Мудрый Юрист

Система сдержек и противовесов как регулятор стабильности уголовного судопроизводства

Смирнова И.Г., доцент кафедры уголовного процесса и криминалистики Байкальского государственного университета экономики и права (г. Иркутск), кандидат юридических наук.

Особенностью российского уголовного судопроизводства является то, что в сфере уголовного преследования наиболее ярко проявляется принцип разделения властей, который обеспечивается системой сдержек и противовесов, реализуемой в том числе и в деятельности Конституционного Суда РФ. Такое положение позволяет с точки зрения философского типа правопонимания обеспечить стабильный характер уголовного процесса.

В течение всего периода развития правовой мысли особое внимание и юристами, и философами уделялось вопросу организации государственной власти, принципам и законам ее распределения между государственными органами, значению права и закона в жизни государства и общества <1>. Об этом писали Н. Макиавелли, Ш.Л. Монтескье, В.С. Соловьев и многие другие. Однако, учитывая особенности, присущие организации государственной власти в Российской Федерации в условиях реформируемого российского законодательства, данный вопрос по-прежнему не утратил своей актуальности.

<1> См.: Об истории развития представлений об организации судебной власти см., напр.: Ершов В. Признание нормативных правовых актов противоречащими Конституции РФ и федеральным законам: теория вопроса // Российская юстиция. 2003. N 4. С. 6.

Конституция РФ (ст. 10) закрепляет принцип разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную, которые являются самостоятельными. Такое разделение предполагает ограничение деятельности одной ветви власти другой, их взаимное уравновешивание, предотвращение монополизации власти каким-либо одним институтом государства путем действия системы сдержек и противовесов.

В свое время Ш.Л. Монтескье, обосновывая идею разделения властей, отмечал: "Все погибло бы, если бы в одном и том же лице или учреждении, составленном из сановников, из дворян или из простых людей, были соединены эти три власти: власть создавать законы, власть претворять в исполнение постановления общегосударственного характера и власть судить преступления и тяжбы частных лиц" <2>.

КонсультантПлюс: примечание.

Статья И.А. Полянского, В.В. Комаровой "Реализация принципа разделения властей в РФ" включена в информационный банк согласно публикации - "Государственная власть и местное самоуправление", 2001, N 1.

<2> Цит. по: Полянский И.А., Комарова В.В. Реализация принципа разделения властей в РФ // Юрист. 2000. N 12. С. 2.

Давая оценку рассматриваемому принципу, четвертый Президент США Д. Мэдисон писал: "Если имеется принцип в нашей конституции, в любой демократической конституции, более священный, чем остальные, это принцип, который разделяет законодательные, исполнительные и судебные полномочия" <3>.

<3> Цит. по: Баренбойм П. Никсон против США (1993 г.). К вопросу о доктрине разделения властей // Российская юстиция. 1995. N 10. С. 53.

Теория разделения властей признана в настоящее время во многих демократических странах. Однако, как справедливо подчеркивает Н.А. Гаганова, принцип разделения властей строго соблюдается только в условиях классической президентской республики, поэтому данный принцип необходимо дополнить идеей субсидиарности, которая предполагает:

  1. Недопустимость вторжения в компетенцию других (властных) субъектов.
  2. Недопустимость контроля деятельности субъектов "своего" уровня.
  3. Обязанность субъектов одного уровня обеспечивать друг другу помощь и поддержку <4>.
<4> См.: Гаганова Н.А. Концепция разделения властей и идея субсидиарности // Государство и право. 2003. N 3. С. 88 - 91.

Таким образом, идея субсидиарности исходит из того, что следует разделить, с одной стороны, государственные институты, принимающие решение о применении силы, но не обладающие ею; с другой стороны, государственные институты, которые обладают таковой, но, напротив, не имеют власти принимать решение о применении силы. Наиболее ярко идея субсидиарности, дополняющая принцип разделения властей, проявляется в уголовном судопроизводстве в форме судебного контроля: УПК РФ (ст. 29) наделил суды правом принимать решения об ограничении конституционных прав и свобод участников уголовно-процессуальной деятельности, но не предоставил им полномочий по исполнению судебных решений, возложив их на органы уголовного преследования.

