Мудрый Юрист

Социальное партнерство: новые подходы к решению экологических проблем

Велиева Д.С., доцент кафедры конституционного права Поволжской академии госслужбы им. П.А. Столыпина, кандидат юридических наук.

Пресняков М.В., доцент кафедры гражданского процесса, трудового и экологического права Поволжской академии госслужбы им. П.А. Столыпина, кандидат философских наук.

Традиционно термин "социальное партнерство" в специальной литературе рассматривается как комплекс правовых норм, регулирующих коллективные трудовые отношения <1>. Отчасти в этом виноват законодатель, прямо определивший это понятие (в ст. 23 Трудового кодекса) как систему взаимоотношений между работниками, работодателями, а также органами государственной власти, органами местного самоуправления, направленную на обеспечение согласования их интересов по вопросам регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений. По вполне понятной причине те авторы, которые обращаются к вопросам социального партнерства, оказываются связанными этим легальным пониманием данного термина. Как нам представляется, против такого подхода можно привести по крайней мере два возражения.

<1> См.: Нестерова Э. Социальное партнерство и коллективное трудовое право // Российская юстиция. 2004. N 1.

Прежде всего, по нашему мнению, юридическая наука вправе и должна не только интересоваться сферой "сущего", но и вторгаться в область "должного". Законодательное понимание того или иного правового явления не вправе претендовать на всеобщность. Представляется, что сама семантика понятия "социальное партнерство" наводит на мысль о возможности более широкой интерпретации этого термина, нежели его официальное определение.

Кроме того, сама система социального партнерства изначально формировалась отнюдь не системно, а по принципу ad hoc, т.е. с целью решения конкретных проблем, которые на тот момент существовали в социально-трудовой сфере <2>. Это сейчас в экономически благополучных западных государствах "сотрудничество работников и предпринимателей на производстве естественно вытекает из общности их интересов в зрелом гражданском обществе" <3>. Однако несколько десятилетий назад оно представляло собой вынужденный механизм разрешения социальных конфликтов между трудом и капиталом. И хотя эти конфликты со временем никуда не исчезли, однако снизилась их острота, и, как нам представляется, сегодня на первый план выходят иные социальные проблемы.

<2> Мы имеем в виду процессы формирования институтов социального партнерства в западных странах, поскольку в нашей стране его появление скорее было обусловлено политической волей, чем социальными потребностями общества.
<3> Силин А.А. Место и значение социального партнерства в регулировании трудовых отношений на Западе и в Российской Федерации // Законодательство. 2000. N 8.

Исходя из максимально общего понимания социального партнерства как диалога между различными слоями общества и государством, мы видим значительный потенциал использования наработанных в рамках социально-трудовой сферы механизмов в решении иных социальных проблем. Другими словами, мы предлагаем использовать указанные механизмы вне того предметного содержания, которое им придается в теории и практике трудового права (своего рода правовой куматоид). По нашему глубокому убеждению, наработанные десятилетиями институциональные механизмы социального партнерства могут и должны использоваться для разрешения самых разнообразных социальных конфликтов и проблем (и не только в социально-трудовой сфере).

Как справедливо отмечают некоторые авторы, социальное партнерство выступает как важнейший демократический институт управления в различных сферах деятельности, способствующих выявлению и учету общественного мнения участников партнерских отношений по наиболее важным проблемам жизни общества <4>.

<4> Комментарий к Трудовому кодексу Российской Федерации (постатейный). 3-е изд., испр. и доп. / Под ред. В.Л. Гейхмана, Е.Н. Сидоренко. Юрайт-Издат, 2007.

Среди актуальных проблем особо следует выделить экологические. В условиях сложившейся ситуации в России в сфере охраны окружающей среды необходимы конструктивные меры, направленные на сохранность окружающей среды и обеспечение экологической безопасности в целом. Как нам представляется, решение этой проблемы может быть найдено в рамках социального диалога, путем использования институтов социального партнерства.

