Мудрый Юрист

Политика налогов в СССР в период с 1917 по 1941 г.

Верещагин Сергей Григорьевич - кандидат юридических наук, доцент кафедры государственного, трудового и административного права Владивостокского государственного университета экономики и сервиса.

Сразу же после октябрьского переворота 1917 г. экономика страны попала в тиски военного коммунизма. По существу это была безумная попытка методом революционной кавалерийской атаки быстро реализовать на практике теоретические идеи Маркса о ликвидации рынка и товарно-денежных отношений, заменив их прямым продуктообменом. Параллельно решалась задача ликвидации буржуазии как класса с помощью ее якобы естественного могильщика - пролетариата. В целом это была фанатичная попытка искусственно насадить великую социальную утопию.

Формирование командной экономики ознаменовалось систематической борьбой большевиков против частной собственности, экспроприация которой началась с Декрета о земле. По Декретам от 14 декабря 1917 года и 24 марта 1918 года все недвижимое имущество в городах было сначала изъято из торгового обращения, а затем передано в государственную собственность. Декрет ВЦИК от 3 февраля 1918 года аннулировал все внутренние долги государства. В апреле 1918 года было запрещено покупать, продавать и сдавать в аренду торговые и промышленные предприятия, в мае 1918 года отменено право наследования. Ни одна из этих мер не продиктована "насущной необходимостью", поскольку страна не находилась еще в состоянии гражданской войны. Все это делалось с целью лишения граждан страны прав владения и распоряжения движимым и недвижимым имуществом, а значит, лишения их экономической и политической самостоятельности <1>.

<1> См.: Документы внешней политики СССР. Т. 1. М., 1957. С. 125 - 128.

24 ноября (по старому стилю) 1917 г. был принят Декрет Совета народных комиссаров "О взимании прямых налогов", установивший налог на прирост прибылей с торговых и промышленных предприятий и доходов от личных промыслов". Декретом предусматривались твердые сроки налога и санкции за просрочку платежей или уклонение от уплаты - "вплоть до расстрела" <2>.

<2> Цит. по: Юткина Т.Ф. Налоговедение: от реформы к реформе. М.: ИНФРА-М, 1999. С. 49.

Для пополнения бюджета местным советам разрешалось справляться собственными силами. На местах зачастую также прибегали к дискриминационному налогообложению "классовых врагов" в форме "контрибуции" <3>.

<3> СУ РСФСР. 1918. N 93. Ст. 931.

Так, в октябре 1918 года на зажиточных крестьян была наложена специальная контрибуция в 10 млрд. рублей, а Москве и Петрограду, в свою очередь, следовало заплатить 3 и 2 млрд. рублей, соответственно. Такая мера нередко использовалась с целью наказания определенных слоев населения. Хотя следует признать, что требуемые суммы собрать полностью не удавалось нигде.

В условиях диктатуры пролетариата закончилась эпоха естественных качественных преобразований налогов, и они превращаются в орудие политической борьбы.

Новация большевизма была направлена на самого человека как объект преобразований; речь шла о жестких политических технологиях, предусматривающих использование перманентного и массового террора и геноцида. Как писал "любимец партии" Н.И. Бухарин, "пролетарское принуждение во всех его формах, начиная от расстрелов и кончая трудовой повинностью... является методом выработки коммунистического человечества из человеческого материала капиталистической эпохи" <4>. Таким образом, принижение значения товарно-денежных отношений практически уничтожило созданную в дореволюционной России налоговую систему. Вместе с тем налоги как экономико-правовая система перестали играть главную роль в финансировании государственных потребностей. Эту роль выполняли контрибуции, эмиссия денег и продразверстка.

<4> Цит. по: Панарин А.С. Философия политики. М.: Новая школа, 1996. С. 184.

Конкретную программу движения в этом направлении Ленин выдвинул еще до переезда Правительства в Москву, во время работы VII экстренного съезда партии, одобрившего в партийном порядке Брестский мир и переименовавшего социал-демократическую партию в коммунистическую. В черновом наброске новой программы партии Ленин сформулировал десять тезисов о советской власти, указал средства решения ее задач в экономической области. Среди последних были названы социалистическая организация производства, транспорта и распределения в общегосударственном масштабе, в том числе "сначала государственная монополия "торговли", затем замена, полная и окончательная, "торговли" - планомерно-организованным распределением... под руководством советской власти; принудительное объединение всего населения в потребительско-производительные коммуны" с временным сохранением денег и сделок купли-продажи, но с "обязательным, по закону, проведением всех таких сделок через потребительско-производительные коммуны"; "осуществление всеобщей трудовой повинности" ...с введением потребительско-рабочих (бюджетных) книжек" для учета труда и потребления, регистрации сделок купли-продажи; "полное сосредоточение банкового дела в руках государства и всего денежно-торгового оборота в банках... обязательное держание денег в банках и переводы денег только через банки... постепенное выравнивание всех заработных плат и жалований во всех профессиях и категориях... замена индивидуального хозяйничанья отдельных семей общим кормлением больших групп семей" <5>.

<5> Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36. С. 74 - 75.

В выступлении на заседании ВЦИК IV созыва В.И. Ленин говорил: "Никакое налоговое обложение не сможет быть проведено без принудительной силы... Нужна армия, построенная на иных началах, и только в этом случае мы сможем провести финансовую реформу" <6>.

<6> Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36. С. 227.

Также он писал: "Налог - это значит то, что государство берет с населения без всякого вознаграждения" <7>. Он также указывал на обязательность уплаты налога: "Конечно, продналог не убеждением будет браться, его можно взять только принуждением, это и называется аппарат" <8>.

<7> Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 43. С. 149.
<8> Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 43. С. 339.

Если учесть, что в эти дни Ленин считал гражданскую войну в основном законченной, то становится ясно, что еще весной 1918 г. он собирался строить экономику преимущественно на военной силе. Военный коммунизм был единственно возможным способом навязывания социализма неподготовленной стране.

Немногим позднее соратник Бухарина В. Смирнов писал: "Для нас финансовый и денежный кризис может быть разрешен не путем восстановления финансов и денежного обращения, а ликвидацией и денежной, и финансовой системы путем перехода к социалистической организации производства".

В мае 1918 года Правительство объявило о введении продовольственной диктатуры, что означало переход к политике жесткого давления на зажиточное крестьянство, к насильственному изъятию хлебных запасов. В деревню были посланы многотысячные вооруженные продовольственные отряды (продотряды) из числа рабочих и солдат, занимавшиеся прямой конфискацией продовольствия.

Все эти шаги Советского правительства значительно подорвали экономическую базу основных производителей продовольствия на селе, включая и середняков, а также усилили тенденцию на конфронтацию крестьян с государственной властью. Кроме того, в деревне обозначилось острое социальное противоречие между отдельными группами, вылившееся в скором времени в гражданскую войну.

По Ленину, "своеобразный военный коммунизм состоял в том, чтобы фактически брали от крестьян все излишки и даже иногда не излишки, а часть необходимого для крестьянина продовольствия, брали для покрытия расходов на армию и на содержание рабочих. Брали большей частью в долг, за бумажные деньги".

