Мудрый Юрист

Русская правда как один из первоисточников законодательного закрепления права потерпевшего на возмещение вреда

Воробьев С.М., начальник кафедры гражданского права и процесса Академии ФСИН России, кандидат юридических наук.

Русская Правда в Пространной редакции включала в себя два самостоятельных памятника, которые объединяли две ее части. Первая часть была написана при Ярославе в первой половине XI в., а вторая часть относится ко второй половине XI в., к эпохе княжения сыновей Ярослава. Источниками Русской Правды явились древнерусские обычаи, княжеские уставы и косвенно византийское право. В качестве княжеских уставов упоминается в Правде Устав Изяслава о вире, Устав Владимира Мономаха о процентах; из византийского права, по-видимому, внесена статья об ответственности господина за преступления, совершенные его рабом.

Между тем имелись различные теории о происхождении Русской Правды путем заимствования из скандинавского, германского или римского права, которые представлялись остроумными догадками, не имеющими, однако, под собой прочной основы и зиждущимися на сходстве некоторых правовых положений. Сходство это объясняется не заимствованием, а общностью условий первобытной жизни различных народов <1>.

<1> См.: Грибовский В.Н. Древнерусское право (Краткий обзор чтений по истории русского права). Выпуск 1. Петроград, 1915. С. 32.

При этом Русская Правда являлась одним из первых кодифицированных источников древнерусского права, который включал целый ряд статей, направленных на защиту жизни, здоровья, чести, имущества человека. При воровстве, незаконном пользовании чужой вещью помимо возмещения имущественного ущерба устанавливалось особое денежное возмещение "за обиду". Например, в ст. 34 Пространной редакции Русской Правды говорится, что в случае кражи коня, оружия или одежды, возвращая похищенное, виновный платит собственнику еще 3 гривны за обиду <2>. Кроме того, Русская Правда первоначально (первый список датируется 1016 г.) отдавала убийцу в полное распоряжение родственников убитого по праву кровной мести <3>. Постепенно круг родственников, имевших такое право, сужался. Князь же являлся мстителем безродных, предпочитая деньги - плату за убийство, которая именовалась вирой (системой вир), с заранее установленной шкалой ценностей: голова свободного горожанина или семьянина оценивалась в 40 гривен, за убийство боярина или другого господина взыскание увеличивалось в 2 раза, за убийство раба - уменьшалось до 12 гривен <4>.

<2> См.: Российское законодательство X - XX веков. Т. 1. Законодательство Древней Руси. М., 1984. С. 66.
<3> См.: Попов А. Русская Правда в отношении к уголовному праву. М., 1841. С. 1 - 32.
<4> См.: Иванишев Н.О. О плате за убийство в древнем русском и других славянских законодательствах в сравнении с германской вирою. Киев, 1840. С. 84.

При этом, как отмечают историки, ко времени составления Русской Правды кровная месть во многом потеряла свой первоначальный характер. Прежде всего это выразилось в ограничении круга возможных мстителей, что связано с превращением родовой общины в соседскую, распадом кровнородственных связей. Кровная месть по Русской Правде, таким образом, носила характер, переходный от непосредственной расправы рода к наказанию, налагаемому государственным органом <5>. Согласно Русской Правде мстить можно не только за убийство, но и за другие преступления: нанесение ран, побоев. Мстить можно было за себя и за близких родственников. Статья первая Русской Правды дает перечисление мстителей родственников при совершении убийства, но перечисление это лишь примерное, а не исчерпывающее; мстили в этом случае мужчины: нисходящие за восходящих и обратно, в боковых племянники за дядей и за теток, дяди за племянников и племянниц. В эпоху Русской Правды месть соединялась с судебным разбирательством, предшествовавшим или последующим за актом мщения. Русская Правда упоминает о судебной мести. В ст. 2 Академической редакции Русской Правды говорилось, что окровавленный являлся в суд для удостоверения преступления и уже только после того при желании он мог мстить <6>.

<5> См.: Максименко Н.А. Мнимые архаизмы уголовного права Русской Правды // Вестник Европы. 1905. Март-апрель. С. 127, 148 - 149.
<6> См.: Грибовский В.Н. Указ. работа. С. 102.

В целом Русская Правда закрепила четыре вида денежных наказаний за причинение вреда потерпевшему, которые явились прототипами современной компенсации причиненного вреда потерпевшему. Среди них: а) головничество или головщина, б) вира, разделяющаяся на обыкновенную и дикую, в) продажа и г) урок. Одна часть этих денежных взысканий поступала в пользу лиц, которым нанесены были преступлением обиды или вред, а другая часть их обращалась в княжескую казну. Доказать положительно, что и сколько именно из этих выкупов шло в пользу обиженного, а что и сколько именно - в казну князя, пока еще невозможно.