Предвидим возражения оппонентов этой идеи: зачем собственно использовать механизмы социального партнерства для решения экологических проблем? Почему бы не ограничиться императивным регулированием соответствующих отношений в статье закона или иного нормативно-правового акта?

Дело в том, что помимо права на благоприятную окружающую среду (которое составляет основу экологической безопасности) Конституция Российской Федерации <5> закрепляет также право на свободу экономической деятельности. На практике, т.е. при установлении конкретного содержания указанных прав, необходим поиск разумного баланса между ними. Так, в практике Конституционного Суда Российской Федерации предметом рассмотрения неоднократно являлись вопросы, связанные с коллизией тех или иных конституционных прав. Например, в Постановлении от 24 января 2002 г. N 3-П <6> Конституционный Суд, рассмотрев на предмет соответствия Конституции Российской Федерации некоторые положения Федерального закона "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности" (по запросам Зерноградского районного суда Ростовской области и Центрального районного суда города Кемерово), сформулировал следующую правовую позицию.

<5> См.: Конституция Российской Федерации. Принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. С изм. и доп., внесенными Указами Президента РФ от 9 января 1996 г. N 20, от 10 февраля 1996 г. N 173, от 9 июня 2001 г. N 679 и от 25 июля 2003 г. N 841; Федеральными конституционными законами от 25 марта 2004 г. N 1-ФКЗ, от 14 октября 2005 г. N 6-ФКЗ, от 12 июля 2006 г. N 2-ФКЗ, от 30 декабря 2006 г. N 6-ФКЗ и от 21 июля 2007 г. N 5-ФКЗ // Российская газета. 1993. 25 дек.; СЗ РФ. 1996. N 3. Ст. 152, N 7. Ст. 676; 2001. N 24. Ст. 2421; 2003. N 30. Ст. 3051; 2004. N 13. Ст. 1110; 2005. N 42. Ст. 4212; 2006. N 29. Ст. 3119; 2007. N 1 (1 ч.). Ст. 1; 2007. N 30. Ст. 3745.
<6> См.: Постановление Конституционного Суда РФ N 3-П от 24 января 2002 г. "По делу о проверке конституционности положений части второй статьи 170 и части второй статьи 235 Кодекса законов о труде Российской Федерации и пункта 3 статьи 25 Федерального закона "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности" в связи с запросами Зерноградского районного суда Ростовской области и Центрального районного суда города Кемерово" // СЗ РФ. 2002. N 7. Ст. 745.

Предусматривая определенные гарантии социально-трудовых прав, в том числе направленные против возможного произвольного увольнения работника, законодатель не вправе устанавливать такие ограничения, которые ведут к искажению самого существа свободы экономической (предпринимательской) деятельности. Иное противоречило бы положениям ст. 55 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которыми защита прав и свобод одних не должна приводить к отрицанию или умалению прав и свобод других, а возможные ограничения посредством федерального закона должны преследовать конституционно значимые цели и быть соразмерными.

Таким образом, устанавливая дополнительные гарантии для отдельных категорий работников, законодатель должен обеспечивать баланс соответствующих конституционных прав и свобод, являющийся необходимым условием гармонизации трудовых отношений в Российской Федерации как социальном правовом государстве, что составляет правовую основу справедливого согласования прав и интересов работников и работодателей как сторон в трудовом договоре и как участников социального партнерства.

Эта позиция представляет собой одну из интерпретаций Конституционным Судом принципа справедливости и была неоднократно подтверждена по целому ряду иных дел.

Точно таким же образом законодатель "связан" требованиями соразмерности и справедливости при ограничении права на свободу экономической деятельности в пользу права на благоприятную окружающую среду. Другими словами, федеральный законодатель может предусмотреть лишь некий минимум требований и запретов в целях обеспечения экологической безопасности человека с тем, чтобы это не влекло искажения или чрезмерного ограничения другого конституционного права - свободы экономической деятельности.

