Мудрый Юрист

Соотношение понятия "особая жестокость" со смежными оценочными категориями

Раджабов Р.М., соискатель Академии управления МВД России.

Острую необходимость в действующем УК РФ вызывает толкование понятия "особая жестокость", принадлежащего к числу тех категорий, которые труднее всего поддаются точному юридическому определению и вызывают наибольшую сложность в установлении ее уголовно-правовых признаков.

Уголовный закон, признавая особую жестокость обстоятельством, оказывающим влияние на содержание и объем ответственности, а также на меру и срок наказания, не назвал критериев, на основании которых особая жестокость может приобрести уголовно-правовой статус, что породило на страницах юридической печати ряд суждений по поводу ее содержания. Так, М.К. Аниянц, С.В. Бородин, Э.Ф. Побегайло связывают особую жестокость с проявлением виновным бессердечности, бесчеловечности, беспощадности, крайней суровости. Однако данное высказывание не является бесспорным. Высказанные же мнения по поводу толкования понятия "особая жестокость" и его приемах настолько расплывчаты и неопределенны, что никак не раскрывают его содержания.

Толкования оценочных категорий и в том числе "особой жестокости", ничего не дающие практике применения уголовно-правовой нормы, вредны своей неопределенностью. Перечисление в законе различных форм жестокости вряд ли что дает для правоприменителя с точки зрения обеспечения правильной квалификации содеянного. Основная причина здесь в том, что как в науке, так и на практике, как правило, не учитывают, что уголовный закон указывает не просто на жестокость, а на особую жестокость, т.е. говорит о проявлении более отрицательных качеств, чем те, которые отнесены в толковых словарях к понятию "жестокость".

К сожалению, в реалиях сегодняшней жизни неправильно или же ошибочно истолковывается смысловой оттенок оценочных категорий представителями правоприменительной деятельности. Так, опрос практических работников (около 200 прокуроров, следователей, судей, адвокатов) уже давно показал, что многие из них (82%) испытывают затруднения при применении норм, содержащих оценочные понятия <1>. В числе последних и исследуемая нами категория "особая жестокость".

<1> См.: Фролов Е.А., Питецкий В.В. Гарантии законности и оценочные понятия в уголовном праве // Советское государство и право. 1979. N 6. С. 88.

Одной из слабо разрешенных в теории уголовного права проблем, требующих незамедлительного разрешения, является проблема соотношения категории особой жестокости со смежными с ней оценочными категориями. Понятие "особая жестокость" является более емким по содержанию в отношении к тождественным формам его проявления - садизм, издевательство, мучения, истязания и включает их в себя.

На сегодняшний день в доктрине уголовного права бытует множество точек зрения, направленных на разрешение рассматриваемых нами проблем. Некоторые авторы <2>, чью позицию мы разделяем, предлагают включить в Общую и Особенную части УК РФ статьи, раскрывающие содержание оценочных признаков. При этом вызывает сомнения мнение тех авторов <3>, которые считают невозможным законодательное разъяснение таких оценочных понятий, как "особая жестокость", "издевательство", "мучения", поскольку, на наш взгляд, первым основополагающим актом при отправлении правосудия по уголовным делам выступает уголовный закон, и наличие в нем четких определений содержания оценочных категорий позволяет обеспечить законность и справедливость реагирования на совершенное преступление и преступника.

<2> См.: Гаухман Л.Д. Нужен новый УК РФ // Законность. 1998. N 7. С. 23.
<3> См.: Константинов П.Ю. Влияние жестокого преступного поведения на уголовную ответственность. СПб., 2002. С. 28.

В современной юридической литературе под особой жестокостью как квалифицирующим признаком состава преступления предлагается понимать совершение преступлений такими способами или средствами, при которых потерпевшему причиняются особые мучения, страдания путем пыток, истязания или имеет место глумление над жертвой. Сюда же относят и совершение преступления способом, который заведомо для виновного связан с причинением потерпевшему особых страданий (нанесение большого количества телесных повреждений, использование мучительно действующего яда, сожжение заживо, длительное лишение пищи, воды и т.д.). Особая жестокость может выражаться и в совершении преступного деяния в присутствии близких потерпевшему лиц, когда виновный сознавал, что своими действиями причиняет им особые психические страдания <4>.

<4> См.: Становский М.Н. Назначение наказания. СПб., 1999. С. 262.