В конкретных условиях России военный коммунизм - это идеология и своеобразная эскалация чрезвычайных мер, призванная утвердить диктатуру пролетариата в стране с гигантским преобладанием мелкобуржуазного населения. Субъективно "военный коммунизм" был вызван к жизни стремлением новой власти продержаться до мировой революции, объективно он был предопределен задачей ликвидации гигантского разрыва между хозяйственными укладами города и деревни.

Теоретики военного коммунизма - Н. Бухарин, Е. Преображенский, Ю. Ларин и другие - в 1918 - 1920 годах постоянно подчеркивали, что "коммунистическое общество не будет знать денег", что деньги обречены на исчезновение. Они хотели сразу обесценить деньги, а на их место поставить обязательную систему распределения благ по карточкам. Но, как отмечали эти политики, наличие мелких производителей (крестьян) не позволяло сделать это быстро, потому что крестьяне все еще оставались вне сферы государственного контроля, и им еще надо было платить за продукты.

Исходя из идеи о необходимости скорой отмены денег, Правительство все более склонялось к полному обесценению денег путем их неограниченной эмиссии. Их было напечатано так много, что они обесценились в десятки тысяч раз и почти полностью потеряли покупательную способность. Денежная масса исчислялась квадриллионами, стоимость коробка спичек или билета в трамвае оценивалась в миллионы советских рублей - совзнаков, что означало гиперинфляцию.

Результатом такой политики стало превращение денег в "раскрашенные бумажки". Но в отличие от других европейских стран (Германии, Австрии, Венгрии), где денежная система находилась также в глубоком кризисе, гиперинфляция в России была осуществлена сознательно. Среди руководителей страны было распространено мнение о том, что гиперинфляция полезна для экономики, так как она "съедает" денежные накопления бывших эксплуататоров путем их обесценения, и тем самым быстрее произойдет вытеснение денег из обращения.

Денежная эмиссия первых послереволюционных лет оказалась самым главным источником пополнения государственного бюджета. В первой половине 1918 года Народный банк выпускал ежемесячно по 2 - 3 млрд. практически ничем не обеспеченных рублей - "керенок", - зачастую их даже не разрезали на отдельные купюры. В январе 1919 года в России в обращении находилось 61,3 млрд. рублей, две трети которых составляли "керенки" советского выпуска. В феврале 1919 года были выпущены первые советские деньги, которые назывались "расчетные знаки РСФСР". Они находились в обращении вместе с "николаевками" и "керенками", но курс их был гораздо ниже, чем у прежних денег.

В мае 1919 года Народному банку было предписано выпускать денег столько, сколько нужно для хозяйства страны. В 1921 году ежемесячно выпускалось бумажных денег в среднем на 188,5 млрд. рублей. В течение 1919 года количество бумажных денег увеличилось примерно в 4 раза - до 225 млрд. рублей, в 1920 - еще в 5 раз - до 1,2 трлн. рублей, а в 1921 году до 2,3 трлн. рублей <9>.

<9> Пайпс Р. Русская революция. М., 1994. Ч. 2. С. 367.

В результате безудержной эмиссии уровень цен достиг невиданных масштабов. Если уровень цен 1913 года принять за 1, то в 1918 году он составил 102, в 1920 - 9620, в 1922 - 7343000, а в 1923 - 648230000 <10>.

<10> Там же. С. 369.

В результате советские деньги были полностью обесценены. В 1921 году покупательная способность 50-тысячной купюры приравнивалась к довоенной монете в одну копейку. Высокую ценность сохранил только золотой царский рубль, но в обращении их почти не было, так как население их припрятывало. Однако совсем без полноценных денег обойтись было невозможно, поэтому в стране наиболее распространенными единицами измерения ценностей стали хлеб и соль.

Экономический советник В.И. Ленина Ларин (М.А. Лурье) писал, что галопирующая инфляция, унаследованная от старого режима, - не зло, а благо для диктатуры пролетариата: активная государственная эмиссионная деятельность могла быть использована не только для сохранения власти, но и для подрыва экономической автономности и экспроприации всех слоев населения, сохранивших сколько-нибудь значительные денежные накопления, и ускорения социалистических преобразований. Согласно таким рассуждениям, обесценение денег приведет в конечном счете к их нуллификации, самоликвидации и переходу к безденежному, бестоварному, безрыночному хозяйству <11>.

<11> Ольшевский В.Г. Финансово-экономическая политика советской власти в 1917 - 1918 гг.: тенденции и противоречия // Вопросы истории. 1999. N 3. С. 32.

Далее, как писал в 1920 г. бывший тогда секретарем ЦК РКП(б) Е.А. Преображенский, печатный станок Наркомфина стал пулеметом, "который обстреливал буржуазный строй по тылам его денежной системы, обратив законы денежного обращения буржуазного режима в средство уничтожения этого режима и в источник финансирования революции" <12>.

<12> Преображенский Е. Бумажные деньги в эпоху диктатуры пролетариата. М., 1920. С. 4.

В результате проведения такой денежной политики была полностью разрушена финансовая система страны. И вполне закономерно экономика перешла к натуральному обмену. В промышленность внедрялась система безденежных отношений и расчетов. Для осуществления производственного учета на предприятиях Совнарком рекомендовал перейти к натуральному измерению - "тредам" (трудовым единицам), которые означали определенное количество затраченного труда.

Военный коммунизм в финансово-экономической сфере проявился в ориентации на полную ликвидацию денег, кредита, банков, в организации в рамках государственного хозяйства безденежных расчетов и натурализации экономики. Трагическая парадоксальность сложившейся ситуации проявилась в том, что сужение сферы товарно-денежных отношений, введение, казалось бы, в интересах пролетарского населения бесплатности распределяемых продовольственных продуктов, предметов широкого потребления, отмена платы за всякого рода топливо, квартирной платы и оплаты коммунальных услуг, платы за аптечные лекарства и произведения печати, ликвидация денежных налогов и взаимных расчетов между национализированными предприятиями не только не улучшили положение рабочих и служащих, но наоборот, подорвав заинтересованность в эффективном труде, усугубили его. Это послужило одним из важнейших факторов, обусловивших позднее переход к новой экономической политике, восстановлению денег, финансово-кредитной системы и товарно-денежных отношений <13>.

<13> Ольшевский В.Г. Финансово-экономическая политика советской власти в 1917 - 1918 гг.: тенденции и противоречия // Вопросы истории. 1999. N 3. С. 43.

Итогом военного коммунизма стал неслыханный спад производства: в начале 1921 года объем промышленного производства составил только 12% довоенного, а выпуск железа и чугуна - 2,5%. Объем продуктов, шедших на продажу, сократился на 92%, государственная казна на 80% пополнялась за счет продразверстки.

Как писал известный экономист русской эмиграции П.Б. Струве, экономическая политика военного коммунизма ввергла страну в жесточайший кризис, острота и масштабы которого позволяют говорить о "невиданном явлении в мировой истории". Отдаленную аналогию Струве усматривает лишь в истории Древнего мира, в эпохе упадка Римской империи, растянувшейся на столетия. И тут и там имела место натурально-хозяйственная реформа. И тут и там граждане были закрепощены государством, иными словами, и тут и там правомерно говорить о "безумии власти". "Но коммунистическое безумие, - продолжает Струве, - ...отличается от безумия Гамлета, оно "есть система". Натурально-хозяйственная реакция древности стихийна и вытекала из целого ряда процессов, и она была их естественным итогом, а не явилась результатом осуществлений какой-либо цельной программы или плана экономического устройства. В русском процессе, современниками и жертвами которого являемся мы, дело обстоит иначе. Тут все вытекало из известной программы, из определенной системы, из предвзятой идеи" <14>.