Безусловно, федеральный законодатель вправе предусмотреть императивные нормы, обеспечивающие конституционное право на благоприятную окружающую среду. В частности, действующим законодательством устанавливаются нормативы качества окружающей среды, предельно допустимых выбросов и сбросов веществ и микроорганизмов и т.п. Вместе с тем эти и подобные им законодательные установления образуют необходимый минимум экологической безопасности общества и государства. Задачей же социального партнерства традиционно является расширение гарантированных законодательством прав и гарантий на договорной основе. Например, социально-партнерскими соглашениями могут быть предусмотрены более жесткие нормативы предельно допустимых выбросов и сбросов веществ и микроорганизмов.

Как нам представляется, на сегодняшний день существуют все необходимые предпосылки развития социально-партнерских отношений в сфере охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности.

Так, действующее национальное законодательство предусматривает три субъекта обеспечения экологической безопасности. Это государство, общественные формирования и личность. Такое положение вытекает из содержания ст. 2 Закона РФ "О безопасности" <7>. При этом основным субъектом обеспечения безопасности является государство, осуществляющее функции в этой области через органы законодательной, исполнительной и судебной властей.

<7> См.: Закон РФ от 5 марта 1992 г. "О безопасности". С изм. и доп., внесенными Законом РФ от 25 декабря 1992 г. N 4235-1; Указом Президента РФ от 24 декабря 1993 г. N 2288; Федеральными законами от 25 июля 2002 г. N 116-ФЗ, от 7 марта 2005 г. N 15-ФЗ, от 25 июля 2006 г. N 128-ФЗ, от 2 марта 2007 г. N 24-ФЗ и от 26 июня 2008 г. N 103-ФЗ // ВВС РФ. 1992. N 15. Ст. 769; 1993. N 2. Ст. 77; СЗ РФ. 2002. N 30. Ст. 3033; 2005. N 10. Ст. 763; 2006. N 31 (1 ч.). Ст. 3427; 2007. N 10. Ст. 1151; 2008. N 26. Ст. 3022.

Граждане, общественные и иные организации и объединения являются субъектами безопасности, обладают правами и обязанностями по участию в обеспечении безопасности.

Соответственно обеспечение экологической безопасности возможно только при эффективном взаимодействии названных субъектов. В самом Законе "О безопасности" формы такого взаимодействия не очерчены. Отсутствуют они и в другом базовом Законе - "Об охране окружающей среды" <8>. В нем в числе основных принципов охраны окружающей среды закрепляется обязательность участия в деятельности по охране окружающей среды органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, общественных и иных некоммерческих объединений, юридических и физических лиц (ст. 3). Однако самого механизма реализации данного принципа Закон не предусматривает. Отдельно лишь перечислены полномочия органов публичной власти (глава II) и граждан и общественных объединений в сфере охраны окружающей среды (глава III).

<8> См.: Федеральный закон от 10 января 2002 г. N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды". С изм. и доп., внесенными Федеральными законами от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ, от 29 декабря 2004 г. N 199-ФЗ, от 9 мая 2005 г. N 45-ФЗ, от 31 декабря 2005 г. N 199-ФЗ, от 18 декабря 2006 г. N 232-ФЗ, от 5 февраля 2007 г. N 13-ФЗ, от 26 июня 2007 г. N 118-ФЗ, от 24 июня 2008 г. N 93-ФЗ и от 14 июля 2008 г. N 118-ФЗ // СЗ РФ. 2002. N 2. Ст. 133; 2004. N 35. Ст. 3607, N 27. Ст. 2711; 2005. N 19. Ст. 1752; 2006. N 1. Ст. 10; 2006. N 52 (1 ч.). Ст. 5498; 2007. N 7. Ст. 834; 2007. N 27. Ст. 3213; 2008. N 26. Ст. 3012; 2008. N 29 (ч. 1). Ст. 3418.

