Мудрый Юрист

Экоцид в системе международных правонарушений

Королев А.Н., старший преподаватель кафедры уголовно-правовых дисциплин юридического факультета Владимирского государственного педагогического университета.

В настоящее время принцип ответственности субъекта за международные правонарушения является общепризнанным принципом, носящим императивный характер. Он находится в основе самостоятельной отрасли международного публичного права - права международной ответственности. Также этот принцип является принципом международного права, поскольку вытекает из его правовой природы <1>.

КонсультантПлюс: примечание.

Статья И.И. Лукашук "Право международной ответственности" включена в информационный банк согласно публикации - "Международное публичное и частное право", 2002, N 2.

<1> Лукашук И.И. Право международной ответственности. М., 2004. С. 65.

В отечественной теории права термин "правонарушение" чаще всего отождествлялся с термином "неправомерное деяние" <2>. Однако в теории международного публичного права для обозначения противоправного поведения государств употребляется значительно больше терминов <3>. Это вызывает определенные трудности при решении вопросов о квалификации действий субъектов международного публичного права, усложняет работу по кодификации.

<2> Общая теория советского права / Под редакцией С.Н. Братуся и И.С. Самощенко. М., 1966. С. 392.
<3> Курис П.М. Международные правонарушения и ответственность государства. Вильнюс, 1973. С. 109.

В отечественной науке для обозначения международно-противоправных деяний наряду с термином "международное правонарушение" получил широкое распространение термин "международный деликт". Большинство ученых употребляло его в качестве синонима понятия "международное правонарушение" <4>. Однако во внутригосударственном праве термин "деликт" употреблялся нескольку по-иному, подразумевая правонарушения, не являющиеся преступлениями, т.е. проступки.

Однако похожий взгляд есть и ученых международного права. Э.И. Скакунов разделял международные преступления на преступления и деликты <5>. В.М. Шуршалов, наоборот, употреблял термин "международный деликт" для обозначения международных преступлений <6>.

<4> Левин Д.Б. Ответственность государств в современном международном праве. М., 1966. С. 19.
<5> Скакунов Э.И. Самопомощь как форма принудительного обеспечения субъективных прав государства: Автореф. дис. ... к.ю.н. Л., 1971. С. 7.
<6> Шуршалов В.М. Международные правоотношения. М., 1971. С. 204.

П.М. Курис считает, что столь разное употребление терминов "международный деликт" и "международное правонарушение" вызвано появлением качественно новых нарушений международного права, именуемых международными преступлениями <7>. Вследствие этого стал наблюдаться факт расчленения понятия международного деликта, которое сложилось под влиянием цивилистических концепций.

<7> Курис П.М. Международные правонарушения и ответственность государства. С. 112.

Однако с таким мнением согласиться трудно. По его логике, до начала проблем с терминологией международных преступлений не существовало. Эти преступления появились только тогда, когда в доктрине международного права началась дискуссия по этому вопросу. Весьма очевидно, что такие преступления, как агрессия, геноцид, могли совершаться всегда. Действительно, в древности было принято уничтожать побежденных, поскольку довольно трудно найти пропитание. Военные действия в античности часто проводились путем нападения. Однако тогда это не считалось международным преступлением, поскольку само международное право только развивалось. Поэтому П.М. Курис прав в том смысле, что терминологическая путаница показывает осознание, в общем-то напоминающее интуитивное, необходимости разграничения международных правонарушений по степени общественной опасности.

Полагаем, что деликт следует рассматривать как синоним слова "проступок". В этом случае международные правонарушения делятся на международные преступления и международные проступки.

Таким образом, можно считать, что международное правонарушение - это противоправное виновное поведение государства, выражающееся в действиях (бездействиях) его органов, результатом которых является нарушение международного правопорядка и причинение ущерба другим субъектам международного права <8>. Однако в дополнение этого укажем, что оно может посягать и на общепризнанные принципы международного права (в этом случае оно является международным преступлением).

<8> Василенко В.А. Ответственность государства и международный правопорядок. Киев, 1976. С. 94 - 95.

Сейчас в науке сложилось мнение о существовании особо опасных правонарушений, которые следует считать международными преступлениями. По мнению И.И. Карпеца, система норм, складывающихся в результате сотрудничества между суверенными государствами или международными органами и организациями, имеющая своей целью защиту мира, безопасности народов, международного правопорядка как от наиболее тяжких международных преступлений, направленных против мира и безопасности человечества, так и от других преступлений международного характера, представляет собой международное уголовное право <9>.

<9> Карпец И.И. Преступления международного характера. М., 1979. С. 30.

