Мудрый Юрист

Некоторые проблемы применения федерального закона "о страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации"

Барчуков В.П., кандидат юридических наук, государственная корпорация "Агентство по страхованию вкладов".

Прошло более трех лет с момента вступления в силу Федерального закона от 23 декабря 2003 г. N 177-ФЗ "О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации" (далее - Закон) <1>, который установил правовые, финансовые и организационные основы системы обязательного страхования банковских вкладов, определил права и обязанности ее участников. Российская система страхования вкладов завершила этап организационного становления, и можно утверждать, что во многом благодаря ее функционированию в последние годы отмечается устойчивый рост доверия населения к банкам, о чем, в частности, свидетельствует увеличение объема банковских вкладов физических лиц <2>.

<1> Собрание законодательства Российской Федерации. 2003. N 52 (часть I). Ст. 5029.
<2> За 2006 г. объем банковских вкладов физических лиц, по данным Банка России, увеличился на 37,7% (за 2005 г. - на 39,3%). По результатам анализа, проведенного Агентством по страхованию вкладов, эта тенденция сохраняется и в настоящее время. Так, в I квартале 2007 г. средства населения в банках выросли на 5,8%, и их объем достиг 4 трлн. руб. Причем за аналогичный период прошлого года прирост составил 5,2%.

Вместе с тем практика применения Закона выявила ряд правовых проблем как содержательного, так и юридико-технического характера, требующих законодательного разрешения. Остановимся на некоторых из них.

  1. В соответствии с Законом (п. 2 ст. 2 и ч. 1 ст. 5) страхованию подлежат денежные средства, размещаемые физическими лицами в банке на основании договора банковского вклада или договора банковского счета, за исключением денежных средств, указанных в ч. 2 ст. 5 Закона. В частности, не страхуются денежные средства, размещенные на банковских счетах физических лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, если эти счета открыты в связи с указанной деятельностью.

На практике в связи с этим возникает вопрос об отнесении (либо неотнесении) к застрахованным и включении их в расчетную базу для исчисления страховых взносов банков денежных средств, находящихся на счетах адвокатов и в депозитах нотариусов.

В ст. 1 Федерального закона от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" (далее - Закон об адвокатуре) <3> прямо указывается, что адвокатская деятельность не является предпринимательской. В соответствии со ст. 21 Закона об адвокатуре адвокат, принявший решение осуществлять адвокатскую деятельность индивидуально, учреждает адвокатский кабинет, который не является юридическим лицом.

<3> Российская газета. 2002. 5 июня.

Из сказанного можно было бы сделать вывод о том, что поскольку адвокаты, учредившие адвокатский кабинет, не относятся к лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, и не имеют статуса индивидуального предпринимателя, то денежные средства на счетах этих лиц должны страховаться в соответствии с Законом.

Вместе с тем представляется, что на основании сопоставления п. 1 ч. 2 ст. 5 Закона с другими его положениями более правильным является расширительное толкование указанной нормы. Исходя из целей Закона и его содержания, защите подлежат размещенные на банковских счетах (во вкладах) денежные средства физических лиц, предназначенные для удовлетворения их личных потребностей. Банковский счет адвоката имеет другую экономическую природу, он предназначен для осуществления расчетов, учета доходов и расходов при занятии им частной практикой, т.е. профессиональной деятельностью, направленной на систематическое получение дохода и являющейся источником его существования.

Не случайно Банк России при нормативном регулировании порядка открытия и ведения банковских счетов приравнивает счета адвокатов к счетам юридических лиц, отличая их в то же время от иных ("потребительских") счетов физических лиц. Так, в соответствии с пп. 2.2, 2.3 Инструкции Банка России от 14 сентября 2006 г. N 28-И "Об открытии и закрытии банковских счетов, счетов по вкладам (депозитам)" (далее - Инструкция N 28-И) физическим лицам для совершения расчетных операций, не связанных с предпринимательской деятельностью или частной практикой, открываются текущие счета. Расчетные счета открываются юридическим лицам, не являющимся кредитными организациями, а также индивидуальным предпринимателям или физическим лицам, занимающимся частной практикой, для совершения расчетов, связанных с предпринимательской деятельностью или частной практикой.