Если анализировать подзаконные акты, то в преамбуле Указа Президента РФ от 4 февраля 1994 г. N 236 <9> говорится, что Основные положения государственной стратегии Российской Федерации по охране окружающей среды и обеспечению устойчивого развития являются основой для конструктивного взаимодействия органов государственной власти Российской Федерации и ее субъектов, органов местного самоуправления, предпринимателей и общественных объединений по обеспечению комплексного решения проблем сбалансированного развития экономики и улучшения состояния окружающей среды.

<9> См.: Указ Президента РФ от 4 февраля 1994 г. N 236 "О государственной стратегии Российской Федерации по охране окружающей среды и обеспечению устойчивого развития" // САПП. 1994. N 6. Ст. 436.

Основным недостатком названного Указа является то, что он лишь называет основные направления государственной стратегии. Всего их четыре: обеспечение экологически безопасного устойчивого развития в условиях рыночных отношений; охрана среды обитания человека; оздоровление (восстановление) нарушенных экосистем в экологически неблагополучных регионах России; участие в решении глобальных экологических проблем. Однако способ реализации этих направлений, модель взаимодействия в нем не закрепляется.

Вместе с тем, на наш взгляд, именно законодательное закрепление механизма взаимодействия органов публичной власти, общественных экологических объединений и граждан заложило бы основу социального партнерства (в широком понимании этого термина) по обеспечению экологической безопасности.

Существующая в Российской Федерации практика взаимодействия по различным вопросам только на уровне органов публичной власти не отвечает требованиям современности и не способствует комплексному разрешению экологических проблем <10>.

<10> См., напр.: Приказ ФПС РФ N 319, МВД РФ N 827, МИДа РФ N 30613/гс, МНС РФ N БГ-3-11/325, МПР РФ N 172, Минфина РФ N 97н, Минэкономики РФ N 1, Госкомрыболовства РФ N 223, ГТК РФ N 785, ФСБ РФ N 465, ФСНП РФ N 278, ЦБ РФ N ОД-212 от 14 ноября 2000 г. "Об утверждении Положения о взаимодействии и координации деятельности федеральных органов исполнительной власти в сфере охраны водных биологических ресурсов и контроля за внешнеторговыми операциями с продукцией рыбного промысла" // Документ официально опубликован не был; Приказ Росприроднадзора от 2 сентября 2004 г. N 9 "О разрешительной деятельности в Федеральной службе по надзору в сфере природопользования" // Документ официально опубликован не был; письмо Роснедвижимости от 20 июля 2005 г. N ММ/0644 "О взаимодействии органов государственного земельного контроля с органами муниципального земельного контроля" // Документ официально опубликован не был; Приказ Росприроднадзора от 29 июня 2007 г. N 191 "Об утверждении Регламента Федеральной службы по надзору в сфере природопользования" (зарегистрирован в Минюсте РФ 12 июля 2007 г. N 9824) // БНА ФОИВ. 2007. N 35; Приказ МПР РФ от 9 августа 2007 г. N 205 "Об утверждении Регламента Министерства природных ресурсов Российской Федерации" (зарегистрирован в Минюсте РФ 17 сентября 2007 г. N 10144) // БНА ФОИВ. 2007. N 48.

Вопросы взаимодействия публичных органов власти и общественных структур обсуждаются и среди ученых, и среди представителей экологических объединений и правозащитных структур.

Так, например, Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации в своем специальном докладе, посвященном нарушению прав человека в сфере экологии, отмечает, что активизация деятельности экологических общественных объединений в реализации экологических прав граждан не требует каких-то специальных властных решений и постановлений, а может быть осуществлена за счет социальной активности граждан, развития демократической культуры в рамках существующего законодательства <11>.

<11> См.: Экология и нарушения прав человека: Специальный доклад Уполномоченного по правам человека в РФ. М., 2002. С. 63.

