Мудрый Юрист

Тактика в гражданском и арбитражном процессе: понятие, разновидности и критерии допустимости

Юдин А.В., кандидат юрид. наук, докторант кафедры гражданского процесса СПбГУ, доцент кафедры гражданского процессуального и предпринимательского права Самарского государственного университета.

Тактика - совокупность методов и приемов, применяемых для достижения намеченной цели <1>. Это предопределяет широкое предметное поле данного понятия: военная, шахматная тактика, тактика переговоров, криминалистическая тактика и пр. Тактика присутствует везде, где имеется социальное взаимодействие и один из его субъектов стремится к достижению цели, отличной от цели другого.

<1> Толковый словарь русского языка / Под ред. Д.Н. Ушакова. М., 1940. Т. IV. С. 646.

Гражданский процесс, понимаемый как рассмотрение конкретного гражданско-правового спора судом, идеальным образом вписывается в предложенную модель. В литературе, обычно в контексте исследования состязательного начала, нередко можно встретить отождествление гражданского судопроизводства с поединком, состязанием, борьбой спорящих сторон. Неслучайно и упоминание так называемой "спортивной теории правосудия", и сопоставление судопроизводства с отдельными спортивными играми (например, с теннисом, где суд олицетворяет рефери в матче).

В исследованиях тех или иных проблем судебного процесса встречаются указания на "тактическую составляющую" судопроизводства. Так, Я.В. Грель указывает, что действия сторон в гражданском или арбитражном процессе могут выстраиваться согласно требованиям процессуальной тактики" <2>. М.Ю. Радченко включает "тактику" в линию спора, т.е. имеющуюся у лица "совокупность установок, определяющую позицию стороны по вопросу возникновения... развития... и разрешения... спора" <3>.

<2> Грель Я.В. Злоупотребления сторон процессуальными правами в гражданском и арбитражном процессе: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Новосибирск, 2006. С. 39.
<3> Радченко М.Ю. Арбитражные споры: Справочник практикующего юриста. М., 2001. С. 111 - 112.

В рамках настоящего исследования необходимо решить следующие задачи: 1) раскрыть содержание понятия "тактика" применительно к гражданскому процессу; 2) обобщить и систематизировать различные тактики поведения в суде; 3) выработать критерии допустимости отдельных тактик, решив вопрос о приемлемости их практического использования. Последняя задача предполагает разграничение понятия гражданской процессуальной тактики со смежными правовыми явлениями - злоупотреблением процессуальными правами, рациональностью процессуального поведения и др.

Тактика в гражданском судопроизводстве характеризуется следующими моментами.

1. Определяющей в содержании термина "тактика" является цель, на достижение которой направлена вся совокупность приемов и способов поведения, используемых заинтересованными лицами. Цель гражданского судопроизводства строго индивидуализирована для каждого участника процесса: истец стремится к вынесению судом решения об удовлетворении своих требований, ответчик - к принятию противоположного решения <4>. Цели, провозглашенные в ст. 2 ГПК, обезличены - каждая сторона полагает, что процесс ведется для защиты именно ее "нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов".

<4> Для иллюстративности приводимых примеров мы не анализируем цели других лиц, участвующих в деле, исходя из того, что положение третьих лиц без самостоятельных требований производно от положения стороны, на которой они выступают, а положение третьего лица с самостоятельными требованиями, прокурора и субъектов, выступающих в порядке ст. 46 ГПК, сходно с положением истца при всей самостоятельности процессуального статуса каждого из названных лиц.

Таким образом, тактика поведения стороны в гражданском процессе сводится к достижению очевидной цели - выигрыша дела.

Однако сформулированное нами правило не абсолютно и может быть скорректировано рядом исключений.

Во-первых, возможна ситуация, когда лицо осознает, что его позиция абсолютно бесперспективна и рассчитывать на благоприятный исход дела не приходится. В этом случае действия стороны могут быть направлены к максимальному оттягиванию момента принятия финального судебного акта.

Во-вторых, в основе возникновения гражданского процесса может лежать сговор сторон, когда предъявление иска инициируется самим ответчиком по договоренности с истцом, действующим в его интересах <5>. Целью таких соглашений в основном служит освобождение ответчика от обязательств перед третьими лицами, которые, как правило, не привлекаются к участию в деле. Очевидно, что тактические установки субъектов такого процесса будут иными, чем в "нормальном" процессе с действительной противоположностью интересов спорящих сторон.