Основными признаками международных преступлений являются:

  1. их особо опасный характер;
  2. специфика их объекта: направленность против жизненных интересов и благополучия мирных народов, основных принципов международного права;
  3. специфика применяемых против них санкций.

Следует согласиться с определением П.М. Куриса, считающего, что международные преступления - это особо опасные международные правонарушения, посягающие на основные общепризнанные принципы международного права и этим затрагивающие законные интересы всех государств, которые имеют право сами или через международные организации применять против нарушителя санкции, установленные международным правом <10>.

<10> Курис П.М. Международные правонарушения и ответственность государств. Вильнюс, 1973. С. 136.

Другим видом международных правонарушений являются преступления международного характера. Под ними понимаются деяния, предусмотренные международными соглашениями (конвенциями), не относящиеся к преступлениям против человечества, но посягающие на нормальные отношения между государствами, наносящие ущерб мирному сотрудничеству в различных областях отношений (экономических, социально-культурных, имущественных и т.п.), а также организациям и гражданам, наказуемые либо согласно нормам, установленным в международных соглашениях (конвенциях), ратифицированных в установленном порядке, либо согласно нормам национального уголовного законодательства в соответствии с этими соглашениями <11>.

<11> Карпец И.И. Преступления международного характера. М., 1979. С. 48.

Таким образом, мы полагаем, что международные правонарушения следует разделить на три вида: международные преступления, преступления международного характера и международные деликты. Перечень международных преступлений определен Римским статутом Международного уголовного суда: преступление геноцида, преступления против человечности, военные преступления, преступление агрессии. Однако мы полагаем, что этот перечень неполный. Действительно, исходя из приведенного определения, объектом международных преступлений являются общепризнанные принципы международного права. К ним относятся принцип суверенного равенства государств, принцип невмешательства во внутренние дела государств, принцип суверенитета, принцип территориальной целостности государств, принцип нерушимости государственных границ, принцип добросовестного выполнения международных обязательств, принцип запрещения применения силы или угрозы силой, принцип уважения прав и основных свобод человека, принцип мирного разрешения международных споров, принцип сотрудничества государств, принцип равноправия и самоопределения народов и наций.

Если считать принципами международного права только эти, то военные преступления не подпадают под международные преступления. Действительно, международное право допускает военные действия при условии соблюдения правил ведения войны. Международное гуманитарное право допускает проведение международных военных конфликтов и вооруженных конфликтов немеждународного характера. Нет принципа международного права, запрещающего разрешение споров военным путем. Поэтому военные преступления не посягают на общепризнанные принципы международного права и не могут считаться международными преступлениями.

Однако это поверхностное суждение. Нам представляется, что наиболее важные принципы отраслей международного права имеют особое значение и могут приобретать статус принципов международного права. Применительно к военным преступлениям таким является принцип гуманизации вооруженных конфликтов, предполагающий обязательство сторон во время вооруженных конфликтов соблюдать законы и обычаи войны. Поэтому военные преступления являются международными преступлениями.

Такова ситуация и с принципом международного экологического права, предполагающим, что окружающая среда - общая забота человечества. Принцип состоит в том, что международное сообщество должно на всех уровнях охранять окружающую среду. Этот принцип закреплен во многих конвенциях и применяется в различных отраслях международного права. Поэтому он приобретает статус принципа международного права. При этом нарушение этого принципа образует международное преступление.

Из сказанного ясно, что экоцид в его современном понимании не является единственным преступлением против окружающей среды. К таким преступлениям следует отнести загрязнение окружающей среды вследствие сброса отходов в любые водоемы, ведения деятельности под контролем государств. Поэтому указанные преступления образуют отдельную группировку, которую необходимо выделить в Римском статуте. Полагаем, что название должно звучать "Преступления против окружающей среды".

В будущем возможно расширение перечня международных преступлений, если в науке международного права будет признано, что и другие принципы отраслей международного права приобретают статус принципов международного права.

Вопрос об экоциде впервые был поднят в связи с принятием Конвенции о запрещении военного или любого иного враждебного воздействия на природную среду от 10 декабря 1976 г. Эту Конвенцию приняла 31-я сессия Генеральной Ассамблеи ООН Резолюцией 31/72 на 96-м пленарном заседании. Документ был открыт для подписания 18 мая 1977 г. и вступил в силу 5 октября 1978 г. Наша страна подписала Конвенцию 18 мая 1977 г. Конвенция ратифицирована Указом Президиума Верховного Совета СССР 16 мая 1978 г., вступила в силу для нашей страны 5 октября 1978 г.