Далее, в этом докладе называются следующие конкретные направления в этой сфере:

Однако основным недостатком здесь, на наш взгляд, является неопределенность конкретных практических методов реализации этих направлений, так как действующее законодательство содержит названные направления, но без указания конкретных средств и способов внедрения их в жизнь. И в этом смысле они декларативны.

Налаживание взаимодействия с общественными экологическими объединениями в деле решения вопросов охраны окружающей среды - это задача властных структур, так как действующим законодательством на них возлагается ответственность по принятию экологически значимых решений. Об этом говорится в ст. 3 Федерального закона "Об охране окружающей среды", где в числе основных принципов охраны окружающей среды установлена ответственность органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Федерации, органов местного самоуправления за обеспечение благоприятной окружающей среды и экологической безопасности на соответствующих территориях.

Эта же статья содержит норму об обязательности участия в деятельности по охране окружающей среды органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Федерации, органов местного самоуправления, общественных и иных некоммерческих объединений, юридических и физических лиц.

Несмотря на то что экологические организации не получают соответствующую поддержку со стороны государства, его органов и должностных лиц, их потенциальные возможности в решении экологических проблем весьма значительны. Многочисленны факты конструктивного участия общественных объединений в решении задач по обеспечению экологической безопасности. Среди них можно назвать:

В зарубежных странах уже признаны формы заключения межсекторальных соглашений различных заинтересованных сторон по вопросам охраны окружающей среды, отдельных ее элементов и природных ресурсов. В частности, во Франции действуют многосторонние комиссии по управлению речными бассейнами в составе представителей органов государственной власти и местного самоуправления, предприятий и общественных объединений <12>.

<12> См.: Анализ экологического движения в России // Бюллетень "Использование и охрана природных ресурсов России". 2000. N 9. С. 140.

Вместе с тем уровень взаимодействия общественных организаций и Министерства природы РФ на сегодняшний день оставляет желать лучшего. По мнению представителей общественных организаций, ни один вопрос в рамках такого "взаимодействия" не получает ответа <13>.

<13> См. подр.: На встрече по вопросам сотрудничества экологической общественности с Министерством природных ресурсов России // Зеленый мир. 2002. N 9-10. С. 4.

Мы согласны с мнением О.В. Власовой о том, что отсутствует механизм сотрудничества государства и общественных объединений, хотя такое "взаимодействие способствовало бы... взаимопониманию и плодотворному сотрудничеству власти и общества" <14>.

<14> Власова О.В. Роль общественных объединений в формировании гражданского общества в России (теоретико-правовое исследование): Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2002. С. 23.

По мнению самих правозащитников, более тесное взаимодействие экологических и правозащитных организаций, а также создание объединенных эколого-правозащитных организаций будет способствовать решению эколого-правозащитных проблем и строительству гражданского общества в России <15>.

<15> Данное решение было сформулировано 7 - 9 октября 1999 г. на совещании правозащитных и экологических организаций, организованном Национальным демократическим институтом и Центром экологической политики России. В работе совещания приняли участие Социально-экологический союз, Московская Хельсинкская группа, Гражданский контроль, Союз "За химическую безопасность", Ассоциация экологических журналистов Санкт-Петербурга и другие правозащитные и "зеленые" организации, которые обсудили широкий круг вопросов по проблеме экологии и прав человека. См. подр.: Хроника Московской Хельсинкской группы // Ежемесячный информационный бюллетень. 1999. N 12(54).

Еще в апреле 2002 г. в г. Москве был проведен Круглый стол общественных экологических организаций, где был рассмотрен проект "Соглашения о взаимодействии и информации общественных экологических организаций". Суть этого Соглашения заключается в обеспечении взаимного информирования экологических НПО об инициативах органов государственной власти и управления; планах и результатах открытых общественных мероприятий, проводимых с участием представляемой организации. Однако со стороны государственных структур не учитываются опыты взаимодействия экологических НПО с органами исполнительной власти. Поэтому со стороны Правительства РФ целесообразно принять специальное постановление, решающее вопросы взаимодействия экологических НПО с органами исполнительной власти на долгосрочной основе <16>.

