Мудрый Юрист

Новая редакция УПК РФ о сроках предварительного расследования и содержания обвиняемых под стражей

Лариса Курочкина, кандидат юридических наук.

7 сентября 2007 г. начали действовать нормы Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК), по-новому определяющие порядок и сроки продления предварительного следствия и дознания по уголовному делу, а также содержания под стражей лиц, обвиняемых в совершении преступления. Одновременно с этим у дознавателей, следователей, прокуроров и судей возникли проблемы в применении отдельных положений УПК в их новой редакции, несовершенство которых вскоре стало очевидным. Несовершенными оказались и нормы Федерального закона Российской Федерации от 3 декабря 2007 г. N 323, которым установлена другая редакция ч. 5 ст. 39, а также внесены изменения в ч. 2 ст. 109 и ч. 4 и ч. 5 ст. 162 УПК. По нашему мнению, многие вызванные несовершенством уголовно-процессуального закона проблемы требуют разрешения как законодательным путем, так и посредством получения разъяснений Верховного Суда Российской Федерации относительно применения названных и других норм УПК. В настоящей статье нами предпринята попытка обосновать этот вывод.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 162 УПК РФ предварительное следствие должно быть окончено в двухмесячный срок. Он может быть продлен руководителем следственного органа до трех месяцев, а по уголовному делу, представляющему особую сложность, руководителем следственного органа по субъекту Российской Федерации - до двенадцати месяцев. В исключительных случаях Председатель Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации или руководитель следственного органа федерального органа исполнительной власти вправе продлить срок предварительного следствия свыше двенадцати месяцев (ч. ч. 4, 5 ст. 162 УПК).

В прежней редакции УПК срок предварительного следствия по уголовному делу также был установлен в пределах двух месяцев. В то же время его продление до шести месяцев производил прокурор района, города и его заместитель, до двенадцати месяцев - прокурор субъекта Российской Федерации и его заместитель, а дальнейшее продление осуществлялось Генеральным прокурором Российской Федерации и его заместителем. Поэтому есть определенные основания считать, что передача законодателем функции контроля за сроками следствия по уголовным делам, находящимся в производстве более трех месяцев, должностным лицам на уровне субъектов Российской Федерации свидетельствует об особом внимании государства к проблеме соблюдения этих сроков.

Практика показывает, что уголовные дела, предварительное следствие по которым окончено в течение трех месяцев, встречаются редко. Объясняется это как большими временными затратами на собирание изобличающих обвиняемого в преступлении доказательств, исследование его личности, проверку доводов обвиняемого об обстоятельствах происшедшего, а также на ознакомление обвиняемого с делом, направление дела прокурору и в суд в срок, достаточный для того, чтобы последний имел возможность принять решение о наличии или отсутствии оснований для дальнейшего применения заключения под стражу на судебных стадиях производства по делу (п. 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 22 марта 2005 г. N 4-П). Изложенное означает, что должностные лица следственных органов на уровне субъектов Российской Федерации контролируют производство предварительного следствия практически по всем уголовным делам. Большое их количество дает повод сомневаться в тщательности проверки материалов каждого уголовного дела и обоснованности продления сроков предварительного следствия по ним.

Учитывая различную степень сложности уголовных дел, полагаем, что сроки предварительного следствия должны быть разграничены в зависимости от тяжести преступлений, в связи с которыми возбуждены эти дела. В частности, максимальный срок следствия по уголовным делам о преступлениях небольшой и средней тяжести не должен превышать шести месяцев. К уголовным делам, действительно представляющим особую сложность, требующим большего срока производства по ним, следует отнести дела о тяжких и особо тяжких преступлениях, следствие по которым не может быть окончено в течение шести месяцев.

Известно, что сроки дознания по уголовному делу короче сроков предварительного следствия. Дознание производится в течение 30 суток со дня возбуждения уголовного дела. Этот срок может быть продлен прокурором на 30 суток, а в необходимых случаях и до шести месяцев, а в исключительных случаях - прокурором субъекта Федерации до двенадцати месяцев (ч. ч. 2 - 5 ст. 223 УПК). В прежней редакции УПК срок дознания составлял 20 суток, но он мог быть продлен прокурором еще не более чем на десять суток. При невозможности окончить дознание в указанный срок прокурор в соответствии с ч. 4 ст. 150 УПК вправе был передать уголовное дело для производства предварительного следствия, срок которого, в свою очередь, не мог превышать шести месяцев.

