Мудрый Юрист

Слияния и поглощения: имплементация во франции директивы 2004/25/ec европейского парламента и совета от 21 апреля 2004 г. Относительно предложений о поглощении 1 и.в. Гетьман-павлова,

<1> Работа выполнена при поддержке гранта исследовательских проектов 2007 г. факультета права ГУ - ВШЭ.

Гетьман-Павлова И.В., кандидат юридических наук, доцент кафедры международного частного права ГУ - ВШЭ.

Липовцев В.Н., помощник юриста ООО "Компания "Брокеркредитсервис", студент факультета права ГУ - ВШЭ.

Когда в мае 2005 г. французы "прокатили" Европейскую конституцию, страны ЕС смогли в полной мере убедиться, что евроинтеграция перестала быть "французским проектом". Это непосредственно затрагивает и сферу трансграничных слияний и поглощений. Французские власти открыто ужесточили свою политику во всем, что касается уступок партнерам по европейскому бизнесу в их стремлении создавать транснациональные компании за счет покупки иностранных конкурентов. Практика трансграничных M&A наталкивается на очевидное противодействие французского правительства. Как полагает старший экономист лондонского Центра европейских реформ (CER) К. Бариш, "французская реакция... неудивительна. Французские политические элиты озабочены внутриполитической борьбой, а не европейским проектом. Поэтому они не могут идти на конфликт с профсоюзами, которые выступают против любых реформ, угрожающих сохранности французских рабочих мест... Франция не отдаст иностранцам ни одного рабочего места. На ближайшие годы экономическая повестка дня Франции - протекционизм" <2>.

<2> См.: Кокшаров А. Слияния и заграждения // Эксперт. 2006. N 9(503); http://rusref.nm.ru/barriers.htm.

В конце 2005 г. французское правительство совместно с правительством Люксембурга заблокировало попытку британской металлургической компании Mittal Steel приобрести компанию Arcelor (правительство Люксембурга - крупнейший акционер Arcelor). Интересно отметить, что Франция вообще не имеет акций в компании Arcelor. Однако осенью 2005 г. парижские власти с большим одобрением восприняли известие о приобретении телекоммуникационным гигантом France Telecom испанской компании Amena <3>. Незадолго до этого (летом 2005 г.) прошла информация о готовящемся недружественном поглощении компанией PepsiCo компании Danone. Откровенный протекционизм французских властей привел к тому, что к концу 2005 г. Франция практически утратила статус страны с благоприятным инвестиционным климатом в рамках ЕС. В данной ситуации имплементация Директивы 2004/25/EC о предложениях о поглощении <4> во французское законодательство могла предоставить этой стране шанс вернуть такой статус. Одновременно имплементация Директивы должна была гарантировать французским компаниям возможность самозащиты на равных основаниях с иностранными "захватчиками".

<3> Там же.
<4> См.: Directive 2004/25/EC of the European Parliament and of the Council of 21 April 2004 on takeover bids // http://eurlex.europa.eu/. Перевод - Липовцев В.Н.

Законопроект об имплементации Директивы ЕС о поглощениях был опубликован во французских средствах массовой информации в сентябре 2005 г. и сразу же привлек к себе пристальное внимание общественности. В июне 2005 г. (еще до публикации проекта) влиятельная рабочая группа, руководимая Жаном-Франсуа Лепети (бывший председатель Французского комитета по поглощениям), предложила свои рекомендации по вопросу имплементации факультативных положений Директивы. В середине октября 2005 г. Финансовая комиссия Сената опубликовала полный отчет о законопроекте. Законопроект, имплементирующий Директиву о поглощениях, был одобрен французским Сенатом в конце октября 2005 г. В декабре 2005 г. проект получил одобрение нижней палаты парламента Франции <5>. Финальные этапы рассмотрения законопроекта были посвящены оптимизации регулирования защитных механизмов, включая изменения процедуры выдачи варрантов акционерам компании-мишени. Новый Закон о поглощениях вступил в силу в мае 2006 г. <6>. Наравне с имплементирующими положениями Закон предусматривает две новые защитные стратегии, связанные с выпуском варрантов. Для окончательной имплементации Директивы требуется внести необходимые изменения в подзаконные акты, изданные регулирующим органом рынка ценных бумаг Франции (Autorite des marches financiers - АМФ).

