Мудрый Юрист

Правовая природа отношений, вызываемых обращением особого товара - электрической энергии на оптовом рынке России

Матиящук С.В., доцент кафедры гражданского права Новосибирского юридического института (ф-л) Томского государственного университета, кандидат юридических наук.

Отношения, вызываемые обращением особого товара - электрической энергии - в рамках Единой энергетической системы страны, требуют адекватного правового регулирования.

Для правильной квалификации отношений, складывающихся по поводу обращения электрической энергии, необходимо определить гражданско-правовое понятие последней. В технической, юридической и т.д. литературе, а также в нормативно-правовых актах любого уровня не дается определения термина "электрическая энергия". В общепринятом понимании электрическую энергию отождествляют с электрическим током, под которым в такой науке, как физика, признается процесс, представляющий собой движение материи - заряженных частиц: электронов, ионов и др.

Интересно отметить, что проблема, связанная с правовым определением электрической энергии, возникла уже в начале прошлого столетия. Так, в 1902 г. Уголовный кассационный департамент Правительствующего Сената России отменил оправдательный приговор, вынесенный по делу Николая Иванова, обвиняемого в краже электрической энергии. В оправдательном приговоре указывалось, что электрическая энергия не является имуществом, а следовательно, не может быть объектом кражи. Обосновывая свое решение, суд кассационной инстанции указал, что электричество "существует несомненно и вполне реально... успело стать для людей экономическим благом... стало предметом менового оборота, т.е. обладает всеми признаками имущества... поэтому к охране электричества должны быть применены общие правила об охране имущества", а следовательно, потребление электрической энергии "без ведома и согласия хозяина должно быть признаваемо кражею" <1>.

<1> От первого до последнего // Наша энергия (газета энергетиков). 2005. N 1(62); http://www.tatenergo.ru.

Вместе с тем, несмотря на более чем вековую историю использования человеком электроэнергии, проблема выбора единого подхода к гражданско-правовому определению электрической энергии и ее места в системе объектов гражданских прав продолжает оставаться нерешенной. В разное время электрическую энергию относили то к числу работ <2> или услуг <3>, то к потребляемым вещам <4> или особому свойству материи - способности производить полезную работу, обеспечивать выполнение различных технологических операций <5>; делаются выводы и о том, что электроэнергия является особым объектом гражданских прав <6>, а также особым видом имущества.

<2> См.: Агарков М.М. Подряд (Текст и комментарии к ст. 220 - 235 Гражданского кодекса). М., 1924. С. 13.
<3> См.: Нестолий В.Г. Договор энергоснабжения - самостоятельный институт российского гражданского права // Сиб. юрид. вестн. 2003. N 3. С. 43; Латыев А.Н. К вопросу об объектах гражданских прав // http://www.yurclub.ru/docs/civil/article69.html.
<4> См.: Гражданское право: Учеб. / Отв. ред. А.П. Сергеев, Ю.К. Толстой. М., 2003. Т. 2. С. 90; Гражданское право: Учеб.: В 2 т. / Под ред. Е.А. Суханова. М., 2000. Т. 2 (1). С. 312.
<5> См.: Корнеев С.М. Юридическая природа договора энергоснабжения // Закон. 1995. N 7. С. 118.
<6> См.: Витрянский В.В. Договор энергоснабжения и структура договорных связей по реализации и приобретению электроэнергии // Хоз-во и право. 2005. N 3. С. 36, 43.

Выводы об отнесении электроэнергии к числу работ и услуг сформулированы на основе оценки таких технологических свойств электрической энергии, как неосязаемость, неотделимость от источника и средств передачи, синхронность и неразрывность процесса производства, передачи и потребления, несохраняемость. Однако, как известно, физические свойства того или иного объекта гражданских прав не имеют для гражданского права значения, поскольку смысл категории объектов гражданских прав заключается в установлении для них определенного правового режима, т.е. возможности совершения с ними определенных сделок <7>. Следовательно, гражданско-правовой режим устанавливается не для тех или иных материальных благ, а для участников отношений, возникающих по поводу обращения этих материальных благ.

<7> См.: Гражданское право: Учеб.: В 2 т. / Отв. ред. Е.А. Суханов. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2000. Т. 1. С. 294 - 295.

Вместе с тем новый аспект проблемы единого подхода к гражданско-правовому определению электрической энергии приобрела в связи с развитием в сфере электроэнергетики новых экономических отношений.

Электрическая энергия по своему экономическому значению, несомненно, является товаром, способным удовлетворять потребности человека, и как следствие - объектом менового оборота. Это обстоятельство становится особенно понятным еще и потому, что создание конкурентной модели энергетических рынков во многих странах мира превратило электрическую энергию, представляющую неразрывный технологический процесс, в биржевой товар; по сути своей товаром стали количественные и качественные характеристики энергии. Причина этого заключается в том, что предоставление участникам рынка возможности самостоятельного формирования хозяйственных связей (свободного выбора потребителями производителей электроэнергии) привело к организации торговли производными инструментами, такими, как фьючерсные, форвардные и опционные сделки, хеджирование. И как следствие - структура рынка электроэнергии в Европе и США во многом стала подобна структуре рынка классических биржевых товаров, таких, как зерно, хлопок, нефть и т.д. Кроме того, товаром стала не только сама электрическая энергия, но и сопряженная с ней такая физическая величина, как мощность. Таким образом, искусственно формируются модели рынков электрической энергии, в корне отличающиеся от технологического цикла, характеризуемого единством процесса производства, передачи и потребления электроэнергии.

