Мудрый Юрист

Проблемы государственного обеспечения культуры

Есаков В.А., кандидат философских наук.

Одной из самых сложных проблем современной культурной политики является проблема государственного обеспечения культуры, и в первую очередь экономического, так как финансирование отрасли является одной из центральных проблем управления культурной сферой. Много чернил уже исписано об одном и том же, а именно о недостаточном финансировании культурной сферы, об "остаточном принципе" финансирования культуры и т.д.

Но проблема как была, так и остается, являясь по-своему специфически российской. Ни в одной развитой стране нет и не может быть таких проблем, ибо все понимают, что культура держится на мощной дотации государства - иначе она существовать не может. Впрочем, и слово "культура" вошло в русский язык позже, чем в другие европейские.

Механизмы поддержки культуры.

Экономическую поддержку культуры назвать новой проблемой никак нельзя. И каждая эпоха ищет свои рецепты. Для России они всегда были в понятиях "большего" или "меньшего" объема государственного финансирования, в условиях большей или меньшей хозяйственной свободы организаций культуры в расходовании бюджетных средств. Только за охрану культурного наследия, музейное и библиотечное дело, а также художественное образование государство несло непосредственную ответственность, а остальные подотрасли культуры были под его неусыпным надзором, но безо всякой государственной ответственности за их сохранение и развитие.

В условиях центрально планируемой экономики подобный взгляд на культуру, по-видимому, не был специфичным не только среди отраслей социальной сферы, но и материального производства. Все это вполне укладывалось в общую парадигму планового хозяйства.

С наступлением новых экономических отношений ситуация радикально изменилась. Рыночная экономика разделила народное хозяйство "на две части: тех, кто может работать с прибылью, и тех, кого должно поддерживать государство" <1>. При этом культура наряду с образованием, наукой и другими отраслями социальной сферы сохранила свою принадлежность к бюджетной сфере. За 15 лет экономических и политических реформ проявились две тенденции.

<1> Гринберг Р.С., Рубинштейн А.Я. Экономическая социодинамика. М., 2000. С. 130.

Во-первых, произошло сужение хозяйственных свобод всех организаций бюджетной сферы. Как это ни парадоксально, но именно в рыночные времена в результате нового бюджетного законодательства экономическая самостоятельность государственных учреждений упала ниже того уровня, который сложился даже в условиях плановой экономики.

Во-вторых, ведомства стали сокращать бюджетные расходы на социальную сферу. Причем если в 1990-е годы еще были иллюзии роста внебюджетной поддержки культуры, а также надежды переложить часть бюджетного бремени на плечи спонсоров, то уже в 2000 г. повсеместно происходит сокращение числа организаций, деятельность которых финансируется государством, и они переводятся в режим самоокупаемости.

Именно эта установка ясно просматривается в программных решениях исполнительной власти. Так, в решении Правительства РФ в области социальной политики и модернизации экономики на 2000 - 2001 гг. на контрактную основу финансовых взаимоотношений переводятся учреждения высшего профессионального образования. Аналогичные шаги правительство намерено осуществить и в отношении других отраслей социальной и особенно социокультурной сферы.

За всем этим стоит концепция перевода части организаций социальной сферы на уровень договорной ответственности государства в области финансирования учреждений и работников культуры.

"Внедрение в общественное сознание императива государственной поддержки лишь целевых программ... как и нежелание тратить бюджетные средства просто на деятельность организаций социальной сферы, непосредственно связаны с идеей временной ограниченности, а потому и срочного характера самих договоров с организациями культуры. При этом традиции и специфика культурной деятельности в нашей стране вынуждают нас констатировать, что возможности перевода действующих учреждений культуры на подобные формы государственной поддержки являются весьма ограниченными. Большинство организаций культуры нуждается не в спорадических вливаниях в связи с реализацией того или иного проекта, а в постоянном бюджетном финансировании" <2>.

<2> Экономическая политика в сфере культуры. СПб., 2002. С. 131.

Вместе с тем наряду с бюджетным финансированием культурной деятельности нельзя полностью отвергать и контрактную форму бюджетной поддержки. Выбор адекватных механизмов бюджетного финансирования при управлении культурной отраслью обусловливают конкретные детали, связанные с ответами на целый ряд вопросов: какие культурные блага, каких производителей этих благ и почему должно поддерживать государство.

Преодоление негативных тенденций последних лет невозможно без радикальных изменений в идеологии управления социальными и финансовыми проблемами культуры. Прежде всего в реформах нуждается действующая система финансирования организаций культуры. Объективный характер убыточности подавляющей массы организаций культуры превращает экономическую поддержку со стороны государства в фундаментальное условие их существования. Поэтому "финансирование таких организаций должно обрести статус конституционных гарантий, отражаемых в бюджетных обязательствах государства. Альтернативой здесь может стать лишь приватизация или ликвидация многих организаций культуры, сопровождаемые отказом государства от своей ответственности за культурную деятельность в стране" <3>.

<3> Там же. С. 133.

Однако ответственность органов управления и общества за сохранение накопленного культурного потенциала, создание благоприятных условий для развития культурной деятельности, обязательная государственная поддержка культуры, в том числе и финансовыми ресурсами, сегодня крайне необходимы и актуальны.