<5> Report on implementation of the Directive on takeover bids in France. Freshfields, Bruckhaus, Deringer, 2005 // www.freshfields.com/publications/pdfs. Перевод - Липовцев В.Н.
<6> Update on implementation of the Takeover Directive in France // www.freshfields.com/publications/pdfs. Перевод - Липовцев В.Н.

Правило невмешательства ("ограничение противодействия поглощению", нейтралитет совета директоров - ст. 9 Директивы) представляет собой постзащитную меру. Совет директоров компании-мишени должен получить разрешение общего собрания акционеров на совершение действий, направленных на срыв поглощения. Подобная норма защищает акционеров от "оппортунистических" действий руководства и обеспечивает действительное участие акционеров в решении вопроса о судьбе компании. Французский законодатель фактически без изменений имплементировал положения ст. 9 Директивы. Отдельные предписания, требующие от совета директоров получить разрешение собрания акционеров принимать защитные меры на время действия предложения, действовали во французском праве и до принятия Директивы. Этот момент особо отмечается в Отчете об имплементации Директивы о предложениях о поглощении, утвержденном Комиссией европейских сообществ 21 февраля 2007 г. <7>.

<7> http://ec.europa.eu/internal_market/company/docs/. Перевод - Липовцев В.Н.

В строгом соответствии с положениями Директивы французское регулирование акцентирует внимание на волеизъявлении акционеров компании-мишени. Разрешение общего собрания акционеров требуется для совершения советом директоров любого нестандартного или чрезвычайного действия, которое может повлечь за собой срыв поглощения. Данная норма представляет собой серьезную новеллу французского законодательства и отражает кардинальную перемену действовавшей ранее концепции. До имплементации Директивы АМФ выступал независимым арбитром, в единоличном порядке решавшим, могут ли какие-либо действия, совершенные без одобрения акционеров, привести к срыву поглощения. Кроме того, АМФ (в отличие от совета директоров) при решении вопроса о принятии защитных мер не был обязан принимать во внимание интересы других акционеров. В настоящее время все функции АМФ, касающиеся принятия решения о защитных мерах, переданы акционерам компании-мишени. При этом АМФ располагает полномочиями в определенных случаях заблокировать практически любую защитную меру.

Однако подобное перераспределение функций не означает, что компания может использовать любые защитные меры и никак не ограничена в их выборе. Защитные меры должны быть предложены советом директоров компании-мишени, полномочия которого ограничены "необходимостью действовать в общих интересах компании" (interkt social). Одновременно любое предложение совета директоров, даже если оно впоследствии было одобрено акционерами, должно соответствовать общим требованиям АМФ (прежде всего - общему принципу свободы конкуренции между лицами, осуществляющими поглощение). Во французской доктрине высказывается мнение, что подобное законодательное нововведение на практике приведет к масштабному использованию АМФ его полномочий блокировать защитные меры, невзирая на одобрение таких действий общим собранием акционеров компании-мишени. Такая ситуация уже имела место, причем задолго до вступления в силу нового законодательства о поглощении. В настоящее время господствует точка зрения, что и дальнейшая практика пойдет аналогичным путем, несмотря на легально закрепленные более широкие полномочия общего собрания акционеров.

В Законе о поглощениях содержатся разъяснения по поводу применения действующих положений права Франции о выдаче варрантов акционеров. Варранты могут быть выпущены советом директоров компании-мишени во время действия предложения только с согласия акционеров при условии, что применено правило взаимности. Если это правило не применяется, необходимо получить согласие акционеров во время действия предложения. Выпуск варрантов акционеров признается французским правом, поскольку такие варранты не имеют целью срыв поглощения, но гарантируют, что оференту придется вступить в переговоры с советом директоров компании-мишени. Это, в свою очередь, должно привести к увеличению цены поглощения. Закон содержит перечень условий выпуска таких варрантов. Варранты должны быть выпущены бесплатно, права по ним могут быть исполнены на "особых условиях" (например, с дисконтом), но они не могут устанавливать различные условия для разных оферентов. Нет необходимости делать варранты свободно обращаемыми либо размещать их на бирже. Владельцами варрантов акционеров должны являться все акционеры компании. Дата, на которую составляется реестр акционеров, имеющих право на получение варрантов, не может быть позже даты завершения периода предложения (т.е. публикации результатов оферты).

