Мудрый Юрист

Суверенная демократия или суверенитет демократии?

Лебедев В.А., декан юридического факультета, заведующий кафедрой Челябинского государственного университета, доктор юридических наук, профессор.

Киреев В.В., заведующий кафедрой юридического факультета Челябинского государственного университета, кандидат юридических наук, доцент.

1. К вопросу о понятии суверенной демократии

Появление идей суверенной демократии на политическом горизонте России XXI в. можно было бы предсказать с достаточной степенью уверенности. Частичное преодоление негативных последствий начального периода реформ, появление новых экономических и политических возможностей в международной сфере - все это обязывает общество задуматься над той целью, к которой мы движемся. В условиях укрепления России поиск национальной идеи и определение национальных приоритетов превращаются в значимые социальные проблемы, которые идея суверенной демократии отнюдь не исчерпала. Она и не сможет этого сделать по одной простой причине. Суверенная демократия - это не цель, а средство реализации национальной идеи. А нашу национальную идею нам еще предстоит выстрадать и сформулировать.

Сегодня в политических заявлениях выражена общая стратегическая цель - превращение России в страну, имеющую развитое гражданское общество и устойчивую демократию, конкурентоспособную рыночную экономику, современные, хорошо оснащенные и мобильные вооруженные силы. Достижение этой цели связывается с решением национальных задач, к которым относятся развитие экономики, политической системы, социальной и духовной сфер. Естественно, что такие задачи конкретизируются применительно к существующей обстановке и находят воплощение в деятельности Российского государства. Но даже и эта стратегическая цель и национальные задачи являются промежуточными. Простое перечисление того, чего мы хотим добиться, - лишь разрозненные элементы той обобщенной идеи, которая медленно и мучительно вызревает в нашем обществе. Цель, объявленная сегодня стратегической, и соответствующие этой цели национальные задачи в случае их успешного достижения и решения неизбежно будут выступать основой для формулирования и реализации новой, гораздо более глобальной цели. Таким образом, формулирование идеи суверенной демократии является попыткой теоретического обоснования того средства, которое будет выступать инструментом и необходимым условием включения Российской Федерации в число государств, занимающих передовые позиции в современном мире.

О каком же средстве идет речь? Следует признать, что идея суверенной демократии пока выражена в самом общем виде. Необходимость укрепления независимости государства, укрепления и развития демократии относится к числу наиболее значимых идей, выраженных в посланиях Президента РФ Федеральному Собранию в период с 2000 по 2006 г. Собирательный термин "суверенная демократия" в публичных выступлениях Президента РФ В.В. Путина не употреблялся. Вместе с тем понятие суверенной демократии является одним из ключевых программных положений "Единой России" и рассматривается как основное направление развития нашей страны. Весной 2005 г. в программной речи перед партийным активом "Единой России" заместитель Руководителя Администрации Президента В.Ю. Сурков использовал термин "суверенная демократия". Впоследствии к этому термину неоднократно обращались в своих выступлениях С.Б. Иванов и Б.В. Грызлов. Экономическая проблематика суверенной демократии была предметом рассмотрения на заседании круглого стола "Экономика. Суверенитет. Демократия" в Академии народного хозяйства. С политологических, государствоведческих, конституционно-правовых позиций многие аспекты суверенной демократии анализировались С.А. Авакьяном, Г.А. Гаджиевым, В.Д. Зорькиным, К.И. Косачевым, Л.С. Мамутом, М.В. Маргеловым, В.Т. Третьяковым и другими компетентными политическими деятелями, учеными, публицистами.

Понятийная, терминологическая дискуссионность идеи суверенной демократии в значительной степени связана с общим характером ее изначального выражения. Идея суверенной демократии как замысел представляет собой концепцию, причем, исходя из одного из первоначальных смыслов понятия "концепция", этот замысел действительно является общим и выражает своеобразные принципы, обоснование и теоретическое развитие которых еще далеко не завершено. Различия, существующие в восприятии термина "суверенная демократия" со стороны политических деятелей, научных, журналистских кругов, других представителей российского общества, и одновременно высокая социальная значимость решения вопроса о перспективах развития России объективно создают основу для дальнейшего обсуждения наиболее актуальных экономических, политических и иных социальных проблем.

Появление нового термина в обществе было воспринято с определенной настороженностью. Таков был смысл социалистической демократии и народной демократии, которые обозначали режимы, противоположные демократическому. Поэтому вполне понятно, что появление нового термина вызвало опасения. Уж не возвращаемся ли мы в социалистическое прошлое? Не происходит ли отказ от демократических завоеваний? Не пытаются ли с нами вновь сыграть по сценариям, хорошо известным по советскому периоду в нашей истории? Не является ли это отходом от демократических принципов организации общества и ужесточением политического режима в нашей стране? Не окажется ли суверенная демократия в конечном счете синонимом "ненастоящей демократии"? Эти опасения и эта настороженность имеют право на существование.

Поэтому одной из задач инициаторов дискуссии является прежде всего разъяснение сущности и необходимости реализации концепции суверенной демократии. Трудности такого разъяснения очевидны. Как объяснить человеку необходимость укрепления суверенитета государства, если он сталкивается с всевластием чиновников, которые делают ему "одолжение", взимая "административную ренту"? Как воспримет он понятие "народный суверенитет" в условиях, когда верховенство власти народа над властью государства представляет собой лишь конституционно-правовую декларацию? Как определить сущность российской демократии, когда большинство народа не участвует в решении вопросов государственной значимости, в процессе выборов широко используются рассчитанные на управляемость населения PR-технологии формирования имиджа кандидатов, вызывающие у этого самого "управляемого" народа горечь и смех, а на страницах газет и журналов все чаще встречается лукавое слово "элита"? Как обосновать заинтересованность государства в увеличении благосостояния народа, если динамика доходов государства во много раз превышает динамику доходов населения? Каким образом можно внедрить в общественное сознание идеи социальной справедливости, если модель распределения экономических благ в российском обществе после распада СССР изначально была несправедливой, а последствия этой несправедливости государством и обществом окончательно не преодолены?