<5> Более подробно о такого рода злонамеренных процессах см.: Резниченко И.М. Психологические аспекты искового производства. Владивосток, 1989. С. 58, 117; Юдин А.В. Злоупотребления процессуальными правами в гражданском судопроизводстве. СПб., 2005. С. 191 - 197.

2. Тактика подразумевает наличие неких приемов и методов. Очевидно, что единственным способом актуализации позиции участника процесса в гражданских процессуальных правоотношениях является совершение им определенных действий (бездействия). Возникает вопрос: можно ли рассматривать в качестве тактических средств совершение участником тех или иных процессуальных действий? Положительно отвечая на поставленный вопрос, все же заметим, что совершение таких действий управомоченным лицом - это тактический прием с узкоопределенным целевым назначением, который ни при каких условиях не может быть использован в целях, не связанных с действительной защитой прав субъекта. Например, лицо вправе подать кассационную жалобу на судебный акт, не вступивший в законную силу и подлежащий обжалованию согласно нормам ГПК. Это своеобразный тактический прием, с помощью которого лицо, не согласное с принятым решением и добросовестно полагающее его незаконным и (или) необоснованным, может добиться отмены или изменения судебного постановления. Однако возможно и нецелевое использование указанного приема: желая как можно дольше не платить взысканную судом первой инстанции сумму, ответчик подает жалобу, добиваясь тем самым отсрочки вступления судебного решения в законную силу. Очевидно, что во втором случае тактические возможности будут использованы явно не по назначению, хотя бы потому, что закон не предусматривает и не подразумевает подачу жалобы в целях блокирования вступления решения суда в силу.

3. Тактика процессуального поведения - собирательное понятие, включающее в себя не просто совокупность приемов и методов, а их системное взаимодействие, объединение на основе преследуемой субъектом цели. Реализация "одиночных" процессуальных прав, не охваченных стратегическим замыслом, свидетельствует как минимум о нерациональной процессуальной тактике, а как максимум - об отсутствии таковой. Бессистемное процессуальное поведение может выразиться в занятии противоречивой позиции по делу, в неоднократном изменении предмета или основания иска, в отказе от совершенных процессуальных действий и др.

4. "Тактика" предполагает наличие некоего влияния одного субъекта, актуализирующего совокупность тактических приемов, на другое лицо, выступающее объектом воздействия. В гражданском процессе объектом приложения тактических приемов выступает орган судебной власти, поскольку только суд, и никакой иной субъект процессуальных отношений, способен обеспечить достижение значимого для лица юридического результата. Вместе с тем тактическое воздействие на другую сторону также не лишено смысла. Например, убедить оппонента при помощи продуманной системы аргументации в необходимости заключить мировое соглашение - наиболее желательный способ завершения процесса; а значит, тактику, направленную на примирение с процессуальным противником, можно только одобрить.

Таким образом, тактика в гражданском процессе, или гражданская процессуальная тактика, - это используемая участником гражданского судопроизводства совокупность тактических приемов в виде связанных единым замыслом процессуальных действий (бездействия), направленных на достижение благоприятного результата процесса.

Заметим, что гражданский процесс резко обостряет тактическое взаимодействие субъектов, заставляет их предпринимать порою колоссальные усилия для отстаивания своих прав. Предпосылками этому выступают следующие факторы, характеризующие гражданское судопроизводство:

  1. наличие двух сторон, обладающих противоположными или несовпадающими интересами, делает тактическое взаимодействие актуальным. Процессуальный оппонент - субъект тактического взаимодействия, победу над которым надо одержать при помощи тактико-процессуальных приемов;
  2. существование суда, в отношении которого субъекты осуществляют разновекторное воздействие, стремясь склонить его на свою сторону путем применения приемов процессуальной тактики;
  3. поддерживаемое законом и стимулируемое судом состязательное начало во взаимоотношениях сторон. Доктринально гражданский процесс определяется в качестве противоборства двух сторон, предполагающего использование неких приемов для победы над соперником;
  4. неопределенность фактической и юридической ситуации, устранение которой мыслимо при помощи процессуальной (тактической) активности. Исход большинства гражданских дел, поступающих на разрешение суда, до проявления сторонами процессуальной активности неясен даже самому суду, который ждет от них "помощи" в разрешении спора. Неопределенность фактических обстоятельств и норм права, подлежащих применению, обусловливает неопределенность результата, который зависит в том числе от используемых субъектом приемов процессуальной тактики;
  5. возможность проявления в гражданском процессе, дабы обеспечить желаемый результат, положительных личных качеств и черт характера (инициативность, твердость, стремление к обоснованному риску и др.). Нельзя спорить с тем, что пассивность, неуверенность в себе, скованность могут привести к проигрышу дела, даже в условиях надежной позиции в споре; очевидно также, что адвокат, обладающий подобными качествами, вряд ли будет востребован потенциальными клиентами;
  6. наличие риска проигрыша дела, заставляющее лицо предпринимать максимальные усилия для отстаивания своих интересов;
  7. гражданский процесс обладает свойством динамизма и развивается только в результате позитивных процессуальных действий сторон, которые, как мы определили выше, суть тактические приемы процессуального поведения. Так, при полном бездействии обеих сторон или хотя бы истца, выразившихся в неявке в судебное заседание, заявление остается без рассмотрения (абз. 6 - 7 ст. 222 ГПК);
  8. в каждый момент развития гражданского процесса перед лицом возникает выбор варианта поведения. Пределы этого выбора, предопределяемого принципом диспозитивности, несмотря на их ограниченность нормами процессуального права, весьма значительны. Достаточно заметить, что сторона может в любой момент завершить процесс путем отказа от иска либо его признания <6>. Таким образом, лицо постоянно вынуждено самостоятельно определять целесообразность использования тактических приемов;
<6> Исключение составляют случаи, когда такой отказ или признание противоречат закону либо нарушают права или законные интересы других лиц (ч. 2 ст. 39 ГПК).
  1. в силу ч. 2 ст. 12 ГПК суд обязан предупреждать лиц, участвующих в деле, о последствиях совершения (несовершения) ими процессуальных действий. Аналогичным образом применение любых тактических приемов сопряжено с риском наступления тех или иных последствий, которые должны осознаваться и предугадываться субъектом, избравшим некую модель поведения в процессе. АПК заявляет об этом более определенно: "Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий" (ч. 2 ст. 9);
  2. тактические приемы в гражданском процессе имеют под собой значительный потенциал в виде всей совокупности процессуальных прав, которыми наделены стороны по делу. Это проявляется еще на допроцессуальной стадии, когда лицо стремится оптимально сформулировать предмет и основание иска, и завершается выбором форм и способов обжалования судебного акта.

Однако тактика в гражданском процессе не имеет абсолютного значения и тем более не есть самоцель. После описания факторов, свидетельствующих в пользу существования тактики в гражданском процессе, и раскрытия ее признаков, необходимо затронуть моменты, которые ограничивают или вовсе исключают тактическое взаимодействие сторон в судопроизводстве:

а) принципиальным является положение, согласно которому сама по себе активность стороны в гражданском процессе не обусловливает с необходимостью выигрыш дела. Немаловажное значение здесь имеют и другие факторы: обоснованность материально-правового требования, наличие достаточных доказательств, соблюдение норм процессуального права и др.;

б) процессуальное поведение стороны корректируется судом, который санкционирует любое ее процессуальное действие, а также олицетворяет инстанцию, оценивающую допустимость используемых тактических приемов;

в) российский гражданский процесс, в отличие от процессуальных систем некоторых иностранных государств, не полагается целиком на участие профессиональных представителей в качестве обязательных субъектов процесса. Между тем актуальность применения тактических приемов возрастает в судах тех стран, гражданский процесс которых основан на исключительном или преимущественном участии адвокатов в качестве представителей тяжущихся. "Тяжущийся, который ввязывается в словесный поединок с сидящим напротив него адвокатом, очень напоминает провинциального любителя, вздумавшего сразиться с чемпионом", - пишет об английской судебной системе П. Арчер <7>. "Всякий, кто слишком беден, чтобы противопоставить официальному крючкотворству такого же крючкотвора-защитника, будет иметь против себя все те формы, которые были созданы для его защиты. Кто слишком беден, чтобы выставить защитника или соответствующее количество свидетелей, погиб, если его дело является сколько-нибудь сомнительным", - замечал Ф. Энгельс <8>;

<7> Арчер П. Английская судебная система. М., 1959. С. 97.
<8> Цит. по: Мельников А.А. Советский гражданский процессуальный закон. М., 1973. С. 150.