Тот же подход применяется Банком России и при определении режима депозитных счетов нотариусов. Согласно п. 2.9 Инструкции N 28-И данные счета приравниваются к депозитным счетам правоохранительных органов, судов, подразделений службы судебных приставов, открываемым для зачисления денежных средств, поступающих во временное распоряжение указанных органов, при осуществлении ими установленной законодательством Российской Федерации деятельности.

Следует отметить, что внесение денежных средств в депозит нотариуса является одним из способов исполнения обязательства, предусмотренным ст. 327 ГК РФ, что предопределяет правовую природу как самого счета, так и поступающих на него денежных средств.

С момента внесения должником денежной суммы в депозит нотариуса должник считается исполнившим свое обязательство и теряет право собственности на переданные нотариусу средства. Нотариус, в свою очередь, ограничен в праве распоряжения денежными средствами, хранящимися на его депозитном счете. Он лишь обязан известить кредитора о внесении в его депозит денежных средств и передать их кредитору, однако при этом не приобретает на них права собственности. Таким образом, нотариус не может быть признан вкладчиком (выгодоприобретателем) в смысле Закона.

Кроме того, необходимо иметь в виду, что на депозитных счетах нотариусов, открытых в банках, могут находиться денежные средства как физических, так и юридических лиц. Следовательно, отнесение таких счетов к застрахованным неизбежно привело бы к тому, что на страховое возмещение могли претендовать юридические лица, что противоречит одному из основных принципов Закона, вытекающему из его названия.

Данные выводы относительно особого статуса банковских счетов (вкладов) адвокатов и нотариусов, являющегося основанием для исключения их из числа страхуемых, косвенно подтверждаются изменениями, внесенными в ст. 64 ГК РФ Федеральным законом от 3 января 2006 г. N 6-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и Бюджетный кодекс Российской Федерации" <4>. В соответствии с указанными изменениями при ликвидации кредитных организаций, привлекавших средства физических лиц, требования адвокатов и нотариусов по договорам банковского вклада (счета) в отличие от требований других вкладчиков - физических лиц не подлежат удовлетворению в первую очередь.

<4> Российская газета. 2006. 11 янв.
  1. ГК РФ предусмотрена возможность заключения договоров банковского вклада в пользу третьих лиц, что получило достаточно широкое применение в банковской практике. При этом существует некоторая неопределенность в отношении того, какое лицо в этом случае будет считаться вкладчиком в смысле Закона - лицо, которое заключило данный договор, либо лицо, в пользу которого внесены денежные средства (выгодоприобретатель).

В соответствии со ст. 842 ГК РФ лицо, на имя которого внесен вклад, приобретает права вкладчика с момента предъявления им к банку первого требования, основанного на этих правах, либо выражения им банку иным способом намерения воспользоваться такими правами (если иное не предусмотрено договором). При этом уточняется, что до совершения выгодоприобретателем указанных действий лицо, заключившее договор банковского вклада, может воспользоваться правами вкладчика в отношении внесенных им на счет по вкладу денежных средств.

В то же время согласно ст. 2 Закона обязательному страхованию подлежат денежные средства, размещенные в банках Российской Федерации физическими лицами или в их пользу, независимо от того, кто вносит денежные средства в пользу указанных лиц. При этом денежные средства во вкладе считаются застрахованными со дня заключения договора банковского вклада (счета).

Поскольку содержащееся в п. 4 ст. 2 Закона понятие вкладчика как лица, в пользу которого внесен вклад, является специальным по отношению к аналогичному понятию в ГК РФ, представляется, что такое лицо приобретает права вкладчика для целей Закона со дня заключения в его пользу договора банковского вклада, а не с момента выражения им банку намерения воспользоваться правами вкладчика или иного указанного в договоре момента.

В целях исключения двоякого толкования рассматриваемой нормы представляется необходимым внести соответствующее изменение в Закон, в частности дополнить ст. 7 положением о том, что при заключении договора банковского вклада в пользу третьего лица права вкладчика приобретает физическое лицо, в пользу которого внесен такой вклад.

  1. Практика применения положений Закона выявила неоднозначность используемого в нем понятия встречного требования банка к вкладчику при исчислении размера страхового возмещения. Часть 7 ст. 11 Закона устанавливает, что при расчете возмещения по вкладам его размер определяется исходя из разницы между суммой обязательств банка перед вкладчиком и суммой встречных требований банка к вкладчику, возникших до дня наступления страхового случая. При этом возможны два подхода к определению суммы встречных требований: при первом в расчет принимаются все денежные обязательства вкладчика, возникшие до дня наступления страхового случая; при втором - только обязательства, срок исполнения которых истек до страхового случая.