<14> Корицкий Э.Б., Нинциева Г.В., Дмитриев А.Л., Шетов В.Х. Экономисты русской эмиграции: Учебное пособие / Под общей ред. Э.Б. Корицкого. СПб.: Изд-во "Юридический центр Пресс", 2000. С. 230.

Советское правительство встало перед необходимостью исправления сложившейся ситуации в экономике. Так как методы политики военного коммунизма не приносили ожидаемых результатов, назрела необходимость пересматривать свои позиции, что и привело к так называемой новой экономической политике (нэп).

Проделывая "опыт революции", В. Ленин руководствовался принципом "Политика не может не иметь первенства над экономикой" <15>.

<15> Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 42. С. 278.

Главная задача нэпа была сформулирована Лениным как экономическая "смычка" между той мелкокрестьянской, мелкобуржуазной, мелкособственнической стихией, которая "ежедневно, ежечасно и в массовом масштабе рождает капитализм", и социализированной "крупной промышленностью", в которую был введен принцип хозяйственного расчета.

Необходимость уживаться с крестьянином-хлеботорговцем; искать компромисса (в форме концессий) с капиталистическим миром, пока пролетарская революция в других странах запаздывает; "лично заинтересовать" через хозрасчет работников предприятий госпромышленности - таковы звенья цепи признания Лениным неосуществимости непосредственного перехода к нерыночному плановому хозяйству.

Налаживание связи с крестьянской деревней и с мировым рынком потребовало от большевиков проведения денежной реформы 1922 - 1924 гг., обеспечившей устойчивую валюту - советский червонец. Однако надежды на приток капиталов из стана "классовых врагов" вскоре развеялись. С другой стороны, ни сам творец нэпа, ни его соратники не смогли найти концептуальной смычки между планом и рынком, в то же время выслав из страны праволиберальных экономистов, заявлявших о несовместимости социалистического строя с рациональным хозяйствованием.

Последним усилием Ленина осуществить "коренную перемену всей нашей прежней точки зрения на социализм" был призыв обратить внимание на кооперацию, "чтобы достигнуть через нэп участия в кооперации поголовно всего населения", поскольку "строй цивилизованных кооператоров при общественной собственности на средства производства, при классовой победе пролетариата над буржуазией - это есть строй социализма".

В марте 1921 года началось восстание военных моряков в Кронштадтской крепости. В программном заявлении "За что мы боремся" кронштадтцы писали: "Совершая Октябрьскую революцию, рабочий класс надеялся достичь своего раскрепощения. В результате же создалось еще большее порабощение личности человека... Все ярче и резче вырисовывалось, а теперь стало очевидным, что РКП не является защитницей трудящихся, каковой она себя выставляла, ей чужды интересы трудового народа, и, добравшись до власти, она боится лишь потерять ее".

Лозунг моряков - "Советы без коммунистов" - не оставлял сомнений: они выступали не против советской власти, но против власти коммунистической партии. Именно это делало кронштадтское восстание таким опасным для большевиков. Восстание в Кронштадте, заявил Ленин на X съезде партии, собравшемся в марте 1921 г., опаснее для нас, чем Деникин, Юденич и Колчак вместе взятые.

2 марта Ленин и Троцкий подписывают Приказ, объявляющий выступление кронштадтских моряков "белогвардейским заговором". Для подавления восстания выделяется около 50 тыс. бойцов под общим командованием Тухачевского. Красные части ворвались в крепость, защищаемую 5 тысячами моряков, в ночь с 17 на 18 марта. 18 марта все советские газеты посвятили первые страницы 50-летию Парижской коммуны и в один голос клеймили "кровавых палачей Тьера и Галифе". В захваченной крепости шли расстрелы восставших моряков. Оставшихся в живых вывозят на материк и отправляют в концлагеря в Архангельске и Холмогорах.

Восстание в Кронштадте прозвучало для Ленина последним звонком. В предпоследний день X съезда, который открылся 8 марта в день первого штурма Кронштадта, Ленин объявил о переходе к новой экономической политике.

Перефразируя Пушкина, можно сказать, что нэп родился под грохот кронштадтских пушек. Поняв, что сопротивление крестьян политике немедленного строительства коммунизма будет возрастать и что только военная сила не сможет сломить сопротивление подавляющего большинства населения страны, Ленин делает шаг назад. Один из большевистских теоретиков, Д. Рязанов, очень точно определил нэп как "крестьянский Брест". Точно так же, как в 1918 г., Ленин настаивал на необходимости передышки для создания армии, которая могла бы сопротивляться германской военной машине. Так, в 1921 г. он добивается согласия партии на уступку крестьянам.

Новая экономическая политика была прежде всего аграрной политикой. Продразверстка была заменена продналогом. На 1921 - 1922 гг. налог был установлен в размере 240 млн. пудов. Это было в два раза меньше запланированной разверстки, но ровно столько, сколько было собрано в реальности. Новый, "облегченный" по сравнению с плановой разверсткой продналог составлял 339% довоенного прямого налога. Значение замены разверстки налогом было в другом: ограничивался государственный произвол. Введение продналога сопровождалось одновременно разрешением свободной торговли. Ленин пошел на это с болью в душе. Объясняя новую политику на X съезде, он повторяет свой постоянный рефрен: свобода торговли - значит назад к капитализму. Но признает, что иного выхода нет. Необходимо сделать шаг назад и восстановить полностью истощенные в безумной попытке немедленного строительства коммунизма силы страны и ее населения. Сделать это можно - признавал Ленин - только с помощью капитализма.

Период нэпа (1921 - 1928 гг.) начался с замены продразверстки продналогом, с развития товарных отношений между городом и деревней. В результате в стране возник рынок, появилась мотивация к труду, были ликвидированы многие административные ограничения, столь характерные для военного коммунизма.

Продналог, несомненно, облегчил положение деревни, обозначил новые направления развития экономических связей мелкотоварного хозяйства. Земледельцы воспринимали индивидуальные налоги как освобождение от непосильной принудительной разверстки. Вместе с тем практически повсеместно встречались попытки уйти от обложения. Ежегодно от учета утаивалось около 10 - 25% посевных площадей. В 1921 году в борьбе с сокрытиями власти встали на путь разверстки обнаруженной неучтенной пашни на целые села, вернув в земельные общества принцип круговой поруки. Допускалась передача необложенной пашни в земельный фонд государства на три года. К непосредственным укрывателям применялось обложение в повышенном размере, арест и конфискация имущества. Уголовное законодательство предусмотрело статью за противодействие налоговой кампании в виде массового или индивидуального отказа от принятия окладных листов. Уголовный кодекс 1922 года содержал имущественные кары за сокрытие пашни или зерна <16>.