<16> См.: В недавнем заседании Круглого стола общественных экологических организаций России // Зеленый мир. 2002. N 9-10. С. 5.

В качестве основных направлений такого взаимодействия, на наш взгляд, следует выделить следующие:

В современных условиях решение экономических и экологических проблем требует конструктивных партнерских отношений между государством и институтами гражданского общества. Как справедливо отмечает В.И. Гавриленко, эффективность власти в демократическом государстве зависит от качества ее взаимодействия с гражданским обществом <17>.

<17> См.: Гавриленко В.И. Гражданское общество и правовое государство: проблема обеспечения синхронного развития // Конституционное развитие России: Межвузовский сборник научных статей. Изд-во "ГОУ ВПО "Саратовская государственная академия права", 2006. Вып. 7. С. 36.

Следовательно, смысл взаимодействия состоит в согласовании усилий органов публичной власти с экологическими объединениями с целью совместного решения вопросов охраны окружающей среды. Такую взаимосвязь нельзя оценивать однозначно. Она может проходить в различных формах: совместное правотворчество, информирование, консультирование и т.д.

В этом смысле следует согласиться с мнением В.А. Ямпольской о необходимости системного подхода к проблеме взаимосвязи общественных организаций с органами государственной власти <18>. Основной проблемой здесь является нехватка институциональных механизмов такого взаимодействия, имеющих прочные нормативные и организационные основы. И вот для решения этой проблемы трудно переоценить наработанный в рамках социально-трудовой сферы опыт социального партнерства.

<18> См.: Общественные организации в СССР. М., 1972.

Действительно, во-первых, социальное партнерство в регулировании социально-трудовых отношений является самостоятельным и достаточно устоявшимся правовым институтом. Существует четкая нормативная регламентация процедуры заключения социально-партнерских соглашений. При этом действующее законодательство содержит нормы, направленные на устранение попыток уклонения или необоснованного отказа от заключения таких соглашений. В частности, на это направлен целый ряд статей в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ) <19>.

