалоб и обращений от мигрантов более 80% приходилось на проблемы, связанные с получением гражданства Российской Федерации, которые особенно остро проявляли себя вплоть до 2003 г., что отражает то напряжение в обществе, которое сложилось из-за несовершенного миграционного законодательства и всевозможных бюрократических барьеров на пути получения гражданства. Наряду с другими факторами данное обстоятельство не могло не сказаться отрицательно как на притоке новых мигрантов в Россию, так и на адаптации уже проживающих в Российской Федерации.

Например, в 2000 г. в связи с введением процедуры получения вида на жительство для иммигрантов из стран СНГ официально регистрируемый въезд в Россию упал в два раза, а незаконная миграция при этом увеличилась в геометрической прогрессии <7>.

<7> Кулаков В.М. Правоприменительная практика в отношении мигрантов по материалам отделов по работе с обращениями и жалобами граждан // Служебные преступления. М., 2000. С. 77 - 81.

Проблемы легализации этих лиц на территории РФ, а также интеграции их в принимающую среду обусловливают рост криминального фона в принимающих субъектах, ведь не все мигранты обращаются за защитой к властям, и иногда просто из-за низкой юридической грамотности и минимума правовой культуры, чем также обусловливается усиление позиций криминальной бюрократии. Проходя данную процедуру по закону, многие для легализации своего статуса на территории РФ обращаются к своим диаспорам, нередко совершая при этом противоправные действия, вначале вынужденно, а затем осознавая легкость такого пути, при этом зная об изначальной поддержке и протекторате своего землячества на территории конкретного муниципального образования.

Эти лица зачастую сами образуют этнические преступные группировки, заполняя пустующие преступные ниши, либо рекрутируются уже действующими этническими преступными группировками.

Часто без регистрации вынужденным переселенцам не предоставляют гражданство, а без гражданства не регистрируют, отказывают и в ссудах на жилье. По данным миграционной службы России, в середине 90-х годов XX в. каждый четвертый мигрант являлся беженцем или вынужденным переселенцем. Значительное их число прибывает на новое место жительства без официальной регистрации, что толкает мигрантов на совершение различных противоправных действий с целью получения вида на жительство, временной регистрации, заработка и т.д.

По нашему мнению, необходимо усилить взаимодействие с национальными общинами, в первую очередь с национально-культурными автономиями и властными структурами в республиках. Особое внимание следует уделить крупным и портовым городам, приграничным территориям и национальным окраинам.

В первую очередь необходимо создание национального проекта в дополнение или логическое продолжение проекта репатриации соотечественников, где предусмотреть более простые и четкие программы натурализации и адаптации иммигрантов, в том числе их обучение, повышение квалификации и трудоустройство.

Необходимо уделить особое внимание культивации толерантности в обществе, прежде всего это касается дошкольного и школьного воспитания, методов обучения в средних профессиональных и высших учебных заведения, подготавливающих квалифицированные кадры для органов государственной власти (в первую очередь правоохранительных органов) и органов местного самоуправления.

В период роста уровня преступности и сложных миграционных процессов государство призвано усилить борьбу с коррупцией, взяточничеством и должностными преступлениями, особенно если само прямо или косвенно генерирует девиантное поведение отдельных личностей и их групп.