Мудрый Юрист

О прекращении договора возмездного оказания услуг

Санникова Лариса Владимировна, доктор юридических наук, старший научный сотрудник Института государства и права РАН.

Основная специфика расторжения договора возмездного оказания услуг заключается в предоставлении сторонам права на односторонний отказ от его исполнения. В цивилистической доктрине не подвергается сомнению положение о том, что односторонний отказ от исполнения договора является способом расторжения договора <1>. Как справедливо отмечает М.И. Брагинский, "ГК и иные правовые акты широко используют наряду с "изменением" и "расторжением" еще один термин - "отказ (односторонний отказ) от исполнения" <2>.

<1> Гражданское право: В 2 т. Том II. Полутом I: Учебник / Отв. ред. проф. Е.А. Суханов. М., 1999. С. 189.

КонсультантПлюс: примечание.

Монография М.И. Брагинского, В.В. Витрянского "Договорное право. Общие положения" (Книга 1) включена в информационный банк согласно публикации - Статут, 2001 (издание 3-е, стереотипное).

<2> Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право: Общие положения. М., 1997. С. 348.

Однако в судебной практике рассматривался вопрос о соотношении категорий "односторонний отказ от исполнения договора" и "расторжение договора" применительно к договору возмездного оказания услуг. Так, ООО "СпектрГрупп" обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ООО "Лейер" о взыскании суммы задолженности по договору, предметом которого является оказание исполнителем (ответчиком) услуг, включающих комплексную и детальную разработку фирменного стиля и других объектов рекламы. Решением Арбитражного суда г. Москвы в удовлетворении исковых требований ООО "СпектрГрупп" отказано. Не согласившись с принятым решением, ООО "СпектрГрупп" в апелляционной жалобе просило отменить это решение, ссылаясь на необоснованность выводов арбитражного суда первой инстанции об отсутствии в деле доказательств отказа истца от исполнения договора, поскольку ответчик дважды письменно подтвердил отказ от исполнения обязательств.

Из материалов дела следует, что первым письмом истец уведомил ответчика об отказе от подписания актов сдачи-приемки работ. Предложение о расторжении договора в указанном письме не содержалось, в нем указывалось лишь о том, что идут переговоры о расторжении договора по соглашению сторон. Следующим письмом от 25.07.2006 истец уведомил ответчика о расторжении договора и потребовал возврата на расчетный счет денежных средств.

Апелляционный суд в своем постановлении по данному делу указал, что Гражданский кодекс РФ разграничивает понятия "расторжение договора" и "отказ от исполнения договора". Возможность одностороннего отказа от исполнения договора возмездного оказания услуг предусмотрена ст. 782 ГК РФ, однако законом не предусмотрена возможность расторжения договора возмездного оказания услуг, если такое условие не предусмотрено самим договором. По мнению арбитражного апелляционного суда, истец вторым письмом предложил ответчику расторгнуть договор, а не известил об отказе от исполнения договора. Не были признаны обоснованными и доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что односторонний отказ от договора является одним из способов расторжения, поскольку вопросы исполнения обязательства, в том числе и одностороннего отказа от исполнения обязательств, регулируются гл. 22 ГК РФ, вопросы же изменения и расторжения договора гл. 29 ГК РФ <3>.

<3> См.: Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14 февраля 2007 г. по делу N 09АП-185/2007-ГК.

С позицией, занятой арбитражным апелляционным судом, трудно согласиться. Согласно п. 3 ст. 450 ГК РФ в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным. Направляя письмо с требованием о расторжении договора, истец тем самым выразил свою волю на отказ от исполнения данного договора.

В ст. 782 ГК РФ устанавливается внесудебный порядок расторжения договора возмездного оказания услуг. Заинтересованная сторона своими действиями, а именно отказом от исполнения договора, создает правовые последствия, заключающиеся в расторжении данного договора. Очевидно, что обращения в суд с требованием о расторжении договора здесь не требуется. Судебная практика подтверждает данный вывод.