Несмотря на большое количество воистину общесоциальных проблем, трудно отрицать и положительные результаты проводимых реформ. Положительная оценка народом ряда действий государства, предпринятых за последние шесть лет, и является тем единственным ресурсом, который можно использовать для восприятия не только идеи суверенной демократии, но и вообще каких-либо социально значимых идей, созревших в кабинетах государственной власти.

Опасность для идеи суверенной демократии может представлять придание ей митинговости, распыление в бодрых призывах и декларировании многообещающих перспектив. Поэтому на существующем этапе развития представлений о суверенной демократии необходимой представляется ее оценка прежде всего с научных позиций.

Серьезный и системный анализ социальных перспектив вполне может вестись сквозь призму суверенной демократии. Однако такой анализ предполагает в исходном пункте разделение терминов "суверенитет" и "демократия", выявление их понятийных и содержательных характеристик. Только после этого возможно вернуться к их синтезу и дать внятное (точнее, недвусмысленное) определение того и другого. Совершенствование научных представлений о взаимоотношении таких категорий, как "суверенитет" и "демократия", неизбежно влечет расширение сфер познания философии, политологии, правоведения и других отраслей российской науки. Это предполагает выявление фундаментальных элементов концепции суверенной демократии, ее принципиальных положений и возможности реализации на существующем этапе развития российской государственности. Конечно, "суверенитет" и "демократия" как сложные политико-правовые категории не могут быть исследованы абсолютно во всех взаимосвязях и содержательных характеристиках. В связи с этим следует остановиться на наиболее значимых, сущностных аспектах указанной концепции.

Сами понятия "суверенитет" и "демократия" не являются тайной за семью печатями для отечественной науки. В многочисленных исследованиях философов, политологов, юристов суверенитет в самых общих его чертах определяется как независимость носителя власти от всякой другой власти, при этом общее понятие суверенитета рассматривается как признак государства, понимаемый как верховенство, самостоятельность, независимость его власти.

Размышления по поводу государственного суверенитета в наших условиях связаны по меньшей мере с тремя соображениями. Неприемлемыми и потенциально опасными для России являются идеи "потенциального суверенитета". Во времена И.В. Сталина считалось, что "потенциальным суверенитетом" обладают союзные республики в составе СССР. Обусловливался такой подход правом республик на выход из СССР, при реализации которого они стали бы независимыми государствами и обрели суверенитет. Реализация таких идей сегодня, во-первых, была бы антиконституционной, во-вторых, создавала бы потенциальную опасность распада России.

В равной степени неприемлемой является и концепция несуверенного государства, которая была разработана еще в советской науке и применялась для характеристики автономных республик, входивших в состав республик союзных. Суверенитет является необходимым признаком государства, и без него государство просто не сможет выполнять те функции, которые на него возлагаются обществом.

И наконец, еще одно соображение следует высказать по поводу концепции "мягкого суверенитета", имеющей сравнительно недавнее происхождение. Само понятие "мягкого суверенитета" связано с неуклюжими и спекулятивными попытками обоснования так называемых гуманитарных интервенций против "неудавшихся государств" и легитимации внешнего управления ими. Такой подход категорически неприемлем для России, право на свой суверенитет мы многократно доказали и в случае необходимости докажем еще не раз.

Наряду с государственным суверенитетом выделяются еще и такие понятия, как "национальный суверенитет" и "народный суверенитет". Народный суверенитет определяется как полновластие народа, в том числе наличие у него социально-экономических и политических средств для реального участия в управлении делами общества и государства. Нетрудно заметить, что наиболее ярко взаимосвязь суверенитета и демократии выражает понятие "народный суверенитет". Согласно ст. 3 Конституции РФ носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ. Поэтому суверенитет государства представляет собой выраженный особыми политико-правовыми средствами суверенитет народа. Вместе с тем Российское государство и российский народ являются различными субъектами. Признавая тот факт, что государство (как и во всех других странах) в определенной степени выделилось из общества, возможны коллизии между суверенитетом государства и народным суверенитетом. При этом любое действие государства, направленное на приобретение независимости от власти народа, чревато острыми социальными конфликтами. Представления людей о государстве как о чем-либо "внешнем" по отношению к каждому индивиду и народу в целом не лишены оснований. Целью демократии является преодоление этого барьера, обеспечение восприятия государства как организации, эффективно выражающей интересы как отдельного человека, так и всего общества, устранение нигилизма из политической практики. Именно с позиций взаимосвязи понятий "государственный суверенитет" и "народный суверенитет" следует рассматривать понятие демократии.

Термин "демократия" представляется еще более сложным и многосторонним, чем "суверенитет". Демократия определяется как форма власти, при которой официально провозглашен принцип подчинения меньшинства большинству, признается свобода и равноправие граждан. Демократия характеризуется и как форма общественной власти, государства, основывающаяся на признании народа источником власти, его права участвовать в решении государственных дел в сочетании с широким кругом гражданских прав и свобод, как политический строй, основанный на признании принципов народовластия, свободы и равноправия граждан. С позиций наиболее устоявшихся и апробированных в многочисленных и нередко острых дискуссиях, представлений, выраженных в общей теории государства и права, демократия понимается как политический (государственный) режим (демократический режим), который основывается на участии народа в управлении государством, признании принципа равенства и свободы всех людей.

Обобщая изложенное, можно сделать вывод о том, что концепция суверенной демократии должна основываться на современном понимании соотношения закрепленных в правовых нормах критериев, степеней: 1) независимости российского народа и государства, как организации, выражающей его власть; 2) возможности народа эффективно участвовать в формировании органов государства, государственном управлении; 3) возможностей каждого гражданина реализовать конституционные права, обеспечивающие его свободу, экономическое и духовное развитие, участие в делах государства. Казалось бы, с правовым закреплением суверенитета, демократических основ формирования органов государства, провозглашением и гарантированием конституционных прав и свобод у нас все в порядке. Действительно, Конституция РФ как основополагающий акт нашего общества и государства закрепляет все эти ценности. Но не смущает ли защитников нерушимости действующей Конституции тот факт, что масштабный переход от всевластия олигархов к современной модели государственной власти осуществлялся в период действия одних и тех же конституционных положений? Какова же гибкость конституционного выражения демократии? Может ли кто-либо гарантировать, что под прикрытием действующих конституционных норм не будет теоретически обоснован и практически осуществлен переход к авторитаризму? К сожалению, таких гарантий сегодня нет. И в существующих условиях актуальным является рассмотрение проблематики не только суверенной демократии, но и гораздо более острых проблем суверенитета демократии, выражающей независимость власти российского народа.