г) серьезным ограничением тактических возможностей в гражданском процессе служит хотя нечетко сформулированный, но все же понятный законодательный запрет на применение недобросовестных процессуальных уловок и ухищрений, подобно тому как в спортивном состязании запрещено использование нечестных приемов. Большинство таких проявлений может быть расценено как злоупотребление процессуальными правами (об этом ниже);

д) в гражданском процессе, через установление в некоторых случаях обязанности учитывать интересы другой стороны, сдерживается неразумный процессуальный эгоизм стороны. Гражданское судопроизводство, в силу противоположности интересов спорящих и состязательности как основы процесса, продуцирует "здоровый эгоизм" в виде необходимости доказывания и утверждения собственных прав - такое положение является вынужденным и объективно присущим процессуальным отношениям. Неразумный эгоизм, лежащий в основе недопустимых тактических приемов, не диктуем требованиями сложившейся процессуальной ситуации. Так, ответчик не вправе защищаться, вводя суд в заблуждение либо оказывая давление на истца при помощи угроз, шантажа и т.п.

Итак, основное ограничение тактической активности сторон в гражданском процессе, не позволяющее отождествить гражданское судопроизводство с различными спортивными состязаниями и иными конструктивными и деструктивными формами социального соперничества, сводится к тому, что гражданские процессуальные правоотношения с высокой степенью достоверности опосредуют реальные правоотношения сторон, сложившиеся между ними до обращения в суд. Поэтому никакая процессуальная активность стороны (ее представителя) не в состоянии смоделировать ситуацию правоты этой стороны в гражданско-правовом споре, если действительное содержание спорных правоотношений и представленных доказательств свидетельствует о ее неправоте. Применительно к российскому судопроизводству сохраняет силу высказанное полвека назад мнение, согласно которому "советский гражданский процесс не представляет собой процессуальной игры в доказательства" <9>.

<9> Антимонов Б.С., Герзон С.Л. Адвокат в советском гражданском процессе: Пособие для адвокатов. М., 1954. С. 43.

Это позволяет утверждать наличие в гражданском судопроизводстве элемента предсказуемости и стабильности, которые страхуют тяжущихся от абсолютно неопределенного результата их спора. Между тем результат иных видов социального соперничества (войн, спортивных состязаний и т.п.) зависит от подготовленности сторон поединка. Итог таких взаимодействий закономерен лишь постольку, поскольку одна из сторон приложила больше усилий для победы; ни о каком заранее обусловленном результате здесь говорить не приходится.

Проявления тактической активности в гражданском процессе многообразны. Основываясь на совокупности тактических возможностей, рекомендуемых авторами ряда практических пособий по ведению дел в (арбитражном) суде, виды тактических действий в гражданском процессе по их содержательной направленности можно классифицировать на:

  1. психологические - это приемы, базирующиеся на учете внутренних (субъективных) представлений других участников процесса: их предпочтений, эмоций, желаний, убежденности и пр. Путем воздействия на эти составляющие психической деятельности можно побудить субъектов судопроизводства к принятию необходимых лицу правоприменительных решений и совершению юридически значимых действий. Например, демонстрация готовности к переговорам, попытка понять и принять позицию другой стороны спора могут привести к заключению соглашения о передаче дела в третейский суд либо мирового соглашения. Как отмечено в литературе, "на суд не может не производить впечатление манера держаться и излагать свои показания, объяснения, заключения: уверенность, спокойствие, с одной стороны, неуверенный тон - с другой. Ослабляя критичность в первом случае, усиливая ее во втором, эти факторы связаны с внушающим воздействием доказательств" <10>. "В судебном процессе желательно сохранять спокойствие и выдержку, проявлять удвоенный такт и учтивость по отношению к судье, не жертвуя тем не менее твердостью юридической позиции" <11>;
<10> Резниченко И.М. Психологические аспекты искового производства. С. 102.
<11> Ларин В.В. Ловушки и ошибки в договоре и судебном процессе. СПб., 2000. С. 169 - 170.
  1. интеллектуально-волевые. В этом случае авторы призывают к мобилизации и проявлению участниками процесса своих способностей и навыков: внимательности, активности, смелости, стремления к обоснованному риску и т.п. <12>. Например, хорошая память, собранность и способность ориентироваться в материалах дела могут обеспечить превосходство стороны, обладающей перечисленными качествами;
<12> См., напр.: Лукаш Ю.А. Как правильно судиться с налоговиками. М., 2006. С. 31 - 35.
  1. действия, связанные с подготовкой и составлением процессуальных документов. Советы такого рода имеют достаточно важное значение, хотя и не связаны с непосредственным совершением процессуальных действий. Грамотная систематизация процессуальных документов (хронологическая, событийная и т.д.) позволяет не растеряться в ходе процесса, вовремя представить необходимый документ, парировать неожиданный довод оппонента и др. В большинстве практических пособий вопросам подготовки процессуальных документов уделено серьезное внимание <13>;
<13> См., напр.: Радченко М.Ю. Арбитражные споры... С. 100 - 165 (глава 5 "Подготовка документов").
  1. рациональная организация труда при подготовке и в ходе судебного заседания. Эти действия сводятся к научно обоснованному и эффективному взаимодействию участника процесса с судом. Некоторые авторы, помимо освещения общих вопросов работы в судебном заседании, выделяют такие неожиданные ракурсы, как "техническое обеспечение заседания", "аварийная работа в заседании" <14> и др.;
<14> Там же. С. 201 - 218.
  1. коммуникативные действия в процессе имеют целью обеспечить наиболее адекватную передачу позиции лица по делу суду и иным участникам процесса. Важным фактором успеха в суде, по мнению авторов, является ораторское искусство: хорошая дикция и самообладание, умение выстроить композицию речи, установить контакт с аудиторией <15>. Хотя большинство изданий, воссоздающих речи знаменитых адвокатов прошлого, обращаются к сфере уголовного судопроизводства, начинают появляться издания, доносящие до нас речи известных адвокатов-цивилистов <16>. В некоторых пособиях обсуждаются, например, такие проблемы: "как построить убедительную речь", "как с помощью коммуникативных качеств обеспечить убедительность речи", "о реплике в качестве средства убеждающего воздействия", "как научиться говорить выразительно", "как применять парадоксы в речи с целью привлечения внимания слушателей" и др. <17>. И хотя соединение чисто юридических вопросов с проблемами ораторского искусства без адаптации рекомендуемых приемов собственно к предмету исследования выглядит не всегда органично, следует признать, что такой подход имеет право на существование, если он не сопровождается упрощенной терминологией <18> либо ошибочными суждениями <19>;
<15> См., напр.: Лукаш Ю.А. Как правильно судиться с налоговиками. С. 39.
<16> См., напр.: Ватман Д.П. Судебные речи. М., 2006.
<17> См., напр.: Лукаш Ю.А. Как правильно судиться с налоговиками. С. 44 - 83.
<18> Так, процитированное пособие имеет подзаголовок "Инструкция по выживанию", что уже настраивает читающего на несколько игривый лад. Дальнейшее употребление бытовых, разговорных выражений ("судиться с налоговиками", "нанять адвоката") не оставляет сомнений в житейски-практическом, а не научно-познавательном характере издания.
<19> На протяжении всего цитируемого пособия упорно употребляется термин "(встречное) исковое заявление", упоминается иная атрибутика искового производства, хотя в арбитражном процессе дела о взыскании обязательных платежей и санкций (глава 26 АПК), а также дела о признании недействительными ненормативных правовых актов, решений, действий (бездействия) органов государственной власти, должностных лиц, иных органов (глава 24 АПК), в рамках которых протекает большинство споров между налогоплательщиками и налоговыми органами, рассматриваются и разрешаются в порядке производства по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, которые возбуждаются путем подачи не иска, а заявления (ч. 2 ст. 197, ч. 2 ст. 212 АПК).
  1. действия, связанные с влиянием на внешние, не относящиеся непосредственно к процессу факторы. Диапазон используемых здесь тактических приемов широк и охватывает методы претензионной работы, обращение в третейский суд и другие, порою неожиданные, вещи. Наверное, только здоровой иронией можно объяснить предложение заинтересованному лицу сообщить о том, что здание суда заминировано, дабы добиться отложения процесса. Отмечая известную радикальность такого варианта развития событий, "оставляющего неприятный осадок", автор тем не менее не просто указывает на его возможность, но моделирует варианты "профессиональных" действий подобного рода ("позвонить из автомата на второстепенный судебный номер, использовать заранее смонтированную магнитофонную запись с синтезированным голосом") <20>;
<20> Радченко М.Ю. Арбитражные споры... С. 314 (заметим, что "телефонный терроризм" уголовно наказуем: см. ст. 207 УК).
  1. юридические советы по ведению гражданского дела в суде весьма многообразны. По критерию детализации в таких рекомендациях норм процессуального права тактические приемы, относящиеся к рассматриваемой группе, можно классифицировать на:

а) рекомендации, дублирующие нормы гражданского процессуального права. Содержащиеся в практических пособиях советы такого рода (прямое цитирование нормы процессуального права либо ее дословный пересказ) рекомендуют пользователям поступать в соответствии с правилом, закрепленным в ГПК. Если совет не сопровождается авторским комментарием, его практическая полезность для читателя, имеющего возможность ознакомиться с ГПК "в первоисточнике", минимальна;

б) рекомендации, творчески передающие содержание процессуальных норм. Если авторская интерпретация нормы применительно к той или иной проблеме, не имеющей прямого разрешения в законе, уместна в комментируемой ситуации, то предпринятые на этой основе тактические действия вполне правомерны;

в) рекомендации, не имеющие аналогов в содержании процессуальных норм. Тактические действия, предпринимаемые сообразно данным рекомендациям, представляют наибольший интерес для исследователя. Именно здесь со всей остротой встает проблема допустимости тактического действия с позиций норм гражданского процессуального права. Соответственно, все такие действия можно подразделить на правомерные и неправомерные:

Памятуя неисчерпаемость и индивидуальность возникающих процессуальных ситуаций, правомерность которых должна определяться в каждом конкретном случае самостоятельно, предложим следующие позитивные и негативные критерии тактической допустимости поведения лиц в гражданском процессе.

Позитивные признаки допустимости гражданской процессуальной тактики сводятся к следующим.

I. Эта тактика основана на грамотном процессуальном планировании. Избранная лицом очередность реализации своих процессуальных прав либо отказ от реализации отдельных субъективных прав могут быть следствием осуществления субъектом некоего процессуального плана, т.е. намеченной - наиболее выгодной, по его мнению, - модели поведения в гражданском процессе.

II. Гражданская процессуальная тактика как рациональное поведение предполагает минимизацию процессуальных затрат, связанных с осуществлением лицом принадлежащих ему прав. Любое субъективное право должно осуществляться самым оптимальным для конкретной ситуации способом. Затягивание, "утяжеление" процесса реализации права, избрание наиболее затратных форм его осуществления представляют собой нарушение данного принципа. Отдельные способы неэкономной реализации права специально запрещены законом. Так, несоблюдение претензионного порядка урегулирования спора служит основанием для возврата искового заявления (п. 1 ч. 1 ст. 135 ГПК).

Негативные признаки таковы.

I. Гражданская процессуальная тактика не должна образовывать состава процессуального или иного (административного, уголовного, дисциплинарного и др.) правонарушения. Например, лицо представляет доказательства, полученные с нарушением закона и являющиеся недопустимыми (ст. 60), либо с целью воздействовать на позицию суда и других участников процесса своим поведением нарушает порядок в зале судебного заседания (ст. ст. 158 - 159 ГПК), проявляет неуважение к суду.

II. Процессуальные действия, составляющие содержание предпринимаемых лицом тактических приемов, не должны представлять собой злоупотребление процессуальными правами, под которым понимается противоправное, недобросовестное и ненадлежащее использование лицом, участвующим в деле (его представителем), своих процессуальных прав, выразившееся в виновных процессуальных действиях (бездействии), внешне отвечающее требованиям гражданско-процессуальных норм, но причиняющее вред интересам правосудия и (или) интересам лиц, участвующих в деле (процессуальная шикана), либо недобросовестное поведение в иных формах, влекущее за собой применение мер гражданского процессуального принуждения <21>.

