Мудрый Юрист

Поводы к возбуждению уголовного дела: юридическая природа, система, пути совершенствования

Козилов Е.Н., доцент кафедры уголовного права и уголовного процесса Академии ФСБ России, кандидат юридических наук.

В соответствии с уголовно-процессуальным законом необходимыми условиями для возбуждения уголовного дела являются наличие законного повода и достаточного основания, а также отсутствие данных о наличии обстоятельств, исключающих производство по делу.

В юридической литературе нет однозначного понимания юридической природы поводов к возбуждению уголовного дела, хотя выяснение именно этого вопроса имеет существенное значение при возбуждении уголовного дела.

Одни ученые рассматривают поводы к возбуждению уголовного дела как источники первичных сведений о преступлении, другие, напротив, считают их юридическими фактами. В научной литературе высказываются и другие мнения о правовой природе поводов к возбуждению уголовного дела.

Более распространена первая точка зрения. Следует отметить, что сторонниками взглядов на поводы к возбуждению уголовного дела как на установленные законом источники, из которых полномочные органы государства или должностные лица получают первичную информацию о совершенном или готовящемся преступлении, являются многие процессуалисты <1>.

<1> См.: Рахунов Р.Д. Возбуждение уголовного дела в советском уголовном процессе. М., 1954. С. 31; Советский уголовный процесс / Под ред. С.В. Бородина. М., 1982. С. 200; Уголовный процесс: Учебник. М., 1992. С. 245; Тетерин Б.С., Трошкин Е.З. Возбуждение и расследование уголовных дел. М., 1997. С. 9 - 11; Уголовный процесс: Учебник для вузов / Под общ. ред. А.С. Кобликова. М., 2000. С. 129 - 130; Безлепкин Б.Т. Уголовный процесс России: Учебник. М.: ТК Велби, 2003. С. 199 и др.

По мнению других процессуалистов, уголовно-процессуальный закон придает поводам значение юридических фактов, появление которых влечет необходимость рассмотреть вопрос о возбуждении уголовного дела <2>.

<2> См.: Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Возбуждение уголовного дела. М., 1961. С. 92 - 94; Файзулин М. Поводы к возбуждению уголовного дела: правовая природа // Советская юстиция. 1993. N 23. С. 28 - 29; Усков Р.Г. Теория и практика проверки законности повода и установления основания к возбуждению уголовного дела: Дис. ... канд. юрид. наук / Академия управления МВД России. М., 2000. С. 24 - 30; Масленникова Л.Н. Новое уголовно-процессуальное законодательство России: проблемы теории и практики применения (круглый стол) // Государство и право. 2002. N 7. С. 119 и др.

Иные точки зрения, по нашему мнению, представляют собой попытки найти компромисс между двумя вышеизложенными подходами в определении правовой природы поводов к возбуждению уголовного дела.

В этом случае поводы к возбуждению уголовного дела трактуются, как правило, двояко: как "установленные законом источники, из которых органу дознания, следователю, прокурору или суду становится известно о готовящемся или совершенном преступлении, и как обстоятельство, порождающее обязанность этих органов рассмотреть вопрос о необходимости возбуждения уголовного дела" <3>. То есть выделяются две составляющие поводов - информационная и юридическая стороны.

<3> Уголовный процесс: Учебник / Под ред. В.П. Божьева. М., 1998. С. 227. См. также: Уголовно-процессуальное право: Учебник / Под ред. П.А. Лупинской. 2-е издание. М.: Юристъ, 1997. С. 234.

Так, например, В.П. Малков определяет повод как поступивший сигнал, который, с одной стороны, содержит сведения о признаках преступления, а с другой - являет собой юридический факт, требующий от соответствующего органа совершения определенных, предусмотренных законом действий <4>.

