Мудрый Юрист

Понятие деформации профессионального правосознания

Чуйков Д., аспирант Российского государственного торгово-экономического университета, кафедра теории и истории государства и права (РГТЭУ).

Термин "деформация" (от лат. deformatio - искажение), не являясь юридическим термином, означает в естественных науках "изменение взаимного расположения точек твердого тела, при котором меняется расстояние между ними, в результате внешнего воздействия" <1>. В настоящее время данный термин широко используется всеми юристами-теоретиками, что показывает его удачность и точность отражения процессов, протекающих в правосознании индивида. Термин "деформация" "применяется в юриспруденции для характеристики тех устойчивых изменений психики субъектов, которые определяют его негативное отношение к праву и причины неправомерного поведения" <2>. Проблема деформации правосознания затрагивалась как дореволюционными, так и современными отечественными философами и правоведами в рамках теории правосознания. Можно выделить три периода в изучении проблем деформации.

<1> Советский энциклопедический словарь / Гл. ред. А.М. Прохоров. 4-е изд. М.: Сов. энцик., 1987. С. 381.
<2> Вопленко Н.Н. Правосознание и правовая культура. Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2000. С. 25.

На первом этапе, проходившем с конца XIX в. по 1917 г., термина "деформация" как такового не существовало, однако использовался термин "кризис правосознания", который трактовался в основном с философских позиций. Так, П.И. Новгородцев, говоря о кризисе правосознания, связывал его с изменениями политических и правовых убеждений и установок, с преувеличением роли и значения идеи правового государства, с отставанием положительных законов от движения истории. Вследствие этого, по его мнению, в жизни постоянно и неизбежно возникают конфликты между старым порядком и новыми прогрессивными стремлениями <3>. И.А. Ильин писал, что "при всех случаях расхождения положительное право есть суррогат естественного, и если это расхождение обостряется до конфликта, то положительное право может предстать сознанию в роли "ложного" права, лжеправа, поэтому наступает более или менее глубокий кризис правосознания" <4>. Л.И. Петражицкий также не употреблял понятия "деформация", но указывал, что в условиях "неразумного", "злокачественного" позитивного права возможно распространение права, основанного на несправедливости. По его мнению, именно чувство справедливости призвано регулировать конфликт между позитивным и интуитивным правом, т.е. правосознанием <5>. С.Л. Франк, характеризуя правосознание русской интеллигенции, отмечал, что его характерной чертой является безграничный нигилизм, а причиной тому является отход от религиозного миросозерцания <6>.

<3> См.: Новгородцев П.И. Введение в философию права. Кризис современного правосознания / Отв. ред. В.Н. Кудрявцев. М.: Наука, 1996. С. 20, 265.
<4> Ильин И.А. О сущности правосознания. М., 1993. С. 212.
<5> См.: Петражицкий Л.И. Теория права и государства в связи с теорией нравственности / Отв. ред. И.Ю. Козлихин, Ю.А. Сандулов. СПб.: Лань, 2000. С. 507 - 508.
<6> См.: Франк С.Л. Этика нигилизма // Вехи. Из глубины. М., 1991. С. 177.

На втором этапе, проходившем с 1917 г. до конца 80-х годов, термин "деформация" также не использовался. В первые годы становления Советского государства допустимо было говорить только о наличии либо отсутствии революционного правосознания. Так, П.И. Стучка, изучавший проблемы правосознания, отмечал, что в молодом Советском государстве в связи с отсутствием развитой системы права работники юридического аппарата правосознанием практически не обладают <7>. В дальнейшем научная литература представляла социалистическое правосознание как некий идеал в противовес буржуазному. Существовало представление, что в процессе становления советской личности у нее неизбежно формировалось социалистическое правосознание. Однако наличие преступности заставило обратить внимание ученых на проблемы правосознания советского человека, поэтому начиная с 70-х годов появляются исследования А.Р. Ратинова, А.И. Долговой и других авторов, посвященные проблемам дефектного правосознания.

<7> См.: Стучка П.И. 13 лет борьбы за революционно-марксистскую теорию права. 1931. С. 38.

