Мудрый Юрист

К вопросу о малозначительности при неисполнении приказа (статья 332 уголовного кодекса Российской Федерации)

В.Н. Сидоренко, доцент кафедры уголовного права Военного университета, полковник юстиции.

Анализ правоприменительной деятельности органов военной юстиции в части уголовно-правовой оценки неисполнения приказов в условиях Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов свидетельствует о том, что на практике недостаточно четко понимаются критерии отграничения уголовно наказуемого неисполнения приказа от аналогичного деяния, образующего дисциплинарный проступок. Такие критерии применительно к составу неисполнения приказа, предусмотренному ст. 332 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ), не выработаны в настоящее время и на научном уровне, в том числе и в проводимых диссертационных исследованиях.

Проблемность разграничения неисполнения приказа, образующего состав преступления и, напротив, носящего характер дисциплинарного проступка, обусловлена рядом причин. Во-первых, отсутствием в нормах военного законодательства прямого указания на то, что неисполнение приказа образует состав грубого дисциплинарного поступка, что позволяет сделать, казалось бы, обоснованный вывод о том, что любое неисполнение приказа должно образовывать состав уголовно наказуемого деяния. И во-вторых, выработанной на практике тенденцией слишком широкого трактования понятия существенного вреда интересам службы как последствия неисполнения приказа путем включения в него таких категорий, как "подрыв принципа единоначалия", "подрыв авторитета конкретного командира (начальника)", "существенное снижение уровня дисциплины", "понижение психологического и морального климата в подразделении" и т.п., практически в каждом случае, без учета конкретных обстоятельств дела.

Безусловно, в основу разграничения уголовно наказуемого неисполнения приказа и аналогичного деяния, образующего дисциплинарный проступок, должна быть положена ч. 2 ст. 14 УК РФ: "Не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности". Как следует из цитируемого законодательного положения, единственным критерием разграничения уголовно наказуемого деяния, в том числе и неисполнения приказа, предусмотренного ст. 332 УК РФ, и иного правонарушения является общественная опасность.

Общественная опасность выступает в качестве одного из обязательных признаков преступления и представляет собой причинение вреда или угрозу причинения вреда охраняемым уголовным законом социальным ценностям. При неисполнении приказа такой ценностью выступает установленный в Вооруженных Силах Российской Федерации порядок подчиненности.

Общественная опасность преступления выражается в двух признаках: характере общественной опасности и степени общественной опасности. Характер общественной опасности является качественной категорией, которая определяет значимость для уголовного права социальной ценности, охраняемой каждой из уголовно-правовых норм, в том числе ст. 332 УК РФ ("Неисполнение приказа").

Безусловно, любое неисполнение приказа причиняет вред порядку подчиненности. Однако данный порядок защищается не только нормами уголовного права, но и нормами военного законодательства. Хотя, как нами было отмечено ранее, прямого указания на относимость неисполнения приказа к грубым дисциплинарным проступкам нет, ст. 28.5 Федерального закона "О статусе военнослужащих" от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ среди грубых дисциплинарных проступков называет нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими, под которым следует понимать любые неуставные формы взаимоотношений между военнослужащими как при наличии, так и при отсутствии отношений подчиненности между ними, в том числе и неисполнение приказа, отданного в установленном общевоинскими уставами Вооруженных Сил Российской Федерации порядке. Такое же положение содержится и в приложении 5 к ст. 100 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации (далее - ДУ ВС РФ). Все это дает основание утверждать, что некоторые случаи неисполнения приказа командира (начальника) могут и должны расцениваться в качестве дисциплинарного проступка. Тем более что неисполнение далеко не любого приказа влечет за собой причинение существенного вреда интересам службы как обязательного признака уголовно наказуемого деяния, предусмотренного ст. 332 УК РФ.

В первую очередь на возможность причинения вреда может влиять содержание приказа, неисполнение которого было совершено подчиненным. Практически всегда должны признаваться в качестве преступления неисполнение приказов, предписывающих выполнение работ (например, по обслуживанию техники, уборке помещений и территории), заступление в наряд и несение специальных видов службы, выполнение специальных обязанностей. Неисполнение подчиненным указанных требований всегда влечет за собой причинение существенного вреда интересам службы в виде снижения боевой готовности воинской части (подразделения), существенного нарушения распорядка дня и срыва выполнения плановых мероприятий, подрыва авторитета конкретных командиров и начальников, нарушения законных прав военнослужащих, в том числе в виде увеличения нагрузки на других военнослужащих, исполнения общих и специальных обязанностей другими военнослужащими вместо виновного и др.

Вместе с тем, по нашему мнению, не посягают на охраняемый уголовным законом порядок подчиненности приказы, которые носят общий характер, направлены на соблюдение общеуставных (общих) требований и порядка поведения конкретного военнослужащего (привести в порядок форму одежды, вести себя надлежащим образом, подойти к офицеру, встать в строй и т.п.), если при этом в ходе неисполнения такого приказа не затрагиваются права и законные интересы других военнослужащих, интересы военной службы, связанные с обеспечением боевой готовности и выполнением различных задач отдельным подразделением либо воинской частью. Осуждение за неисполнение таких приказов является, с нашей точки зрения, неправомерным, поскольку содеянное может образовывать состав лишь дисциплинарного проступка.