Варранты могут быть выпущены как во время действия оферты, так и после закрытия предложения, но в любом случае требуется разрешение АМФ. Цель выпуска варрантов после окончания предложения - снижение стоимости выкупленных оферентом акций, число которых увеличивается вследствие осуществления акционерами прав по своим варрантам. Компания-мишень должна раскрыть свое намерение выпустить варранты до завершения предложения, чтобы оферент смог решить, отзывать ли ему свое предложение. Законодательное разрешение на выпуск варрантов во время действия предложения подкрепляется разъясняющими нормами, чтобы дать оференту возможность совершить ответные действия непосредственно во время действия предложения. Кроме права отозвать предложение, оференту разрешено изменять условия оферты во время действия предложения для нейтрализации эффекта выпуска варрантов.

Выпуск варрантов акционеров был предпринят компанией Aventis в качестве одной из защитных мер против недружественного поглощения со стороны компании Sanofi. В процессе поглощения АМФ запретил принимать меры по выдаче варрантов, хотя этот защитный механизм получил одобрение акционеров Aventis. Эти меры были признаны АМФ как не соответствующие действующим регламентам. В настоящее время французский парламент фактически одобрил приемлемость такой защитной тактики.

При прохождении проекта Закона о поглощениях в Сенате были даны разъяснения относительно легитимности выдачи ценных бумаг, привязанных к акциям, белому рыцарю (варрант белого рыцаря <8>). Право компании выпускать варранты белого рыцаря не связано с имплементацией Директивы, так как это право существовало и ранее. Выпуск варрантов в пользу "отдельной категории инвесторов" должен быть одобрен акционерами до направления предложения в адрес компании. В случае направления предложения, в отношении которого действует правило взаимности, совет директоров компании-мишени получает право по своему усмотрению выпустить варранты в пользу одного или нескольких инвесторов, определенных акционерами. Условия выпуска и варрантов акционеров, и варрантов белого рыцаря должны согласовываться директорами и акционерами компании, при этом любые варранты выпускаются на безвозмездной основе. Во французской доктрине отмечается, что на сегодняшний день отсутствует твердая правовая основа, подтверждающая законность применения варрантов белого рыцаря в качестве защитной меры. Уровень правовой неопределенности в отношении варрантов белого рыцаря значительно выше, чем в отношении варрантов акционеров <9>. Основной проблемой является вопрос соответствия выпуска варрантов белого рыцаря общему принципу АМФ - принципу свободной конкуренции между оферентами. В связи с этим необходимо более определенно установить отдельные характеристики варрантов белого рыцаря - например, требуется ли белому рыцарю заявить оферту, чтобы использовать право по варранту, получает ли белый рыцарь варранты с дисконтом.

<8> Белый рыцарь - дружественный потенциальный покупатель акционерной компании. Поиск белого рыцаря и продажа ему компании являются средством борьбы руководства компании против враждебного поглощения // http://www.finam.ru/dictionary/wordf00AFA/default.asp?n=7.
<9> Update on implementation of the Takeover Directive in France.

Согласно новому французскому регулированию ограничения на защитные меры, противодействующие поглощению, могут применяться только в течение периода действия предложения о поглощении. Формально предложение начинается при подаче соответствующего заявления в АМФ, а не с объявления решения сделать предложение. Таким образом, ограничения на действия совета директоров компании-мишени, касающиеся принятия защитных мер, вступают в силу позже, чем, например, в Великобритании или Германии.

