Мудрый Юрист

Пенальный конфликт в системе детерминации пенитенциарного преступного поведения осужденных

Уваров И., доцент Академии ФСИН России, кандидат юридических наук.

Преступному поведению в местах лишения свободы посвящено большое количество публикаций, и прежде всего ненаучных. Это привело к довольно тенденциозному пониманию такого явления, как пенитенциарное насилие. К великому сожалению, огромное количество работ специалистов различных отраслей знаний, посвященных этой проблеме, не приблизили к доктринальному пониманию данного явления. Анализ последних диссертационных исследований это подтверждает <1>.

<1> См., напр.: Казакова Е.Н. Психологические аспекты изучения мотивации агрессивного поведения женщин, осужденных к лишению свободы: Автореф. дис. ... канд. психолог. наук. Рязань, 1999; Еремкин М.П. Криминологическая характеристика и профилактика насильственных преступлений, совершаемых осужденными в отношении персонала исправительных колоний: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Рязань, 2002; Петрова А.Б. Психологические аспекты агрессивного поведения несовершеннолетних правонарушителей в условиях изоляции: Автореф. дис. ... канд. психолог. наук. Рязань, 2003; Богачевская Е.А. Криминальное насилие лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Рязань, 2005 и др.

Сложность проблемы заключается в том, что к обоснованию насилия, равно как и насильственной преступности в местах лишения свободы, авторы подходили по-разному, прежде всего с позиции внутренних противоречий, связанных с концентрацией в одном месте значительного количества лиц, обладающих определенным криминальным опытом. Другой крайностью является определение в качестве основной детерминанты наличия так называемой криминальной субкультуры. Это обстоятельство занимает ведущее место в системе понимания детерминации пенитенциарного насилия.

Многолетняя практика применения наказания в виде лишения свободы свидетельствует о том, что насильственные проявления являются неотъемлемым условием принудительной изоляции. По замечанию Я.И. Гилинского: "Насилие - в различных его проявлениях - неотъемлемая составляющая (элемент) общественного бытия" <2>. Пенитенциарное сообщество не является исключением.

<2> Гилинский Я.И. Криминология. Теория, история, эмпирическая база, социальный контроль. СПб., 2002. С. 172.

Основную массу правонарушений в местах лишения свободы составляют так называемые насильственные проступки, они же представляют наибольшую общественную опасность, прежде всего в том, что являются питательной средой для насильственных преступлений. Имеющие место корыстные посягательства тоже содержат весьма специфический, насильственный оттенок - порождаются насилием либо являются его причиной <3>. Основой для таких посягательств являются определенные противоречия, возникающие в системе взаимоотношений между различными субъектами исполнения уголовных наказаний.

<3> Такой методологический подход позволяет считать, что все насильственные преступления осужденных носят ярко выраженный корыстный характер. Совершая насильственное преступление против представителей администрации либо для защиты своей чести и достоинства, осужденный повышает свой неформальный (да, пожалуй, и формальный) статус. Повышение статуса в пенитенциарном сообществе сопряжено с максимально возможным в условиях изоляции получением материальных и нематериальных благ. Если же исходить из того минимума, который предоставляет осужденному действующее уголовно-исполнительное законодательство, такие блага могут играть решающую роль в выборе осужденным характера поведения.

В криминологической литературе в качестве обстоятельств, детерминирующих пенитенциарное насилие, принято выделять так называемый пенитенциарный конфликт <4>. Большое количество проведенных исследований не дают однозначного ответа на вопрос, "каково реальное влияние конфликта на преступное поведение осужденных" и "каково его пенитенциарное содержание". Без уяснения этих концептуальных положений невозможно определить детерминирующее значение пенитенциарного конфликта.

<4> Пенитенциарная преступность: сущность и актуальные проблемы предупреждения / Под общ. ред. Ю.И. Калинина. Владимир, 2005. С. 42.

Анализ специальной литературы по этому вопросу позволяет определить как минимум три точки зрения.

Первая группа авторов полагает, что конфликт лежит в системе негативных свойств и качеств личности осужденных. Находясь в местах лишения свободы, они, продолжая свою противоправную деятельность, демонстрируют устойчивость личностных антиобщественных установок <5>.

<5> См., напр.: Мокрецов А.И. Психология личностных взаимоотношений осужденных в ИТУ // Социологические и социально-психологические проблемы отбывания наказания. М., 1982; Игнатенко В.И. Основы предупреждения антиобщественного образа жизни и рецидива преступлений несовершеннолетних (криминологические и пенитенциарные проблемы): Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1993.

Вторая группа авторов определяет конфликт как причину насильственных преступлений межличностных противоречий, имеющих место в пенитенциарном сообществе <6>.

<6> См., напр.: Усс А.В. Конфликты между осужденными, сопровождающиеся насильственными посягательствами: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Томск, 1980; Буянов А.О. Предупреждение насилия в среде осужденных к лишению свободы: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1996; Сухов А.Н. Психология криминогенного общения в среде осужденных: Автореф. дис. ... д-ра психолог. наук. Л., 1991; и др.

