Мудрый Юрист

Сущность и природа локального регулирования деятельности корпорации

Кирилловых А.А., юрисконсульт Вятской государственной сельскохозяйственной академии, преподаватель Санкт-Петербургского института внешнеэкономических связей, экономики и права (Кировский филиал).

Корпорации - это объединения лиц и капиталов со сложной организационной структурой. Сегодня правовые конструкции юридических лиц, которые могут быть признаны корпорациями, ушли далеко вперед от первоначальных правовых форм организации предпринимательской деятельности. Структура органов корпорации, их правовой статус, взаимодействие внутри корпорации, а также во внешних отношениях заставляют учитывать эти особенности.

Корпоративная деятельность требует порой оперативного реагирования на возникающие экономические (хозяйственные, договорные) ситуации, что определяет необходимость и соответствующего способа их правового регулирования.

Говоря о природе корпоративных отношений, многие авторы определяют их как отношения, которые регулируются нормами гражданского права и учредительных документов корпораций и существуют только между корпорацией и ее участниками (почему нередко характеризуются как внутренние) на протяжении всего периода членства участника в корпорации. При этом подчеркивается их "самостоятельный" характер (наряду с вещными, обязательственными и исключительными правами) <1>.

<1> См.: Шабунова И.Н. Корпоративные отношения как предмет гражданского права // Журнал российского права. 2004. N 2.

Корпоративные отношения, весьма разнообразные по своей природе и содержанию, не всегда оказываются должным образом урегулированы нормативно. Учитывая достаточно медленное развитие законодательства и высокую динамику существующих общественных отношений, а также появление новых, необходимо давать им юридическую квалификацию через призму корпоративной практики, где принципы саморегулирования должны достаточно точно заполнять имеющийся правовой вакуум.

Корпоративное право можно представить как совокупность гражданско-правовых норм, а также локальных корпоративных норм, регулирующих корпоративные отношения с учетом императивных требований гражданского законодательства, специфики организационных форм корпоративных отношений, особенностей конкретного корпоративного объединения <2>.

<2> См.: Пахомова Н.Н. Основы теории корпоративных отношений (правовой аспект) // Налоги и финансовое право. 2004.

Не случайно, сравнивая корпоративное право и гражданское общество, В.В. Гущин говорит о том, что гражданское общество связано с корпоративным правом: их интересует один и тот же субъект, интересы гражданского общества в первую очередь направлены на защиту интересов частных субъектов, в том числе граждан и организаций, интересы корпоративного права - на защиту интересов корпоративных субъектов <3>. Отсюда и близость предмета корпоративного права именно как частного правового массива, в котором диспозитивные нормы и принципы регулирования изначально (априори) определяются как основные. На этом, собственно, и строится структура и природа правовых норм и опосредуемых ими общественных отношений.

<3> Гущин В.В., Порошкина Ю.О., Сердюк Е.Б. Корпоративное право: Учебник. М.: Эксмо, 2006. С. 83.

Однако относительно структуры нормативного массива корпоративного права нет однозначного мнения. Некоторые авторы, например Т.В. Кашанина, исходят из узкого подхода в понимании корпоративного права. Их точка зрения строится на понимании корпоративного права как права, действующего в корпорации, основанного на базе лишь локальных собственных актов организации <4>. Подобное представление хотя и предлагает усиление частных начал в регулировании деятельности корпорации, тем не менее оставляет без внимания остальной правовой блок, имеющий неотъемлемое, приоритетное значение. На чем, собственно, и основана иная, на наш взгляд, более правильная точка зрения. Анализ правоотношений, субъектом которых являются корпорации, предполагает более широкое представление предмета корпоративного регулирования, который, по мнению В.В. Гущина, позволяет рассматривать корпоративное право именно в широком смысле, определяющем очевидную необходимость сочетания частноправового и публично-правового регулирования <5>.

<4> См.: Кашанина Т.В. Корпоративное (внутрифирменное) право: Учеб. пособие. М.: Норма, 2003. С. 15.
<5> Гущин В.В., Порошкина Ю.О., Сердюк Е.Б. Указ. соч. С. 72, 73.

Соответственно, нельзя уменьшать объем корпоративного права, исключая из него отношения, которые должны быть урегулированы в централизованном порядке, посредством издания соответствующих юридических норм от имени государства.

Деятельность корпорации не ограничивается кругом лишь внутренних вопросов, поскольку цель их существования иная - обеспечение не только интересов участников корпорации, что невозможно без внутренней организации юридического лица, но и публичных интересов посредством удовлетворения общественных благ. А это возможно только путем осуществления хозяйственной (предпринимательской) деятельности, обеспеченной правовыми нормами, исходящими не столько от самой корпорации, сколько от публичных структур.