Как видим, в настоящее время сроки дознания по уголовному делу увеличены в два раза. Причем произошло это тогда, когда Европейский суд по правам человека уже удовлетворил не одну жалобу граждан Российской Федерации на слишком длительное производство по уголовным делам в отношении их. В связи с этим представляется, что такое увеличение срока дознания законодателем не является обоснованным. Не секрет, что зачастую медлительность в его осуществлении обусловлена не сложностью уголовных дел, обвиняемые по которым содержатся под стражей, а плохой организацией дознания (впрочем, как и предварительного следствия), бездействием дознавателей, допускающих волокиту в работе по находящимся в их производстве делам.

Напомним, что дознание производится по уголовным делам о преступлениях небольшой и средней тяжести. Срок давности привлечения к уголовной ответственности за преступления небольшой тяжести составляет два года (ст. 78 УК). Теперь представим, что дознание по такому делу производится двенадцать месяцев, после чего уголовное дело должно еще быть рассмотрено мировым судьей, а приговор вступить в законную силу. Если на приговор суда поданы апелляционная, а затем кассационная жалобы, они также должны быть рассмотрены судами соответствующих инстанций. Следовательно, к моменту вступления приговора в законную силу сроки давности привлечения лица к уголовной ответственности за такое преступление могут истечь. Естественно, возникают вопросы: 1) каков коэффициент полезного действия дознавателя и иных должностных лиц государства, принимавших участие в производстве по такому делу; 2) каким образом при этом обеспечивается защита прав обвиняемого.

Допустим, что лицо обвиняется в покушении на тайное хищение чужого имущества (ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 158 УК). Обвиняемый при этом является гражданином другого государства, не имеющим постоянного места жительства в России. Он содержится под стражей, вину свою признал полностью, в содеянном раскаялся, по окончании ознакомления с материалами уголовного дела ходатайствовал о рассмотрении его дела в особом порядке судебного разбирательства. Суд, согласившись с этим и признав лицо виновным в совершении преступления, обязан назначить ему наказание, которое в соответствии с требованиями ст. 66 УК и ст. 316 УПК не может превышать одного года лишения свободы. В такой ситуации осужденный, содержавшийся под стражей в течение двенадцати месяцев дознания, а затем рассмотрения уголовного дела судом, подлежит немедленному освобождению из-под стражи в зале суда в связи с полным отбытием им наказания.

Все изложенное дает нам основание считать, что максимальные сроки дознания по уголовному делу должны быть сокращены до шести месяцев.

Основания и порядок избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, продления срока содержания под стражей не зависят от того, ведется ли по делу предварительное следствие или дознание. На это нам указывает содержание норм, изложенных в ст. ст. 97, 99, 108, 109, 110 УПК. Заключение под стражу как мера пресечения избирается судом при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый, обвиняемый скроется от органов предварительного расследования, продолжит заниматься преступной деятельностью, станет угрожать иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожит доказательства или иным путем будет препятствовать производству по уголовному делу. Учитываются также тяжесть преступления, сведения о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства. Европейский суд по правам человека в своих решениях к таким обстоятельствам также относит обоснованность подозрения или обвинения лица в совершении преступления (решение по делу "Кляхин против Российской Федерации" от 30 ноября 2004 г.).

В соответствии с ч. 1 ст. 109 УПК содержание под стражей при расследовании преступлений не может превышать двух месяцев. Если за это время невозможно закончить предварительное следствие и не отпали основания заключения под стражу, указанный срок может быть продлен до шести месяцев. Дальнейшее его продление до двенадцати месяцев осуществляется лишь в отношении обвиняемых по делам о тяжких и особо тяжких преступлениях, представляющих особую сложность (ч. 2 ст. 109 УПК). В отношении лиц, обвиняемых в совершении особо тяжких преступлений, в исключительных случаях срок содержания под стражей может быть продлен до восемнадцати месяцев. Дальнейшее его продление не допускается (ч. ч. 3, 4 ст. 109 УПК). Таким образом, длительность срока содержания обвиняемого под стражей определяется: а) наличием в производстве дознавателя, следователя уголовного дела; б) уровнем сложности расследования; в) отсутствием оснований для изменения или отмены избранной меры пресечения.