<16> Дегтев С.И. Реформа денежной системы в нэповской России // Денежные реформы в России: История и современность. Сборник статей. М.: Древнехранилище, 2004. С. 142.

Возврат к рынку не мог не сказаться на оздоровлении экономики. Индивидуальные крестьянские хозяйства получили право свободно торговать своими продуктами. Был разрешен наемный труд. Торговля не только возродилась, но и стала расцветать. В промышленности образовывались тресты и другие хозрасчетные объединения. Был ослаблен государственный административный контроль над экономикой. Естественно, что экономика страны стала сразу же набирать силу. В результате всего лишь за семь лет - с 1921 по 1928 г. - промышленное производство возросло более чем в 3 раза, сельскохозяйственное - примерно в 2 раза, а национальный доход утроился. За весь советский период эти темпы были рекордными.

Однако партаппарат и государство сохранили в своих руках все созданные ранее рычаги административного управления экономикой. Более того, вся крупная промышленность оставалась государственной собственностью.

И тем не менее надо признать, что нэп как целостная или комплексная система не сложилась. Да она и не могла сложиться, так как у Ленина не было и не могло быть четкой концепции социалистического рынка, или товарно-денежных отношений в условиях социализма. Против нэпа выступали и многие его сподвижники. Более того, Ленин считал нэп временным отступлением и вовсе не призывал к ослаблению государственного и партийного контроля над экономикой и обществом. После X съезда партии он даже призывал сохранять террор. Он писал: "Величайшая ошибка думать, что нэп положит конец террору. Мы еще вернемся к террору, и террору экономическому" <17>. Жизнь очень скоро подтвердила ленинский прогноз.

<17> Ленин В.И. Полн. собр. соч. 5-е изд. Т. 44. С. 428.

Переход к нэпу обусловил возрождение налоговой системы, воспроизводившей в общих чертах налоговую систему дореволюционной России, но были введены "классовые налоги": индивидуальное обложение кулацких хозяйств сельскохозяйственным налогом, налог на сверхприбыль и трудгужналог <18>. С помощью классовых налогов был создан непомерный налоговый гнет на кустарей, индивидуальных предпринимателей и российское крестьянство, что привело в 30-х годах XX века к полной ликвидации хозяйственной деятельности этих больших групп населения.

<18> Юткина Т.Ф. Налоги и налогообложение: Учебник. 2-е изд., перераб. М.: ИНФРА-М, 2003. С. 113.

Как уже указывалось, в 1922 г. по плану В.И. Ленина был осуществлен переход к единому натуральному налогу, сбор которого осуществлялся тоже по-ленински, с помощью "проведения чрезвычайных мер и чрезвычайных приемов". Приводим примеры сбора продналога в Сибири в 1922 году.

"Совершенно секретно. В целях усиления нажима и репрессий, ввиду угрожающего положения с продналоговой кампанией в Славгородском уезде, уездная оперативная тройка предлагает:

впредь до сдачи полностью налога и других сборов, независимо от выполнившей таковой части населения, не исключать из обязательного нажимного метода на все село, всю волость, надо заставить трепетать перед налоговым обязательством всех и вся до тех пор, пока вся волость не сдаст 100% не только одного налога, но и всех прочих налоговых сборов. Воинским частям, находящимся на продфронте, въезжая в волость, село, видеть в нем противника и к населению таковых применять все средства вооруженного нажима, кроме расстрела. (Обхват села, оцепление собраний, военное положение, принуждение вывозить под винтовкой, военный режим, набег ночью и другие крупные меры, кроме телесного наказания.)

Раз не платят налог, надо ввести в селе, волости военный режим, тюремный порядок, превратить село в квартал, район, в лагерь со всеми тяжелыми последствиями, произвести поголовную опись имущества, опечатать все, в том числе и хлебопродукты, чем лишить права уничтожать хлеб даже себе в пищу, запретить, закрыть размол муки на мельницах, ввести полную голодовку. Закрыть, лишить население права сбывать хлеб на сторону, не закрывая рынок, сделать так, чтобы крестьянин при наличии торговли, под тяжестью нажима ни один фунт не выбрасывал в продажу. Уоперпродтройки отв. Секретарь укома РКП Алешин, предуисполкома Стунак, уполгубпродкома Зверев" <19>.

<19> Документ был составлен не позднее 10 ноября 1922 г., когда с него сняли копию в политуправлении сибирских войск Красной армии и отправили в ЦК Российской коммунистической партии (большевиков). Документ дается в сокращении // Интернет - http://www.svoboda.org - "Документы прошлого".

Далее, в Алтайском краевом государственном архиве хранится редкий по цинизму документ - протокол заседания коллегии губпродкома под председательством губпродкомиссара Поволоцкого. Оно состоялось 14 января 1922 г. На нем члены коллегии и приглашенные с предельной откровенностью поделились опытом работы по выколачиванию продналога.

Альперович (Бийский уездный продкомиссар):

"Для работы была учреждена уездная продтройка и введена система чрезвычайных уполномоченных. Сессий работало две. Когда был вынесен первый смертный приговор, значение сессий утвердилось. В начале ноября-декабря были введены нелегальные меры воздействия: сажание в холодные амбары, конфискации, но это носило случайный характер. Около 15 процентов скота у крестьян ушло в обмен на хлеб. Арестовано 1213 человек. Приходилось усиливать тяжесть ареста: не давали спать суток по трое".

Лисин (представитель ревтрибунала):

"В Яминской волости вынесли суровый приговор (расстрел) председателю сельсовета как злостному неплательщику, после чего в 24 часа собрали весь налог. Сессия работала около года. За это время не было ни одного оправдательного приговора".

Егоров (председатель сессии N 2 ревтрибунала, работавшей в Барнаульском и Бийском районах):

"Приходилось садить на скамью подсудимых весь сельсовет. Обработали 16 волостей, 4 расстрела, из них два заменены пятью годами принудработ. Расстрелы применялись в крайних случаях: В Бийском уезде одна Буланиха дала 900 арестованных. Первый расстрел (Третьякова) произвел сдвиг. Из осужденных - 40 процентов кулаки, 40 середняки, остальные - бедняки".

Из доклада начальника штаба ЧОН Алтайской губернии о политическом состоянии Рубцовского уезда с 24 ноября по 1 декабря 1921 года: "Продработники к неплательщикам продналога применяют самые суровые меры: порки, мордобитие и прочие пытки".

В Сростах неплательщиков босыми, раздетыми выстраивали рядами, и один из продработников, с револьвером в руке подавал команду:

Вокруг сельсовета шагом марш!

И военным строем гоняли, пока неплательщики не запели на разные голоса, после чего с них брали подписки о выполнении (продналога) на 100%. Не давшие подписку об уплате обливались холодной водой и сажались в холодные амбары, после чего все давали подписки. После таких репрессий давшие подписку, но (будучи) не в состоянии ее выполнить, оставив семьи на произвол судьбы, бежали в разные стороны; отцы и жены сбежавших подвергались избиению <20>.

<20> Подробнее см.: Гришаев В.Ф. За чистую советскую власть. Барнаул, 2001.