Первая точка зрения основывается на положениях ст. 307 ГК РФ, в соответствии с которыми моментом возникновения права требования банка к вкладчику является момент возникновения обязательства вкладчика (например, день предоставления ему кредита), и поэтому при определении размера страхового возмещения должен учитываться весь размер такого потенциального права требования банка к клиенту (на день наступления страхового случая) вне зависимости от обусловленных законом или договором сроков исполнения обязательства, на котором это требование основано.

Однако достаточно обоснованной представляется и другая позиция. Действительно, согласно ст. 307 ГК РФ потенциальное право требовать от должника исполнения его обязанности возникает у кредитора одновременно с возникновением соответствующего обязательства. Вместе с тем реализация такого права (т.е. предъявление самого требования) возможна лишь при соблюдении определенных условий, предусмотренных законом или договором, в частности, при наступлении срока исполнения обязательства (ст. 314 ГК РФ).

Досрочного исполнения обязательства кредитор может потребовать лишь в случаях, прямо указанных в законе, например, при реорганизации юридического лица - должника (п. 2 ст. 60 ГК РФ), в случаях нарушения заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа (кредита) (п. 2 ст. 811 ГК РФ) и др.

Исходя из данной позиции, обязательство вкладчика по возврату банку суммы кредита, срок исполнения которого на дату страхового случая еще не наступил, не может быть отнесено к встречным требованиям банка к вкладчику, поскольку у банка отсутствуют правовые основания для предъявления такого требования вкладчику (требование еще не возникло). Следовательно, непросроченные обязательства вкладчика не должны учитываться при расчете размера страхового возмещения.

Для устранения неопределенности при исчислении размера страхового возмещения необходимо ввести в понятийный аппарат Закона определение встречного требования банка к вкладчику, исключающее двоякое толкование нормы, содержащейся в ч. 7 ст. 11 Закона.

  1. В соответствии с Федеральным законом "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций" и признании утратившими силу некоторых законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации" <5> на государственную корпорацию "Агентство по страхованию вкладов" (далее - Агентство), выполняющую функции страховщика по обязательному страхованию вкладов, возложены также полномочия конкурсного управляющего при банкротстве кредитных организаций <6>.
<5> Собрание законодательства Российской Федерации. 2004. N 34. Ст. 3536.
<6> Кроме того, в соответствии с Федеральным законом "О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "Об ипотечных ценных бумагах", которым были помимо прочего внесены изменения в Федеральный закон "О банках и банковской деятельности", Агентство является ликвидатором тех кредитных организаций, у которых Банком России была отозвана лицензия на осуществление банковских операций, однако на день ее отзыва не было установлено наличие признаков несостоятельности.

Статьей 7.1 Федерального закона "О некоммерческих организациях" <7> (далее - Закон о некоммерческих организациях) определено, что в законе, предусматривающем создание государственной корпорации, должны определяться цели ее деятельности и порядок управления ее деятельностью (в том числе органы управления государственной корпорации и порядок их формирования, порядок назначения должностных лиц и их освобождения).

<7> Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. N 3. Ст. 145.

В этой связи необходимо отметить, что Агентство создавалось в соответствии с Законом и его организационно-правовой статус, цели деятельности, функции, структура и компетенция органов управления определены указанным Законом, предметом регулирования которого являются исключительно правоотношения в области страхования банковских вкладов физических лиц. Причем перечень функций Агентства сформулирован в Законе исчерпывающим образом, не позволяющим трактовать его расширительно.

В то же время законодательные акты, в соответствии с которыми Агентство действует как конкурсный управляющий (ликвидатор) кредитных организаций, лишь обозначают Агентство в указанном качестве, не раскрывая порядка управления его деятельностью, механизмов принятия Агентством как юридическим лицом решений в процедурах банкротства (ликвидации) банков и других вопросов.

Поскольку в соответствии со ст. 7.1 Закона о некоммерческих организациях Агентство как государственная корпорация не имеет учредительных документов, предусмотренных ст. 52 ГК РФ, необходимо, чтобы особенности правового положения Агентства при осуществлении ликвидации банков были законодательно закреплены.