<21> Юдин А.В. Злоупотребления процессуальными правами... С. 120.

Между тем приемлемость многих тактических приемов, рекомендуемых авторами практических пособий, весьма и весьма сомнительна. В данной области характерны следующие тенденции:

а) декларирование якобы высокой юридической техники и филигранности тактических приемов, являющихся на самом деле злоупотреблением процессуальными правами. Так, удивляет объединение одним из авторов под рубрикой "высокопрофессиональных методов работы", наряду с действительно обоснованными (скажем, оспаривание подписи под актом выполненных работ), таких явно неправомерных тактических приемов, как "затягивание процесса" и "недобросовестное использование арбитража" <22>. В некоторых работах указывается на непригодность одних приемов отложения дела и эффективность других, позволяющих получить гарантированное отложение <23>;

<22> Радченко М.Ю. Арбитражные споры... С. 309 - 321.
<23> Ларин В.В. Ловушки и ошибки... С. 195.

б) типичность недобросовестных тактико-процессуальных приемов, рекомендуемых авторами. К их числу относятся предъявление встречного иска, создание надуманных причин отложения судебного заседания, возбуждение параллельного процесса с целью "блокировать" рассмотрение основного дела и пр.;

в) типичность целей, для достижения которых применяются недобросовестные приемы. Как правило, это приостановление производства или отложение судебного заседания. Один из авторов сообщает читателям, что в данной главе им рассматривается "тактика выигрывания не дела, а времени" <24>;

<24> Радченко М.Ю. Арбитражные споры... С. 310.

г) циничность предлагаемых приемов, относящихся к злоупотреблению процессуальными правами. Способы злоупотребить правами, предлагаемые на страницах различных изданий для практического использования, варьируются от сдержанного "методы работы по отдельным категориям дел" <25> до откровенного "как затянуть арбитражный судебный процесс в случае необходимости" (для этого "можно постоянно менять своих представителей", объявить об участии в процессе четырех-пяти представителей, которые "во имя поставленной цели... попеременно будут "болеть" и т.п.) <26>;

<25> Там же. С. 307.
<26> Лукаш Ю.А. Как правильно судиться с налоговиками. С. 84 - 85.

д) сомнительность предлагаемых тактических приемов не только с точки зрения процессуальных и этических норм, но и с позиций норм уголовного права. Именно так можно расценить рекомендации по нанесению при помощи арбитража ущерба противнику, уклонению от уплаты налогов, инициированию фиктивного банкротства и т.д. <27>.

<27> Радченко М.Ю. Арбитражные споры... С. 319 - 321.

Полагаем, для разграничения правомерных процессуальных действий, диктуемых реализацией некоего процессуального плана, и злоупотребления процессуальными правами допустимо использовать следующие критерии.

1. Время реализации права. Момент осуществления субъективного процессуального права может быть четко не определен законом, поэтому управомоченные лица имеют возможность прибегнуть к реализации своего права в удобное им время, руководствуясь тактическими соображениями. Например, истец вправе изменить предмет или основание иска в ходе судебного заседания. Хотя подобное право имеется у него на всем протяжении рассмотрения дела в суде первой инстанции без каких-либо временных ограничений (ч. 1 ст. 39 ГПК), такое изменение на практике является "неудобным" для суда и других участников процесса, поскольку ведет обычно к отложению слушания дела, необходимости представления новых доказательств и подготовки новых возражений. Кроме того, подобное поведение влечет вполне обоснованные подозрения в злоупотреблении процессуальными правами со стороны истца, который, вероятно, намерен затянуть рассмотрение спора и дезориентировать участников процесса относительно содержания заявленных требований. Однако реализация данного распорядительного права может быть связана с получением истцом дополнительных данных о содержании спорных правоотношений, неоправдавшимся расчетом на получение доказательств, с возросшими шансами на удовлетворение измененного иска. Все приведенные соображения - это аргументы тактического толка, никак не связанные с процессуальными злоупотреблениями.