Самым массовым и кровопролитным крестьянским восстанием этого периода было выступление крестьянских отрядов под руководством Антонова в Тамбовской губернии (антоновщина). Вспыхнув в середине августа 1920 г. в селах Хитрово и Каменка Тамбовского уезда, где крестьяне отказались сдавать хлеб и разоружили продотряд, огонь восстания распространялся по губернии как по сухой соломе, с непостижимой для местных властей быстротой, поскольку они привычно считали, что имеют дело с бандитскими шайками, а не народным возмущением. Уже в августе - сентябре 1920 г. антоновцы подковой охватили Тамбов, находясь всего в 15 - 20 верстах от губернского центра. Их численность достигла примерно 4 тыс. вооруженных повстанцев и около десятка тысяч людей с вилами и косами <21>.

<21> Подробнее см.: Соболева А.А. Крестьянское восстание в Тамбовской губернии (1920 - 1921 гг.). Библиографический указатель. Тамбов, 1994. 102 с. Указатель включает 795 наименований опубликованных книг, брошюр, статей и отдельных документов.

Военный характер советской политики того периода проявлялся не только в том, что это была политика военного времени, но и в том, что ее осуществление опиралось на применение военной силы. Фактически продразверстка проводилась продармией, находившейся в подчинении Народного Комиссариата продовольствия, но организованной и действующей по принципам регулярной армии. Соответственно, и сопротивление деревни в конечном счете приняло форму вооруженных выступлений. Крестьянские восстания, как известно, являлись общим фоном эпохи военного коммунизма.

Даже тех крестьян, которые готовы были мириться с продразверсткой как временной и вынужденной мерой, не могли не возмущать произвол в определении объема поставок, злоупотребления грубой силой и пренебрежение к хранению и использованию изъятой у них продукции - к результатам их тяжелого труда. После того как хлеб у них выгребали дочиста, он зачастую пропадал на месте: гнил на ближайших станциях, пропивался продотрядовцами, перегонялся на самогон <22>.

<22> Подробнее: Есиков С.А., Протасов Л.Г. Антоновщина: новые подходы // Вопросы истории. 1992. N 6-7. С. 50.

Как бы то ни было, инерция войны не только продолжала диктовать поведение обеим сторонам, но еще более ожесточила, довела до крайней степени их противоборство. В конце апреля 1921 г. Центральная комиссия по борьбе с бандитизмом заслушала доклад председателя Полномочной комиссии ВЦИК Антонова-Овсеенко о политическом и экономическом положении в Тамбовской губернии. Стало ясно, что "в последнее время нет улучшения и даже местами ухудшение". 26 апреля Лениным вносится в Политбюро ЦК партии предложение, а 27-го принимается решение "о ликвидации банд Антонова в Тамбовской губернии", которым М.Н. Тухачевский назначался "единоличным командующим войсками в Тамбовском округе ...ответственным за ликвидацию банд...". В постановлении содержалась прямая директива выполнить эту задачу "не позднее, чем в месячный срок". Численность советских войск на Тамбовщине непрерывно росла: к 1 января 1921 г. - 11 870, 1 февраля - 33 750, 1 марта - 41 848. К лету она превышала 100 тысяч красноармейцев <23>.

<23> Источник: Интернет - http://www.tstu.ru/win/kultur/other/antonov/titul.htm#soder.

Начался военный разгром антоновщины. Стратегия состояла в полном и жестоком осуществлении военной оккупации повстанческих местностей, к которой приступили уже предшественники нового руководства. Суть этой стратегии с предельной четкостью была изложена в распространенных для всеобщего сведения в пределах Тамбовщины Приказе N 130 Тухачевского от 12 мая и в Приказе N 171 Полномочной комиссии ВЦИК от 11 июня 1921 г. Этот режим включал в себя занятие территории войсками, назначаемое сверху управление (участковые политкомиссии и сельские ревкомы, включавшие в свой состав представителей армии, Чека и парторганизаций), уничтожение хозяйств и разрушение домов участников мятежа и их семей, взятие заложников (одиночками и целыми семьями), создание концентрационных лагерей и репрессии вплоть до расстрела за неповиновение, за укрывательство "бандитов" и оружия.

Репрессии обрушивались на всех, от детей до стариков. Особенно безнравственна была система заложничества, по существу, каравшая мирных, не причастных к восстанию людей. Это еще более ожесточало повстанцев, которые в качестве ответной меры брали в заложники семьи красноармейцев, коммунистов, советских служащих.

Ужасен был Приказ N 171, вводивший расстрелы заложников в "бандитских" селах до полного подчинения, выдачи "бандитов" и активного участия в борьбе против "бандитизма". "Без расстрелов ничего не получается. Расстрелы в одном селении на другое не действуют, пока в них не будет проведена такая же мера".

Известен Приказ Тухачевского N 0016 от 12 июня 1921 г. о применении газового оружия. Первоначально появление этого Приказа воспринималось как акт устрашения. Однако в настоящее время выявлены факты применения химического оружия <24>.

<24> См.: Аптекарь П.А. Как Тухачевский крестьянское восстание подавлял // Независимая газета. 22 августа 1992. N 161.

Таким образом, в этот период времени в налоговой сфере проводилась государственная политика, представлявшая собой набор приемов и методов политической борьбы за построение нового общества, которая была сведена к чрезвычайным мерам по наведению революционного порядка.

Одним из источников средств для индустриализации было усиленное, по сути конфискационное, налогообложение частных предпринимателей, которые еще работали на принципах хозрасчета. В итоге огромные налоги и прямое администрирование привели в 1933 году к полному свертыванию частного сектора в промышленности и торговле.

Индустриализация советской экономики происходила также и за счет всеобщего ограничения потребления и снижения жизненного уровня всех слоев общества, то есть всего того, что пропагандировалось как "потребительский аскетизм". Здесь сыграли свою роль постоянный рост розничных цен, карточная система 1929 - 1935 годов, массовое использование почти бесплатного труда заключенных.

Еще одной формой скрытого налогообложения в этот период времени были обязательные подписки на займы индустриализации. Так, в 1927 году среди населения был размещен государственный заем на 1 млрд. руб., а в середине 1930-х годов - уже на 17 млрд. руб. <25>.

<25> Наше Отечество. Опыт политической истории. Т. 2. М., 1991. С. 269.

Финансовая мысль советского периода старалась доказать преимущества происходящих идеологических преобразований в системе производственных отношений, трансформировала их экономическое содержание в неприсущие им административные, идеологические формы. Последствия идеологизированной национальной экономической политики первых десятилетий советской власти, индустриализация, коллективизация, деформация в размещении производительных сил до сих пор непосредственно сказываются на жизни российского общества. Экономическая мысль о налогах советского периода сводилась к констатации текущих событий, рекомендации вырабатывались в соответствии с резолюциями партийных съездов, всецело определявших финансовую политику.

Как отмечал известный политолог Р. Арон: "...основные черты советской экономики объясняются, по крайней мере частично, идеологией партии. Невозможно понять ни систему планирования, ни распределение общественных ресурсов, ни темпы роста советской экономики, если не помнить, что все подчинено представлению коммунистов о том, какой должна быть экономика, о целях, которые они ставят на каждом этапе. Это именно политические решения, поскольку речь идет не только о плане действий коммунистических руководителей, но и о плане действий по организации общества. Наконец, плановость советской экономики - прямой результат решений, принимаемых руководителями партии в той сфере общественной жизни, которая относится к политике. Советская экономика в высшей степени зависит и от политического строя СССР, и от программы действий руководителей партии на каждом этапе развития страны.