Паритет в государственном регулировании и самоуправлении должен соблюдаться.

Практика соотношения природы корпоративного регулирования также оценивается неоднозначно. По мнению Т.В. Кашаниной, расширение общего числа норм публичного права неизбежно приводит к сужению сферы норм по внутрикорпоративному регулированию <6>. Такая ситуация недопустима, поскольку ведет к излишнему вторжению императивных регуляторов в сферу, требующую частных правовых инициатив.

<6> См.: Кашанина Т.В. Указ. соч. С. 35.

Развитие корпоративного права должно быть построено по модели увеличения децентрализованных норм (внутренних, собственных норм корпораций) с одновременным упорядочением уже существующего нормативного материала.

На централизованном уровне невозможно урегулировать всю палитру отношений, складывающихся в деятельности корпораций. Могут быть закреплены лишь отдельные контуры, которые, однако, будут определять рамки локального регулирования.

В этом смысле также полезно критическое замечание, высказанное К. Экштайном в отношении всеобщего законодательного регулирования. К. Экштайн считает устаревшими российские доктрину и практику тотального законодательного регулирования, что неизбежно порождает проблемы и быстрое старение юридических норм <7>.

<7> См.: Экштайн К. Основные права и свободы: Учеб. пособие. М.: NOTA BENE Медия Трейд Компания, 2004. С. 27 - 33.

Ю.А. Тихомиров, обращая внимание на тенденцию "заурегулированности", говорит о стихийной регуляции в правовой сфере, когда существует множество урегулированных правом и неправовых фактических отношений. Последние, как считает ученый, можно назвать неформальными отношениями, складывающимися между людьми в силу их социально-психологических ценностей, мотивов и целей деятельности <8>.

<8> См.: Тихомиров Ю.А. Право и саморегулирование // Журнал российского права. 2005. N 9.

Сохраняется и стихийная регуляция, проявляющаяся в случаях слабой познаваемости процессов или недостаточно эффективного управления и социального саморегулирования. Тут на первое место выступают обычай, привычки, ценности, которым привержены люди, групповая мораль. Целый ряд процессов, массовых событий регулируются стихийно <9>.

<9> См.: Тихомиров Ю.А. Административное право и процесс: полный курс. 2-е изд., доп. и перераб. М.: Изд. Тихомирова М.Ю., 2007. С. 34.

Позитивизм в законодательстве должен определяться не современным этапом, а формированием моделей поведения на будущее время, что весьма сложно.

В связи в этим вполне обоснованную точку зрения высказывает В.М. Лавров. По его мнению, разрабатываемые в целях совершенствования корпоративного законодательства нормы не должны быть ретроспективными, т.е. отражать только отношения, уже возникшие и существующие в данный момент. При разработке норм необходимо учитывать появление в будущем новых форм корпоративных взаимоотношений и проблем, которые участники хозяйственного оборота будут вынуждены разрешать на основе этих же норм <10>.

<10> См.: Лавров М.В. О проблемах развития правового регулирования в сфере корпоративных отношений и корпоративного контроля // Юрист. 2006. N 9.

Говоря о развитии корпоративного законодательства, Ю.А. Тихомиров делает вывод о появлении нового типа норм - актов самоуправления. Для них характерны следующие признаки:

а) самообязанность, когда совпадает круг лиц, принимающих и исполняющих решение;

б) добровольность и заинтересованность в принятии и реализации решения;

в) коллегиальная основа;

г) формирование и выражение общей воли на основе согласования публичных и частных интересов;

д) самоответственность <11>.

<11> См.: Тихомиров Ю.А. Право и саморегулирование // Журнал российского права. 2005. N 9.

Особенной является природа локального нормообразования в корпорациях. В отдельных случаях локальные нормы действуют независимо от признания их государством, соответствуя при этом общим предписаниям существующего правопорядка, однако в иной ситуации могут получить публичную легализацию.

Санкционирование государством корпоративных принципов и норм, по сути, превращает их в "закон" в отношениях между подобными себе правовыми субъектами. Такая концепция отношений между централизованным и децентрализованным (внутренним) правовым регулированием должна определять все дальнейшее развитие практики корпоративного регулирования и норм корпоративного права.

Например, корпорация, закрепляя в своих учредительных документах отдельные положения Кодекса корпоративного поведения <12>, тем самым самостоятельно регулирует свою деятельность. Но эта самостоятельность подтверждается государством в лице уполномоченных органов посредством регистрации устава корпорации, где закреплены соответствующие корпоративные нормы.

<12> См.: распоряжение ФКЦБ России от 4 апреля 2002 г. N 421/р "О рекомендации к применению Кодекса корпоративного поведения" // Вестник ФКЦБ России. 2002. N 4.