Однако проведенный анализ судебной практики военных судов свидетельствует о том, что содержание приказов, неисполнение которых повлекло за собой осуждение военнослужащих, включало в себя предписание совершения действий, которые правоприменитель даже при прежней формальной конструкции неисполнения приказа (Закон "Об уголовной ответственности военнослужащих" 1958 г.) относил к малозначительным: привести внешний вид в порядок и встать в строй (приговор Белогорского гарнизонного суда от 13 сентября 2005 г. по делу рядового М.), встать в строй (приговор Белогорского гарнизонного суда от 14 апреля 2005 г. по делу рядового М-ва), прекратить прием пищи и встать в строй (приговор Белогорского гарнизонного суда от 10 февраля 2005 г. по делу младшего сержанта А.), прочитать вслух ст. ст. 30 - 42 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации (приговор Владивостокского гарнизонного военного суда от 19 июля 2005 г. об осуждении военнослужащего войсковой части 20446 матроса Г.) и др.

Безусловно, даже такие деяния посягают на авторитет конкретного командира (начальника). Именно такое последствие признавалось в качестве существенного вреда интересам службы в перечисленных приговорах. Однако если такое неисполнение приказа осуществляется один на один с начальником, оно не может повлечь причинение существенного вреда интересам службы в виде подрыва авторитета конкретного начальника перед подчиненными, так как эти подчиненные отсутствуют.

Такие деяния, характеризующиеся малозначительностью и отсутствием направленности на причинение существенного вреда интересам службы, безусловно, следует расценивать как дисциплинарные проступки, влекущие за собой применение лишь мер дисциплинарного воздействия.

Однако следует иметь в виду, что в некоторых случаях на общественную опасность содеянного и определение возможности причинения существенного вреда, помимо содержания неисполненного приказа, могут влиять и другие обстоятельства, в силу которых даже неисполнение аналогичных приказов может образовывать состав уголовно наказуемого деяния, предусмотренного ст. 332 УК РФ.

Помимо характера, общественная опасность преступления находит свое выражение и в степени общественной опасности, представляющей из себя количественную характеристику и выражающейся в размере причиненного вреда, обстановке совершения преступления, форме вины и иных обстоятельствах. В связи с этим при определенных обстоятельствах неисполнение приказа, выражающегося в общеуставных (общих) требованиях к конкретному подчиненному, в силу общественной опасности может также образовывать состав уголовно наказуемого деяния (например, открытый отказ от исполнения приказа начальника в строю или в присутствии других военнослужащих, отказ встать в строй для следования в наряд или для выполнения каких-либо работ и т.п.).

Так, правомерно приговором Курильского гарнизонного военного суда от 9 ноября 2005 г. были признаны уголовно наказуемыми действия военнослужащего войсковой части 71436 рядового Г., выразившиеся в отказе от выполнения приказа офицеров части о сгибании-разгибании рук в упоре лежа в ходе физической зарядки. Указанные действия, совершенные в присутствии других военнослужащих части, повлекли существенный вред интересам службы в виде отказа от выполнения этого упражнения всеми военнослужащими и, как следствие, срыва планового мероприятия - физической зарядки.

Приговором Калужского гарнизонного военного суда от 29 августа 2005 г. обоснованно был осужден военнослужащий войсковой части 3694 рядовой Ч., который отказался встать в строй для убытия в составе подразделения для выполнения работ по аэродромно-техническому обеспечению, т.е. фактически отказался от выполнения работ, чем причинил существенный вред интересам службы.

В ряде случаев обстановка неисполнения приказа и иные обстоятельства также могут влиять на характер общественной опасности содеянного и соответственно влечь за собой причинение существенного вреда интересам службы, позволяющего квалифицировать содеянное как уголовно наказуемое неисполнение приказа.

Так, правомерно был осужден приговором Уссурийского гарнизонного военного суда от 11 июля 2005 г. рядовой войсковой части 54704 (дисциплинарная воинская часть) Х., который, отбывая наказание за предыдущее преступление, в ходе физической зарядки в присутствии рядовых переменного состава открыто отказался выполнить приказ офицера части выйти из строя и подойти к начальнику. Такие обстоятельства отказа безусловно свидетельствуют о совершении преступления, так как указанными действиями Х. был причинен существенный вред интересам службы в виде подрыва авторитета офицера в присутствии других подчиненных, нарушения дисциплины как средства воспитательного воздействия на осужденных военнослужащих, содержащихся в дисциплинарной воинской части, и т.п.

Форма вины также существенно влияет на определение общественной опасности содеянного. Так, например, законодательная конструкция ст. 332 УК РФ позволяет утверждать, что в случае причинения существенного вреда интересам службы, выразившегося в небрежном либо недобросовестном отношении к службе, содеянное (исходя из положений ч. 3 ст. 332 УК РФ) при наличии неосторожной формы вины следует расценивать в качестве дисциплинарного проступка, ответственность за который должна наступать в соответствии с требованиями ДУ ВС РФ.

Проведенный анализ правоприменительной деятельности органов военной юстиции по вопросам разграничения преступления, предусмотренного ст. 332 УК РФ, и неисполнения приказа как дисциплинарного проступка позволяет сделать следующие выводы:

  1. Действующее законодательство (ст. 28.5 Федерального закона "О статусе военнослужащих", приложение 5 к ст. 100 ДУ ВС РФ, ст. 332 УК РФ) позволяет расценивать некоторые случаи неисполнения приказа в качестве дисциплинарных проступков.
  2. В качестве дисциплинарных проступков, по нашему мнению, следует признавать неисполнение приказов, которые носят общий характер, направлены на соблюдение общеуставных (общих) требований и порядка поведения конкретного военнослужащего (привести в порядок форму одежды, вести себя надлежащим образом, подойти к офицеру, встать в строй и т.п.), если при этом в ходе неисполнения такого приказа не затрагиваются права и законные интересы других военнослужащих, интересы военной службы, связанные с обеспечением боевой готовности и выполнением различных задач отдельным подразделением либо воинской частью.
  3. Вместе с тем характер и размер причиненного вреда, обстановка совершения преступления и форма вины могут повлиять на признание неисполнения фактически любого законного по содержанию приказа в качестве преступления.