Статья I Конвенции обязывает каждого участника Конвенции не прибегать к военному или любому иному враждебному использованию средств воздействия на природную среду, которые имеют широкие, долгосрочные или серьезные последствия, в качестве способов разрушения, нанесения ущерба или причинения вреда любому другому государству-участнику.

Таким образом, действие Конвенции не распространяется на все государства, не являющиеся участниками Конвенции. С одной стороны, это соответствует принципу "Pacta tertiis nec nocent nec prosunt", но с другой - открывает путь к возможному совершению военного воздействия на государства, не подписавшие или не ратифицировавшие Конвенцию.

Неудачен термин "средства воздействия на природную среду", использованный в Конвенции. Согласно ст. II Конвенции под ним следует понимать любые средства для изменения (путем преднамеренного управления природными процессами) динамики, состава или структуры Земли, включая ее биоту, литосферу, гидросферу и атмосферу или космического пространства. Получается, что предусмотренные средства воздействия используются путем управления природными процессами. Термин "управление" означает контроль над управляемым процессом. Таким образом, Конвенция запрещает лишь те виды воздействия, при которых происходит полный контроль над природными процессами.

Фактически сейчас не существует способов такого воздействия на природу, при которых полностью прогнозируются последствия этого воздействия. Например, вызов искусственных землетрясений путем ядерных взрывов может привести к непредсказуемым последствиям, поскольку неизвестны функции распределения напряженности в земной коре. Нельзя исключать, что вместо запланированного в одном районе землетрясения оно может произойти в другом, причем магнитуда этого землетрясения окажется несравнимо больше расчетной. Однако по смыслу Конвенции такое воздействие на природную среду не запрещено.

Представляется, что в ст. I нужно исключить слова "другому государству-участнику", заменив их словами "любому государству". В ст. II следует использовать слова "воздействия на природные процессы" вместо слов "преднамеренного управления природными процессами".

Заметим, что в этом случае все равно исключается вопрос о запрещении воздействия на космическое пространство. По смыслу ст. I (с учетом предложенного изменения) недопустимо враждебное использование средств воздействия на природную среду в качестве способов нанесения вреда любому государству. Однако в настоящее время ни одно государство не осуществляет сколько-нибудь масштабной деятельности в космическом пространстве (полеты международной космической станции, космических кораблей и спутников не в счет). Поэтому, сбрасывая радиоактивные отходы в космос (такие проекты существуют), нанести вред государству невозможно (во всяком случае, наука полагает, что от подобного мероприятия на Земле ничего не произойдет). Следовательно, такое воздействие на космическое пространство не запрещается.

Очень трудно предположить, какие воздействия на космическое пространство могут сказаться на Земле. Однако в свое время сброс радиоактивных отходов в гидросферу обосновывался тем, что океан настолько огромен, что такие действия не повредят человечеству. Потом оказалось, что все воды постоянно перемешиваются и радиоактивные отходы рассеиваются по все планете. Возможно, что воздействие на космическое пространство, не вызывающее сейчас внешних проявлений на Земле, в дальнейшем скажется на планете. Заметим, что еще Чижевский пришел к выводу о взаимосвязи процессов на Солнце и Земле. Почему не допустить мысль о взаимосвязи процессов земных и космических?

Представляется, что вопрос требует дальнейшего изучения. Однако уже сейчас необходимо думать над тем, каким образом не допустить враждебного использования средств воздействия на космическое пространство.

В настоящее время ни один из международных договоров по вопросам разоружения не является всеобъемлющим по объему запрещения вообще и ограничению военной деятельности в отношении природной среды в частности <12>. Являясь первым документом в истории международных отношений, направленным на недопущение воздействия на природную среду в военных или иных враждебных целях, Конвенция оказалась недоработанной в главном - объеме запрещения и эффективности контрольного механизма. Поэтому ее вполне целесообразно назвать "О частичном запрещении..." <13>.

<12> Макаров О.И. Экоцид - международно-правовые аспекты: Дис. ... к.ю.н. М., 1992. С. 123.
<13> Там же. С. 123.

Следует заметить, что Конвенция запрещает активное воздействие на природную среду только тогда, когда предполагается, что оно вызовет крупномасштабные, долгосрочные и особо тяжелые последствия. Ограничивается использование технических средств воздействия на природу враждебного характера, но не затрагивается сам процесс разработки тех средств, с помощью которых может быть осуществлено воздействие на природную среду. До сих пор ее не ратифицировал ряд государств, открывая путь для воздействия на природную среду.