Признавая право общества на существующие опасения, не следует заранее считать, что концепция суверенной демократии направлена на укрепление суверенитета в ущерб демократическим процессам. В условиях плюрализма мнений представления о независимости российского народа и государства от всякой иной власти как внутри, так и вне границ государства, а также воззрения на уровень его демократичности не являются едиными. Разброс идей весьма велик. Наиболее радикальные позиции основываются либо на идеях политического, экономического и духовного изоляционизма (гиперсуверенизации российского народа и государства), либо исходят из необходимости полной политической, экономической, духовной глобализации (десуверенизации российского народа и государства). Такие позиции весьма субъективны и, как правило, охватывают оценку только отдельных направлений сложных и многомерных процессов, происходящих в современном мире. Более того, радикальные воззрения нередко базируются на выявлении только негативных черт окружающей действительности и их абсолютизации.

Воплощение таких крайних позиций в политической практике может быть связано либо с абсолютным идеализмом, либо со злым умыслом и не может рассматриваться как серьезная перспектива. Поэтому истина должна находиться между ними, и ее поиск связан с анализом особенностей именно российской демократии и теми обстоятельствами, которые побуждают нас укреплять ее суверенитет. С учетом изложенных соображений необходимой предпосылкой возможного становления, развития и воплощения концепции суверенной демократии является формулирование цели развития российского общества и государства, а также обобщенный анализ тех экономических, политических, идеологических и иных социальных процессов, которые происходят внутри и вне границ Российской Федерации. Говоря о суверенной демократии, следует говорить и об определении границ суверенитета не только в географическом смысле, но и в экономическом, политическом смыслах, то есть речь идет о своего рода "делимитации" и "демаркации" экономических, политических, идеологических границ России.

Решение задачи превращения России в экономически развитое, демократическое и социально ориентированное государство связано с преодолением серьезных препятствий. К ним относятся негативные результаты начального периода реформ, экономическая слабость России, выражающаяся в значительном разрыве между государствами с высокоразвитой экономикой и нашей страной, наличие внешнеполитических и внешнеэкономических проблем, в том числе попытки оттеснения России с перспективных мировых рынков, возрастание геополитических амбиций стран с высокоразвитой экономикой в условиях экономической глобализации, попытки геополитического переустройства мира, трудности нахождения общей позиции в вопросах, представляющих региональную или международную угрозу, активное использование средств политического, экономического и информационного давления на Российскую Федерацию в целях уменьшения ее роли как конкурента в борьбе за рынки, инвестиции, политическое и экономическое влияние, необъективная и односторонняя трактовка процессов, происходящих в российском обществе и государстве, наличие проблем идеологического, духовного характера, связанных с наличием определенного идеологического "вакуума", который быстро заполняется исторически не свойственными России идеологическими установками, вносимыми извне, оправданно низкий уровень доверия граждан к отдельным институтам государственной власти и к крупному бизнесу.

Каковы же способы преодоления перечисленных препятствий? В существующих условиях сверхактуальной задачей является обеспечение возможности для России самостоятельно и свободно определять для себя условия, формы и направления развития с учетом ее исторических, экономических, геополитических, социальных и ментальных особенностей. Сегодня наиболее эффективной организацией, позволяющей реализовать национальные интересы российского народа, является государство. Подвергая справедливой и нередко острой критике отдельные государственные институты, следует осознавать, что другой организации, способной реализовать наши национальные интересы в необходимом объеме, просто не существует. С высокой степенью условности социально-политическую обстановку начального периода реформ можно охарактеризовать как "режим олигархических группировок", в результате активных действий государства он превратился в бюрократический режим, который, являясь необходимым этапом укрепления позиций государства, отнюдь не является той целью, к которой мы стремимся.

Если выдвижение концепции суверенной демократии обозначает начало такого периода развития Российского государства и общества, который можно было бы назвать "режим суверенной демократии", то само направление представляется верным. Значимость действий государства в этом направлении не подлежит сомнению. Демократическое развитие России - это не только продекларированный курс, но и необходимое условие ее сохранения и развития в качестве мировой державы. Однако не менее необходимым является и ее суверенитет. В ином случае наше демократическое развитие придется осуществлять по навязанным извне образцам, которые выражают не наши национальные интересы, а интересы тех государств, которые конкурируют с нами на мировой арене. Современная межгосударственная конкуренция - это не только конкуренция экономическая. Она является также и конкуренцией суверенитетов. Вместе с тем нужно и осознать, что конкуренция между государствами есть конкуренция между соответствующими народами. Поэтому адекватное выражение суверенитета народа в суверенитете государства является решающим условием самостоятельности внутренней и внешней политики государства, ее эффективности и прагматизма.

Эти общие посылки и помогают в попытке определения основных руководящих начал, которые могли бы выразить сущность суверенной демократии и ее значение для нашего общества. Прежде всего суверенная демократия может рассматриваться как политико-правовой режим - т.е. способ осуществления народной и государственной власти, выраженный в Конституции РФ и других политико-правовых документах.

Указанный политико-правовой режим призван выражать исторические, экономические, геополитические, социальные и ментальные особенности российского народа. Сущность суверенной демократии может заключаться в полновластии народа, демократических процессах и формах выражения этого полновластия в деятельности государства на основе его независимости от всякой иной власти внутри и вне границ Российской Федерации. Целью установления режима суверенной демократии должно являться обеспечение высокой динамики роста благосостояния граждан, развитие свободы личности, предпринимательства, развития институтов гражданского общества.