Так, истец обратился в арбитражный суд с иском о расторжении договора на оказание аудиторских и консультационных услуг и о взыскании суммы, уплаченной им во исполнение обязательств по договору (за вычетом стоимости оказанных ответчиком услуг). Удовлетворяя исковые требования о расторжении договора, суд первой инстанции исходил из того, что аудиторские услуги не оказаны по вине исполнителя, вследствие чего выполнение данного обязательства поручено третьему лицу и необходимость в продолжении деятельности по его выполнению ответчиком отпала.

По мнению суда кассационной инстанции, в данном случае к отношениям сторон подлежал применению п. 1 ст. 782 ГК РФ, в соответствии с которым заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов. Поскольку истец направил письмо об отказе от исполнения договора и факт его получения ответчик не оспаривал, у суда отсутствовали правовые основания для расторжения договора <4>.

<4> Комментарий судебно-арбитражной практики. Выпуск 11. М., 2004.

В решении по делу N А40-54858/05-85-466 Арбитражный суд г. Москвы отказал в удовлетворении исковых требований о расторжении договора возмездного оказания услуг в судебном порядке, так как признал данный договор расторгнутым в соответствии с п. 1 ст. 782 ГК РФ на основании заявления истца об отказе от исполнения договора, выраженном в его письме <5>.

<5> См.: решение Арбитражного суда г. Москвы от 3 мая 2006 г. N А40-54858/05-85-466.

Право на односторонний отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг и для заказчика, и для исполнителя носит безусловный характер, так как оно не оговаривается в законе какими-либо уважительными причинами. В ст. 782 ГК РФ не установлены основания, по которым такой отказ допускается.

Аналогичное правило содержится и в п. 2 ст. 977 ГК РФ: доверитель вправе отменить поручение, а поверенный отказаться от него во всякое время. Однако возможность одностороннего прекращения договора поручения обусловлена его фидуциарным характером. В отличие от договора поручения договор возмездного оказания услуг не является фидуциарным, поэтому обоснованность предоставления сторонам, особенно услугодателю, безусловного права на односторонний отказ от исполнения договора вызывает сомнения.

На целесообразность ограничения права услугодателя на односторонний отказ от исполнения отдельных видов договоров возмездного оказания услуг указывается в Определении Конституционного Суда РФ от 6 июня 2002 г. N 115-О <6>: "Обязательность заключения публичного договора, каковым является договор о предоставлении платных медицинских услуг, при наличии возможности предоставить соответствующие услуги означает и недопустимость одностороннего отказа исполнителя от исполнения обязательств по договору, если у него имеется возможность исполнить свои обязательства (предоставить лицу соответствующие услуги), поскольку в противном случае требование закона об обязательном заключении договора лишалось бы какого бы то ни было смысла и правового значения".

<6> Вестник Конституционного Суда РФ. 2003. N 1.

Позиция Конституционного Суда РФ о недопустимости одностороннего отказа исполнителя (услугодателя) от исполнения публичного договора, не обусловленного невозможностью его исполнения, не вызывает возражений. Она нашла поддержку и в цивилистической литературе <7>.

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) (под ред. О.Н. Садикова) включен в информационный банк согласно публикации - КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2006 (издание пятое, исправленное и дополненное с использованием судебно-арбитражной практики).

<7> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Отв. ред. О.Н. Садиков. М., 1998. С. 347; Шаблова Е.Г. Гражданско-правовое регулирование отношений возмездного оказания услуг: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Екатеринбург, 2003. С. 41.

Однако признание договора об оказании платных медицинских услуг публичным не соответствует действующему законодательству. В ст. 426 ГК РФ в качестве субъекта публичного договора указана коммерческая организация. Платные медицинские услуги согласно Правилам предоставления платных медицинских услуг населению медицинскими учреждениями, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 13 января 1996 г. N 27 <8>, оказываются, как правило, медицинскими учреждениями. Учреждения являются организационно-правовой формой некоммерческих организаций (ст. 120 ГК РФ). Следовательно, по формальному признаку, а именно субъектному составу, договор об оказании медицинских услуг не может быть признан публичным. При этом не вызывает сомнений необходимость расширения субъектного состава публичного договора <9>. Для этого требуется заменить в п. 1 ст. 426 ГК РФ слова "коммерческие организации" на слова "коммерческие и некоммерческие организации".