Принцип разделения властей конкретизируется и в иных положениях Конституции РФ, закрепляющих статус Президента РФ, Федерального Собрания, Правительства РФ, а также судов. Последние, по мнению Н.А. Колоколова, должны стать непреодолимым барьером на пути произвола органов следствия и оперативных служб <5>. Действительно, можно выделить два типа организации судебной власти: иерархический и паритетный. Первый предполагает принцип подчинения судебной власти - государственной и органам, ее осуществляющим. Напротив, паритетный тип организации судебной власти обеспечивает горизонтальный характер отношений судов с другими властными структурами, что, в свою очередь, предполагает возможность их взаимодействия, а также контроль судебных органов над другими ветвями государственной власти <6>.

<5> См.: Колоколов Н.А. Судебный контроль в стадии предварительного расследования: реальность, перспективы // Государство и право. 1998. N 11. С. 31.
<6> См.: Воскобитова Л.А. Механизм реализации судебной власти посредством уголовного судопроизводства: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2004. С. 21.

Только такой тип организации судебной власти в системе разделения властей обеспечит реализацию основных функций права: ценностной (ценностно-ориентационной), воспитательной и информационной <7>.

<7> См.: Михеев Р.И. Функции и задачи права в XXI столетии (теоретико-методологические проблемы правопонимания, законотворчества и правоприменения) / Под ред. Н.М. Худякова. Хабаровск, 2001. С. 4 - 7.

Особую динамику принципу разделения властей придает система сдержек и противовесов, позволяющая "в случае необходимости изменить баланс сил для сохранения стабильности и демократических основ государственного устройства" <8>. Ранее в условиях абсолютных монархий и существования тоталитарных государств суды были поставлены в условия полного подчинения воле законодателя в один ряд с органами исполнительной власти. Однако в последующем встал вопрос о возможностях судебной власти ограничивать произвол законодателя <9>. В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия" <10> судам общей юрисдикции были предоставлены широкие полномочия во всех необходимых случаях применять Конституцию РФ в качестве акта прямого действия.

<8> Судебная власть / Под ред. И.Л. Петрухина. М., 2003. С. 29.
<9> См.: Там же. С. 13 - 27.
<10> См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. N 8 "О практике применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия" // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996. N 1.

В сфере уголовного судопроизводства полномочия судов по реализации системы сдержек и противовесов проявляются не только в деятельности судов общей юрисдикции. Со времени развития Ш.Л. Монтескье идеи разделения властей у судов появилась еще одна, ранее неизвестная функция: функция конституционного контроля. Так, "предоставление судам права признавать недействительными и отменять нормы органов власти и управления кардинально меняет роль суда. Он перестал быть органом разрешения индивидуальных споров, его компетенция распространяется на нормотворчество... При этом авторитет суда в определенном смысле поднимается выше авторитета другого властного органа, поскольку суд может отменить решение этого органа, а тот не может отменить решение суда" <11>.

<11> Судебная власть / Под ред. И.Л. Петрухина. М., 2003. С. 9 - 20.

Таким образом, указанные особенности взаимодействия трех составляющих системы общества: власти законодательной, власти исполнительной и власти судебной - предопределяют особый характер уголовного судопроизводства.

В этой связи как нельзя более уместно вспомнить существование философского типа правопонимания, ориентированного на познание сущности права как особого социального явления. Действительно, согласно одному из социальных законов различные явления приспосабливаются друг к другу <12>. Развивая данную теорию, Б.А. Осипян при анализе права как системы совершенно обоснованно отмечал: "...проблемы статики и динамики права и законодательства не составляют альтернативы, поскольку без постоянного равномерного совершенствования законодательства и его приспособления к изменяющимся условиям жизни невозможно сохранить стабильность" <13>.

<12> См.: Тард Г. Социальные законы / Пер. с фр. О. Шипулинского. СПб., 1901. С. 5 - 7.
<13> Цит. по: Осипян Б.А. Идея саморазвивающейся правовой системы // Журнал российского права. 2004. N 4. С. 73 - 74.