Эти принципиальные положения позволяют определить суверенную демократию как основанный на исторических, экономических, геополитических, социальных и ментальных особенностях российского общества политико-правовой режим реализации полновластия народа в независимой от всякой другой власти деятельности государства для обеспечения высокой динамики роста благосостояния граждан, развития свободы личности, свободы предпринимательства и институтов гражданского общества.

Необходимым элементом любой политической концепции является механизм ее реализации. Видение средств, способов и целей установления режима суверенной демократии должно быть аргументировано и в понятной для народа форме выражено по меньшей мере в политических программных документах. При этом следует помнить, что не гипотетическим, а реальным механизмом реализации концепции суверенной демократии должен являться прежде всего конституционно-правовой механизм.

Если идеи суверенной демократии в перспективе претендуют на роль политического учения, то они должны охватывать не только вопросы собственно суверенитета и демократии. Концепция суверенной демократии с необходимостью должна включать в себя и экономические, социальные, правовые, а также ментальные аспекты развития российского общества и государства. И претензии суверенной демократии на роль политического учения могут быть удовлетворены только в том случае, если она выразит хотя бы общие черты самой модели суверенной демократии, определит, хотя бы в самом общем виде, экономические, политические, а также идеологические направления ее реализации.

2. Идеи суверенной демократии и экономика

Сложности выражения идей суверенной демократии в экономической плоскости заключаются в том, что поиск концепции российской экономической модели еще не завершен. Сегодня негативное влияние на экономику России оказывают как наследие советской экономики, так и отрицательные последствия, вызванные недостатками современных экономических преобразований. Либерализация экономики помимо положительных результатов имела и отрицательные последствия для экономики в целом, сформировав олигархически-монополистический капитализм с приоритетным развитием экспортно-сырьевых отраслей, в результате чего сформировались механизмы коррупции и государственной политики преференций в отношении крупных сырьевых монополистов, что, в свою очередь, повлекло социальное расслоение и неразвитость среднего класса и в конечном счете стагнацию процессов создания гражданского общества.

Современный этап экономического развития России представляет собой лишь начальную стадию преодоления таких негативных тенденций посредством государственно-бюрократического воздействия на экономико-политические процессы. Поэтому приоритетным для России является построение социальной рыночной экономики с использованием как финансово-кредитных и других экономических рычагов, так и внеэкономических (политических) способов воздействия на экономические отношения. Сегодня основные социально-экономические модели представлены в виде теорий 1) либеральной рыночной экономики; 2) социалистической экономики; 3) социальной рыночной экономики. При этом наиболее универсальной, позволяющей обеспечить социально-экономическое развитие российского общества, является теория социальной рыночной экономики, которая базируется на классических представлениях о рыночной экономике и при этом не отрицает неравенство субъектов, но исходит из необходимости установления социальной справедливости посредством активной деятельности государства по воздействию на экономические отношения.

Экономика Российской Федерации относится к переходному типу, который отличается недостаточной эффективностью рыночных механизмов саморегуляции, что вызывает дополнительную активность государства как субъекта политической деятельности и собственника в экономической сфере и создает объективные условия для существования "бюрократического капитализма", что, в свою очередь, предполагает активное применение политических средств воздействия на экономические процессы.

Активная роль государства по созданию социальной рыночной экономики вызывает необходимость совершенствования существующих и поиск новых правовых форм воздействия государства на экономические отношения. Эта активность государства должна быть направлена на формирование среднего класса, на обеспечение экономической независимости не только государства и общества в целом, но и экономического суверенитета каждого гражданина, выражающегося в его материальном благополучии, неприкосновенности его собственности, упрощении регистрационных процедур, связанных с приобретением и реализацией имущественных прав, уверенности в поддержке государства. В конечном счете для реализации идей суверенной демократии необходимо приобретение высокой степени экономического доверия каждого гражданина по отношению к государству. И такое доверие невозможно будет приобрести посредством деклараций или простым провозглашением очередной реформы. Единственным средством для этого будет являться реальный рост благосостояния граждан.

Немаловажной для реализации идей суверенной демократии является степень выражения основ социально ориентированной экономики в Конституции РФ. Сегодня влияние Конституции РФ на экономические процессы производится посредством взаимодействия четырех групп норм, устанавливающих положения, определяющие экономические основы социального государства, конституционные принципы функционирования экономической системы, конституционную концепцию собственности; конституционные основы государственного и муниципального управления экономикой, обладающих синергетическим действием и содержащихся в главах 1, 2, 3, 5, 6 и 8 Конституции РФ. Указанные нормы Конституции осуществляют активное правовое воздействие на экономические отношения, причем с учетом цели задач и функций этих норм именно регулятивная составляющая такого правового воздействия представляется весьма незначительной. Кажется вполне естественным, что среди норм Конституции РФ, воздействующих на экономические отношения, наибольший удельный вес имеют нормы-принципы. Содержание и юридические свойства Конституции РФ позволяют сделать вывод о том, что Конституция и не должна иметь всеобъемлющего характера. Вместе с тем незавершенность этого основополагающего документа не является его неотъемлемым и положительным свойством, поэтому возможно существование пробелов в нормах, осуществляющих воздействие на экономику. Сегодня принципиальные положения Конституции РФ, оказывающие воздействие на экономику, своеобразным образом дополняются нормами текущего законодательства, что и вызывает затруднения в обеспечении ее юридического верховенства и оценке ее эффективности. Поэтому оценка эффективности норм Конституции РФ, осуществляющих правовое воздействие на экономические отношения, возможна только посредством анализа их взаимодействия с нормами текущего законодательства.

Взаимодействие положений Конституции РФ, воздействующих на экономику, и норм текущего законодательства не является совершенным и эффективным. Иногда общие положения текущего законодательства содержат больше принципиальных, сравнимых с конституционными положений, воздействующих на экономику, чем сама Конституция РФ. Негативные последствия чрезмерной конституционно-правовой индукции, то есть резкого, скачкообразного расширения конституционных положений в текущем законодательстве еще предстоит оценить.