Например, распределением общественных ресурсов между капиталовложениями и потреблением в условиях советского режима занимаются органы планирования, на Западе же это результат, чаще всего невольный, множества решений, принимаемых субъектами хозяйственной деятельности. Если советская экономика - это следствие определенной политики, то западная определяется политической системой, которая примирилась с ограниченностью собственных возможностей" <26>.

<26> Арон Р. Демократия и тоталитаризм // Политология: Хрестоматия / Сост. проф. М.А. Василик, доц. М.С. Вершинин. М.: Гардарики, 2000. С. 55.

Отход от нэпа начался практически в 1926 г., и в 1928 г. он был завершен. С 1929 г. начался "великий перелом" - период индустриализации, сутью которой стало формирование на основе троцкистских идей сталинской модели социализма, сталинской модели экономики и экономического механизма. Именно индустриализация определила характер хозяйственного развития СССР на последующие десятилетия, взлет и падение "реального социализма" как системы.

На протяжении периода индустриализации (1928 - 1940 гг.) Сталин практически воссоздал в стране военный коммунизм, ввел, резко усилил и укрепил командно-административный механизм управления, частью которого стала система всеохватывающего централизованного управления экономикой. Однако в отличие от военного коммунизма 1918 - 1921 гг. военный коммунизм периода индустриализации был тщательно подготовлен сознательным и планомерным отходом от нэпа, проведением острых дискуссий политиков и экономистов разных направлений.

Сталин преследовал две цели - славу и власть, и с этим он хотел войти в историю. Для славы ему нужно было построить новое общество, новую социальную систему, "устраивающую" большинство населения страны и превосходящую все то, что человечество создало до него. Эта система - социализм, или "светлое будущее для всего человечества", как тогда говорили большевики. Для власти им была создана командно-административная, или планово-распределительная, система в духе древних восточных цивилизаций в рамках азиатского способа производства с грандиозным партийно-хозяйственным аппаратом, действующим по армейскому принципу единоначалия.

Владение так называемой государственной собственностью давало этому аппарату возможность манипулировать огромными ресурсами и миллионами людей прежде всего в его собственных интересах и в интересах мировой революции. Во главе этого аппарата стоял он, Сталин, - Генеральный секретарь Коммунистической партии Советского Союза, единолично властвовавший над огромной страной и ее народом в таких масштабах, каких ни один русский царь никогда не имел.

В партийно-хозяйственный аппарат специально подбирали людей, вполне надежных с точки зрения идеологической и личной преданности и лояльности. Сверху и донизу, снизу и доверху Сталин хотел иметь прежде всего "своих людей", лично преданные ему кадры. Была создана четкая и предельно ясная система административной субординации, руководства и подчинения, разработаны иезуитские правила продвижения, поощрения, а также "задвижения" и наказания людей, не говоря уже об арестах, расстрелах в ГУЛАГе, что было самой страшной стороной советского бытия <27>.

<27> Кудров В.М. Мировая экономика: Учебник. М.: Дело, 2004. С. 226 - 227.

Необходимо отметить, что если в первые годы после октябрьского переворота 1917 года важные политические решения, в том числе и в налоговой сфере, принимались открыто путем обсуждения на партийных съездах и заседаниях СНК и ВЦИК, то, начиная с середины 20-х годов, никаких открытых обсуждений уже не допускалось. Все решения принимались в закрытом порядке узким кругом партийных руководителей на заседаниях Политбюро, которое возглавлял И. Сталин.

Такая конспиративная власть является сущностной чертой сталинизма. СССР дал классический пример ее организации и действия. Ни о какой законности при этом не могло быть и речи. За кулисами официальной деятельности партийной верхушки остались подготовка создания СССР, реальная история разгрома оппозиций 20-х годов, осуществление насильственной коллективизации и сталинской сверхиндустриализации, создание военной промышленности, вся "кухня" Большого террора и т.д.

Каганович без обиняков выразил кредо сталинизма в своем выступлении в Институте советского строительства и права 4 ноября 1929 г.: "Мы отвергаем понятие правового государства. Если человек, претендующий на звание марксиста, говорит всерьез о правовом государстве и тем более применяет понятие правового государства к советскому государству, то это значит, что он идет на поводу буржуазных юристов, это значит, что он отходит от марксистско-ленинского учения о государстве" <28>.

<28> Цит. по: Павлова И.В. Механизм политической власти в СССР в 20 - 30-е годы // Вопросы истории. 1998. N 11-12. С. 64.

Право, в том числе в налоговой сфере, рассматривалось в утилитарно-прагматическом, "прикладном" ключе - как атрибут, инструмент, орудие, рычаг власти, способ юридического оформления партийно-политических решений, а не как самостоятельная общегуманитарная социальная и культурная ценность. Незыблемым был тезис о примате политики над правом, власти над законом. Культивировались идеи отмирания права.

Оно использовалось в качестве средства насилия, принуждения. На право одновременно смотрели как на рудимент и помеху и как на очень удобный, "законный" политический инструмент, "дубину" в борьбе с неугодными. В период сталинщины процветали и правовой нигилизм, и правовой тоталитаризм, и правовой рационализм.

Ведь колесо репрессий крутилось в юридических формах, разыгрывались показательные "театрализованные процессы" со всеми их атрибутами, скрупулезным соблюдением соответствующих норм и процедур. Громко звучали призывы строго соблюдать "социалистическую законность". Еще в 1927 г. Д.И. Курский писал: "Пролетарское право - это по преимуществу система принудительных норм" <29>. Звучала и предельно категоричная формулировка: "Мы за то, чтобы в праве на первом месте стояла политика, чтобы политика довлела над правом, ибо она ведет вперед" <30>.

<29> Курский Д.И. Избранные статьи и речи. М., 1927. С. 67.
<30> Пашуканис Е.Б. Положение на теоретическом правовом фронте // Советское государство и революция права. 1930. N 11-12. С. 48.

Общественным сознанием усваивалась мысль о второстепенной и нерешающей роли права. Главное - это экономика, политика, идеология, партийные установки и лозунги, а не какие-то там правовые ценности, юридические начала, законность. Право чаще всего воспринималось как приказ "начальства", указания политических вождей, предписания сверху. И в редчайших случаях - как институт, способный эффективно защитить гражданина от произвола, стоящий на страже личности, ее чести, достоинства, безопасности. Тем более право не мыслилось в качестве силы, способной ограничить, "связать", "обуздать" власть; тогда не признавалась и сама идея правового государства. Право было до предела политизировано и идеологизировано, все переводилось в классовую плоскость, во всем искали классовое начало.

В 1930 г. в связи с переходом к централизованному распределению материальных и финансовых ресурсов были ликвидированы организованные в период нэпа синдикаты, объединявшие группы промышленных трестов для оптового сбыта продукции, закупок сырья и планирования торговых операций, товарные биржи и организованные при них фондовые отделы. К 1932 г. была создана разветвленная система промышленных и строительных наркоматов, переименованных затем в министерства, и упразднены СНХ. Продукцию государственного значения стал распределять Госплан, остальную - министерства и территориальные органы.