Третья группа авторов обосновывает конфликт как совокупность противоречий между "формальными" и "неформальными" нормами поведения, имеющих распространение в местах лишения свободы <7>.

<7> См., напр.: Костюк М.Ф. Уголовно-правовые и криминологические проблемы борьбы с преступностью в исправительных учреждениях: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2000; Яковлев Н.А. Тюремная (пенитенциарная) субкультура как криминогенный фактор и перспективы нейтрализации ее негативного влияния: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Рязань, 2006; и др.

По нашему мнению, конфликт, как причина пенитенциарного насилия, имеет весьма специфические характеристики. Прежде всего здесь нужно говорить о "конфликтности" самого наказания в виде лишения свободы. Это продиктовано тем, что изоляция как форма существования человека противоестественна. По этому поводу можно процитировать К.Д. Ушинского: "Стремление к свободе - врожденное чувство человека, и это чувство рождается только как отрицание стеснения свободы" <8>. И было бы несправедливо следовать примеру отдельных исследователей, утверждая, что нежелание осужденного отбывать наказание в виде лишения свободы продиктовано его негативными свойствами и качествами. Сами условия мест лишения свободы и примененное государством наказание вызывают так называемые протестные чувства осужденного. Они-то и лежат в основе противоречий, связанных с наказанием, создавая условия для пенального конфликта.

<8> Ушинский К.Д. Человек как предмет воспитания. Опыт педагогической антропологии // Избранные труды. М., 1961. С. 295.

Мы предлагаем под пенальным конфликтом понимать совокупность противоречий, объективно возникающих между государством и лицом, совершившим преступление. Такой конфликт не появляется внезапно, а начинает свое существование с момента совершения преступления. Поэтому его генезис может быть условно разделен на несколько стадий.

Первая стадия условно может быть охарактеризована как допенитенциарная. Лицо, совершившее преступление, уже находится в конфликте с законом и обществом. В то же время в силу возможной латентности государство в лице специально уполномоченных органов не всегда своевременно реагирует на конкретные факты преступного поведения. В зависимости от конкретных обстоятельств дела и иных сопутствующих факторов эта стадия может иметь довольно продолжительные временные границы. Ее отличительным признаком является отсутствие "остроты" таких противоречий. Возможное наказание за содеянное выступает в качестве некой абстракции. Оно не носит для лица, преступившего закон, конкретный, личный характер.

Непосредственно на этой стадии и может проявиться весь негативный характер принудительной изоляции. Пенальный конфликт для лица, оказавшегося в изоляции, приобретает определенные материальные формы. Следствием его является формирование дополнительных обстоятельств, детерминирующих совершение конкретных преступлений в местах лишения свободы.

Вторая стадия - пенитенциарная, которая заключается в непосредственной изоляции от общества лица, совершившего преступление. Здесь противоречия имеют личный характер, и все тяготы изоляции лицо испытывает, что называется, на себе. Временные границы здесь могут быть определены несколькими обстоятельствами и субъектами их регулирования. В идеале эта стадия должна содержать два основных этапа:

  1. время нахождения в заключении (под стражей) - на период предварительного следствия, здесь лицо еще не является осужденным. Но условия его содержания в полном объеме могут расцениваться как лишение свободы. Субъектом его применения является следователь, прокурор, судья. Субъектом исполнения - администрация следственного изолятора;
  2. время, непосредственно определяемое как отбывание наказания, - здесь подозреваемый становится осужденным. Субъект применения - суд. Субъект исполнения - администрация конкретного исправительного учреждения.

Непосредственно на этой стадии и может проявиться весь негативный характер принудительной изоляции. Пенальный конфликт для лица, оказавшегося в изоляции, приобретает определенные материальные формы. Следствием его является формирование дополнительных обстоятельств, детерминирующих совершение конкретных преступлений в местах лишения свободы.

Третья стадия - постпенитенциарная. Несмотря на то что лицо уже не находится в юридической (фактической) изоляции от общества, в то же время статус судимого накладывает определенный отпечаток на характер его взаимоотношений с окружающими <9>. Осужденный, находясь в местах лишения свободы, предвидит негативное отношение к нему общества и после освобождения. Результатом такого "предвидения" может стать новое преступление, целью которого будет продление срока пребывания в местах лишения свободы.

<9> В литературе такое состояние личности предлагают называть "квазиизоляция", т.е. "фактическая" - в рамках "предправового" поля (см.: Бессараб Н.Р. Изоляция личности как правовая категория: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2005. С. 6, 9).

Таким образом, необходимо констатировать, что лицо, к которому применено уголовное наказание в виде лишения свободы, объективно находится в конфликте с государством. Следовательно, в основе противоречий, имеющих место в пенитенциарных учреждениях, лежит противоречивость такого наказания, как лишение свободы.