Развитие локального регулирования корпораций в настоящий период следует соотносить с возможностью четкого и грамотного формирования корпоративных правил в отдельно взятом корпоративно-юридическом образовании.

Нормы поведения вносят в общественную жизнь стабильность, порядок, придают ей определенность и устойчивость тем, что являются ориентирами для людей, направляя их деятельность в определенное русло. С помощью социальных норм достигается упорядоченность связей между людьми, в этом состоит их основное значение <13>.

<13> Гущин В.В., Порошкина Ю.О., Сердюк Е.Б. Указ. соч. С. 100.

Внутренние корпоративные нормы, являясь разновидностью социальных норм, весьма подвижны и порой должны перестраиваться под ход экономических отношений, а главное - изменений в централизованном правопорядке.

Зависимость норм локального регулирования от норм общеустановленных на государственном уровне объясняется достаточно просто: формирование правового материала должно осуществляться последовательно, в системе, где существует определенная иерархия правовых норм как по уровню (федеральный - региональный - местный), так и по структуре правоприменения, когда исходным (первичным) являются централизованные установки, определяющие дальнейший "вектор" развития нормативной базы. В такой системе действует следующий принцип: государственное (публичное) регулирование закладывает основы, "фундамент" для создания норм более низкого уровня. В гражданском праве, регулирующем частные, в основе своей частно-имущественные отношения, этот принцип реализуется в следующей формуле: "разрешено все, что не запрещено". В таком ключе конструируются и нормы гражданского права. В этом значении они употребляются и корпорациями, в подобных правоотношениях принимающими "форму" частноправового субъекта, которая в дальнейшем определяет и содержание правоотношений с его участием.

Корпоративное право, имеющее гражданско-правовые корни, несомненно, должно учитывать такие особенности формирования собственных, исходящих от корпораций норм. Взаимосвязь централизованных и локальных норм права очевидна. Регулируя определенную группу корпоративных отношений, внутреннее нормотворчество исходит из необходимости конкретизации общего правового массива, определяющего поле деятельности корпораций. При этом нормативный материал собственного регулирования не может устанавливать детальное поведение участников корпорации. Это попросту невозможно. Здесь следует руководствоваться принципами права и социальной практикой. Данные аспекты весьма показательны. Что проверено временем - то наиболее эффективно, дает больший социальный и экономический результат.

Между тем, отмечая особенности правоприменительного процесса в административном праве, Ю.А. Тихомиров указывает на эффект совместного действия, когда совпадающие либо однородные по объекту регулирования нормы применяются согласованно, одновременно или по принципу правовой цепи, связи общих норм и норм, которые их развивают и детализирует <14>.

<14> См.: Тихомиров Ю.А. Административное право и процесс: полный курс. С. 65.

В то же время самоорганизация и самостоятельность локальных структур дают им возможность свободно определять условия, порядок и основания принятия решений. Базовые первичные акты (уставы, положения, учредительные договоры) содержат главные элементы процедуры принятия решений <15>.

<15> Там же. С. 165.

При этом ничто не может дать такой эффект регулирования, как учет мнения меньшинства и выработки единой согласованной воли.

Классический пример принципа саморегулирования - отражение в трудовом законодательстве некоторых правовых институтов, направленных на упорядочение трудовых отношений в организации. В частности, коллективный договор как соглашение между администрацией и работниками предприятия показывает содержание локальных норм, регулирующих сферу внутренней деятельности корпорации. Однако данный локальный акт выражает волю как работников, так и работодателя, служит интересам развития социально-партнерских отношений, достижению наиболее эффективной экономической деятельности предприятия. И это немаловажный аспект правового воздействия на общественные отношения, который имеет весьма определенную цель существования любой корпорации.

Нормативно-правовой материал должен быть достаточно плотным. При этом природа нормативной ткани обусловливает совокупность общественных отношений, возникающих и развивающихся в корпоративной сфере. Отсюда неотъемлемое требование законодателю - учитывать специфику этих отношений, опосредующих отдельные социальные связи как внутри корпорации, так и вне ее. Нормативный слой в вертикальном разрезе отчетливо устанавливает содержание, наполнение юридических норм.

Между тем централизованный правовой массив должен быть гибким, готовым к внезапным изменениям в практике отношений. Невозможность вовремя перестроиться централизованным нормам делает бессмысленной попытку решить возникшую проблему регулированием снизу. Без централизованных норм локальные нормы беспредметны, они обусловлены содержанием централизованного регулирования. Отсутствие исходящего от государства правила не означает делегирование возможности его установления корпорацией самостоятельно. Определение личного закона корпорации происходит на основе общего закона, допускающего меру свободы в регулировании отдельных сторон поведения корпорации.