Головщина, заменившая собой право частной мести, вся принадлежала истцу, потерявшему через преступление близкого родственника, как следствие выигранного им гражданского иска, и никогда не принадлежала князю никакой своей частью. Количество головщины не определено законом и, вероятно, зависело сначала от взаимного соглашения обиженного с обидчиком, а впоследствии определяемо было судом по жалобе обиженной стороны. Вира, введенная великими князьями первоначально на тот случай убийства, когда после убитого не оставалось родственников, имеющих право преследовать убийцу посредством частной мести, поступала в казну князя как выморочное имущество. Она раз и навсегда определена была законом: за убийство людина (т.е. простого свободного человека), будет ли это русин, гридин, купчина, ябетник, мечник, изгой или словенин, в 40 гривен; за убийство мужа (т.е. боярина) двойная вира, в 80 гривен. Общество, составляющее округ (вервь), ручалось за каждого из своих членов в сохранении между ними мира, тишины и спокойствия, и потому, если бы пало на них подозрение в убийстве, т.е. когда труп убитого найден в его пределах, и неизвестно было, кто убийца, оно платило так называемую дикую виру по состоянию убитого, а если оно неизвестно, то 40 гривен. Впоследствии и, вероятно, с того времени, когда совершенно уничтожено было право частной мести, вира стала в один ряд с головничеством, потому что тогда не было уже никого, кто бы имел право мстить. То и другое (вира и головничество) взыскиваемы были с того времени при каждом случае убийства: вира как наказание за преступление в пользу княжеской казны; головничество как частное вознаграждение в пользу близких родственников или наследников убитого.

Продажа есть денежное взыскание, которое платилось виновным за нарушение личных чужих прав (кроме убийства) в виде теперешних денежных штрафов. Продажа отличается от виры тем, что последняя взыскивалась за одно только убийство, а продажа - за все другие нарушения прав. Количество продажи определяется законом различно, смотря по степени преступления или вины: 1, 3, 12 и 20 гривен; 20 гривен назывались полувирой.

Уроки платились только за материальный убыток, понесенный господином какой-нибудь вещи через преступление. По причине такого назначения уроков они платились также за убийство несвободных лиц (рабов, холопов) и к ним, в пользу князя, прибавлялась еще продажа, если повредитель чужой вещи или убийца раба был человек свободный <7>.

<7> См.: Максимович А.С. Речь об уголовных наказаниях в России. СПб., 1853. С. 15 - 16.

Помимо жесткого установления штрафа в пользу пострадавшего лица Русская Правда предусматривала вопросы о частных поединках как о способе защите чести и достоинства человека. В частности, место поединка - "поле" назначали окольничий и надельщик, которые, равно как и судья (боярин) и писец, получали определенную пошлину. Следует заметить, что перед началом боя надельщик отводил определенное пространство и обносил его веревкой, за что получал плату, которая носила название "вязчее", независимо от пошлины 4 алтына. Если поединок совершался по причине какого-нибудь пожара, убийства друга, похищения или кражи, обвинитель, если победит, может получить то, о чем попросил; окольничему дать полтину и оружие побежденного, писцу 50 денег, надельщику полтину; все оставшееся у побежденного следует продать и отдать судьям, самого же побежденного подвергнуть телесному наказанию по мере преступления <8>. Тем самым Русская Правда явилась одним из первых законодательных актов, законодательно урегулировавших вопросы о способах защиты нематериальных благ потерпевшей стороны.

<8> См.: Бобровский П.С. Преступления против чести. СПб., 1888. С. 16.

Русская Правда в Пространной редакции на протяжении нескольких веков оставалась общим законом, определявшим принципы отечественного судопроизводства. Даже в XV и XVI вв. суды нередко назначали стародавние виры и "продажи", а также "поток и разграбление" (отобрание всего имущества осужденного и "выбития его вон из земли"). Так, в Двинской уставной грамоте 1398 г. одним из основных видов наказания являлся денежный штраф в пользу пострадавшего или его родственников <9>.

<9> См.: Российское законодательство X - XX веков. Т. 2. Законодательство периода образования и укрепления Русского централизованного государства. М., 1985. С. 181 - 182.

Обратимся к характеристике более поздних редакций Русской Правды. Так, Русская Правда в сокращенной редакции также включала различные способы возмещения вреда. Эта редакция допускала применение кровной мести, например: "Аще убьет муж мужа, то мстити брату брата, либо отцу, либо сыну; оже ли не будет кто его, мстя, то положити за голову 80 гривен, либо разсудити по муже смотря". Вместе с тем этот вариант редакции Русской Правды предусматривал различные виды имущественных наказаний. В частности, наказания, связанные с денежной компенсацией, с потоком и разграблением преступника, например: "Аще убиет кого у клети или у которой татбы, то убит во пса место; аще его до света удержит, то вести его на княжь двор; а буди люди видели связана, а убиют, то платити 12 гривен" либо "Будет стал на разбои, то разбойника люди не платят, то выдадут его всего со женою и детьми на разграбление" <10>.

<10> Памятники русского права. Выпуск 1 / Под ред. С.В. Юшкова. М., 1952. С. 197 - 198.

Таким образом, проанализировав статьи Русской Правды в аспекте развития института возмещения вреда, можно сделать вывод о том, что данный закон уже знал возмещение вреда как особый институт. При этом возмещение вреда практически всегда сочеталось с выплатой виры или продажи, являясь, таким образом, не самостоятельным институтом, а средством восстановления справедливости.