С позиций суверенной демократии недостатком действующей Конституции РФ является неполнота охвата этим документом весьма актуальных экономических аспектов взаимодействия личности, общества и государства. Одним из факторов низкой эффективности воздействия Конституции РФ на экономику является излишняя универсальность конституционных положений, позволяющая производить серьезные и качественно отличающиеся друг от друга изменения в экономической системе на основе действия одних и тех же конституционных норм.

Каким же образом этот недостаток можно восполнить? В процессе подготовки действующей Конституции РФ многие положения, подготовленные Конституционным совещанием, Конституционной комиссией, Президентом РФ, рабочей группой под руководством С.М. Шахрая, Российским движением демократических реформ, группой депутатов-коммунистов, конституционного выражения не нашли. Однако большое количество сформулированных в проектах Конституции РФ идей являются весьма значимыми, а для выражения экономических аспектов концепции суверенной демократии - просто необходимыми. К ним можно отнести предложения о конституционном закреплении: 1) целей развития экономики страны; 2) социальных задач и социальных функций государства; 3) роли государства в управлении экономикой; 4) социальных целей налогообложения; 5) частной собственности как неотъемлемого и естественного права человека; 6) социальных обязательств собственника; 7) цели осуществления государством правомочий собственника; 8) особой социально-экономической значимости природных ресурсов; 9) принципов управления государственной собственностью; 10) принципов бюджетного устройства.

Думается, что также заслуживают внимания и конституционного выражения: правовой режим государственного долга; конституционные принципы приватизации и деприватизации государственного и муниципального имущества; принципы защиты имущественных прав граждан; принципы участия государства в имущественных отношениях как собственника и ответственности по имущественным обязательствам государства и муниципальных образований. Допустимым представляется и закрепление в Конституции РФ общих оснований отчуждения имущества у собственника без его согласия, с указанием оснований возмездного и безвозмездного отчуждения.

3. Идеи суверенной демократии и политика

Значение политических аспектов суверенной демократии трудно переоценить. Именно в этой плоскости выражаются основные, сущностные черты рассматриваемой концепции. Особенности политико-правового выражения идей суверенной демократии состоят в том, что Конституция достаточно детально закрепляет основы политической системы Российской Федерации. Поэтому общий анализ перспектив суверенной демократии в рамках существующей политической системы возможен без выхода за пределы содержания собственно конституционных норм.

С позиций полноты выражения и политического содержания идей суверенной демократии наибольший интерес вызывают: 1) система и структура конституционных норм, определяющих политическую систему российского общества; 2) конституционное выражение политических аспектов взаимодействия государства и общества; 3) конституционное закрепление основных элементов политической системы; 4) конституционное выражение механизма разделения власти в государстве; 5) конституционные основы взаимодействия государства с другими элементами политической системы.

Необходимо отметить, что конституционные нормы, определяющие политическую систему общества, обладают признаками системности и сложной структурой, проявляющейся в их многообразных взаимосвязях.

Именно с системных позиций наиболее упорядоченными и развитыми являются конституционные положения о государстве, что выражается в особенностях структурирования Конституции, единстве конституционных принципов организации и функционирования механизма государства, высокой степени детализации развития этих конституционных положений в других нормативных правовых актах. При этом сама система норм Конституции РФ выражает то место, которое занимают в ней различные виды государственных органов. Эти особенности Конституции РФ позволяют констатировать, что такая фундаментальная категория, как "общество", сегодня не нашла адекватного конституционного выражения. Именно поэтому социальная роль и принципы деятельности государства по выражению интересов российского общества в концентрированном выражении конституционного закрепления не нашли.

Но квинтэссенцией идей суверенной демократии как раз и является выражение модели взаимодействия российского общества и государства. Каким же образом преодолеть это противоречие? Конституционные установления, выражающие самый общий подход к отношениям "общество - государство", содержат, по нашему мнению, два существенных недостатка: 1) в значительной степени Конституция РФ является Основным Законом не общества, а государства; 2) основы взаимоотношения общества и государства выражены весьма фрагментарно и не позволяют выявить наиболее важные стороны их взаимодействия. Несомненно, что концепция суверенной демократии должна базироваться на принципах, характеризующих сущность Российского государства и основные аспекты его взаимодействия с обществом. Сегодня в Конституции РФ не говорится о том, что: государство как выразитель народного суверенитета осуществляет социальное управление в интересах многонационального народа Российской Федерации; основными направлениями управленческой деятельности государства является воздействие на экономическую, политическую, социальную системы, а также культурную сферу общества; государство осуществляет сотрудничество с другими государствами и международными организациями на основе принципа верховенства суверенитета многонационального народа России; органы государственной власти в целях защиты суверенитета российского общества и государства разрабатывают и реализуют военную доктрину; государство осуществляет управление обществом в пределах, установленных Конституцией и иным законодательством Российской Федерации, при этом не основанное на Конституции расширение сферы государственного управления не допускается; государство обеспечивает контроль общества за принятием наиболее значимых для народа политических решений; государство в интересах многонационального народа Российской Федерации вправе использовать принуждение в порядке, формах и способами, которые установлены федеральными законами, в том числе с соблюдением режима законности прибегать к насильственным действиям в отношении лиц, нарушающих законодательство Российской Федерации, при этом насильственные действия должны соответствовать характеру нарушения законодательства. Но указанные выше положения вполне могут рассматриваться как предпосылка определения баланса между суверенитетом государства и суверенитетом российского народа, выражающимся в том числе и в демократических процессах.

Терминологические особенности суверенной демократии также не вполне соответствуют содержанию действующих конституционных норм. В настоящее время конституционные критерии разграничения парламентской и президентской республик как выражения форм правления не являются окончательно определенными. В связи с этим конституционное определение Российской Федерации как демократического федеративного правового государства с республиканской формой правления нельзя признать полным, так как сама сущность взаимоотношений между ветвями власти в приведенной характеристике не выражена. Полное выражение формы правления в Конституции РФ предполагает решение вопроса о концепции конституционной модели разделения власти, что, в свою очередь, предполагает определение основных характеристик конституционной системы "сдержек и противовесов".