<19> См.: ст. 5.28, 5.29, 5.30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. N 195-ФЗ. С изм. и доп., внесенными Федеральными законами от 25 апреля 2002 г. N 41-ФЗ, от 25 июля 2002 г. N 112-ФЗ, от 30 октября 2002 г. N 130-ФЗ, от 31 октября 2002 г. N 133-ФЗ, от 31 декабря 2002 г. N 187-ФЗ, от 30 июня 2003 г. N 86-ФЗ, от 4 июля 2003 г. N 94-ФЗ, от 4 июля 2003 г. N 103-ФЗ, от 11 ноября 2003 г. N 138-ФЗ, от 11 ноября 2003 г. N 144-ФЗ, от 8 декабря 2003 г. N 161-ФЗ, от 8 декабря 2003 г. N 169-ФЗ, от 23 декабря 2003 г. N 185-ФЗ, от 9 мая 2004 г. N 37-ФЗ, от 26 июля 2004 г. N 77-ФЗ, от 28 июля 2004 г. N 93-ФЗ, от 20 августа 2004 г. N 114-ФЗ, от 20 августа 2004 г. N 118-ФЗ, от 25 октября 2004 г. N 126-ФЗ, от 28 декабря 2004 г. N 183-ФЗ, от 28 декабря 2004 г. N 187-ФЗ, от 30 декабря 2004 г. N 211-ФЗ, от 30 декабря 2004 г. N 214-ФЗ, от 30 декабря 2004 г. N 219-ФЗ, от 7 марта 2005 г. N 14-ФЗ, от 7 марта 2005 г. N 15-ФЗ, от 21 марта 2005 г. N 19-ФЗ, от 21 марта 2005 г. N 21-ФЗ, от 22 апреля 2005 г. N 38-ФЗ, от 9 мая 2005 г. N 45-ФЗ, от 18 июня 2005 г. N 66-ФЗ, от 2 июля 2005 г. N 80-ФЗ, от 2 июля 2005 г. N 82-ФЗ, от 21 июля 2005 г. N 93-ФЗ, от 21 июля 2005 г. N 113-ФЗ, от 22 июля 2005 г. N 120-ФЗ, от 27 сентября 2005 г. N 124-ФЗ, от 5 декабря 2005 г. N 156-ФЗ, от 19 декабря 2005 г. N 161-ФЗ, от 26 декабря 2005 г. N 183-ФЗ, от 27 декабря 2005 г. N 193-ФЗ, от 31 декабря 2005 г. N 199-ФЗ, от 5 января 2006 г. N 10-ФЗ, от 2 февраля 2006 г. N 19-ФЗ, от 3 марта 2006 г. N 30-ФЗ, от 16 марта 2006 г. N 41-ФЗ, от 15 апреля 2006 г. N 47-ФЗ, от 29 апреля 2006 г. N 57-ФЗ, от 8 мая 2006 г. N 65-ФЗ, от 3 июня 2006 г. N 73-ФЗ, от 3 июня 2006 г. N 78-ФЗ, от 3 июля 2006 г. N 97-ФЗ, от 18 июля 2006 г. N 111-ФЗ, от 18 июля 2006 г. N 121-ФЗ, от 26 июля 2006 г. N 133-ФЗ, от 26 июля 2006 г. N 134-ФЗ, от 27 июля 2006 г. N 139-ФЗ, от 27 июля 2006 г. N 153-ФЗ, от 16 октября 2006 г. N 160-ФЗ, от 3 ноября 2006 г. N 181-ФЗ, от 3 ноября 2006 г. N 182-ФЗ, от 5 ноября 2006 г. N 189-ФЗ, от 4 декабря 2006 г. N 201-ФЗ, от 4 декабря 2006 г. N 203-ФЗ, от 18 декабря 2006 г. N 232-ФЗ, от 29 декабря 2006 г. N 258-ФЗ, от 29 декабря 2006 г. N 262-ФЗ, от 30 декабря 2006 г. N 266-ФЗ, от 30 декабря 2006 г. N 270-ФЗ, от 9 февраля 2007 г. N 19-ФЗ, от 29 марта 2007 г. N 39-ФЗ, от 9 апреля 2007 г. N 44-ФЗ, от 9 апреля 2007 г. N 45-ФЗ, от 20 апреля 2007 г. N 54-ФЗ, от 7 мая 2007 г. N 66-ФЗ, от 10 мая 2007 г. N 70-ФЗ, от 22 июня 2007 г. N 116-ФЗ, от 19 июля 2007 г. N 141-ФЗ, от 24 июля 2007 г. N 204-ФЗ, от 24 июля 2007 г. N 210-ФЗ, от 24 июля 2007 г. N 211-ФЗ, от 24 июля 2007 г. N 218-ФЗ, от 2 октября 2007 г. N 225-ФЗ, от 18 октября 2007 г. N 230-ФЗ, от 8 ноября 2007 г. N 257-ФЗ, от 27 ноября 2007 г. N 273-ФЗ, от 1 декабря 2007 г. N 304-ФЗ, от 6 декабря 2007 г. N 333-ФЗ, от 3 марта 2008 г. N 21-ФЗ, от 29 апреля 2008 г. N 58-ФЗ, от 13 мая 2008 г. N 66-ФЗ, от 16 мая 2008 г. N 74-ФЗ, от 14 июля 2008 г. N 118-ФЗ, от 22 июля 2008 г. N 126-ФЗ, от 22 июля 2008 г. N 145-ФЗ, от 22 июля 2008 г. N 148-ФЗ // СЗ РФ. 2002. N 1 (ч. 1). Ст. 1; 2002. N 18. Ст. 1721; 2002. N 30. Ст. 3029; 2002. N 44. Ст. 4295; 2002. N 44. Ст. 4298; 2003. N 1. Ст. 2; 2003. N 27. Ст. 2700 (ч. 1); 2003. N 27 (ч. 2). Ст. 2708; 2003. N 27 (ч. 2). Ст. 2717; 2003. N 46 (ч. 1). Ст. 4434; 2003. N 46 (ч. 1). Ст. 4440; 2003. N 50. Ст. 4847; 2003. N 50. Ст. 4855; 2003. N 52 (ч. 1). Ст. 5037; 2004. N 19 (ч. 1). Ст. 1838; 2004. N 30. Ст. 3095; 2004. N 31. Ст. 3229; 2004. N 34. Ст. 3529; 2004. N 34. Ст. 3533; 2004. N 44. Ст. 4266; 2005. N 1 (ч. 1). Ст. 9; 2005. N 1 (ч. 1). Ст. 13; 2005. N 1 (ч. 1). Ст. 37; 2005. N 1 (ч. 1). Ст. 40; 2005. N 1 (ч. 1). Ст. 45; 2005. N 10. Ст. 762; 2005. N 10. Ст. 76; 2005. N 13. Ст. 1077; 2005. N 13. Ст. 1079; 2005. N 17. Ст. 1484; 2005. N 19. Ст. 1752; 2005. N 25. Ст. 2431; 2005. N 27. Ст. 2719; 2005. N 27. Ст. 2721; 2005. N 30 (ч. 1). Ст. 3104; 2005. N 30 (ч. 2). Ст. 3131; 2005. N 30 (ч. 2). Ст. 3124; 2005. N 40. Ст. 3986; 2005. N 50. Ст. 5247; 2005. N 52 (ч. 1). Ст. 5574; 2005. N 52 (ч. 1). Ст. 5596; 2008. N 30 (ч. 1). Ст. 3582; 2008. N 30 (ч. 1). Ст. 3601; 2008. N 30 (ч. 1). Ст. 3604.