<4> См.: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР / Под ред. В.Т. Томина. М., 1996. С. 203. См. также: Попов А.П. Непосредственное обнаружение признаков преступления как повод к возбуждению уголовного дела: Дис. ... канд. юрид. наук / Нижегород. юрид. ин-т МВД. Н. Новгород, 1999. С. 45; Цопанова И.Г. Возбуждение уголовных дел по контрабанде наркотических средств (по материалам ГТК РФ): Автореф. дис. ... канд. юрид. наук / Российская таможенная академия. М., 1999. С. 17.

В теории уголовного процесса были предприняты попытки и качественно иного подхода к определению правовой природы поводов к возбуждению уголовного дела.

На основании анализа различных точек зрения А.Р. Михайленко, подвергая сомнению определение повода как юридического факта, сделал вывод, что повод является "важным условием, предпосылкой, побудительным началом уголовно-процессуальной деятельности компетентных органов по разрешению вопроса о возбуждении уголовного дела и возможности ведения расследования" <5>. Эта точка зрения нашла сторонников среди других процессуалистов <6>.

<5> Михайленко А.Р. Возбуждение уголовного дела в советском уголовном процессе. Саратов, 1975. С. 23 - 24.
<6> См.: Корнуков В.М., Дубривный В.А., Манова Н.С. Обеспечение прав личности в стадии возбуждения уголовного дела // Вестник Саратовской государственной академии права. 1995. N 2. С. 45.

Рассмотрение данного вопроса, на наш взгляд, целесообразно начать с уяснения этимологического значения терминов "повод" и "источник".

Термин "повод" означает "обстоятельство, способное быть основанием для чего-нибудь" <7>. В философском значении повод также определяется как "событие, обстоятельство, дающее побудительный толчок для наступления других последствий" <8>. Таким образом, повод есть не что иное, как побудительное начало для наступления каких-либо последствий.

<7> Ожегов С.И. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой. 20-е изд. М.: Рус. яз., 1989. С. 428.
<8> Философский словарь. 6-е изд. М., 1986. С. 346.

Термин "источник" означает "то, откуда исходит что-нибудь" <9>. То есть источник следует понимать как носитель определенной информации.

<9> Ожегов С.И. Указ. соч. С. 209.

В.Я. Дорохов в своих фундаментальных трудах, посвященных теории уголовного процесса в целом и теории доказательственного права в частности, убедительно доказал, что источником сведений о преступлении как событии объективного мира выступает человек, воспринимавший в объективной действительности либо само событие, либо его следы, отпечатки и т.п. <10>.

<10> См.: Дорохов В.Я. Общее понятие доказательства в советском уголовном процессе. М., 1981.

Исходя из научно обоснованного положения о том, что источником сведений о преступлении является человек, который в результате непосредственного или опосредованного восприятия события преступления и сохранения его субъективного образа в сознании, стал носителем этой информации, заявитель, обратившийся в компетентные органы с заявлением о преступлении для органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора будет являться источником сведений о преступлении.

Также следователь, производящий осмотр места происшествия, воспринимает следы, отпечатки, изменения материальных объектов, осмысливает данные ему в ощущении сведения, на их основе делает заключение о наличии или отсутствии факта преступления и тем самым становится источником фактических данных <11>.

<11> Файзулин М. Поводы к возбуждению уголовного дела: правовая природа // Советская юстиция. 1993. N 23. С. 28 - 29.

Сведения о преступлении заявитель может передать органу дознания, следователю, прокурору и суду в устной или письменной форме (ст. 141 УПК РФ). Протокол устного заявления или письменное заявление - это средство фиксации, сохранения информации или производный носитель информации.

Как средство передачи информации следует рассматривать и рапорт об обнаружении признаков преступления должностного лица, выступающего источником сведений о преступлении.

При явке с повинной источником сведений о преступлении также является лицо, добровольно сделавшее заявление о совершенном им преступлении, а не протокол явки с повинной, назначение которого заключается в том, чтобы зафиксировать как добровольность сделанного заявления, так и его суть, содержание, т.е. информацию, сообщаемую этим лицом о совершенном им преступлении.