2. Содержание реализуемого права. Нет злоупотребления процессуальными правами там, где лицо действует на основании своего субъективного права, вкладывая в это право выгодное ему содержание, которое, по мнению его оппонента и суда, не вытекает из действительного положения дел. Данная проблема связана с допустимым уровнем формализма при реализации права. Субъект-правообладатель может настаивать на принадлежности ему права, имеющего содержание, выводимое путем чрезмерно буквального или упрощенного толкования. При всей ошибочности такого толкования добросовестное заблуждение лица исключает применение в отношении его мер процессуальной ответственности за недобросовестность.

3. Допустимость бездействия в виде неосуществления права. В тактические планы лица может входить неиспользование принадлежащего ему субъективного права. Такое поведение, в частности, может быть продиктовано желанием не навредить себе совершением ошибочных или поспешных процессуальных действий. Например, лицо, участвующее в деле, не отвечает на задаваемые ему вопросы, опасаясь запутаться в юридической казуистике, навязываемой ему представителем противоположной стороны или судом.

4. Очередность реализации процессуальных прав. Многие права осуществляются в определенной последовательности, нарушение которой не запрещено законом и не является противоправным, однако создает ряд неудобств суду и другим лицам, участвующим в деле. Если в таких действиях усматривается злонамеренность, то имеются основания ставить вопрос о злоупотреблении правом. Когда же субъект преследует вполне законные цели, выстраивая и направляя свое поведение к выигрышу процесса, и для этого избирает иную последовательность действий, чем это происходит в типичных процессах, речь может идти только об особенностях избранной процессуальной тактики. Например, в одном практическом пособии дается совет "не раскрывать позицию" и "не суживать пространство для маневра возражениями на еще не подтвержденные ничем утверждения противника. Дайте возможность противнику изложить доказательственную базу. Нередко можно оценить, все ли доводы представлены. Если все - сначала следует подвергнуть сомнению конкретные доказательства противника, а затем уже излагать свои доводы по самому факту" <28>.

<28> Ларин В.В. Ловушки и ошибки... С. 179 - 180.

5. Периодичность (частота) совершения процессуальных действий. Процессуальную активность стороны, направленную к достижению значимой для нее цели, надо отличать от действий, хотя и предусмотренных законом, но совершаемых единственно с целью саботирования рассмотрения дела и срыва судебных заседаний. Достигается это, как правило, путем беспорядочного и бесконечного обжалования всех действий (бездействия) суда (судьи) с целью возбуждения процедур проверки законности этих действий, что дает серьезную отсрочку в рассмотрении дела ввиду направления его материалов в вышестоящий суд.

Следует также выделить особую группу тактических действий, совершаемых ошибочно и причиняющих вред только самому лицу, их предпринимающему. Так, воспользовавшись советом об изготовлении поддельных документов <29>, лицо подвергается мерам юридической ответственности. Подчеркнем, риск наступления неблагоприятных последствий в результате осуществления лицом тех или иных тактических приемов, вне зависимости от мотивов использования таких приемов в практической деятельности, ложится на субъекта, совершившего данное действие. Ущербность избранной процессуальной тактики может повлечь недостижение цели, ради которой лицо участвует в процессе, тогда как совершение иных, более оптимальных тактических действий могло бы обеспечить ему прямо противоположный результат.

<29> Вот как звучит рекомендация по совершению подобных действий: "Подделка документов и особенно их использование для неправомерного завладения чужим имуществом с применением арбитражного суда являются деяниями, преследуемыми по закону. Однако, если по тем или иным причинам избежать данных действий нельзя, следует совершать их в строгом соответствии с законом, т.е. совершать их следует строго в форме, исключающей ответственность (выделено мной. - А.Ю.)" (Радченко М.Ю. Арбитражные споры... С. 217).

Таким образом, разработка категории "гражданская процессуальная тактика" в направлении определения допустимости конкретных тактических действий может послужить не только усилению состязательных и диспозитивных начал гражданского судопроизводства, но и совершенствованию норм гражданского процессуального права путем возведения в закон наиболее оправданных комбинаций тактических действий, представляющих собою оптимальные формы реализации субъективных гражданско-процессуальных прав. Вместе с тем дифференцированный подход к допустимости конкретных тактических действий позволил бы устранить из их числа различные формы злоупотреблений процессуальными правами, а также иные гражданско-процессуальные правонарушения.