С другой стороны, изолировав осужденных от общества, государство фактически создало новое социальное образование, сообщество осужденных. Довольно большое количество людей вынужденно находится в замкнутом пространстве длительный промежуток времени. Это, безусловно, может приводить к различного рода конфликтным ситуациям, которые могут заканчиваться насильственными посягательствами. Эта тенденция прослеживается и в общеуголовной насильственной преступности в нашей стране. Согласно официальным данным, более половины всех насильственных преступлений совершается на почве бытовых конфликтов. Исправительные учреждения не являются исключением. "Большинство тяжких преступлений против личности обусловлено конфликтным взаимодействием осужденных на межличностном уровне" <10>. "Характерной особенностью таких преступлений является то, что они, как правило, совершаются на бытовой почве, их спецификой является также мотивация преступного поведения, в тесной взаимосвязи с которой находится ситуационный фактор, т.е. влияние конкретной жизненной ситуации, сложившейся на почве совместного отбывания лишения свободы осужденными" <11>. Здесь необходимо отметить, что многие исследователи утверждают, что среди причин пенитенциарного насилия следует называть наличие так называемых неформальных норм, существующих в местах лишения свободы. По утверждению Г.Ф. Хохрякова: "Преобладающее число преступлений, совершаемых осужденными, - это применение неформальных санкций за нарушение тюремных законов (73%)" <12>. Согласно другим исследованиям, "69% всех преступлений в исправительно-трудовых учреждениях тем или иным образом связаны с соблюдением антиобщественных обычаев и традиций" <13>, а В.М. Быстрых приводит другую цифру - 72,7% <14>.

<10> Метельский П.С. Криминологическая характеристика и предупреждение тяжких преступлений против личности, совершаемых в местах лишения свободы: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1992. С. 11.
<11> Брызгалов И.В. Насильственные преступления, совершаемые в исправительно-трудовых колониях и их профилактика: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Киев, 1984. С. 13.
<12> Хохряков Г.Ф. Парадоксы тюрьмы (проблемы, дискуссии, предложения). М., 1991. С. 87.
<13> Анисимков В.М. Антиобщественные традиции и обычаи "преступного мира" среди осужденных в местах лишения свободы и проблемы борьбы с ним: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1991. С. 12.
<14> Быстрых В.М. Социально-правовая характеристика неправомерного поведения осужденных в ИТУ. Рязань, 1987. С. 54.

На первый взгляд, может сложиться впечатление, что здесь наблюдается противоречие в результатах проведенных исследований. Однако это не совсем так. Даже бытовое насилие в местах лишения свободы носит специфический характер, обусловленный пенальным конфликтом. Любой осужденный, создающий определенные "неудобства" как причину конфликта, автоматически ставит себя в положение потенциальной жертвы. Находясь в изоляции, человек субъективно отрицает свое положение, но реально изменить его он не может. Накапливающаяся в нем агрессия требует выхода. И здесь прав Г.Ф. Хохряков, говоря о том, что насилие применяется в случаях нарушения "тюремных законов". Они, эти законы, призваны упорядочить систему взаимоотношений внутри пенитенциарного сообщества. Поэтому преступное поведение выступает в качестве реакции осужденных на различного рода раздражители. Конфликт, особенно бытовой, есть его крайняя форма. "Крайность" формы противоречия обуславливает и "крайнюю форму" реакции на него - преступное поведение. Поэтому авторы, утверждающие, что пенитенциарное насилие детерминировано наличием "неформальных норм" поведения, фактически подтверждают их бытовой характер. Дело в том, что в условиях свободы к такого рода реагированию на бытовой конфликт человек может прибегать только в случае особого состояния (традиционно в нашей стране это алкогольное опьянение). В местах лишения свободы насилие является единственно приемлемой, с позиции пенитенциарного сообщества, формой реагирования на конфликт.

Анализируя содержание противоречий, связанных с наказанием в виде лишения свободы, и имеющих место насильственных посягательств осужденных, Ю.М. Антонян приходит к закономерному выводу: "...такое поведение нельзя назвать цивилизованным, но в условиях лишения свободы оно находит одобрение у очень многих преступников" <15>. Далее развивая эту мысль, автор предлагает рассматривать пенитенциарное насилие с двух взаимосвязанных между собой сторон: необходимости и целесообразности.

<15> Антонян Ю.М., Бойко И.Б., Верещагин В.А. Насилие среди осужденных. М., 1994. С. 9.

Оба эти аспекта связаны с детерминирующим такое поведение противоречивым характером наказания в виде лишения свободы. Где необходимость насилия обусловлена попыткой осужденных компенсировать все, что было ими утеряно в связи с лишением свободы, а целесообразность - может свидетельствовать о наличии у осужденного чувства собственного достоинства <16>.

<16> Там же.

Таким образом, истоки пенитенциарного насилия (как и всей пенитенциарной преступности) лежат в противоречивости наказания в виде лишения свободы. Противоречивость наказания порождает специфический вид конфликта - пенальный, который, в свою очередь, детерминирует целую систему конфликтов, имеющих отношение к принудительной изоляции в местах лишения свободы: допенитенциарный, пенитенциарный и постпенитенциарный.