Исходя из этих посылок, к наиболее проблемным аспектам выражения идей суверенной демократии следует отнести: 1) конституционное понимание народовластия как основы разделения власти; 2) реальное политическое содержание конституционного принципа разделения власти; 3) решение вопроса о степени самостоятельности законодательной, исполнительной и судебной власти, причем с учетом критериев фиктивной (формальной) или реальной самостоятельности; 4) необходимость и эффективность принудительного воздействия органов одной ветви власти на органы другой ветви власти, в том числе возможность роспуска; 5) определение пределов системы "сдержек и противовесов" и прогнозирование политических последствий действий органов власти, выходящих за пределы этой системы.

Один из центральных политических вопросов - это определение места Президента в системе органов власти, а также разграничение полномочий между законодательной и исполнительной властью. При этом наиболее политически значимой гранью осуществления Президентом властных полномочий является его взаимодействие с законодательной и исполнительной властью. Сегодня политическое влияние Президента РФ как на Государственную Думу РФ, так и на Федеральное Собрание в целом, а также на Правительство РФ является своего рода генератором политической бесконфликтности. Таким образом, стабильность российской политической системы в значительной степени определяется политическим единством различных ветвей государственной власти, а не наличием эффективной политической оппозиции. Возможно, это обстоятельство и является причиной появления большого количества предложений по совершенствованию правового статуса Президента. Причем выраженные в политических заявлениях и научных исследованиях предложения направлены на ревизию наиболее фундаментальных основ взаимоотношения главы государства с другими ветвями власти и нередко имеют взаимоисключающий характер. Критика конституционно-правового статуса Президента в основном направлена на те конституционные положения, которые определяют его доминирующую роль в политической системе общества и, соответственно, превосходство над всеми ветвями власти. Трудно оспорить тот факт, что гарантии российского общества от установления авторитаризма в значительной степени обусловлены лишь личностью действующего Президента, а не конституционной моделью президентской власти как таковой. Высокая социальная значимость сильной президентской власти представляется бесспорной. В связи с этим при решении вопроса о совершенствовании конституционно-правового статуса Президента значительную актуальность имеет политический контекст. Поэтому необходимость, объем и характер модернизации правового статуса Президента можно отнести к одной из основных политических проблем суверенной демократии.

На объем полномочий Президента РФ серьезное влияние могут оказать идеи демократизации порядка формирования Совета Федерации, а также обеспечение равноправия палат Федерального Собрания. Представляется, что внесистемная реализация таких предложений в настоящее время невозможна. Причем сама возможность реформирования соответствующих конституционных положений прямо связана с положительным решением вопросов о переходе от президентской к парламентской республике и устранением асимметричности Российской Федерации. В то же время неоднократно обсуждавшийся переход к избранию членов Совета Федерации на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном голосовании объективно будет означать ослабление президентской власти и потребует масштабного изменения законодательства. Реализация такого предложения может повлечь серьезную политическую конкуренцию между избранными в указанном выше порядке членами Совета Федерации, высшими должностными лицами субъектов РФ и законодательными (представительными) органами государственной власти субъектов РФ, что, в свою очередь, может резко снизить эффективность федерального влияния на субъекты РФ.

Актуальными для выражения идей суверенной демократии являются и представления о месте Правительства в системе органов государственной власти. Нелишним будет заметить, что это место является одним из критериев определения формы правления. В России политически определена и законодательно закреплена своеобразная иерархия президентской, законодательной и исполнительной власти, причем исполнительная власть представляет собой низший уровень в этой иерархии.

Несмотря на наличие у Правительства широких полномочий по управлению значительными материальными, финансовыми, организационными, информационными и другими ресурсами, этот орган не обладает политической самостоятельностью, что соответствует исполнительному характеру его деятельности; наиболее всеобъемлющий политический контроль над Правительством осуществляет Президент, что проявляется в особенностях формирования этого органа, определении системы и структуры федеральных органов исполнительной власти, а также содержании задач и функций президентского контроля над выполнением органами исполнительной власти требований нормативных правовых актов.

В связи с этим актуальным аспектом концепции суверенной демократии является отношение к проблеме соотношения и совершенствования механизма политического влияния Президента и Федерального Собрания на Правительство. Не исключено, что возрастание степени политического единства Президента и Федерального Собрания может явиться основанием для усиления влияния законодательной власти на Правительство. Если перемены в конституционном статусе Правительства станут возможными, они неизбежно повлекут и модификацию системы сдержек и противовесов, причем именно с позиций внешних отношений между ветвями власти.

Не менее важным для реализации идей суверенной демократии является решение вопроса о возможности совершенствования правового статуса общественных объединений, что, в свою очередь, может вызвать необходимость масштабных изменений текущего законодательства, а также связанную с ними угрозу политической нестабильности этого элемента политической системы. В наши дни наибольшей политической остротой обладают вопросы российского партогенеза в рамках существующей политической системы, а также правового положения некоммерческих организаций, с позиций участия их в политических процессах, в том числе с использованием зарубежных источников финансирования.

Процесс становления эффективной отечественной модели партийной системы еще далеко не завершен. В этом процессе можно выделить две основных тенденции. Первую из них представляет повышение роли политических партий в формировании органов государственной власти субъектов РФ. Вторая тенденция заключается в реализации комплекса мер, направленных на сокращение количества партий, участвующих в политической жизни общества. В этих условиях превращение идей суверенной демократии в средство реализации узкопартийных интересов недопустимо. Сама возможность реализации идей суверенной демократии, системно выраженных в программных документах какой-либо одной партии, прямо связана с оценкой обществом именно этой партии, как честного и последовательного выразителя интересов народа. Сегодня же безупречной партийной репутацией не может похвастаться никто.