Поэтому анонимное письмо при неимении первичного источника сведений о преступлении ни при каких обстоятельствах не может быть поводом к возбуждению уголовного дела. Не случайно уголовно-процессуальным законом (ч. 2 ст. 141 УПК РФ) предусмотрена обязанность подписи лицом своего письменного заявления. Анонимное письмо может быть основанием для начала оперативно-розыскной деятельности, направленной на проверку достоверности изложенных в нем фактов, а иногда и на поиск автора. Поскольку закон не допускает проверку анонимного заявления в рамках уголовно-процессуальной деятельности, о чем прямо указано в законе (ч. 7 ст. 141 УПК РФ), наличие последнего не влечет выполнения следователем, органом дознания, прокурором и судом обязанностей, предусмотренных ст. 144 УПК РФ.

Не может служить поводом к возбуждению уголовного дела и заявление гражданина, если он не может назвать источник осведомленности о фактах преступления. В противном случае поводом к возбуждению уголовного дела могли бы быть слухи о том или ином факте.

Изложенное позволяет прийти к выводу, что источником сведений о преступлении на стадии возбуждения уголовного дела всегда выступает конкретный человек как субъект познания объективной действительности.

Кроме того, явку с повинной, исходя из этимологического значения термина "источник", поводом назвать нельзя. Явка с повинной - это определенное действие, а не источник фактических данных.

Аналогично обстоит дело и с сообщением о преступлении, полученным из иных источников. Как совершенно ясно следует из смысла ст. 141 - 143 УПК РФ, для того чтобы это сообщение служило поводом к возбуждению уголовного дела, оно должно быть получено должностным лицом, которое составляет рапорт об обнаружении признаков преступления, т.е. должны быть совершены действия по получению информации, а если быть более точным, ее обнаружению, так как в готовом виде такая информация применительно к данному поводу не содержится.

Только после обнаружения такой информации о признаках преступления совершаются действия по ее доведению до сведения компетентных органов и должностных лиц. При этом закон не конкретизирует, каким образом обнаружены признаки преступления.

Поэтому составлением и докладом рапорта об обнаружении признаков преступления, как правило, должна завершаться оперативно-розыскная деятельность по выявлению и пресечению преступлений. В этом случае источником сведений о преступлении также будет выступать конкретное лицо - оперативный работник, в производстве которого находится дело оперативного учета и которым составлен рапорт об обнаружении признаков преступления.

В соответствии с ч. 5 ст. 141 УПК РФ в случае если заявитель, сообщив о признаках преступления, не может лично участвовать при составлении протокола, его заявление оформляется не протоколом приема заявления, а рапортом лица, получившего это заявление.

При этом источником сведений о преступлении для органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора также выступает то лицо, которое составило об этом рапорт, а сам рапорт будет являться средством отражения сведений о преступлении, то есть той формой, в которую облечена информация о преступлении.

Двойственный взгляд на повод к возбуждению уголовного дела также не раскрывает его правовую природу, а также побудительные начала деятельности, направленной на решение вопроса о возбуждении уголовного дела.

Если признать поводы к возбуждению уголовного дела как "те установленные законом источники, из которых полномочные органы государства или должностные лица получают информацию о совершенном или готовящемся преступлении и которые обязывают их принять решение приступить к производству по уголовному делу" <12>, то возникает вопрос: каким образом и в силу чего источники информации могут к чему-либо обязывать?

<12> Уголовно-процессуальное право: Учебник / Под ред. П.А. Лупинской. 2-е изд. М.: Юристъ, 1997. С. 234.

Такой подход прямо противоречит этимологическому значению термина "источник", приведенному выше. Возникновению обязанности принять решение приступить к производству по делу должно предшествовать какое-либо побудительное событие или действие, ибо эта обязанность не может возникнуть беспричинно только при наличии источника сведений о преступлении.