Нынешнее время практически не отличается от второй половины 1980-х годов, когда одним из главных вопросов была разработка механизма дотаций из бюджета. Широкая дискуссия выявила для тех условий альтернативу: "...предоставление финансовой помощи учреждениям искусства вне зависимости от масштабов их деятельности, от количества обслуживаемых зрителей (стабильная дотация)" или "введение норматива дотации и определение ее объема с учетом количества обслуживаемых зрителей" <4>. В результате был выбран первый вариант - установление каждому театру стабильной, на пятилетний период дотации с возможной индексацией ее величины при изменении внешних условий <5>. Уже прошло много времени с тех пор, а перед нами та же самая, в сущности, старая альтернатива.

<4> Рубинштейн А.Я. Введение в экономику исполнительского искусства. М., 1991. С. 215.
<5> Материалы по театральному эксперименту (быть ли дотациям?). Служебная записка. М., 1988.

Но если раньше необходимо было отстаивать нормативный подход, то теперь в условиях рыночной экономики и желания связать объем финансирования с результатами деятельности учреждений социальной сферы, нужно бороться с абсолютизацией этого метода. В чем причина отсутствия ясности в понимании необходимости экономической поддержки культуры?

Традиционная теория не может дать ответ на наш вопрос. Потому и не меняется ничего в практической жизни, потому каждый раз мы сталкиваемся с одной и той же проблемой, которая лишь формулируется в разных терминах. И если в 1980-е годы говорили о стабильности дотаций, сегодня подчеркивается необходимость внедрения контрактного и инвестиционного финансирования социальной сферы. При этом все также отсутствуют ответы на главные вопросы: почему государство должно поддерживать культуру и какой экономико-социальный интерес стоит за этими расходами?

Как правило, необходимость государственной поддержки культуры обосновывается лишь тем, "что товары и услуги этой отрасли обладают некими особыми достоинствами и порождают наиболее значительные эффекты, которые "рассредоточиваются" среди членов общества" <6>, фактически ничего другого в арсенале экономистов нет.

<6> Экономическая политика в сфере культуры. СПб., 2002. С. 136.

Современная теория не определила точных границ применения этих понятий. Эта понятийная и терминологическая "размытость и расплывчатость" в очень большой мере затемнила фундаментальную социально-экономическую проблему, а именно индивидуальную и социальную полезность, которая отражает извечный конфликт между отдельным человеком и обществом в целом. Наряду с интересами отдельных индивидуумов существуют специфические потребности общества как такового, которые не могут быть сведены к индивидуальным предпочтениям.

Задача приведения к "общему знаменателю" является краеугольной для проблемы финансирования культурных учреждений. Доминирует мнение, что поддерживаться должны лишь те культурные подотрасли, которые имеют социальную полезность.

Но вопрос упирается в то, в каких социальных рамках понимать полезность. Ведь культура вся, во всех своих подотраслях и подсистемах является механизмом передачи исторического социокультурного опыта, на основе которого выстраивается национальное культурное своеобразие данного общества. И с этой точки зрения классические литература и искусство, с одной стороны, фольклорная народная культура - с другой, архитектурные памятники - с третьей, музеи, библиотеки и архивы - с четвертой, книгоиздательская деятельность - с пятой, цирковое искусство - с шестой, традиции и обычаи, формирующие этикет межличностных отношений, - с седьмой, этнографические субкультуры малых народов или исчезающих социальных групп - с восьмой, клубы и кружки по интересам - с девятой, и т.д. и т.п. - все они равноценно социально полезны и заслуживают поддержки.

Особое положение в этом перечне занимает массовая культура. В данном случае имеется в виду популярная музыка, бульварная литература и средства массовой информации (печатные и электронные). По всей видимости, только они могут существовать без государственной поддержки в сугубо рыночном режиме, ибо пользуются высоким спросом у масс населения. Все остальное - культура "на любителя"; масштабы обращения к ней несравнимы с масштабами потребления массовой культуры, но ее сохранение абсолютно необходимо для любого общества. Ибо именно она, а отнюдь не массовая культура является носителем того социокультурного опыта, без владения которым не может существовать ни один народ <7>.

<7> Разлогов К.З. Предисловие // Теоретическая культурология. Энциклопедия. М., 2005. С. 3 - 6.

Несмотря на достаточно распространенный взгляд на государство как на мецената, его действия очень далеки от поведения филантропа. Поэтому мы вынуждены считать недостаточной точку зрения Пола Димажио: "Правительству же необходимо мужество и мудрость, чтобы взять на себя поддержку тех областей культуры, которые не могут рассчитывать ни на коммерческий успех, ни на помощь частной филантропии" <8>.

<8> Димажио П. Выживет ли культура в условиях рынка. СПб., 1996. С. 63.

Представляется, что за этим отношением к культуре и полными эмоций словами мы имеем типичное для ортодоксальной экономики непонимание реального положения дел и недооценку истинной социально воспитующей роли культуры. Социальная полезность абсолютного большинства культурных подсистем требует от правительства не мужества и даже не мудрости, а просто рационального поведения управляющего субъекта.

Расходуя ограниченные ресурсы, государство стремится к удовлетворению несводимых потребностей общества и извлекает взамен принадлежащих ему бюджетных средств социальную полезность культурных благ. Эта концепция государственной поддержки должна наконец внести ясность в мотивы и содержание бюджетного финансирования культуры. Подчеркнем еще раз, что в основе государственных расходов на культуру лежат сугубо прагматические мотивы производства товаров и услуг, имеющих социальную полезность.