Третий этап, проходивший с конца 80-х годов, ознаменован массовым проявлением деформированного правосознания самых широких слоев населения страны. В юридической литературе этого периода наблюдается активное использование термина "деформация". Многие авторы, например П.П. Баранов, В.В. Русских, Н.Н. Вопленко, изучают этот феномен комплексно, с выделением признаков, форм проявления и путей преодоления.

Анализ научных исследований, посвященных феномену деформации правосознания, позволяет прийти к выводу, что в юридической науке до сих пор не сложилось единой теории этого явления, но выработано несколько определений. Вот некоторые из них.

Н.Н. Вопленко понимает под деформацией правосознания "негативное искажение идейно-психологической сферы личности или общества, способное причинить вред правовому регулированию общественных отношений и проявляющее себя как в области сознания, так и в области юридической практики" <8>.

<8> Вопленко Н.Н. Указ. соч. С. 26.

В.С. Медведев определяет профессиональную деформацию как "рассогласование, нарушение в структуре личности отдельных, возникающие в результате негативных особенностей содержания, организации и условий служебной деятельности" <9>.

<9> Медведев В.С. Преодоление профессиональной деформации. М.: Академия МВД России, 1992.

В.Р. Петров полагает, что деформация правосознания - это "социальное явление, характеризующееся изменением его состояния, при котором у носителей формируются определенные идеи, представления, взгляды, знания, чувства и настроения, переживания и эмоции, которые искаженно отражают юридическую действительность и выражают отрицательное отношение к действующему праву, законности и правопорядку" <10>.

<10> Петров В.Р. Деформация правосознания граждан России. Проблемы теории и практики: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Нижний Новгород, 2000. С. 12.

Из представленных определений видно, что у авторов отсутствует единое понимание этого явления, но все представленные исследователи согласны в одном - негативном, отрицательном характере деформации правосознания. Однако по данному вопросу существует иная точка зрения.

Специфической чертой российского правосознания, качественно отличающей его от западного правосознания, принято считать правовой нигилизм, выражающийся в неуважительном отношении к праву и отрицании ценности правового регулирования. Тем не менее, как это ни парадоксально звучит, нигилизм как вид деформации рассматривается некоторыми авторами и в позитивном плане. Например, по мнению В.П. Федорова, "невыносимая и малопонятная для населения строгость законодательства или узаконенная вседозволенность чиновничества, явная абсурдность мало продуманных государственных законов во все времена порождали вполне объяснимое сопротивление и противозаконные действия" <11>. Сходную позицию занимает В.Н. Синюков, который полагает, что "нигилизм - вполне нормальное для правовой культуры явление, вовсе не свидетельствующее о низком уровне правосознания или слабости юридических традиций. Скорее, наоборот, ситуация массового нормативного нигилизма предполагает весьма высокое морально-правовое сознание общества, жестко верифицирующего культурную и социальную адекватность писаного права" <12>. Таким образом, правовой нигилизм объясняется указанными авторами высоким уровнем притязаний российских граждан к качеству законов, их адекватности жизненным реалиям.

<11> Федоров В.П. Любовь к праву или ненависть к законам: парадокс или закономерность // XXI. Юридическая наука - практике (проблемы теории, законотворчества и правоприменения). Владивосток, 1999. С. 233 - 234. Цит. по: Кулыгин В. Уголовное право, правосознание, справедливость // Уголовное право. 2003. N 1. С. 119.
<12> См.: Синюков В.Н. Российская правовая система. Введение в общую теорию. Саратов, 1994. С. 218. Цит. по: Кулыгин В. Указ. соч. С. 119.

По мнению автора, отсутствие единого определения деформации правосознания означает, что в связи со сложностью изучаемого явления исследователи пользуются различными подходами, а также рассматривают его в отрыве от "нормального" состояния правосознания. Изучать деформацию, а тем более пути ее преодоления невозможно без установления того, что считать "нормальным" или "здоровым" правосознанием. Как уже было сказано выше, деформация - это, в самом общем виде, искажение или изменение относительно первоначального состояния объекта или явления. Таким образом, чтобы установить не только степень произошедших изменений, но и сам факт их наличия, необходимо иметь данные о первоначальном состоянии предмета изучения, а именно правосознания. Поэтому в качестве отправной точки вводится понятие "нормального" или "здорового" правосознания. В связи с этим необходимо определиться с тем, что под ним понимать, а затем дать ему понятие.

В различных науках, будь то математика, физика, химия или медицина, имеется понятие нормального состояния какого-либо элемента или явления, например нормальное распределение, нормальное ускорение, нормальный элемент, нормальные волны и т.д. Все дефиниции этих понятий содержат условия, при которых описываемое явление сохраняет заданное состояние при неизменных окружающих обстоятельствах. В юридической науке понятие нормы правосознания не получило широкого освещения, наоборот, "встречаются довольно осторожные высказывания о невозможности ее установления" <13>. Так или иначе понятие "нормальный" имеет смысл и практическую значимость только у конкретного индивида и в конкретных условиях, поскольку при других обстоятельствах нормальным необходимо будет считать уже иное состояние. В этом заключается одна из сложностей установления "нормального" правосознания, а именно необходимо брать не только конкретных носителей правосознания, но и конкретный исторический период, для которого те или иные взгляды, оценки и убеждения будут считаться "нормальными". Например, если в Средние века наличие в законодательстве такой меры наказания, как смертная казнь, считалось обычным явлением, то сегодня закрепление этой нормы вызывает у многих граждан Европы негативные эмоции. Второй особенностью "нормального" правосознания является его оценочный характер, который не позволяет количественно и качественно измерить его реальный уровень. Несмотря на перечисленные проблемы с установлением "нормального" правосознания, предпримем попытку дать ему определение.

<13> См.: Радутная Н.В. Народный судья. Профессиональное мастерство и подготовка. М., 1977. С. 84. Цит. по: Вопленко Н.Н. Указ. соч. С. 23.

Общеизвестно, что внутренний мир человека, включающий сознание, волю, ценностно-правовые ориентации, а также его способность к какой-либо деятельности, обнаруживается в его поступках и конкретных результатах работы. Поэтому первым критерием "нормального" профессионального правосознания является сознательное и добровольное соблюдение индивидом норм права. Человек, обладающий "нормальным" правосознанием, не только знает, чему повинуется, но и осознает всю важность и необходимость такого повиновения. Следующим критерием "нормального" правосознания является ряд формальных показателей, а именно: наличие диплома о высшем юридическом образовании, обширные знания в правовой сфере, а также умения и навыки выполнения служебных обязанностей. Но основным критерием является активная жизненная позиция индивида, направленная на реализацию и защиту своих прав, добровольное выполнение обязанностей. Она находит свое воплощение в поступках, направленных на побуждение остальных субъектов права активно пользоваться предоставленными правами и добросовестно исполнять обязанности. Человек с "нормальным" правосознанием будет препятствовать другим субъектам права совершать противоправные действия. Все эти критерии не являются застывшими образованиями, они формируются и предъявляются обществом к носителю правосознания в виде социальных ожиданий. Необходимо признать, что рассмотренные критерии не гарантируют наличие "нормального" правосознания, а обладание последним не влечет за собой автоматического соблюдения индивидом норм права. И то и другое содержат в себе лишь потенциальную возможность индивида быть законопослушным гражданином. Причинами отклонений являются рассмотренные в предыдущей главе факторы детерминации правосознания.

И.А. Ильин в своем труде "О сущности правосознания", используя термин "нормальное правосознание", характеризует его следующим образом:

Таким образом, "нормальное" правосознание - это правосознание, достоверно отражающее правовую реальность. Оно ориентирует своего носителя на воплощение всего того, что заложено в принципах и нормах права, заставляет человека быть социально активным. Выше сказанное позволяет заключить, что деформированное правосознание - это правосознание, так или иначе отличающееся от "нормального". Деформация правосознания подавляет волевой элемент человеческой психики, направленный на добровольное соблюдение правил поведения, а убежденность в разумности и необходимости их сменяется установкой, допускающей пренебрежение правом в целях достижения личных целей. В правосознании происходит смена акцентов от понимания и внутреннего признания права к его формальному знанию и соблюдению. Деформирование элемента признания и соблюдения норм права правосознания приводит к тому, что право как некая объективная данность в сознании индивида теряет статус ценности.