Это обстоятельство справедливо подчеркивает В.И. Зажицкий, который считает, что "определение поводов к возбуждению уголовного дела как источников сведений о преступлении не способствует в должной мере уяснению правовой природы повода, не раскрывает побудительные начала деятельности, направленной на решение вопроса о возбуждении уголовного дела" <13>.

<13> Зажицкий В.И. Результаты оперативно-розыскной деятельности в уголовном судопроизводстве: теория и практика. СПб.: Изд. Р. Асланова "Юридический центр Пресс", 2006. С. 204.

Неправомерно трактовать повод к возбуждению уголовного дела как источник первичных сведений о преступлении еще и потому, что "побудительная сторона повода, показывающая предпосылку возникновения деятельности по возбуждению уголовного дела, затемняется. В результате этого вопрос о том, почему эта деятельность началась, чем она обусловлена, остается нерешенным. Между тем при уяснении существа повода самое важное - его побудительная сторона, которая дает ответ на данный вопрос. А с этой стороны повод есть условие, при наличии которого закон уполномочивает совершить действия и вступить в отношения, образующие в своем единстве деятельность по возбуждению уголовного дела. Повод выступает как правовая предпосылка, а эти процессуальные действия и отношения - как ее результат" <14>.

<14> Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Указ. соч. С. 89 - 91.

Поскольку отношения, возникающие при наличии повода к возбуждению уголовного дела, урегулированы нормами уголовно-процессуального права, то, безусловно, они являются процессуальными правоотношениями. Таким образом, правомерно утверждать, что правовая природа повода к возбуждению уголовного дела выражается в том, что им является обстоятельство, предусмотренное законом, которое с необходимостью порождает уголовно-процессуальные отношения <15>.

<15> См. более подробно: Зажицкий В.И. Указ. соч. С. 205 - 207; Файзулин М. Указ. соч. С. 28.

Общая теория права определяет данные обстоятельства как юридические факты. Юридический факт - это конкретное жизненное обстоятельство, с которым юридическая норма связывает возникновение, изменение или прекращение правовых последствий (правоотношений) <16>. Юридические факты, в свою очередь, классифицируются по волевому критерию на юридические события и юридические действия. Юридические события - это обстоятельства, не зависящие от воли людей, например смерть и рождение человека и т.д.

<16> См.: Алексеев С.С. Общая теория права. Т. 2. М., 1982. С. 163; Халфина Р.О. Общее учение о правоотношениях. М., 1974. С. 286.

В отличие от этого юридические действия представляют собой волевое поведение людей, внешнее проявление воли и сознания граждан, воли организаций и общественных образований и делятся на правомерные и неправомерные. Отличительная черта данного вида юридического факта состоит в том, что нормы права связывают с ними юридические последствия именно в силу их волевого характера. В свою очередь, юридические действия разделяются на юридические акты и юридические поступки. Юридические акты - действия, которые направлены на достижение определенных юридических последствий.

Примером правомерных юридических актов-действий можно считать заявление гражданина об имевшем месте преступлении; явку в правоохранительные органы с повинной лица, совершившего преступление; письменное сообщение должностного лица о преступлении и т.д. Совершение таких действий показывает наличие желания и воли у указанных лиц через соответствующие юридические акты побудить уголовно-процессуальную деятельность органа дознания, следователя, прокурора.

Чтобы волеизъявление гражданина по поводу совершенного, совершаемого либо готовящегося преступления стало достоянием органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора, лицо должно внешне проявить себя (выразить волю) - сообщить о преступлении.

Однако волевая направленность заявителя может и не охватывать все последствия, связанные с его заявлением. Возникновение уголовно-процессуальных отношений обусловлено непосредственно самим фактом действия лица (заявлением о преступлении) независимо от волевой направленности в отношении юридических последствий. Воля заявителя должна быть с необходимостью направлена на осведомление о преступлении, однако отношение заявителя к последствиям своих действий не имеет правового значения.