После 7 сентября 2007 г. количество рассмотренных судом ходатайств следователей и дознавателей об избрании в отношении подозреваемого, обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу, о продлении срока содержания под стражей увеличилось в несколько раз. Объясняется это не только ростом преступности, но и тем, что в досудебном производстве по уголовному делу продление сроков дознания и предварительного следствия и, соответственно, сроков содержания обвиняемых под стражей стало правилом.

С учетом того что начало течения срока предварительного расследования и срок содержания обвиняемого под стражей не всегда совпадают, представляется целесообразным следующее. Во-первых, срок содержания под стражей (если избрана эта мера пресечения) не может превышать срока предварительного следствия или дознания. Если дознание, например, должно быть произведено в течение тридцати суток, то только на этот срок лицо, в отношении которого оно ведется, и может быть заключено под стражу, но не на два месяца (как определено в ч. 1 ст. 109 УПК). Соответственно, избирающий рассматриваемую меру пресечения дознаватель и должен указать в ходатайстве перед судом срок (29 дней, 30 дней), в течение которого он считает целесообразным содержать лицо под стражей, а также дату его истечения. Аналогичным образом должен поступать и следователь. До истечения дня первоначального срока дознания (30 дней) или предварительного следствия (два месяца), соответствующего дню истечения избранного ранее срока содержания обвиняемого под стражей, дознаватель или следователь обязаны входить с ходатайством о продлении этих сроков в установленном порядке, если в этом имеется необходимость.

В соответствии с ч. 4 ст. 108 УПК постановление дознавателя, следователя о возбуждении ходатайства об избрании в отношении лица меры пресечения в виде заключения под стражу рассматривается единолично судьей районного суда с участием подозреваемого или обвиняемого, прокурора, а также защитника, если он участвует в деле. В судебном заседании вправе участвовать законный представитель несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого, следователь, дознаватель. Неявка без уважительных причин сторон, своевременно извещенных о времени судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения ходатайства, за исключением неявки обвиняемого. Иными словами, ходатайство следователя, дознавателя может быть рассмотрено судьей с участием одного лишь подозреваемого, обвиняемого.

Генеральный прокурор Российской Федерации требует от подчиненных прокуроров обеспечить их участие в каждом случае рассмотрения судом ходатайства дознавателя, следователя в ходе предварительного расследования уголовного дела (п. 16 Приказа от 6 сентября 2007 г. N 137 "Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов дознания", п. 1.5 Приказа от 6 сентября 2007 г. N 136 "Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия"). Обязательное участие прокурора и защитника в судебном заседании при рассмотрении ходатайства следователя (дознавателя), как и при рассмотрении уголовного дела по существу, - необходимое условие соблюдения в уголовном судопроизводстве конституционного принципа состязательности и равноправия сторон. На дознавателя, следователя такая обязанность, к сожалению, не возложена. По нашему мнению, участие в судебном заседании следователя, возбудившего ходатайство об избрании меры пресечения в виде заключения лица под стражу или о продлении срока содержания под стражей, иного ходатайства, должно быть обязательным. В противном случае непонятно, на кого возлагается обязанность обосновывать перед судом ходатайство об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и опровергать возражения против ее применения.

Как справедливо отмечает А.Г. Халиулин, участвующий в судебном заседании прокурор обязан излагать суду свое мнение (возможно, отличающееся от мнения следователя и его руководителя), руководствуясь лишь требованиями закона <1>. Если прокурор высказывает в судебном заседании такое мнение, то на него не может быть возложена обязанность обосновывать ходатайство следователя о заключении подозреваемого, обвиняемого под стражу. Это означает, что если следователь возбуждает данное ходатайство перед судом, согласовав его с руководителем следственного органа (а не с прокурором, как раньше), то он обязан поддерживать его и в судебном заседании.

<1> Халиулин А.Г. Полномочия прокурора по надзору за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия // Законность. 2007. N 9.