В итоге сложилась парадоксальная ситуация: до имплементации Директивы советы директоров французских компаний были обязаны воздерживаться от принятия мер, направленных на срыв поглощения, в отсутствие одобрения акционеров. В настоящее время советы директоров, по существу, имеют право препятствовать поглощениям и без одобрения общего собрания. В соответствии с новым регулированием акционеры каждые 18 месяцев должны уполномочивать руководство принимать защитные меры; однако фактически акционеры утратили возможность немедленной проверки законности таких мер, принятых во время поглощения. Французский законодатель увеличил полномочия руководства компаний по совершению действий, направленных на срыв поглощения, без предварительного одобрения общего собрания акционеров. Такая ситуация может повлечь за собой злоупотребления со стороны руководства в ущерб интересам акционеров. Интересно отметить, что одновременно в Отчете об имплементации Директивы о предложениях о поглощении отмечается: имплементация правила невмешательства во Франции разъяснила и усилила роль акционеров <10>.

<10> http://ec.europa.eu/internal_market/company/docs/takeoverbids/2007-02-report_en.pdf

Правило захвата (breakthrough rule), закрепленное в ст. 11 Директивы, направлено на нейтрализацию предзащитных мер и представляет собой основной инструмент, упрощающий поглощения. Это правило - наиболее эффективный способ, препятствующий применению защитных мер, содержащихся в учредительных документах компании или договорах между акционерами. Государства-участники вправе имплементировать эти нормы или отказаться от их имплементации. Если государство-участник не принимает правило захвата, оно не вправе запретить национальным компаниям на добровольной основе следовать соответствующим предписаниям Директивы.

По предварительным прогнозам, французские власти намеревались императивно закрепить правило захвата. Однако ожидания европейских законодателей не оправдались - Франция отказалась от решения придать предписанию ст. 11 Директивы обязательный характер. Де-юре Франция не имплементировала нормы ст. 11 (правило захвата), хотя прежние положения французского законодательства, почти идентичные положениям этой статьи, продолжают действовать. В результате сняты отдельные законодательные барьеры, и правило захвата применяется, хотя и очень ограниченно. Французский вариант имплементации предоставляет компаниям право применять правило захвата добровольно, но правило взаимности в отношении правила захвата не применяется. Компания, решившая подчиняться нормам о правиле захвата "по собственному усмотрению", должна внести соответствующие поправки в устав и сообщить о своем решении АМФ для целей дальнейшего опубликования. При прохождении законопроекта, имплементирующего Директиву (после одобрения французским Сенатом и непосредственно перед одобрением нижней палатой парламента - октябрь - декабрь 2005 г.), в него были внесены поправки относительно применения правила взаимности по отношению к компаниям, добровольно придерживающимся положений ст. 11 Директивы. Вступивший в силу французский Закон не предусматривает какой-либо компенсации акционерам в случае применения правила захвата на добровольной основе.

Французский законодатель в принципе отказался от имплементации положений ст. 11 Директивы, касающихся ограничения права множественного голоса в течение действия предложения и сразу после его предложения <11>. Французские компании могут предусмотреть в уставе, что акционерам, владеющим именными акциями в течение более двух лет, может быть предоставлено право двойного голоса. При разработке законопроекта французские "двойные" акции не были квалифицированы как акции, предоставляющие множественное право голоса по смыслу Директивы, поэтому соответствующие ограничения не затронули эти ценные бумаги. Французская компания может применять положения ст. 11 Директивы, касающиеся ограничения прав голоса, на добровольной основе. Как и до имплементации Директивы, договорные ограничения на право голоса в обязательном порядке подлежат раскрытию.

<11> См.: Directive 2004/25/EC of the European Parliament and of the Council of 21 April 2004 on takeover bids.

Новое законодательство также предусматривает, что оферент не должен терпеть "неблагоприятные последствия" от запретов на передачу акций, закрепленных в уставе компании, в течение периода действия предложения. Это положение соответствует ранее существовавшим общим требованиям АМФ. Компании вправе занять ту же позицию и в отношении договорных ограничений, заключенных после 21 апреля 2004 г. на добровольной основе. Кроме того, Закон подтверждает ранее действовавшее полномочие АМФ запрещать любое ограничение прав голоса, предусмотренное уставом компании, на первом собрании акционеров после закрытия предложения, в результате которого оферент аккумулировал определенный процент голосов. Общее правило, установленное АМФ, указывает, что необходимым процентом является две трети голосов. Закон позволяет французским компаниям приостановить действие ограничений на право голоса (договорные или уставные) либо ограничений, связанных с правом голоса при избрании совета директоров (уставные) на первом собрании акционеров после закрытия предложения, в результате которого оферент сумел аккумулировать более половины голосов в компании (пороговое значение более 50% установлено АМФ).