Активное участие общественных объединений и других некоммерческих организаций в политической деятельности предполагает определение степени автономности их влияния на политические процессы. Высокий уровень международной интеграции многих из этих субъектов и, как следствие, использование ими зарубежных источников финансирования неизбежно вызывают проблему влияния зарубежных государств и международных организаций на решение внутриполитических вопросов России. Совершенствование подходов к решению указанных вопросов международного сотрудничества должно представляться актуальным прежде всего выразителям идей суверенной демократии. Одним из элементов такого совершенствования может выступать закрепление в законодательстве, а возможно, и в Конституции РФ основных принципов участия общественных объединений и других некоммерческих организаций в политической жизни российского общества. Следует также коснуться и проблемы использования политического потенциала профессиональных союзов. Излишняя политизация профсоюзов может служить признаком неэффективности других элементов политической системы, и навязывание им какой-либо исключительной политической роли представляется нецелесообразным. Вместе с тем это не исключает признания их роли в формировании социальной и экономической политики государства.

Особое внимание в концепции суверенной демократии следует уделить религиозным объединениям. Конечно, можно утверждать, что влияние религиозных объединений на политику государства имеет идеологический, воспитательный, просветительский характер, то есть является в высшей степени опосредованным. Признавая обоснованность конституционного разделения политической и религиозной деятельности, следует обратить внимание и на недостатки существующего правового статуса религиозных объединений. Отделение религиозных объединений от государства отнюдь не означает отделения их от общества. Роль религиозных объединений в формировании отношения к российскому обществу, государству, основным политическим процессам трудно переоценить. Вместе с тем такая роль не имеет конституционного выражения, так же как и принципы, основы механизма взаимодействия государства и религиозных объединений в целях решения социальных проблем. Представляется, что определение отношения к этой проблеме лежит в русле суверенной демократии, а недооценка религиозного фактора развития нашего народа и государства может угрожать их суверенитету и негативно влиять на демократические процессы.

4. Суверенная демократия и идеология

Концепция суверенной демократии, в силу самого факта ее появления, затрагивает самые глубинные идеологические пласты нашего общества. Проблема выражения и развития идеологии общества в представлениях о суверенной демократии также относится к числу ее наиболее сложных проблем конституционной реформы. Эта сложность связана как с неоднозначностью современного определения понятия "идеология", так и с объективными трудностями выявления и определения способов выражения идеологической основы российского общества. Концепция суверенной демократии и сама небезосновательно претендует на роль выразителя вполне определенных идеологических воззрений. Окончательное оформление представлений о суверенной демократии может произойти только тогда, когда в них будут выражены те идеологические позиции, которые нашли поддержку в обществе в целом и являются результатом своеобразного социального идеологического консенсуса.

В какой степени наше общество сегодня идеологизировано? Ответ на этот вопрос также можно поискать в положениях российской Конституции. Идеологическое содержание представлений общества, выраженное в конституционно-правовой форме, выступает результатом проявления идеологической и юридической функций Конституции. Закономерно, что Конституция не может отразить весь спектр политических, правовых, нравственных, религиозных, эстетических и философских представлений общества. Однако положения любой конституции всегда выражают определенную идеологию. Конституционное выражение идеологии возможно посредством закрепления идеологического многообразия (идеологического плюрализма) либо господствующей идеологии (идеологического монизма), причем выбор зависит от особенностей исторического развития и конкретных социально-экономических, политических, духовных характеристик общества и государства. Следует признать, что Конституция РФ широко выражает как свободу мышления, идеологическую свободу, так и социальную, политическую, экономическую и творческую свободу - то есть основные постулаты либеральной идеологии, что позволяет говорить об ее преимущественно либеральном содержании. Поэтому идеологический плюрализм, являясь идеологий, в то же время и сам выступает как один из элементов более обширной, концептуальной идеологии - идеологии либерализма.

Многочисленные проблемы внедрения либеральной идеологии в общественную, государственную практику определяются не низкой степенью либеральности положений Конституции, а проблемой ее реализации, и в частности соответствия Основного Закона идеологической позиции отдельных социальных групп и общества в целом.

Совершенствование идеологических представлений не означает пресечения либеральных идей в обществе и, соответственно, от выражения базовых принципов либерализма в Конституции РФ. Вместе с тем нахождение баланса идеологических представлений о личной свободе и социальной необходимости в контексте суверенной демократии является едва ли не самым важным условием реализации этой концепции.

Содержание, а также интенсивность процессов, направленных на обеспечение многоукладности в экономике, политического и идеологического плюрализма оказались таковы, что необходимый для каждого общества баланс между общесоциальными и личными интересами так и не был найден. Признание человека, его прав и свобод высшей ценностью отнюдь не означает отказа от признания ценности интересов государства и общества в целом. Актуальной задачей является формирование идеологии, которая сможет совместить общесоциальные, общегосударственные ценности с ценностными установки личности и в силу этого будет выполнять объединяющую роль.

Общесоциальная идеологическая позиция должна быть выявлена и объективно выражена преимущественно по отношению к степени личной свободы, инициативы и пределам их ограничения в интересах общества. При этом наиболее идеологически значимыми будут являться принципы ограничения личной свободы и инициативы, так как именно они должны устанавливать основные критерии определения пределов социально-экономической, политической, а также идеологической свободы личности и прямо влиять на оценку степени демократичности и суверенитета государства и общества.

Необходимо признать, что идеи, выражающие потребности общества, выражены в действующей Конституции весьма фрагментарно. Об этом свидетельствует отсутствие общих конституционных положений о взаимоотношении личности и общества, в том числе принципов ограничения свободы личности в общесоциальных интересах. Существующий дисбаланс между конституционным выражением свободы и конституционными основаниями ее ограничения в общественных целях выглядит вполне оправданным, но это не исключает возможности совершенствования соответствующих представлений.