Сегодня в юридической науке в полной мере не сложилось единой классификации форм профессиональной деформации, понимаемых как способы ее внешнего проявления, которые характеризуются различной степенью искажения структурных элементов "нормального" правосознания в отражении правовой действительности. По мнению автора, это вызвано тем, что с течением времени и усложнением общественных отношений появляются все новые и новые виды деформации.

Н.Н. Вопленко выделяет следующие формы профессиональной деформации: правовой нигилизм, правовой инфантилизм или пробельность правосознания, негативно-правовой радикализм, спекулятивно-правовой популизм и нравственно-правовой конформизм <14>.

<14> См.: Вопленко Н.Н. Указ. соч. С. 27.

В.Р. Петров полагает, что в современной России наиболее распространенными формами являются правовой инфантилизм, правовой нигилизм, правовой фетишизм и перерожденное правосознание <15>. Идентичные формы деформации называет М.А. Шерменев <16>.

<15> Петров В.Р. Указ. соч. С. 13.
<16> Шерменев М.А. Деформации профессионального правосознания сотрудников уголовно-исполнительной системы (общеправовой анализ): Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Владимир, 2006. С. 19.

Характерными формами деформации профессионального правосознания П.П. Баранов называет обвинительный уклон, т.е. установка на виновность, своего рода презумпция виновности и презумпция собственной непогрешимости в решении профессиональных вопросов. В основе такой установки лежат, как представляется, ложная идентификация личности и безосновательное присвоение атрибутов выполняемой социальной роли, повышенная самооценка, претензии на безошибочность своих мнений, взглядов, актов, поступков <17>.

<17> См.: Баранов П.П. Профессиональное правосознание работников ОВД / М-во внутр. дел СССР. ВЮЗШ, 1991. С. 84.

Так как описание форм деформации широко представлено в работах перечисленных авторов, поэтому ограничимся их краткой характеристикой.

Правовой нигилизм понимается как неуважительное отношение к праву, закону, законности и правопорядку, выражающееся в осознанном игнорировании правовых требований и отрицании ценности правового регулирования. Это наиболее распространенная форма деформации правосознания.

Правовой инфантилизм заключается в недостаточности или пробельности правовых знаний, которых оказывается недостаточно для успешной профессиональной юридической деятельности. Его проявлением является юридическая неграмотность и непрофессионализм.

Негативно-правовой радикализм, или перерожденческое правосознание, основано на сознательном отрицании закона по мотивам корысти, алчности. Наиболее распространенными формами перерождения являются: совершение должностных преступлений и превращение места работы исключительно в средство нелегального заработка. Это крайняя степень искажения правосознания, при которой поведение человека становится полностью анормальным.

Спекулятивно-правовой популизм выражается в ярко выраженном настрое индивида на подчеркивание исключительной значимости своего отношения к работе и ее результатов, стремясь тем самым укрепить свой социальный и служебный статус. Его проявлением является работа должностного лица исключительно "на публику", выражающаяся в заигрывании с народом, спекулировании на его потребностях с целью приобретения авторитета и в конечном счете личных благ.

Нравственно-правовой конформизм характеризуется формальностью выполнения должностных обязанностей, их пассивностью и безынициативностью. Он выражается в пассивном восприятии правовой действительности, характеризуется стремлением всячески угодить коллегам и начальству, некритическим отношением к результатам своей работы и работе коллег.

Правовой фетишизм, или правовой идеализм, представляет собой гипертрофированное понимание роли права, правовых институтов и юридических средств в осуществлении социально-экономических, политических и иных задач без учета их реальных возможностей. Это безоглядная вера в силу правовых норм, которая находит воплощение в идее, что достаточно те или иные отношения урегулировать с помощью закона, как непременно соответствующие проблемы будут решены.