Такого рода изменения с неизбежностью влекут и необходимость пересмотра правового определения электрической энергии как объекта гражданских прав.

Формирование в сфере электроэнергетики новых экономических отношений требует отнесения электрической энергии к категории, формально близкой к вещам. Вместе с тем товарный характер и коммерческая ценность электрической энергии не превращают ее в вещь в юридическом смысле, поскольку технологические свойства электрической энергии, во-первых, предопределяют невозможность использования ее в качестве вещи во многих договорных конструкциях (например, электрическая энергия не может быть предметом договора залога, аренды), а также осуществления ее правовой охраны с помощью тех же способов, что и охраны вещей (например, неправомерно потребленную электрическую энергию невозможно возвратить); во-вторых, ставят под сомнение возможность отнесения электрической энергии к объектам права собственности.

Объяснить сущность отношений, складывающихся по поводу обращения электрической энергии, можно, лишь обратившись к рассмотрению не только права собственности, под которым согласно классическому подходу понимается наиболее полное господство лица над вещью <8>, но и экономической природы этих отношений.

<8> См.: Кулагин М.И. Избранные труды по акционерному и торговому праву. М., 2004. С. 253.

Очевидно, что технологические свойства электрической энергии ограничивают, а иногда и исключают возможность осуществления по отношению к ней правомочий по владению, пользованию и распоряжению, составляющих содержание права собственности. Момент производства электроэнергии совпадает с моментом ее передачи, и, как следствие, в этом едином технологическом процессе, характеризующемся высокой скоростью протекания, электрическая энергия передается со скоростью света, как бы растворяются правомочия по владению, распоряжению и пользованию. Таким образом, вызывает определенные сомнения возможность придания этому материальному благу юридического режима вещи в силу его специфических свойств. Не случайно сегодня из-за неполноты обоснованных и адекватных современной правовой действительности теорий вводятся в действие нормативные правовые акты, нормы которых противоречат правилам Гражданского кодекса Российской Федерации. Примером может служить тот факт, что правила параграфов 1 и 3 главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации о купле-продаже и поставке не предназначены для регулирования отношений <9>, складывающихся в рамках Единой энергетической системы страны, вместе с тем ст. 32 Федерального закона "Об электроэнергетике" устанавливает порядок заключения двусторонних договоров купли-продажи электрической энергии между субъектами оптового рынка. Причины этого еще и в том, что традиционное представление об основных правовых понятиях не всегда отражает особенности возникающих в современном обороте отношений и не может служить достаточным основанием для решения вопроса о правовом определении электрической энергии. А значит, несоответствие между теоретическими положениями в гражданском праве и фактическими экономическими отношениями, возникающими по поводу обращения особого товара - электрической энергии, обусловливают необходимость формирования новых подходов к гражданско-правовому определению электрической энергии.

<9> См.: Витрянский В.В. Договор энергоснабжения и структура договорных связей по реализации и приобретению электроэнергии // Хоз-во и право. 2005. N 3. С. 43.

Бесспорно, электрическая энергия - это благо, обладающее оборотоспособностью, и вместе с тем электрическая энергия технологически неразрывно связана с иными объектами (генераторами и электросетями), выполняющими опосредующие функции. Такие отличительные особенности электрической энергии, как товарный характер и коммерческая ценность, а также неразрывная технологическая связь с иными объектами, выполняющими опосредующие функции, являются основанием для выделения этого объекта гражданских прав в особый вид имущества, обладающий специальным режимом обращения.

Между тем логичен и правомерен вопрос: является ли электрическая энергия объектом вещных прав?

Как известно, вещи являются объектами вещных прав, тогда как действия (в том числе имущественные права и услуги) могут быть объектами только обязательственных прав. Такое разграничение прежде всего предопределяет различия в правовом режиме конкретных объектов гражданских правоотношений. Гражданско-правовой режим того или иного объекта гражданских правоотношений устанавливается для их субъектов, совершающих по поводу этих объектов различные юридически значимые действия. Вместе с тем необходимо учитывать, что гражданское право создает правовую базу экономических отношений, в том числе и в сфере электроэнергетики. И как следствие - именно экономический признак должен быть положен в основу отнесения электрической энергии к объектам либо вещных, либо обязательственных прав. Объектом отношений по снабжению электрической энергией выступает самостоятельное экономическое благо, и, как уже было отмечено, есть основания для признания этого материального блага особым видом имущества. Реформирование энергетического комплекса России, направленное на искусственное, т.е. отличное от технологии процесса, разделение субъектов электроэнергетики по видам деятельности на самостоятельные компании, диктует необходимость отнесения электрической энергии к категории, достаточно близкой к вещам. Между тем электрическая энергия обладает особыми технологическими свойствами, отличающими ее от других объектов гражданских прав. Для нее необходим особый правовой режим, который с учетом требований экономических преобразований должен определяться по модели вещных прав. Следовательно, для электроэнергии должен устанавливаться правовой режим вещных прав - с учетом особенностей, обусловленных спецификой технологии процесса ее производства и передачи. И выделение сегодня на оптовом рынке электроэнергии точек ее поставки свидетельствует о необходимости четкой регламентации перехода такой ценности, как электрическая энергия, из имущественной сферы одного лица в имущественную сферу другого.