Индустриализация страны вызвала значительное увеличение долгосрочных кредитов. Для этих целей был организован Банк долгосрочного кредитования промышленности и электрохозяйства в рамках ВСНХ. В связи с безвозвратным бюджетным финансированием объем долгосрочных кредитов резко сократился, что предопределило необходимость проведения кредитной реформы в 1930 - 1932 гг.

Одновременно с кредитной реформой была проведена налоговая реформа. Цель налоговой реформы состояла в обеспечении планового распределения и перераспределения общественного продукта и национального дохода.

Для реализации цели налоговой реформы требовалось устранить множественность и многозвенность платежей в бюджет. Примерно 60 видов налогов и сборов в общественном секторе были унифицированы в два основных платежа: налог с оборота и отчисления от прибыли для государственных предприятий и организаций (подоходный налог для кооперативных организаций). Доходы государственного бюджета также включали налоги с населения (6% доходов) и средства, получаемые от выпуска массовых внутренних государственных займов <31>.

<31> Ведута Е.Н. Стратегия и экономическая политика государства. М.: Академический проект, 2004. С. 128.

Общие итоги реформы по упразднению и объединению различного рода налоговых изъятий представляются в следующем виде:

  1. в обобществленном секторе введенный реформой налог с оборота заменил прежде существовавшие 53 платежа, отчисления от прибыли госпредприятий включили в себя 5 ранее существовавших платежей, сохранились подоходный налог с кооперации и единая пошлина, два платежа были отменены реформой, при этом сохранили самостоятельность 24 ранее существовавших платежа;
  2. в частном секторе промысловый налог объединил 32 существовавших до реформы платежа, подоходный налог - 3, единая пошлина - 9, сохранился налог на сверхприбыль, 3 платежа были отменены, сохранили свою самостоятельность после реформы 28 платежей.

Важно отметить, что упразднение акцизов и введение налога с оборота фактически не упростило, а усложнило систему косвенного налогообложения. Для налога с оборота в эпоху СССР была характерна множественность налоговых ставок: в середине 1933 г. существовало свыше 400 ставок, в 1937 г. их число достигло 1109, а с учетом поясов по продовольственным товарам и хлебопродуктам - 2444 <32>.

<32> Там же. С. 224.

Существенная особенность налоговой реформы 2 сентября 1930 г. - разграничение системы обложения обобществленного и частного секторов, наиболее резко выразившееся в разделении ранее единого промыслового налога на налог с оборота государственных предприятий и промысловый налог с частных предприятий и промыслов. Налоговая реформа фактически установила две самостоятельные системы: систему неналоговых изъятий прибыли государственных предприятий и организаций и налоговую систему для кооперативных предприятий.

Коренному реформированию подверглась система налогов и сборов с физических лиц. Вытеснение, а потом и упразднение частного капитала привело к тому, что значение этих налогов и сборов существенно снижалось. В ходе налоговой реформы было резко сокращено количество обязательных платежей с физических лиц. Основным обязательным платежом, взимаемым с физических лиц, стал подоходный налог. Он был распространен на всех лиц, имевших самостоятельные источники дохода, в том числе на рабочих, служащих, кустарей, ремесленников и др.

В системе обложения частного сектора 82,5% всего обложения в результате реформы сосредоточились в трех основных налогах - промысловом, подоходном и на сверхприбыль.

Результаты налоговой реформы были официально представлены как крупное достижение финансовой политики Советского государства. Созданные системы перераспределения прибыли государственных предприятий и организаций, налогообложения кооперативных предприятий, налогов и сборов с населения просуществовали с незначительными изменениями до середины 60-х гг.

К налогам, взимавшимся с частного сектора, относились косвенный промысловый налог, налоги, взимаемые с доходов, - подоходный налог с частных лиц, налог на сверхприбыль, сельскохозяйственный налог (впоследствии замененный подоходным налогом с колхозов), единовременный налог на единоличные крестьянские хозяйства, сбор на нужды жилищного и культурно-бытового строительства, поимущественные налоги - налог со строений, земельная рента, государственный налог на лошадей единоличных хозяйств. Кроме того, существовала система самообложения населения и отдельные натуральные повинности. Население также являлось плательщиком различного рода общегосударственных и местных пошлин и сборов (налог с наследств и дарений, военный налог, лицензионный сбор). Существовали также налоги, установленные республиканским законодательством: налог с транспортных средств, налог со скота, регистрационный сбор с владельцев собак и др. Эти налоги и сборы обычно взимались по внешним признакам - количеству у плательщиков тех или иных объектов: лошадей, автомобилей, велосипедов, лодок, быков, коров и другого скота, собак <33>.

<33> Там же. С. 235 - 236.

После принятия Закона о колхозной торговле 20 мая 1932 г. легальная частная торговля, на которую выдавались регистрационные удостоверения, ограничивалась продажей с рук, с земли, с лотков галантереи, мелких железоскобяных и щепных изделий, игрушек, фруктов и т.п. Закон от 22 августа 1932 г. обязал Объединенное государственное политическое управление (ОГПУ), органы прокуратуры и местные органы власти "принять меры к искоренению спекуляции, применяя к спекулянтам и перекупщикам заключение в концентрационный лагерь сроком от 5 до 10 лет без права применения амнистии". Частная торговля, носившая характер нелегальной спекуляции, превратилась из налогового правонарушения в уголовное преступление и не могла являться предметом промыслового обложения. Фактически субъектами обложения оставались только кустари и ремесленники, не применявшие наемного труда.

Подоходный налог с частных лиц являлся крупнейшим из платежей частного сектора в городе. Подоходный налог с момента его введения в 1922 - 1923 гг. имел прогрессивную шкалу ставок, с одной стороны, и дифференциацию этих ставок по классовому признаку - с другой. Основной льготой по налогу являлось полное освобождение от обложения военнослужащих, лиц, награжденных орденами Союза, героев труда, пенсионеров и пр. Из числа плательщиков, привлеченных к налогу, наиболее льготный порядок обложения был установлен для рабочих и служащих (и кооперированных кустарей и ремесленников), которые платили налог месячными окладами по заработку за данный месяц. Для этих категорий плательщиков были установлены наиболее низкие ставки налога и повышенный размер необлагаемого минимума. С рабочих и служащих налог удерживался у источника. Прочие плательщики подоходного налога разделялись по социальному признаку (по характеру получаемых ими доходов) на 5 групп: а) литераторы, художники и т.п.; б) кустари без наемных рабочих, врачи; в) домовладельцы, лица свободных профессий (кроме врачей); г) кустари с 1 - 2 наемными рабочими; д) нетрудовое население - торговцы, кустари с 3 и более наемными рабочими, служители культов и т.п. Для этих групп населения были установлены как различные размеры необлагаемого минимума доходов, так и различные ставки, построенные по типу скользящей прогрессивной шкалы.

Кроме различия в тяжести обложения, советское законодательство устанавливало для нетрудового населения ряд ограничений политического и социально-бытового характера: лишение избирательных прав, взимание повышенной квартплаты и др. <34>.