<8> СЗ РФ. 1996. N 3. Ст. 194.
<9> См.: Кванина В.В. Высшее учебное заведение как субъект права: проблемы частного и публичного права: Монография. Челябинск, 2004. С. 217; Мищенко Е.А. Публичный договор в российском гражданском праве: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2004. С. 8; Санникова Л.В. Услуги в гражданском праве России. С. 81.

Для решения вопроса о допустимости применения положения п. 2 ст. 782 ГК РФ ко всем типам обязательств об оказании услуг принципиальное значение имеет иное положение, содержащееся в определении Конституционного Суда РФ, а именно "специфика отношений по оказанию медицинских услуг, обусловленная их непосредственной связью с такими благами, как жизнь и здоровье, требует установления в рамках специального регулирования более детальных правил, регламентирующих предоставление гражданам медицинской помощи в различных формах". Представляется, что данное положение может быть в полной мере отнесено и к обязательствам об оказании образовательных услуг.

Таким образом, правовая позиция Конституционного Суда РФ о недопустимости одностороннего отказа услугодателя от исполнения публичного договора нуждается в законодательном закреплении. В связи с этим представляется целесообразным законодательно ограничить право на односторонний отказ услугодателей от исполнения обязательств, возникающих из публичных договоров возмездного оказания услуг, путем дополнения части второй ст. 782 ГК РФ словами: "за исключением случаев, когда договор возмездного оказания услуг является публичным договором". Кроме того, в законах, содержащих правовое регулирование отдельных видов договоров возмездного оказания услуг, являющихся по своей правовой природе публичными договорами, следует в интересах потребителей услуг закрепить исчерпывающий перечень оснований расторжения данных договоров по инициативе услугодателя.

Следует особо отметить важность установления подобных ограничений именно в законе. Попытки сторон закрепить в договоре возмездного оказания услуг те или иные положения, ограничивающие право контрагентов на односторонний отказ от его исполнения, не получили поддержки в практике арбитражных судов.

Так, в договоре на оказание охранных услуг предусматривалось, что его стороны вправе расторгнуть договор досрочно, но при этом заинтересованная сторона должна письменно уведомить об этом другую сторону за 15 дней до дня расторжения договора. Рассмотрев дело, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о том, что данное положение договора не подлежит применению, так как не соответствует п. 1 ст. 782 ГК РФ. При этом было указано, что п. 1 ст. 782 ГК РФ не предусматривает ограничения права заказчика на односторонний отказ от исполнения договора, в том числе и в виде обязанности заблаговременного извещения исполнителя о намерении прекратить договорные отношения <10>.

<10> См.: Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16 апреля 2007 г. по делу N 09АП-4341/2007-ГК.

В Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда по делу N 09АП-17274/2006-ГК на основании ст. 168 ГК РФ признан ничтожным как противоречащей п. 1 ст. 782 ГК РФ особый порядок расторжения договора возмездного оказания гостиничных услуг, предусматривающий уведомление истца не менее чем за один месяц.

Для реализации права на односторонний отказ от исполнения обязательств об оказании услуг важное значение имеет и вопрос о том, когда возможен такой отказ: в любое время или только до наступления срока исполнения обязательств по договору. В литературе нет единства мнений по этому вопросу.

По мнению Т.Л. Левшиной, "хотя в статье не говорится о времени, в течение которого стороны могут отказаться от исполнения договора, представляется, что отказ возможен в любое время как до начала оказания услуги... так и в любое время ее оказания до завершения..." <11>. Аналогичную позицию занимает и М.В. Кротов <12>.

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) (под ред. О.Н. Садикова) включен в информационный банк согласно публикации - КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2006 (издание пятое, исправленное и дополненное с использованием судебно-арбитражной практики).

<11> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Отв. ред. О.Н. Садиков. М., 1998. С. 346.
<12> См.: Гражданское право. Учебник. Часть II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 1997. С. 546.

Прямо противоположное суждение у А.Ю. Кабалкина: "Едва ли можно сомневаться в том, что отказ каждой из сторон от исполнения возможен лишь до момента наступления срока исполнения соответствующих обязательств" <13>. К этому же выводу приходит и В.А. Кабатов <14>.