Таким образом, поводы к возбуждению уголовного дела - это юридически значимые действия, образующие юридические факты (такую их разновидность, как правомерные юридические акты-действия), с которыми закон связывает возникновение уголовно-процессуальных отношений.

Эту точку зрения аргументированно сформулировали Н.В. Жогин и Ф.Н. Фаткуллин, которые утверждали, что "повод к возбуждению уголовного дела должен рассматриваться в первую очередь как юридический факт, порождающий указанные в законе права и обязанности, складывающиеся из них отношения. Между тем всякий юридический факт - это не источник каких-либо сведений, фактических данных, а определенное действие (бездействие) или событие" <17>.

<17> Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Указ. соч. С. 92 - 94.

В соответствии с п. 1 - 3 ч. 1 ст. 140 УПК РФ поводами к возбуждению уголовного дела являются: заявление о преступлении, явка с повинной, сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников.

Оценивая в целом положительно принятый в 2001 г. УПК РФ, на наш взгляд, следует отметить, что в определении поводов к возбуждению уголовного дела законодатель сделал шаг назад по сравнению с ранее действовавшим уголовно-процессуальным законом.

Не вызывает сомнения, что заявление о преступлении и явка с повинной - это самостоятельные поводы к возбуждению уголовного дела. В нормах УПК РФ они получили определенную детализацию, и поэтому вряд ли возникнут затруднения в правоприменительной деятельности.

В то же время такой повод к возбуждению уголовного дела, как сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, не получивший конкретизации в нормах УПК, вызывает неоднозначное толкование на практике.

Из смысла ст. 144 УПК РФ следует, что этот повод включает в себя как сообщение, распространенное в средствах массовой информации, так и сообщения должностных лиц о преступлении, а также неограниченное количество возможных вариантов доведения до компетентных государственных органов и должностных лиц сведений о признаках преступного деяния.

При этом предусматривается, что в таких случаях составляется рапорт об обнаружении признаков преступления тем лицом, которое получило данное сообщение (ст. 143 УПК РФ). Вызывает недоумение использование понятия "рапорт" в тексте уголовно-процессуального закона. Рапорт это не что иное, как форма доведения информации подчиненным старшему начальнику, а потому возникает вопрос: как должно быть оформлено сообщение о преступлении, если оно получено не следователем или оперативником, а прокурором, которому некому докладывать об этом, кроме как самому себе? <18>

<18> Это обстоятельство обоснованно подчеркивается в трудах ученых процессуалистов. См., например: Безлепкин Б.Т. Указ. раб. С. 202 - 203.

Например, прокурор может непосредственно обнаружить признаки преступления при осуществлении надзора в соответствии со ст. 1 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации". В данном случае происходит не получение сообщения о признаках преступления, а их обнаружение как результативное действие в процессе выполнения функциональных обязанностей. При этом трудно представить, чтобы прокурор стал рапортовать об этом вышестоящему прокурору вместо того, чтобы возбудить уголовное дело и принять меры к началу предварительного расследования.

Также абсолютно неясен момент возникновения повода к возбуждению уголовного дела: при обнаружении преступного деяния либо при составлении рапорта об этом <19>.

<19> См.: Зажицкий В.И. Указ. соч. С. 187 - 188.

Кроме того, возникает вопрос о том, на чье имя и кем должен быть составлен рапорт об обнаружении признаков преступления в ходе оперативно-розыскной деятельности, чтобы являться поводом к возбуждению уголовного дела. Практика не дает однозначного ответа на этот вопрос.

Изложенное вызывает сомнение в необходимости введения в качестве самостоятельного повода рапорта об обнаружении признаков преступления.

Кроме того, представляется неудачным распространенное в средствах массовой информации сообщение о преступлении рассматривать как разновидность такого повода как сообщение о преступлении, полученное из иных источников, нежели заявление или явка с повинной.