<34> Фотиев П.А. Реконструкция системы налоговых и неналоговых изъятий (налоговая реформа 1930 и 1931 гг.) / Под ред. К.К. Аболина. М.: Госфиниздат, 1932. С. 22.

Особый случай в этом социалистическом угаре представляло сельское хозяйство. Отрасль, насчитывающая 25 млн. крестьянских хозяйств, никак не вписывалась в иерархию командно-распределительной модели, в концепцию единой фабрики, поэтому подверглась насильственной трансформации в колхозно-совхозную систему, точнее, в систему аграрных фабрик, которыми уже можно было управлять и которые в соответствии с плановым заданием должны были гарантированно отдавать значительную часть своей продукции государству. По существу, речь шла о возрождении продразверстки. В этом и состояла суть насильственной сталинской коллективизации.

О характере возникших экономических отношений вокруг созданных аграрных фабрик много лет спустя хорошо напишет российский экономист Г. Лисичкин: "Такие категории товарного производства, как деньги, цена, торговля, кредит, спрос и предложение, на экономику совхозов не оказывают сейчас существенного влияния, хотя внешне, формально все это сохранено... Совхоз ничего не покупает и не продает... В совхозах не принято говорить: "Продал зерно, мясо". "Сдал" - вот слово, которое точно отражает характер отчуждения совхозной продукции. Даже цены здесь называются не продажными или закупочными, а сдаточными <35>.

<35> Лисичкин Г. Тернистый путь к изобилию. М., 1994. С. 27.

Все, что говорится в этой цитате о совхозах, в полной мере относится и к колхозам, которые в скором времени, так же как и совхозы, почти сплошь стали убыточными, а социалистическое сельское хозяйство стало жить за счет промышленности.

Особенности обложения налогами кулацких хозяйств заключались в следующем: 1) кулацкие хозяйства облагались не по нормам, а по их действительной доходности, определяемой в индивидуальном порядке; 2) устанавливались повышенные ставки налога; 3) применялась минимальная ставка налога в размере 350 руб.; 4) к этим хозяйствам не применялись льготы, установленные для других категорий плательщиков; 5) устанавливались сокращенные сроки уплаты налога.

Юридического определения понятия "кулак" не было. И это давало власти могучее оружие. В одном районе кулаком считался крестьянин с двумя лошадьми, в другом - с одной. Кулаком объявлялся тот, кто не шел в колхоз. Не кулак был врагом, а враг - был кулаком. Врагом же становился каждый, кто не хотел идти в колхоз. Для облегчения коллективизации каждая республика, область, район получили план. Норма коллективизации всюду была одинаковой - 100%, норма раскулачивания варьировалась в границах 5 - 7%. Там, где начальство хотело отличиться, план перевыполнялся. В отдельных районах раскулачивали до 15 - 20% крестьян.

Таким образом, коллективизация была неразрывно связана с политикой раскулачивания, уничтожения зажиточной, наиболее производительной и эффективной части крестьянства. Были изгнаны со своей земли и отправлены в ГУЛАГ и на поселение миллионы людей.

Но совсем по-другому на происходящее смотрела коммунистическая партия. Партийный функционер Н. Вознесенский писал в 1931 г.: "Сплошная коллективизация вырывает корни капитализма, вырастающего из мелкособственнического товарного хозяйства" <36>.

<36> Вознесенский Н. Избранные произведения. М.: Госполитиздат, 1979. С. 52.

Уже в 30-е годы выявились катастрофические результаты "раскрестьянивания", отчуждения колхозников и рабочих совхозов от процесса и результатов своего труда. Достаточно указать на факты массового падежа скота, доходившего в некоторых местах до 100%. Постоянные проявления бесхозяйственности сопровождали политику индустриализации - текучесть кадров, аварии, низкая выработка, брак, варварское обращение с техникой, невыносимые условия быта, что парадоксальным образом сосуществовало с фактами жертвенности и энтузиазма. Кроме того, имели место факты массового хищения, корыстного использования служебного положения, воровства, нарушения трудовой дисциплины и прямого уклонения от работы, которые свидетельствовали о том, что власть, подавив общество социально-политически, почти не имела позитивных средств воздействия на нормализацию его функционирования, кроме пропаганды.

В целом советская экономическая система была сформирована не после революции 1917 г., а после 1929 г., в период так называемой социалистической индустриализации.

27 декабря 1929 г., обращаясь к марксистам-аграрникам, Сталин объявляет о переходе к политике ликвидации кулачества как класса, к политике коллективизации; нэп кончился. Начинался очередной "большой прыжок". Начиналась революция сверху, значительно более радикальная, чем октябрьский переворот, сломавшая основы жизни более 130 млн. жителей деревни, составлявших 2/3 населения страны, окончательно изменившая характер государства.

Партия добилась ликвидации крестьянства, последнего класса, сохранявшего некоторую (экономическую) независимость от государства. Теперь не было препятствий на пути создания тоталитарной системы, в которой все и вся принадлежит партии. Политическая власть находилась в руках партии и раньше, теперь она полностью овладела экономикой.

Крестьянство дало отпор насильственной коллективизации, ведущей к его уничтожению, стало резать скот, возникли волнения и беспорядки. В ответ на это Сталин организовал в 1932 - 1933 гг. репрессии и голод, приказав насильственно отобрать продукты питания. Эта акция, имевшая целью уничтожение крестьянства как класса и принуждение к вступлению в колхозы, привела к голодной смерти почти 10 млн. человек. Советская историография долго скрывала эти факты, хотя западные советологи знали о них довольно давно.

Индустриализация и коллективизация привели к запланированному расширению государственной собственности, социализации экономики, дали в руки руководства страны невиданные доселе ресурсы и возможности делать так, как оно считает нужным. Эта гигантская концентрация власти в одних руках дополнялась еще одним важным элементом - расширением функций органов безопасности, НКВД, созданием ГУЛАГа, куда отправляли всех недовольных или потенциально несогласных.

По официальным данным, взятым современными исследователями из архивов, перед Великой Отечественной войной в 53 лагерях (включая лагеря железнодорожного строительства) и в 425 исправительно-трудовых колониях находилось около 2 млн. заключенных. Около 500 тыс. человек находилось в тюрьмах, около 1 млн. - в спецпоселениях, 1 млн. 264 тыс. человек отбывали наказание без лишения свободы на принудительных работах. Итого общее количество репрессированных составило 4 - 5 млн. человек <37>.

<37> См.: Экономическая история: Ежегодник. М., 2002. С. 286.

К 1937 г. коллективизация была завершена. В стране появилось 243,7 тыс. колхозов, объединивших 93% крестьянских хозяйств.

Происходившее в СССР в 30-х годах, когда государство в приказном порядке проводило индустриализацию и коллективизацию и создавало социалистическую нетоварную модель экономики с присущим ей плановым механизмом, не имеет аналогов в истории.

Все отмеченные "успехи" в социалистическом строительстве не предотвратили войну с фашистской Германией, уверенной в слабости Советского Союза. Следующий период в развитии советской экономики связан с Великой Отечественной войной, вновь потрясшей весь народ.