<13> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй / Под ред. проф. Т.Е. Абовой и А.Ю. Кабалкина. С. 471.
<14> См.: Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая. Текст, комментарии, алфавитно-предметный указатель / Под ред. О.М. Козырь, А.Л. Маковского, С.А. Хохлова. С. 396.

Представляется, что решение данного вопроса тесно увязано с имущественными последствиями, возлагаемыми на отказавшуюся сторону. Если отказ исходит от услугодателя, то он обязан возместить убытки в полном объеме. Обязанность по возмещению убытков у него возникает по общему правилу и в случае неисполнения обязательства. Следовательно, с точки зрения имущественных последствий не имеет значения, когда отказался услугодатель от исполнения своих обязательств до или после наступления срока их исполнения.

Иная ситуация возникает с заказчиком. Как справедливо отмечает В.А. Кабатов, возможна коллизия при применении п. 2 ст. 781 и п. 1 ст. 782 ГК РФ: "При невозможности исполнения по вине заказчика услуги подлежат оплате в полном объеме (п. 2 ст. 781), а при отказе заказчика от исполнения договора им оплачиваются исполнителю фактически понесенные исполнителем затраты (п. 1 ст. 782). Анализ содержания названных статей позволяет сделать вывод, что односторонний отказ от исполнения может быть осуществлен только до наступления срока исполнения обязательств по договору" <15>.

<15> Там же. С. 396.

Трудности в применении п. 1 ст. 782 ГК РФ могут возникнуть и в том случае, если действия услугодателя по оказанию услуги будут носить длящийся характер. Согласно п. 1 ст. 782 ГК РФ при отказе от исполнения обязательства заказчик обязан возместить только фактически понесенные расходы услугодателя. При этом в ней прямо не предусматривается оплата заказчиком услуг, оказанных ему до момента его отказа от исполнения обязательства, хотя право услугодателя на нее не вызывает сомнений. Отметим, что стоимость услуг не может быть включена в фактически понесенные расходы услугодателя, так как в стоимость услуг помимо фактических расходов на их оказание включается и прибыль последнего. Исходя из этого, можно прийти к выводу о том, что отказ заказчика возможен только до наступления срока исполнения обязательства.

Однако приведенные выше случаи носят частный характер и не являются достаточными для общего вывода о недопустимости отказа заказчика от исполнения обязательства до наступления срока его исполнения. Представляется, что заказчик вправе отказаться от исполнения обязательства как до момента оказания услуг, так и в процессе их оказания. Но при этом следует законодательно закрепить обязанность заказчика по возмещению услугодателю не только фактически понесенных расходов, но и стоимости уже оказанных услуг, если это не противоречит существу обязательства.

Именно по этому пути идет и судебная практика. Так, по делу N А40-27939/02-20-160 суд кассационной инстанции счел, что, поскольку ЗАО "Артур Андерсен" исполнило свои обязательства только в части, суд правомерно взыскал с него сумму, уплаченную ЗАО "Балтийский Банк" за оказание услуг, с ВЫЧЕТОМ СТОИМОСТИ ФАКТИЧЕСКИ ИСПОЛНЕННОГО (выделено автором. - Л.С.) <16>.

<16> Комментарий судебно-арбитражной практики. Выпуск 11. М., 2004.

При определении размера фактически понесенных расходов следует учитывать, что в их состав включаются не только расходы, которые понес услугодатель в связи с уже оказанными услугами, но и те, которые он понес в счет еще не оказанных услуг (информационное письмо Президиума ВАС РФ от 21 декабря 2005 г. N 104 "Обзор практики применения арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о некоторых основаниях прекращения обязательств" <17>).

<17> Вестник ВАС РФ. 2006. N 4.

При установлении последствий, вызванных односторонним отказом от исполнения договора, законодатель явно отошел от принципа равенства сторон, так как заказчик услуги должен возместить лишь фактически понесенные расходы, в то время как услугодатель - убытки в полном объеме. Для Е.Г. Шабловой "неясно, по какой причине в упомянутой выше ситуации заказчика-предпринимателя надо объявлять "слабой стороной обязательства" и проявлять в отношении его "такую меру заботливости" <18>.