Здесь соотношение императивного и диспозитивного, частного и публичного имеет тонкую грань, которую необходимо улавливать при конструировании правовых норм корпоративного права.

Императивные нормы - это категорические правовые предписания, определяющие характер действий субъектов; они не могут быть заменены по усмотрению тех или иных лиц другим их поведением. Эти нормы как бы устанавливают своеобразные стандарты поведения. Диспозитивные нормы определяют порядок деятельности (поведения), при котором субъекты самостоятельно определяют характер своих взаимоотношений, поскольку правом определены лишь общие границы поведения <16>.

<16> См.: Тихомирова Ю.А. Административное право и процесс: полный курс. С. 46.

Устойчивая практика может быть облечена в форму закона, тогда как вновь формирующиеся модели корпоративных взаимодействий должны пройти практику испытания временем, и только признанные как наиболее удачные могут встать в ряд корпоративных норм. Не случайно нормы Кодекса корпоративного поведения содержат предписания наилучшей практики, которую корпорации могут использовать в своей деятельности, в отношениях с партнерами и контрагентами.

При этом локальное регулирование в корпорации предполагает правовое опосредование деятельности не внутри, а на уровне корпорации. Такое представление значительно раздвигает рамки понятия локального акта, например, по сравнению с его определением в трудовом праве. Действие локального нормотворчества в корпорации не только служит интересам членов корпорации (их участникам, работникам), но и преследует цель обеспечить распространение данных правил на лиц, не являющихся непосредственными ее членами, но юридически связанных с корпорацией посредством отношений, имеющих относительную природу. Примером подобного положения являются отношения корпорации и ее акционеров, когда круг лиц, на которых распространяются корпоративные нормы, индивидуально не может быть установлен (не ограничивается членами данной корпорации), но конкретное лицо всегда может быть идентифицировано путем наличия у него определенного количества ценных бумаг компании.

Формы локального корпоративного регулирования достаточно разнообразны: учредительные документы (устав, учредительный договор), хозяйственные договоры, различные положения, инструкции, приказы по вопросам организации деятельности корпорации.

Н.Н. Пахомова отмечает особую роль локальных актов в опосредовании корпоративных отношений: "...Если при регламентации вопросов, касающихся сути корпоративных отношений, приоритет должен быть отдан нормам гражданского законодательства, то конкретные вопросы внутрикорпоративной деятельности должны регулироваться преимущественно локальными актами" <17>.

<17> См.: Пахомова Н.Н. Указ. соч.

Анализ природы корпоративного права позволяет выделить локальное регулирование как локальную нормативную базу корпораций. В этом смысле "корпоративное право выступает в роли связующего звена между государственным (публично- или частноправовым) и корпоративным регулированием" <18>.

<18> См.: Хлопотин Н.К., Чухвичев Д.А. Корпоративное право в России и за рубежом // Российский судья. 2006. N 6.

Некоторыми авторами акты локального регулирования понимаются как акты поднормативного регулирования корпоративных отношений. Нормативный правовой акт и локальный акт, содержащие нормы корпоративного права, - явления разного уровня. Локальный акт по отношению к централизованным нормативным актам есть поднормативный акт <19>.

<19> См., например: Сирота Е.Г. Акты поднормативного регулирования корпоративных отношений в хозяйственных обществах: Дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2004.

Поскольку саморегуляция основана на законе, она поднормативна. Саморегуляция корпоративных отношений - главный элемент механизма их реализации, который, будучи основанным на законе, приобретает наибольшую эффективность <20>.

<20> См.: Яковлев В.Ф. Россия: экономика, гражданское право (вопросы теории и практики). М.: РИЦ ИСПИ РАН, 2000. С. 20.

Важное значение имеет структура корпоративных правовых актов. Именно она позволяет оформить правовой массив и придать ему форму, наилучшим образом отвечающую правовому содержанию акта. Однако следует учитывать, что для корпоративных правовых актов в целом характерна более простая структура, нежели для общеправовых актов <21>.

<21> См.: Потапов В.А. Особенности подготовки проектов корпоративных актов банка // Банковское право. 2006. N 6.

Локальное право выступает одним из уровней корпоративного права, имеющего особенности в своей структуре и порядке регулирования деятельности корпорации.

Таким образом, самостоятельной роли за локальным регулированием деятельности корпораций пока признать нельзя в силу отсутствия упорядоченности внутреннего нормативного материала корпораций. Обеспечение внутренней саморегуляции корпорации строится с учетом инициативы и необходимости упорядочивать определенные виды корпоративных отношений. Следует, однако, признать острую потребность в более четком структурировании корпоративных норм, придании функционального значения локальному регулированию.