Во-вторых, заключенные таким образом соглашения имеют обязательный характер для сторон. В частности, предусматривается осуществление контроля за их выполнением, и за неисполнение достигнутого соглашения соответствующие юридические и должностные лица несут ответственность в предусмотренном законом порядке (ст. 5.31 КоАП РФ).

Наконец (но далеко не в последнюю очередь), существует адекватная организационно-правовая основа таких соглашений. Мы имеем в виду созданные на всех уровнях комиссии по регулированию вопросов социального партнерства. Например, на федеральном уровне успешно действует Российская трехсторонняя комиссия по регулированию социально-трудовых отношений и заключается Генеральное соглашение между общероссийскими объединениями профсоюзов, общероссийскими объединениями работодателей и Правительством Российской Федерации. На уровне субъекта Российской Федерации созданы и действуют республиканские, краевые, областные и иные трехсторонние комиссии. Во многих муниципальных образованиях функционируют территориальные комиссии.

Аналогичные комиссии могут быть созданы и для решения экологических проблем. И это соответствовало бы законодательно установленному принципу об обязательности участия в деятельности по охране окружающей среды органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Федерации, органов местного самоуправления, общественных и иных некоммерческих объединений, юридических и физических лиц.

Разумеется, в рамках данной работы мы не претендуем на всеобщий охват заявленной проблематики. Мы хотели бы лишь указать на возможность и необходимость использования механизмов социального партнерства для решения экологических проблем. Если же признать такую возможность, то встает задача разработки и адаптации указанных механизмов с целью обеспечения права на благоприятную окружающую среду. Данная задача включает в себя разработку содержания социально-партнерских отношений в области охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности, порядка формирования и работы комиссий по социальному партнерству, процедуры заключения социально-партнерских соглашений и т.п.

Как нам представляется, решение заявленных задач может стать основой для разработки отдельного направления научного исследования экологических проблем.