Принцип взаимности (право взаимного исключения) сформулирован в ст. 12.3 Директивы: компании, на добровольной основе придерживающиеся принципов захвата и невмешательства, могут отказаться от соблюдения этих правил в отношении компаний, не применяющих принципы захвата и невмешательства. Франция, как и большинство других стран ЕС, разрешила компаниям применять право взаимного исключения в отношении компании-агрессора, не подчиняющегося правилам захвата и нейтралитета совета директоров. Во французском законодательстве, отчасти признававшем правило невмешательства еще до имплементации Директивы, предусматривалось и право на взаимное исключение в целях обеспечения "однородной конкурентной среды" со странами, в которых такое право не действовало. Это предоставляло руководству компаний большую свободу действий для противостояния зарубежным рейдерам. Законопроект имплементации Директивы оправдывал подобный "протекционистский" подход опасением "конкуренции юрисдикций": "Дисбаланс в полномочиях руководства компаний из разных стран во время трансграничных слияний может создать преимущество для тех стран, в которых автономия воли руководства не ограничена. Подобная конкуренция может возникнуть и среди европейских стран... Существует риск, что подобный дисбаланс приведет в конце концов к тому, что место нахождения компании во Франции станет невыгодным и предпочтение будет отдано тем странам, в которых руководство компании имеет более широкие полномочия в контексте слияний и поглощений" <12>.

<12> http://ec.europa.eu/internal_market/company/docs/takeoverbids/2007-02-report_en.pdf

На стадии прохождения законопроекта имплементация правила о взаимном исключении вызвала широкую дискуссию относительно того, как это правило будет работать на практике, особенно в случае конкурирующих предложений из разных стран с различными правовыми режимами. Финансовая комиссия Сената внесла предложения по разрешению данной проблемы. В итоге Закон закрепил положение, рекомендованное группой Лепети: предусматривается неприменение мер, направленных на противодействие защитным механизмам, если предложение сделано "лицами, которые сами либо материнские компании которых не подчиняются французским ограничениям на принятие защитных мер или аналогичным ограничениям" <13>. Таким образом, французский вариант имплементации правила взаимности определяет, что, если хотя бы одним из оферентов (одним из лиц, действующих совместно с оферентом) является лицо, не подчиняющееся ограничениям на принятие защитных мер, этого достаточно, чтобы позволить компании-мишени, не дожидаясь одобрения акционеров, предпринять защитные меры против оферентов (совместно действующих с ними лиц).

<13> Report on implementation of the Directive on takeover bids in France. Freshfields, Bruckhaus, Deringer, 2005.

Законодатель исключил возможность воспользоваться правилом взаимности, если единственным оферентом, не придерживающимся запрета на принятие защитных мер, является лицо, действующее совместно с компанией-целью. Цель этого установления - не позволить получить "несправедливую" выгоду от правила взаимности, предотвратить сговор компании-мишени с "дружелюбным" захватчиком, не подчиняющимся французским ограничениям на установление защитных мер. Одновременно положения Закона не разъясняют, какое именно соглашение способно привести к совместным действиям в отсутствие других соглашений. Очевидно, что на практике возникнут серьезные сложности при доказывании наличия тех или иных соглашений.