<18> Шаблова Е.Г. Гражданско-правовое регулирование отношений возмездного оказания услуг. Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Екатеринбург, 2003. С. 40 - 41.

Представляется, что особая защита заказчика услуг обусловливается спецификой его правового положения. В обязательствах возмездного оказания услуг заказчики практически всегда выступают в качестве потребителей в широком значении данного понятия ввиду отсутствия у них специальных знаний и навыков в той или иной сфере услуг. Это относится не только к гражданам, но и к индивидуальным предпринимателям и к юридическим лицам, так как последние вынуждены обращаться к услугодателю из-за невозможности удовлетворить потребности в определенных услугах собственными силами, прежде всего из-за отсутствия соответствующих специалистов. С этой точки зрения позиция законодателя выглядит верной.

В теории гражданского права выделяются и так называемые специальные случаи прекращения договора. По мнению М.И. Брагинского, "специальными случаями прекращения договора" можно назвать ситуации, при которых утрачивают свою силу при наличии указанных в законе обстоятельств обязательства, составляющие содержание договора" <19>. К таким специальным случаям следует отнести прекращение обязательства невозможностью исполнения (ст. 416 ГК РФ).

КонсультантПлюс: примечание.

Монография М.И. Брагинского, В.В. Витрянского "Договорное право. Общие положения" (Книга 1) включена в информационный банк согласно публикации - Статут, 2001 (издание 3-е, стереотипное).

<19> Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. С. 359.

Ситуации, когда возникает невозможность исполнения обязательства возмездного оказания услуг, довольно распространены на практике, так как одним из существенных признаков услуги как объекта имущественного оборота является негарантированность ее результата. В гл. 39 "Возмездное оказание услуг" ГК РФ регламентируются лишь правовые последствия, возникающие вследствие невозможности исполнения обязательства возмездного оказания услуг (п. 2 и п. 3 ст. 781 ГК РФ).

В п. 2 ст. 781 ГК РФ устанавливается, по существу, ответственность заказчика за нарушение обязательства: при невозможности исполнения, возникшей по вине заказчика, последний должен оплатить услуги исполнителю (услугодателю) в полном объеме.

В п. 3 ст. 781 ГК РФ речь идет о распределении между сторонами негативных последствий, возникших вследствие невозможности исполнения обязательства. Риск невозможности исполнения обязательства по обстоятельствам, за которые не отвечает ни одна из сторон, возлагается на заказчика, так как он обязан по общему правилу возместить исполнителю (услугодателю) фактически понесенные им расходы.

По мнению М.В. Кротова, и в первом, и во втором случаях на заказчика услуги возлагается риск недостижения результата. Он объясняет это тем, что "в силу самого характера услуги достижение результата не гарантируется, а потому, заключая соответствующий договор, услугополучатель заранее знает, на что он идет, т.е. принимает риск на себя" <20>.

<20> Гражданское право. Учебник. Часть II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 1997. С. 546.

С этим утверждением трудно согласиться, так как при таком подходе существенно ущемляются интересы услугополучателя. В целях обеспечения интересов последнего предлагается закрепить презумпцию гарантированности достижения результата услуги. Данная презумпция может быть опровергнута путем прямого указания в законе или в договоре на то, что услугодатель не гарантирует достижения результата. Следовательно, когда услугодатель по объективным причинам не может гарантировать услугополучателю достижение результата, он должен предупредить об этом заказчика услуги и отразить это в договоре.

Как уже отмечалось выше, заказчик услуги выступает в обязательстве возмездного оказания услуг в качестве потребителя. Следовательно, заказчик услуг в лице не только гражданина, но и участника предпринимательской деятельности не обладает необходимыми познаниями, чтобы оценить степень риска недостижения результата при оказании услуг. Этим могут воспользоваться недобросовестные услугодатели, обещая лишь на словах достижение того или иного результата. Данная уловка довольно часто используется в рекламных кампаниях.

Более обоснованным представляется переложить риск невозможности достижения результата услуг на услугодателя. При этом следует предоставить сторонам возможность иначе распределить риск недостижения результата в договоре, возложив его на заказчика услуги.