Если автор статьи, теле- или радиорепортажа, передачи обращается к конкретному должностному лицу, то фактически он делает заявление. Но в этом случае лицо должно быть предупреждено об ответственности за заведомо ложный донос о преступлении. Разумеется, что это невозможно, а потому нельзя ставить в один ряд заявление гражданина, сделанное в установленном порядке, и сообщение в средствах массовой информации.

В том случае, если в таком сообщении отсутствует адресат, то сам факт его распространения в средствах массовой информации не порождает уголовно-процессуальных отношений, так как обязанность должного поведения не конкретизирована. Если по сообщению в средствах массовой информации не будет принято никакого процессуального решения, то государство реально не может ни к кому применить право требования. В этом смысле положения ст. 144 УПК РФ не могут с неизбежностью обязать прокурора процессуально реагировать на такие сообщения, поскольку сообщение в СМИ может оказаться вне поля зрения прокурора, так как непосредственно ему не адресовано.

Кроме того, вызывают удивление положения ч. 2 ст. 144 УПК РФ, которыми предусмотрена возможность для редакции, главного редактора средства массовой информации, которым распространено сообщение о преступлении, не сообщать данные о лице, сообщившем о преступлении, если оно поставило условие о сохранении в тайне источника информации.

Это новшество нельзя признать удачным по следующим соображениям.

Во-первых, предусматривая ответственность за заведомо ложный донос, уголовный закон устанавливает тем самым определенные гарантии от необоснованного привлечения лица к уголовной ответственности.

В данном же случае остается возможность для проявления произвола со стороны конкретного лица или группы лиц (редакции) в отношении личности, поскольку ни главный редактор средства массовой информации, ни иные сотрудники редакции не будут нести ответственности за заведомо ложный донос, который фактически может иметь место в данном случае. Редакция средства массовой информации как некое искусственное образование (юридическое лицо) не является субъектом уголовно-правовых отношений. А потому открывается широкий простор для распространения различного рода заведомо ложных, клеветнических сообщений, что по большому счету и наблюдается в последние годы.

Во-вторых, подобные сообщения мало чем отличаются от анонимного заявления, так как определить конкретный источник сведений о преступлении невозможно в силу конкретного указания в законе: этой новеллой не предусматривается обязанность редакции средства массовой информации предоставить сведения об источнике информации даже по требованию суда в связи с находящимся в его производстве делом, как это предусмотрено ст. 41 Закона РФ "О средствах массовой информации".

Вышеизложенные рассуждения вызывают сомнение в необходимости придавать значение повода сообщению о преступлении, распространенному в средствах массовой информации.

По нашему мнению, необоснованно выпали из системы поводов к возбуждению уголовного дела такие, как сообщение должностных лиц предприятий, учреждений, организаций о преступлении и непосредственное обнаружение органами предварительного расследования признаков преступления.

Это обусловлено следующим. Статья 141 УПК РФ предусматривает, что если в ходе следственных действий получено заявление о преступлении, то оно заносится в протокол соответствующего следственного действия.

Однако может возникнуть ситуация, когда признаки преступления обнаружены непосредственно прокурором, следователем, органом дознания в процессе расследования уголовного дела в результате непосредственного восприятия следов преступления, а заявления и сообщения о преступлении как таковых не было.

Возникают вопросы и при выделении уголовного дела в соответствии со ст. 154 УПК РФ. Так, ч. 3 ст. 154 УПК РФ устанавливает, что при выделении уголовного дела в отдельное производство для производства предварительного расследования нового преступления или в отношении нового лица в постановлении о выделении уголовного дела должно содержаться решение о возбуждении уголовного дела в порядке, предусмотренном ст. 146 УПК РФ, т.е. должно содержаться указание на повод к возбуждению дела. Однако зачастую сведения о новом преступлении поступают к следователю при производстве следственных действий в условиях отсутствия заявления или иного сообщения о преступлении.

Фактически происходит непосредственное обнаружение признаков преступления органом предварительного расследования, а соответствующий повод законом не предусмотрен. Из смысла закона следует, что в этом случае необходимо составлять рапорт об обнаружении признаков преступления, но зачем и для кого?