Понятие правила взаимности в том виде, в котором оно существует в нынешнем законодательстве Франции, является крайне широким. Например, если оферент подчиняется только отдельным французским ограничениям на защитные меры, компания-мишень не ограничена в выборе защитных мер. Правило взаимности может применяться независимо от причин, по которым оферент не придерживается запрета на защитные меры (в частности, его акции не допущены к торгам на бирже, поэтому он будет считаться не придерживающимся указанного запрета, поскольку не может быть объектом поглощения). Зарубежные (в том числе неевропейские) компании также имеют право на применение правила взаимности, при этом термин "лица" указывает на применение этого правила по отношению не только к акционерным обществам, но и к партнерствам, трастам и иным организациям. В отношении иностранных лиц Закон признает ограничения на защитные меры, только эквивалентные существующим во Франции. Закон не раскрывает содержание понятия "эквивалентные правила" в случае трансграничного поглощения. Любой спор по поводу того, являются ли ограничения эквивалентными, разрешается АМФ. Бремя доказывания эквивалентности правил должно лежать на оференте. Решение АМФ может быть оспорено в Парижском апелляционном суде в течение десяти дней после его принятия. Обычно такие споры рассматриваются в течение четырех - шести месяцев, т.е. спор об эквивалентности ограничений еще больше затянет поглощение. Оспаривание решения АМФ может стать частью защитной стратегии для компании-мишени. В случае предложения со стороны нескольких лиц либо при наличии совместно действующих лиц компания-мишень имеет право применить правило взаимности, если хотя бы одно из указанных лиц не подчиняется правилам, эквивалентным содержащимся в ст. 9 Директивы. Применение этого правила означает его применение против всех оферентов и совместно действующих с ними лиц.

В случае применения правила взаимности любая защитная мера, предпринимаемая компанией-мишенью, должна быть одобрена на общем собрании акционеров не ранее чем за 18 месяцев до направления публичного предложения. Это означает, что, даже если компания действует в соответствии с правилом взаимности, она не может предпринимать защитные меры в отсутствие одобрения акционеров. Скорее всего, такое положение вещей приведет к тому, что компании будут одобрять "стандартные" защитные меры на годовых общих собраниях акционеров в качестве одного из пунктов повестки дня. При этом сложно предсказать, получат ли такие меры одобрение институциональных инвесторов и миноритарных акционеров.

В Отчете Комиссии ЕС 2007 г. отмечается, что имплементация нормы о взаимном исключении во Франции увеличила полномочия руководства компаний по совершению действий, направленных на срыв поглощения, без предварительного одобрения общего собрания акционеров. Подобное "нововведение" противоречит изначальной цели Директивы и скорее затормозит создание единого рынка европейских слияний и поглощений, чем поможет в его развитии. Изменения в национальном праве, произведенные параллельно с имплементацией Директивы (имеются в виду французские варранты акционеров и "варранты белого рыцаря"), также могут замедлить процесс создания единого рынка корпоративного контроля. По мнению Комиссии, основным результатом французского варианта имплементации права на взаимное исключение является то, что это право наделяет руководство новыми полномочиями относительно срыва поглощения, упрощает компаниям процесс освобождения от обязательств соблюдать правила захвата и нейтралитета совета директоров <14>.

<14> http://ec.europa.eu/internal_market/company/docs/take-overbids/2007-02-report_en.pdf

Французский Закон устанавливает новую процедуру, регламентирующую право на принудительный выкуп. Выкуп может быть осуществлен в течение трех месяцев после закрытия предложения по цене предложения, если оферент владеет более чем 95% капитала и прав голоса в компании. В отличие от ранее существовавшей процедуры необязательно, что оферент получил такое количество акций компании именно в результате проведенного предложения. Цена обязательного предложения не должна быть ниже максимальной цены, уплаченной оферентом за акции компании-мишени в течение 12 месяцев до направления предложения. Плата за акции, приобретенные в рамках обязательного предложения, не обязательно должна быть денежной. Оферент вправе объявить принудительный выкуп в течение трех месяцев со дня закрытия оферты по цене этой оферты. Принудительный выкуп может касаться не только акций, но и финансовых инструментов, связанных с акциями. В полномочия АМФ входит одобрение положений публичных предложений, в том числе предложенной цены акций, анализ которой происходит на основе многофакторной методологии определения стоимости. Большинство ранее действовавших положений об обязательном предложении (в том числе исключения из таких предложений) остались неизменными после имплементации Директивы.