Нам только еще предстоит доказать ценность патриотизма в качестве принципиальной основы совершенствования идеологии. И это доказывание нужно осуществить не в положениях партийных программ или на страницах газет и научных журналов, а ежедневной, кропотливой заботой о людях. Сегодня патриотическое сознание может рассматриваться как фактор обеспечения идеологического взаимодействия между национальными и государственными интересами, позволяет говорить о многообразных национальных интересах с государственных позиций. Однако следует честно признать, что патриотизм по отношению к существующему государству и патриотизм по отношению к своей стране имеют существенные различия. Даже в недавнем нефтегазовом конфликте России и Белоруссии по поводу установления пошлин многие россияне аргументировали свою поддержку позиций Белоруссии тем, что решение этого вопроса в пользу России приведет к обогащению отдельных лиц и никак не отразится на благосостоянии российского народа. "Пусть льготами попользуется братский народ Белоруссии, так как нам все равно ничего не достанется" - именно такие выводы нередко и подытоживали дискуссии. Это очень опасная тенденция, прямо отражающаяся на восприятии суверенитета государства, формирующая представления о государстве как предателе интересов народа. В действительности бодрые призывы защищать свою страну нередко воспринимаются как призывы защищать благосостояние отдельных лиц, имеющих экономическое и политическое влияние, а следовательно, и государственную систему, способствующую сохранению такой ситуации. Пожалуй, излишне говорить о том, что ждать патриотического отношения именно к государству после таких призывов бессмысленно. Патриотическое отношение к себе государству еще следует заслужить. И этот путь будет непростым и нелегким. Способны ли носители идеологии суверенной демократии пройти этот путь? Ответ на этот вопрос может дать только будущее.

Первым шагом на этом пути может стать генерирование идеологии гражданственности. Идеологическое содержание прав и обязанностей граждан вытекает из признания особых связей между гражданином, обществом и государством. Многообразие таких связей очень велико, и далеко не все из них охватываются понятием правовой связи. Основой, ядром такой связи является гражданство. Причем в Конституции РФ (ст. 6) устанавливаются общие положения гражданства и отсутствуют нормы, определяющие идеологическое содержание такой правовой связи. Особенности идеологического содержания гражданства могли бы быть выражены не только в концепции суверенной демократии, но и в Конституции РФ, если признать, что гражданство является правовой связью лишь по форме, а содержательная сторона гражданства включает в себя в том числе и идеологическую связь гражданина с государством, выраженную в правовой форме в виде общих конституционных принципов гражданства. Обретение гражданином чувства общности с государством происходит не в силу факта рождения на определенной территории или выдачи российского паспорта. Истоки отношения гражданина к государству как к "своей" организации находятся в экономической и иной социальной политике государства, а идеологическое содержание гражданства всегда будет выражать либо гордость за экономические, политические успехи своей страны, либо равнодушие и стыд за ее ущербность.

Представляется, что в настоящее время идеология гражданственности является единственной идеологией, которая может обеспечить необходимую для развития общества и государства степень социальной солидарности. Развитие идеологии гражданственности позволяет объединить все политические течения, всех граждан государства, независимо от политических и иных воззрений. При этом объективные различия во взглядах на государство, общество, а также основные направления их развития должны учитываться в процессе политической деятельности и создавать возможности эффективного взаимодействия общества и государства. Сама необходимость формирования идеологии гражданственности связана с обеспечением развития личности, общества и государства, исходя из содержания национальных интересов во внутриполитической, социальной, духовной, а также международной сферах. Общим направлением формирования этой идеологии является консолидация общества, преодоление недоверия между различными социальными группами, а также обществом и государством, создание условий для общенационального единства в оценке стоящих перед страной стратегических задач.

Наличие недостатков в нашем государстве не исключает его идеологической обязанности по формированию уважительного отношения как к самому государству, так и к другим социальным институтам, выражающим интересы общества. К обязанностям государства следует отнести также устранение причин и условий формирования идеологий социального (в том числе религиозного и политического) экстремизма, этнического сепаратизма. Необходимо определить идеологические обязанности государства по разрешению конфликтов, имеющих общесоциальную, межэтническую и религиозную основу, установить конституционный механизм их разрешения. Решение этой задачи возможно посредством закрепления конституционных принципов и основных элементов механизма разрешения социальных конфликтов, в составе которых должен быть выражен и идеологический аспект.

Значимым представляется и закрепление такой обязанности государства, как обеспечение свободы от принуждения к участию в митингах, демонстрациях, шествиях или пикетировании, так как эти мероприятия выражают идеологические позиции и являются одной из форм выражения мнений и убеждений.

В рамках концепции суверенной демократии можно было бы дать оценку и идеологическим обязанностям граждан. Обязанности граждан, имеющие идеологическое содержание, в Конституции РФ закрепления не нашли. В текущем законодательстве перечень таких обязанностей обширен и наиболее ясно выражен в определении деяний граждан, к которым государство относится негативно.

Основные идеи, содержащиеся в государственной оценке таких деяний, вполне могли бы быть учтены в размышлениях о путях российской суверенной демократии. Именно в идеологическом насыщении нуждаются обязанности граждан воздерживаться от: 1) нарушения конституционных прав и свобод других граждан; 2) распространения информации, содержание или форма которой могут нанести вред обществу или государству; 3) неуважительного отношения к символам государства и другим атрибутам государственной власти; 4) совершения действий, направленных на воспрепятствование осуществлению служебной деятельности или выполнению общественного долга, побуждение граждан к совершению противоправных действий, действий, посягающих на общественную безопасность и общественную нравственность, совершение действий, наносящих ущерб внешней безопасности и суверенитету Российской Федерации. В нормах Конституции РФ эти обязанности, а также их идеологическое обоснование отсутствуют.

И наконец, последнее соображение. При анализе возможностей совершенствования конституционных положений как формы выражения идей суверенной демократии неизбежно обращение к крамольному вопросу о конституционной реформе. Глубоко справедливыми являются мнения противников таковой о недопустимости реформирования Конституции РФ для реализации сиюминутных, конъюнктурных интересов, предупреждения об опасности безоглядного пересмотра конституционных положений. В равной степени недопустимы и идеи "конституционного переворота", неупорядоченного, хаотичного изменения Конституции РФ в угоду носителям революционных идей. Вместе с тем нельзя категорически исключать и перспективу превращения концепции суверенной демократии в такую политико-правовую модель, которая будет апробирована и поддержана российским обществом настолько, что это вызовет необходимость кардинального обновления Конституции.