Законодатель, приводя в п. "и" ч. 1 ст. 63 УК РФ перечень проявлений жестокого преступного поведения, связывает "особую жестокость" как со способом посягательства, так и с отдельными категориями, сопутствующими преступному деянию. Подобная характеристика особой жестокости не случайна. Особая жестокость как квалифицирующий признак, характеризующий способ совершения преступления, следует рассматривать в качестве одного из признаков объективной стороны преступления. Вместе с тем не следует забывать и о субъективной стороне преступления, поскольку, если лицо не осознает, что причиняет жертве особые мучения и страдания, особая жестокость как обстоятельство, отягчающее наказание, отсутствует. На это указывает Пленум Верховного Суда РФ в своем Постановлении от 27 января 1999 г. N 1 "О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)", в котором сказано, что для признания убийства совершенным с особой жестокостью необходимо установить, что умыслом виновного охватывалось совершение убийства с особой жестокостью.

Принимая во внимание сказанное, следует признать обоснованным решение Коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ по делу об убийстве Г. Суд справедливо исключил из приговора квалифицирующий признак "особая жестокость", поскольку само по себе нанесение множества телесных повреждений не является основанием для квалификации действий виновного по п. "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Согласно заключению судебно-медицинского эксперта все телесные повреждения в области шеи и грудной клетки причинены потерпевшему в короткое время. Данных о том, что С. испытывал особые мучения и страдания при нанесении ему осужденным ранений в процессе лишения жизни, в деле не имеется. Признак особой жестокости имеет место, если виновный, нанося множество телесных повреждений потерпевшему, осознавал, что причиняет ему особые мучения и страдания. Таких данных в отношении убитого суд не установил. Г. отрицал умысел на их причинение потерпевшему <5>.

<5> БВС РФ. 2004. N 9. С. 27.

В действующем УК РФ предусмотрены наряду с особой жестокостью смежные с ней категории, такие как "садизм", "издевательство", "мучение", "страдания". Закон не дает их законодательного определения. Раскрытие содержания их понятий предусматривалось в подзаконных нормативных актах, в частности после распада СССР - в Правилах судебно-медицинской экспертизы определения тяжести вреда здоровью, утвержденных Приказом Минздрава России от 10 декабря 1996 г. N 407 <6>. Они разграничивали мучения и истязания по характеру действия. Под мучениями в них понималось причинение страданий "путем длительного лишения пищи, питья или тепла либо помещения или оставления жертвы во вредных для здоровья условиях и другие сходные действия".

<6> См.: Медицинская газета. 1997. 21 марта.

Прежде чем приступить к рассмотрению тождественных особой жестокости категорий, необходимо установить этимологическую природу и содержание этих терминов по Толковому словарю русского языка. В толковом словаре русского языка В.И. Даля: "Мука - мучение, страдание, терзание. Мученье - вообще всякое сильное, телесное длительное или духовное страдание либо боль, томление, истязание. Мучить - намеренно причинять физическую боль, душевные, нравственные страдания" <7>. Предельно четкое и полное разъяснение понятия "издевательство" дается в толковом словаре русского языка Д.Н. Ушакова (издевательство - поступок, являющийся надругательством, глумлением или насмешкой над кем-нибудь, чем-нибудь) <8>.

<7> Даль В. Толковый словарь русского языка. Т. 2. М., 1935. С. 370 - 371.
<8> См.: Ушаков Д.Н. Толковый словарь русского языка. Т. 1. М., 1935. С. 1157.

Согласно современной научной литературе проявления мучения, как правило, заключаются в совершении длительных по времени и непрерывных в своей содержательной совокупности умышленных действий, лишающих потерпевшего естественных условий его жизнедеятельности (длительное лишение еды, питья или тепла, помещение или оставление жертвы во вредных для здоровья условиях, например оставление в условиях с повышенным уровнем химических веществ в воздухе, загазованности, запыленности, шумового воздействия, превышающего допустимые нормы, и др.) <9>, в силу этого причиняющие ему физическую боль и душевные страдания. Категорию "мучения" можно интерпретировать и как специфический результат, который испытывает на себе жертва. В этом плане мучения и страдания зачастую употребляются в публикациях как равнозначные категории, характеризующие последствия особой жестокости, применяемые к жертве.

<9> См.: Становский М.Н. Назначение наказания. СПб., 1999. С. 263.