Вместе с тем обращение электрической энергии в рамках Единой энергетической системы страны имеет ряд технологических особенностей, которые несвойственны энергосистемам многих стран мира, а также функционированию производственных объектов электроэнергетики вне рамок данной системы (т.е. на розничных рынках электрической энергии). Одной из главных особенностей являются перетоки электроэнергии из одной энергосистемы в другую. Как уже отмечалось ранее, одни и те же электростанции в рамках Единой энергетической системы могут последовательно обслуживать различные регионы в нескольких часовых поясах по мере смены в них дня и ночи и как следствие - перетоки электроэнергии могут осуществляться в оба направления (как в сторону принимающей, так и в сторону передающей энергосистемы).

В связи с отмеченным логичен и правомерен вопрос: какова правовая природа отношений, складывающихся по поводу обращения электрической энергии в рамках Единой энергетической системы?

В юридической литературе рассматривались вопросы, связанные с правовым регулированием отношений, складывающихся по поводу обращения электрической энергии в рамках Единой энергетической системы страны. Наиболее полный анализ правового регулирования таких отношений содержится в трудах Б.М. Сейнароева, который в 80-е годы прошлого столетия выделил договор на переток электроэнергии, а также договор на снабжение энергосистем электроэнергией от блок-станций наряду с договором энергоснабжения <10>.

<10> См.: Сейнароев Б.М. Правовые вопросы договора на снабжение электроэнергией предприятий и организаций. Алма-Ата, 1975. С. 10.

Так, сторонами договора на переток электроэнергии являются две энергоснабжающие организации (энергосистемы), которые обязуются восполнять друг у друга дефицит энергии (мощности), при этом специфическая особенность договора на переток электроэнергии заключается в том, что по этому договору "допускаются реверсивные перетоки электроэнергии, т.е. перетоки электроэнергии в оба направления (как в сторону принимающей, так и в сторону передающей энергосистемы). Это означает, что энергосистема, обязанная по договору передавать электроэнергию другой энергосистеме, в отдельные периоды может поставлять электроэнергию, вырабатываемую принимающей энергосистемой" <11>.

<11> Там же. С. 10 - 11.

В свою очередь, договор на снабжение энергосистем электроэнергией от блок-станций заключается между энергосистемой и организацией, имеющей блок-станции (т.е. электрические станции, принадлежащие промышленным, транспортным или иным организациям, если они включены в электросеть данной энергосистемы). По этому договору организация, имеющая блок-станцию, обязана отпускать энергосистеме электроэнергию в пределах максимальной мощности и в количествах, обусловленных договором, а энергосистема обязуется выбрать предусмотренное договором количество энергии и оплатить ее <12>.

<12> См.: Там же. С. 25.

В начале 90-х годов прошлого столетия А.М. Шафир отмечал, что договор на переток электрической энергии, а также договор на электроснабжение оптовых потребителей-перепродавцов и договор электроснабжения энергосистем от блок-станций представляют собой разновидности договора энергоснабжения через присоединенную сеть <13>.

<13> См.: Шафир А.М. Энергоснабжение предприятий: Правовые вопросы. М., 1990. С. 9 - 10.

Аналогичную точку зрения отстаивали и другие авторы, которые отмечали, что договор энергоснабжения имеет такие разновидности, как: договор снабжения электрической энергией, договор о реверсивных (встречных) перетоках электроэнергии, договор о взаимном резервировании электроснабжения, договор снабжения газом, договоры снабжения тепловой энергией, водой, нефтью и нефтепродуктами, и др. <14>.

<14> См.: Гражданское право: Учеб. / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 1996. Т. 2. С. 85.

Между тем в современных условиях уже нельзя говорить об одном-единственном договоре, опосредующем отношения на оптовом рынке электроэнергии страны. Эти отношения регламентируют в равной мере несколько договоров, которые объединяет то, что все они в конечном счете предназначены для регулирования технологически единых отношений, возникающих в процессе производства и передачи электроэнергии в рамках Единой энергетической системы страны (на оптовом рынке электроэнергии).

В пользу сформулированного вывода можно привести следующие аргументы:

В целом по изложенному в данном параграфе в качестве итога можно сформулировать следующие положения: