Мудрый Юрист

К вопросу о совершенствовании уголовно-правовых норм, направленных на борьбу с нецелевым расходованием бюджетных средств и средств государственных внебюджетных фондов

Саркисянц В.Г., соискатель Московского института предпринимательства и права.

Анализ научных работ по указанной теме правоприменительной практики правоохранительных органов и результаты экспертных оценок свидетельствуют о том, что основные проблемы применения ст. ст. 285.1, 285.2 УК РФ и предупреждения преступлений в виде нецелевого расходования бюджетных средств и средств государственных внебюджетных фондов связываются с недостаточной "технологичностью" данных уголовно-правовых норм.

Как показало исследование проблем квалификации преступлений в виде нецелевого расходования бюджетных средств и средств государственных внебюджетных фондов, с введением уголовной ответственности за названные деяния назрела необходимость определения критериев, опираясь на которые правоприменитель мог бы отграничивать целевое использование бюджетных средств от нецелевого.

В правоприменительной практике ошибочную оценку в виде нецелевого расходования бюджетных средств и средств государственных внебюджетных фондов получают не противоречащие бюджетному законодательству перемещения финансовых средств в течение финансового года с одного кода экономической группы, подгруппы на другой код экономической или функциональной классификации. Такие перемещения, как правило, вызваны недостатками в планировании бюджетных расходов, и им придается законный характер.

Чтобы отграничивать подобного рода действия, С. Устинов предлагает изменить диспозицию ч. 1 ст. 285.1 УК РФ <1>. По его мнению, после слов "средств на цели" необходимо указать "не связанные с осуществлением государственных задач и функций, а также выполнением при выделении средств общественно необходимых работ и...".

<1> Устинов С. Что понимать под нецелевым расходованием бюджетных средств? // Законность. 2004. N 7. С. 30 - 31.

С точки зрения автора настоящей работы, такое изменение закона нецелесообразно.

Во-первых, уголовно-правовая норма не должна быть похожа на комментарий. Теорией уголовного права уже давно признано существование бланкетных норм, которые побуждают правоприменителя обращаться к законодательным источникам других отраслей права.

Во-вторых, при наличии определенных обстоятельств перераспределение бюджетных средств с одного кода на другой может быть признано как целевым, так и нецелевым расходованием бюджетных средств <2>.

<2> В опубликованной статье судьи Арбитражного суда Свердловской области И.В. Пшеничниковой приводится ряд примеров, в которых расходование бюджетных средств не по тому коду экономической классификации получало разную оценку суда. Пшеничникова И.В. Нецелевое расходование бюджетных средств // Арбитражная практика. 2003. N 6.

Таким образом, в целях недопущения ошибок при отграничении нецелевого расходования бюджетных средств от целевого более целесообразным представляется не изменение уголовного закона, а научное обобщение судебной практики, результаты которого должны доводиться до правоприменителя.

Продолжая изучать высказываемые в юридической литературе предложения по совершенствованию уголовного законодательства, направленные на повышение технологичности ст. 285.1 УК РФ, следует обратить внимание на работу А. Шнитенкова.

Данный автор указывает на то, что отсутствие в ст. ст. 285.1, 285.2 УК РФ такого квалифицированного признака, как совершение преступления лицом, занимающим государственную должность РФ или ее субъекта, а равно главой органа местного самоуправления, в правоприменительной практике вызовет проблему, как квалифицировать нецелевое расходование бюджетных средств, совершенное такими субъектами, по ч. 1 ст. 285.1 УК РФ или ч. 2 ст. 285 УК РФ <3>. По его мнению, квалификация описанного деяния по ч. 1 ст. 285.1 УК РФ не отражает полной юридической оценки содеянного и предусматривает чрезмерно мягкое наказание. Кроме этого, ввиду отсутствия указанного квалифицирующего признака в ст. 285.1 УК РФ ее нормы нельзя признать специальными по отношению к нормам ст. 285 УК РФ, так как в одной статье говорится об особой разновидности злоупотребления субъекта, а в другой - о более узком специальном субъекте преступления.

<3> Шнитенков А. Ответственность за нецелевое использование бюджетных средств // Законность. 2004. N 7. С. 32 - 33.

Резюмируя свою работу, названный автор предлагает ст. ст. 285.1, 285.2 УК РФ дополнить отдельными частями, устанавливающими ответственность за совершение преступления лицом, занимающим государственную должность РФ или ее субъекта, а равно главой органа местного самоуправления.

Оценивая приведенное предложение, можно сделать вывод, что его автор ошибается, когда указывает на возможность возникновения трудностей в квалификации нецелевого расходования бюджетных средств и средств государственных внебюджетных фондов, совершенных лицом, занимающим государственную должность РФ или ее субъекта, а равно главой органа местного самоуправления. Подобные деяния не могут быть квалифицированы по ч. 2 ст. 285 УК РФ, так как обязательным признаком субъективной стороны данных составов преступлений является наличие корыстной или иной личной заинтересованности.

Нормы, предусмотренные ст. ст. 285.1, 285.2 УК РФ, по отношению к нормам ст. 285 УК РФ являются не только специальными, но и привилегированными, так как предусматривают более мягкое наказание за злоупотребление должностными полномочиями, выразившееся в нецелевом расходовании бюджетных средств или средств государственных внебюджетных фондов, при отсутствии корыстной или иной личной заинтересованности субъекта.

С нашей точки зрения, дополнение ст. ст. 285.1, 285.2 УК РФ квалифицирующим признаком - совершение преступления лицом, занимающим государственную должность РФ или ее субъекта, а равно главой органа местного самоуправления - имеет право на существование, так как данные субъекты обладают большим объемом полномочий по расходованию бюджетных средств и средств государственных внебюджетных фондов. Данный квалифицирующий признак следует расположить не в отдельной (третьей) части указанных статей уголовного закона, а в уже существующих вторых частях. Эти нормы предусматривают наказание до пяти лет и соответственно до трех лет лишения свободы, что соответствует степени их общественной опасности. Нельзя забывать, что в данных составах преступлений отсутствует корыстная и иная личная заинтересованность субъектов.

Если же в исследуемых нормах создать третьи части и расположить в них рассматриваемый квалифицирующий признак, то санкции таких норм соответственно должны быть усилены. Все это приведет к тому, что санкция вновь образованной ч. 3 ст. 285.1 УК РФ окажется близкой к санкции (или одинаковой) ч. 2 ст. 285 УК РФ, предусматривающей наказание в виде лишения свободы до семи лет. В этой связи возникнет ситуация, при которой нецелевое расходование бюджетных средств будет наказываться так же, как и злоупотребление должностными полномочиями, совершенное из корыстной или иной личной заинтересованности.

Разрешая проблему повышения "технологичности" указанных норм уголовного права, следует обратить внимание на то, что редакция ст. 285.1 УК РФ существенно сужает круг лиц, подлежащих привлечению к уголовной ответственности за совершение преступления в виде нецелевого расходования бюджетных средств. В число таких субъектов не попадают руководители государственных и муниципальных унитарных предприятий, являющихся получателями бюджетных средств. Действующее уголовное законодательство причисляет их не к должностным лицам, а к лицам, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации.

В этой связи диспозицию ч. 1 ст. 285.1 УК РФ предлагается изложить в следующей редакции:

"1. Расходование бюджетных средств должностным лицом или руководителем организации (предприятия) получателя бюджетных средств на цели, не соответствующие условиям их получения, определенным утвержденными бюджетом, бюджетной росписью, уведомлением о бюджетных ассигнованиях, сметой доходов и расходов либо иным документом, являющимся основанием для получения бюджетных средств, совершенное в крупном размере, - ...".

Подобное изменение уголовного закона сделает норму о нецелевом расходовании бюджетных средств более "валентной" <4>.

<4> Термин "валентность" введен А.Э. Жалинским и означает способность конкретной нормы реагировать на определенные виды преступного поведения и выполнять при этом дифференцирующую функцию.