В Директиве о поглощениях термин "лица, действующие сообща" (persons acting in concert) понимается как физические или юридические лица, кооперирующиеся с приобретателем или поглощаемой компанией на основании соглашения (явно выраженного или подразумеваемого, устного или письменного), нацеленного либо на получение контроля, либо на срыв поглощения. Подобная конструкция была позаимствована европейским законодателем из английского Кодекса Сити о поглощениях <15>. Французский Закон закрепляет понятие "совместно действующие стороны" и расширяет определение совместных действий - они включают действия на основании любого соглашения, относящегося к поглощению или принятию защитных мер. По сути, это положение не является серьезным нововведением, так как концепция существования соглашения для признания действий совместными действовала и ранее. Однако необходимо подчеркнуть, что в соответствии с новым регулированием финансовые советники не будут являться сторонами, действующими совместно с оферентом.

<15> The City Code on Takeovers and Mergers and The Rules Governing Substantial Acquisitions of Shares // http://www.thetakeoverpanel.org.uk.

Французский законодатель расширил права работников на получение информации. Закон закрепляет обязательство, в соответствии с которым оферент должен направить копию оферты представителям своих работников (ранее он должен был направить копию оферты только представителям работников компании-мишени). При отсутствии представителей работников Закон предполагает установление прямой связи с работниками компании. В Законе также увеличен круг обязательств по раскрытию информации для компаний, акции которых прошли листинг на бирже. Такие компании должны в рамках годового отчета раскрывать всю информацию, которая может сказаться на результате поглощения. Информация должна включать:

  1. Сведения о существенных аспектах смены контроля над компанией.
  2. Сведения о "золотых парашютах", существующих у директоров.
  3. Сведения об особенностях трудовых договоров сотрудников.

После того как летом 2005 г. в процессе поглощения компанией PepsiCo компании Danone выявились серьезные рыночные спекуляции, АМФ получил полномочия требовать от лица, которое намеревается объявить предложение о поглощении, раскрыть эту информацию перед АМФ и опубликовать ее. АМФ имеет право заблокировать предложение, сделанное лицом, предварительно заявившим об отсутствии намерения объявлять предложение. Новый Закон о поглощениях устанавливает обязательства по раскрытию информации о намерении сделать предложение по запросу АМФ ("put up or shut up" - "делай предложение или молчи").

В Отчете Комиссии ЕС 2007 г. отмечалось, что в плане имплементации Директивы о поглощениях в национальное законодательство Франция полностью "уложилась в поставленные сроки". Однако французский Закон предполагает одновременное решение двух полностью противоположных задач - облегчить трансграничные M&A и усилить "защиту" французских компаний от поглощений со стороны иностранных "захватчиков". Специфика имплементации ст. 9, 11 и 12 Директивы во французское законодательство наглядно продемонстрировала, насколько сложно совместить эти две цели на практике. В этом плане чрезвычайно показателен "итало-французский скандал" 2006 г., когда министр экономики Дж. Тремонти даже сравнил политику Франции с ростом протекционизма накануне Первой мировой войны.

В конце февраля 2006 г. итальянская энергетическая компания Enel объявила о планах приобрести франко-бельгийскую компанию Suez (энергетика, водоснабжение и переработка мусора). Когда Enel объявила о своем интересе к активам Suez, французские власти заняли "оборонительную позицию" и заявили о своей "озабоченности". Правительство Франции предпочло вариант слияния Suez с газовой компанией Gas de France, чтобы создать мощную энергетическую компанию, находящуюся во французских руках и имеющую возможность расширяться на рынки других стран. Сделка с Enel могла привести "к потере суверенитета Франции в области энергетики". Именно французское правительство инициировало слияние Suez и Gas de France. Для создания альянса даже внесены изменения в законодательство - теперь минимальная доля правительственного пакета не может быть менее 34% (раньше по французским законам в энергетических компаниях правительство должно было владеть не менее 70% акций). Поскольку в случае слияния Gas de France и Suez правительственная доля оказалась меньше 70%, то Закон переписали специально под эту сделку. Объединенная GdF-Suez должна иметь оборот в 88 млрд. долл. и стать второй крупнейшей энергетической компанией Европы после германского концерна Eon. Альянс GdF-Suez вызвал резкие протесты правительства Италии и итальянских деловых кругов <16>.

<16> См.: Кокшаров А. Указ. соч.