Исходя из того что термин "мучения" может выполнять одновременно и роль действий, и роль результата, явившегося последствием проявления особой жестокости, во избежание тавтологии мы сознательно его трактуем в качестве синонима деяния наряду с таким понятием, как "особая жестокость". В связи с этим, на наш взгляд, вполне обоснованным и потому допустимым является применение его как синонима особой жестокости, а не как отдельного явления наряду с последней.

Применение особой жестокости и мучения как равнозначных в одной и той же статье УК РФ, по нашему мнению, будет способствовать затруднению полной реализации требований законодателя к квалификации содеянного при противодействии совершенным при отягчающих обстоятельствах преступлениям, в числе которых данные оценочные категории. В том и другом случае, когда они имеют место, виновный преследует цель - лишить жизни потерпевшего способом, причиняющим ему физическую боль и душевные страдания. Поэтому нет необходимости отдавать каждому из них предпочтение как формам проявления жестокости по отдельности.

В ряде случаев в действующем УК РФ п. "и" ч. 1 ст. 63 наряду с "особой жестокостью", "мучениями" как однопорядковый использует и термин "издевательство". Под ним в юридической литературе обычно понимают особо циничные действия против личности потерпевшего, выражающиеся в глумлении над ним, унижении его чести и достоинства, причинении ему дополнительных к совершенному преступлению физических и моральных страданий. При этом виновный действует грубо и жестоко <10>.

<10> См.: Кузнецова Н.Ф., Тяжкова И.М. Уголовное право России: Общая часть. М., 2004. С. 536.

Определение содержания категории "издевательство", как и по другим категориям, уже нами рассмотренным, породило в науке ряд бурных дискуссий. Так, С.С. Гаскин, анализируя его содержание, обратил внимание на тот факт, что издевательство рассматривается в качестве отягчающего обстоятельства только в том случае, если оно непосредственно направлено на потерпевшего. При этом издевательство не предполагает особой жестокости <11>.

<11> См.: Гаскин С.С. Отягчающие обстоятельства и их значение для индивидуализации уголовной ответственности и наказания: Автореф. дис. ... к.ю.н. М., 1981. С. 16.

Такую позицию С.С. Гаскина мы считаем спорной. На наш взгляд, издевательство является одним из элементов проявления особой жестокости путем умышленного психического воздействия на жертву и на других лиц, являющихся близкими родственниками потерпевшего, когда виновный осознавал, что своими действиями причиняет им физическую боль и душевные страдания.

В юридической литературе под садизмом предлагают понимать "вид полового извращения, при котором для получения полового удовлетворения необходимо причинить физическую боль партнеру", а также "страсть к жестокостям, истязаниям; упоение чужим страданием, болью" <12>. Однако полагаем, что как обстоятельство, отягчающее наказание, садизм следует понимать более широко. Верно в этой связи отмечает О.Д. Ситковская: "законодатель придал этому понятию более широкий смысл, подчеркнув не патопсихологический аспект (расстройство влечений при половых психопатиях), а особый вид изощренной жестокости, которая выступает в качестве самоцели, ведущего мотива противоправных действий" <13>. Сюда можно отнести и проявление жестокости не только в отношении жертвы преступления, но и по отношению к другим лицам, оказавшимся свидетелями преступления. На наш взгляд, законодатель излишне выделил из признака особой жестокости совершение преступления с садизмом в отношении потерпевшего, поскольку понятие "садизм" также поглощается понятием "особая жестокость".

<12> Большой толковый словарь русского языка / Сост. и гл. ред. С.А. Кузнецов. СПб., 1998. С. 1140.
<13> Ситковская О.Д. Психологический комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. М., 1999. С. 89.

Используя принцип сочетаемости объема содержания перечисленных выше понятий, можно заключить, что садизм, издевательство и мучения могут как самостоятельно, так и в своей совокупности органично составлять содержание не только жестокости, но и особой жестокости, одновременно характеризуя степень ее социальной опасности, которая в уголовном законе приобретает особый правовой статус.

Анализируя сказанное выше, мы пришли к выводу, что категории "садизм", "издевательство", "мучение", "страдания" включают в себя понятие "особая жестокость" и являются различными формами ее проявления. В связи с этим предлагаем из составов преступлений, предусмотренных п. "б" ч. 2 ст. 111 и п. "в" ч. 2 ст. 112 УК РФ, исключить термин "мучение", оставив в них лишь положение "особая жестокость", и представить п. "и" ч. 1 ст. 63 УК РФ в следующей редакции - "совершения преступления с особой жестокостью".