Необходимость включения в число самостоятельных поводов к возбуждению уголовного дела сообщений должностных лиц о преступлении обусловлена тем, что это подчеркивает специальные возможности государственного аппарата (например, контрольно-ревизионных органов, органов исполнительной власти, местного самоуправления и др.) в выявлении и предупреждении преступных посягательств при осуществлении своих основных функций.

Заявление гражданина и сообщение должностного лица о признаках преступления имеют совершенно разную гносеологическую природу. Должностные лица государственных органов в отличие от большинства граждан располагают необходимыми полномочиями и специальной подготовкой для выявления различного рода правонарушений, в том числе имеющих признаки преступного деяния, в различных областях деятельности, например, в финансово-кредитной сфере, в области оказания медицинских услуг и др. В таких случаях должностные лица этих органов обязаны сообщить в правоохранительные органы о полученных данных.

Поэтому выделение в качестве самостоятельного повода сообщения должностного лица служит интересам расширения возможностей своевременного получения данных о готовящемся, совершаемом или совершенном преступлении, создает дополнительные возможности для эффективного выявления признаков преступления и подчеркивает особые морально-правовые обязанности должностного лица перед обществом и государством в силу занимаемого им служебного положения.

Следует обратить внимание еще на одно обстоятельство в правовом регулировании системы поводов к возбуждению уголовного дела.

В нормах УПК прямо не указаны в качестве повода к возбуждению уголовного дела результаты оперативно-розыскной деятельности, хотя такая возможность их использования предусмотрена ст. 11 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности" (далее - ФЗ об ОРД).

Оперативно-розыскная деятельность является юридической деятельностью, и для выполнения стоящих перед ней задач, зафиксированных в ст. 2 и ч. 2 ст. 7 ФЗ об ОРД, государственные органы наделены властными полномочиями. Именно это властное начало проявляется в итоге правоприменительной деятельности как принятие решения и совершение в его исполнение конкретных действий, направленных на пресечение преступлений путем возбуждения уголовного дела.

Следовательно, совершение должностными лицами органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, юридически значимых действий по предоставлению в распоряжение прокурора, следователя, органа дознания, дознавателя фактических данных, указывающих на то, что готовится, совершается или совершено преступление, есть юридический факт, порождающий уголовно-процессуальные отношения в силу обязательного предписания в законе в виде обязанности компетентных органов и должностных лиц рассмотреть, при необходимости проверить полученные данные и обязательно принять предписанное законом решение.

Поэтому, на наш взгляд, целесообразно внесение в уголовно-процессуальный закон правовой нормы, предусматривающей в качестве самостоятельного повода к возбуждению уголовного дела сообщение о результатах оперативно-розыскной деятельности как внешнее проявление юридически значимых действий должностных лиц оперативно-розыскных органов, средство их фиксации.

Такой повод необходим, так как обнаружение признаков преступления в рамках оперативно-розыскной деятельности не может быть поставлено в одной плоскости с публикациями в печати и прочими сообщениями о преступлении. Оперативно-розыскная деятельность как вид государственной деятельности проводится именно для того, чтобы выявить признаки преступления, пресечь его подготовку и совершение, обеспечить раскрытие совершенного преступления способами уголовного процесса. Поэтому такая деятельность порождает особые отношения, которые изначально направлены на защиту прав и интересов граждан, обеспечиваемых уголовным законом. В данном случае естественным продолжением оперативно-розыскной деятельности становится деятельность уголовно-процессуальная.

На основании высказанных соображений, основываясь на том утверждении, что источником сведений о преступлении всегда выступает конкретное лицо, человек как субъект познания, а также с учетом высказанных суждений о необходимости совершенствования правового регулирования системы поводов для возбуждения уголовного дела, представляется целесообразным изложить ч. 1 ст. 140 УПК РФ в следующей редакции:

"1. Поводами к возбуждению уголовного дела являются: