Мудрый Юрист

Смерть как основание прекращения правоспособности: сравнительный анализ права России и США *

<*> Panichkin V.B. Death as the termination basis of capacity: the comparative analysis of the right of Russia and the USA.

Паничкин Вячеслав Борисович, старший преподаватель Новокузнецкого филиала-института Кемеровского государственного университета, адвокат.

В статье в сравнении двух правовых систем рассматриваются проблемы определения смерти человека как единственного основания утраты им правоспособности в пограничных терминальных состояниях в условиях прогресса медицинских технологий. Доказывается необходимость правового решения этих проблем с учетом неотвратимости научного прогресса.

Ключевые слова: граждане, правоспособность, прекращение правоспособности, смерть, момент смерти.

In the article in comparison of two legal systems problems of definition of death of the person as unique basis of loss by it the capacity in boundary terminal conditions in the conditions of progress of medical technologies are considered. It is proved neobho-dimost the legal decision of these problems taking into account inevitability of scientific progress.

Key words: citizens, capacity, the termination of capacity, death, the death moment.

Вопрос определения момента смерти как границы существования правоспособности человека заслуживает самого глубокого анализа, так как он связан с совершенствованием тех положений законодательства, которые регламентируют правовой статус физических лиц, и с учетом развития медицинских технологий требует новых подходов к решению традиционных правовых проблем.

Еще римляне говорили: "Mortis momentum est ultimum vitae momentum" - "Момент смерти есть последний момент жизни", и признавали, что обладать правами можно, лишь будучи живым. В современных системах романо-германского и общего права основанием прекращения правоспособности является только смерть <1> (в т.ч. признание судом умершим, которого мы в статье касаться не будем).

<1> Прежде и в общем, и в русском праве главным основанием прекращения правоспособности и открытия наследства являлась смерть наследодателя, на момент которой определялся состав наследства и круг наследников. Дополнительным основанием в общем праве был отъезд за границу в случае невозвращения (что было актуально при крестовых походах), а в России до 1917 г. пострижение в монахи (см.: Пострижением в монашество открывается наследование как по закону, так и по завещанию // Юридическая газета. 1898. N 75. С. 1 - 2; Мухин В.Ф. О праве наследования монашествующих // Изд. Ред. комис. по сост. Гражд. улож. СПб., 1899) и лишение всех прав состояния (гражданская казнь политических преступников) (см.: Дело о наследстве политического преступника Дмитрия Лизогуба // Судебная газета. 1884. N 24. Суд. хрон. С. 8; К вопросу о порядке наследования в имуществе лиц, лишенных прав состояния // Судебная газета. 1892. N 29. С. 2 - 3. См. также: Сибирский вестник. 1892. N 94. Перед. ст.; Мухин В.Ф. К вопросу о наследовании в имуществе ссыльных // Изд. Ред. комис. по сост. Гражд. улож. СПб., 1899).

Утверждение, что "определение момента рождения и смерти не составляет предмета юридической науки, поскольку речь идет о чисто физиологических понятиях" <2>, глубоко ошибочно, поскольку эти моменты определяют границы не только физиологического существования, но и правовой жизни каждого человека как самостоятельного и полноправного субъекта права. Так, смерть влечет ряд правовых последствий, в т.ч. открытие наследства (ст. 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), повторяющая ст. 528 ГК РСФСР 1964 г. <3> и п. 2 ст. 153 Основ гражданского законодательства СССР и республик 1991 г. <4>). А поэтому вопрос момента смерти человека нуждается в юридическом анализе, причем с учетом достижений медицинской науки в нем нуждается не столько правовое положение умерших, сколько лиц живых, но находящихся в пограничных состояниях: предагональном, агонии и клинической смерти, а также в состоянии криогенеза. Для этого существуют две предпосылки: развитие трансплантологии с приданием особой актуальности вопросу об определении момента наступления смерти и появление медицинских средств, позволяющих продлевать на длительный срок жизнь смертельно (терминально) больных путем подключения соответствующих аппаратов <5> и криогенного замораживания.

<2> См.: Михеев Р.И. Пути научного сотрудничества юристов и медиков на рубеже столетия: Мат-лы конференции "Медицина и право". М., 1999.
<3> ВВС РСФСР. 1964. N 24. Ст. 405.
<4> Утв. Верховным Советом СССР 31 мая 1991 г. N 2211-1 // ВВС СССР. 1991. N 26. Ст. 733.
<5> Эти проблемы с глубокими нравственно-философскими аспектами стали объектом пристального изучения и обсуждения юристов, медиков и широкой общественности. Так, в 1983 г. Всемирная медицинская ассамблея приняла Декларацию о терминальном состоянии (см.: Островская И.В. Медицинская этика: Сб. док. М., 2001. С. 48), а Парламентская Ассамблея Совета Европы 25 июня 1999 г. приняла Рекомендации N 14/8 о защите прав человека и достоинства терминально больных и умирающих. См.: Проблема прав тяжелобольных и умирающих в отечественном и зарубежном законодательствах. М., 2002. С. 57.

Занимающийся проблемами последнего американский ученый Бенджамин Бэст, на наш взгляд, справедливо пишет: "Хотя существует обоснованная правовая необходимость обозначить четкую границу между жизнью и смертью, с биологической и физиологической точек зрения правильнее говорить о непрерывном диапазоне состояний, а не о простой дихотомии. Сознание постоянно развивается, проходя через стадии эмбриона, плода, ребенка, взрослого, и может постепенно деградировать из-за неврологических заболеваний. После остановки сердца структура мозга разрушается в течение нескольких часов или дней со скоростью, зависящей от температуры" <6>. По его словам, "умирание - это процесс, который начинается, а не заканчивается, когда сердцебиение и циркуляция крови прекращаются. Длительность клинической смерти при высокой температуре, после которой составляющая личность человека информация в мозгу теряется, может составлять несколько часов".

<6> Best Benjamin P. Scientific Justification of Cryonics Practice (Rejuvenation Research) // URL: http://translated.by/you/scientific-justification-of-cryonics-practice/into-ru (20.10.2009).

Попутно отметим, что доводы ряда юристов, например А.В. Чуева в его проекте N 292316-3 Федерального закона "О внесении дополнения в ст. 17 ГК РФ", о том, что, "исходя из содержания правоспособности <...> с физической смертью человека, жизнь его в правовом смысле не прекращается", т.к. "могут наличествовать завещания, могут наличествовать договоры", закрепленные законом авторские права на созданные им произведения науки, литературы и искусства <7>, не нашли поддержки ни среди цивилистов, ни в Правительстве. Так, Совет при Президенте России по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства 28 апреля 2003 г. счел сомнительным сформулированное в проекте предложение о признании правоспособности, а стало быть, и правосубъектности за умершими гражданами как не вызванное никакой практической потребностью и влекущее массу осложнений <8>.

<7> См.: Нотариус. 2004. N 2. С. 46.
<8> Коренной пересмотр института завещания и статуса душеприказчика (из исполнителя последней воли завещателя он превратится в представителя (поверенного) завещателя, реализующего указания завещателя по поводу передачи его имущества наследникам, само завещание превращается в разновидность договора поручения, а наследники становятся одаряемыми, которые путем принятия наследства заключают с наследодателем после его смерти договор дарения через поверенного - душеприказчика. На завещателя же после открытия наследства придется оформлять опеку, так как, будучи субъектом права, он явно не сможет обладать дееспособностью. Наконец, это ставит умерших граждан в неравное положение в зависимости от того, оставили они завещание или нет, что недопустимо. URL: http://www.privlaw.ru/old/zakl2804032.rtf (24 октября 2009 г.)).

Но вот само определение момента смерти в правовых системах разных стран, например России и США, различается, в связи с чем необходим сравнительный анализ.

Содержащий понятие смерти § 1-107 Единообразного наследственного кодекса (Uniform Probate Code; U.P.C.) <9> основан на Единообразном законе об определении смерти (Uniform Determination of Death Act): смерть наступает в момент бесповоротного прекращения кровообращения, дыхания и всех функций мозга. Таким образом, закон связывает смерть с необратимой гибелью мозга и однозначным наступлением биологической смерти, т.е. прекращением биологической деятельности в клетках и тканях организма.

<9> См.: Uniform Laws Annotated. Vol. 8. Part 2: Estate, Probate and Related Laws. St. Paul, Minn.: West Group, 1998.

Надо сказать, что в США сложилась коллизия между вышеуказанными актами и позицией авторитетных комиссий медиков, выработавших Гарвардские (1968 г.) <10>, Миннесотские (1971 г.) <11> критерии смерти мозга, а также критерии Президентской комиссии 1981 г. <12> и Американской академии неврологии 2007 г. <13>. Все они основаны на неврологической оценке смерти, приравнивающей смерть мозга к смерти человека. Смерть же мозга согласно определению одного из авторитетных знатоков данной проблемы А. Уолкера, данному в 1988 г., - это полная и необратимая утрата всех его функций, ятрогенное состояние, возникшее в связи с развитием методов оживления и поддержания основных витальных функций, характеризующееся отсутствием поступления крови в сосуды мозга, т.е. погибшим считается индивидуум с бьющимся сердцем и искусственной вентиляцией легких <14>. Поскольку не доказано иное, доказательством момента смерти в США являются данные свидетельства о смерти (death certificate).

<10> См.: Уолкер А.Э. Смерть мозга: Пер. с англ. М., 1988.
<11> См.: Mohandas A., Chou S.N. Brain Death: A Clinical And Pathological Study // Neurosurgery. 1971. Aug. N 35(2). P. 211 - 218.
<12> См.: Guidelines For The Determination of Death: Report of The Medical Consultants on The Diagnosis od Death to The President's Commission For The Study of Ethical Problems in Medicine And Biomedical And Behavioral Research // Journal of Am. Medical. Association. 1981. N 246. P. 432 - 437.
<13> См.: American Academy of Neurology Practice Parameters for Determining Brain Death in Adults (Summary Statement) // Neurology. 1995. N 45. P. 1012 - 1014; URL: http:www.aan.com/professionals/practice/guideline/index.cfm (13 января 2007 г.).
<14> См.: Диагностика смерти мозга / И.Д. Стулин, М.В. Синкин, Д.С. Солонский, Р.С. Мусин, А.О. Мнушкин, А.В. Кащеев, А.Л. Шибалев, Г.Г. Знайко; Под ред. И.Д. Стулина. М., 2009. С. 6.

Сходство с российским правопорядком проявляется в том, что клиническая смерть (прекращение деятельности сердечно-сосудистой и дыхательной систем организма при сохранении жизнеспособности остальных частей организма и возможности возвращения к его нормальному функционированию) не позволяет считать человека мертвым, а, наоборот, заставляет производить его реанимацию.

Вместе с тем эта норма отличается от российского определения момента смерти, который установлен в Инструкции по констатации смерти человека на основании смерти мозга <15> в соответствии с принципами Закона "О трансплантации органов и (или) тканей человека" 1992 г. <16>. Биологическая смерть может быть констатирована на основании прекращения сердечной деятельности (в течение 30 минут), дыхания и функций головного мозга. Смерть же мозга наступает при полном и необратимом прекращении всех функций головного мозга, регистрируемом при работающем сердце и искусственной вентиляции легких. Смерть мозга эквивалентна смерти человека. Именно с этого момента прекращается правоспособность умершего лица. Решающим для ее констатации является сочетание факта прекращения функций всего головного мозга с доказательством необратимости этого прекращения. Право на установление диагноза смерти мозга дает наличие точной информации о причинах и механизмах развития этого состояния. Смерть мозга может развиваться в результате его первичного или вторичного повреждения <17>.

<15> Утв. Приказом Минздрава РФ от 20 декабря 2001 г. N 460. Ранее применялась Инструкция по констатации смерти в результате полного необратимого прекращения функций головного мозга - приложение 1, утв. Приказом Минздрава СССР от 17 февраля 1987 г. N 236.
<16> Закон РФ от 22 декабря 1992 г. N 4180-1 (в ред. ФЗ от 20 июня 2000 г. N 91-ФЗ) // Ведомости РФ. 1993. N 2. Ст. 62.
<17> Смерть мозга в результате его первичного повреждения развивается вследствие резкого повышения внутричерепного давления и обусловленного им прекращения мозгового кровообращения (тяжелая закрытая черепно-мозговая травма, спонтанные и иные внутричерепные кровоизлияния, инфаркт мозга, опухоли мозга, закрытая острая гидроцефалия и др.), а также вследствие открытой черепно-мозговой травмы, внутричерепных оперативных вмешательств на мозге и др. Вторичное повреждение мозга возникает в результате гипоксии различного генеза, в т.ч. при остановке сердца и прекращении или резком ухудшении системного кровообращения вследствие длительно продолжающегося шока и др.

В России смерть считается наступившей, даже если жизнедеятельность организма продолжает поддерживаться техническими средствами (например, аппаратом искусственного дыхания), поскольку основным условием, как уже сказано, является функционирование мозга.

Отличие американских норм от наших проявляется на практике - в США человека считают живым, пока функционирует хоть один из трех указанных элементов организма, например мозг уже мертв, а сердце еще работает. Как сказал автору в 2001 г. адвокат Билл Дэвис (Вашингтон, округ Колумбия), из-за этого некоторые наследники прибегали к такой сомнительной процедуре, как подключение к аппарату искусственного дыхания наследодателя с нефункционирующим мозгом ради того, чтобы он дожил до 1 января 2002 г., когда ставка налогового вычета из наследуемого имущества повышалась с 675 тыс. до 1 млн. долл. Соответственно в начале 2002 г. они просили врачей отключить аппарат и умертвить своего родственника.

Таким образом, российское определение момента смерти и практика его применения более убедительны с правовой, медицинской и моральной точек зрения.

Что касается вопроса о статусе обреченных на смерть лиц, подвергшихся воздействию ультранизких температур и их дальнейшему сохранению в жидком азоте (криогенному замораживанию) с целью возможного в будущем исцеления от неизлечимых ныне заболеваний <18>, он порождает правовые проблемы, причем подход к их решению в США и России разный <19>.

<18> В тело через кровеносную систему вводятся химические вещества (криопротекторы), уменьшающие повреждения тканей от замораживания, после чего тело постепенно охлаждают до температуры жидкого азота (-196 град.) и помещают в криостат (большой термос) с жидким азотом. При такой температуре оно может храниться практически без изменений в течение сотен лет.
<19> В США услуги крионики оказываются с конца 1960-х годов, тогда как в России единственная организация оказывает крионические услуги с конца 2005 г.

Если исходить из того, что такие субъекты не могут считаться умершими, то они сохраняют полную правосубъектность, а следовательно, наследство не открывается, над их имуществом в США устанавливается траст, а в России, очевидно, должно устанавливаться доверительное управление. Противоположный подход - считать таких лиц умершими - породит сложную проблему определения причины смерти, ведь таковой придется считать само замораживание, что с точки зрения уголовного права заставляет приравнять медиков, причастных к процедуре криогенеза, к уголовной ответственности за умышленное убийство группой лиц (ст. 105 УК РФ).

Ущербность такого положения понимают и сами американские исследователи проблем крионики. "При оптимальных условиях подвергающийся крионированию человек будет объявлен юридически мертвым очень быстро после остановки сердца, - пишет Бенджамин Бэст, - лишь после официального признания факта смерти могут быть начаты криопроцедуры" <20>.

<20> Best Benjamin P. Op. cit.

Таким образом, поддерживающие эту технологию американские юристы склонны отстаивать устаревшую и повсеместно изжившую себя концепцию юридической смерти человека по признаку остановки сердца, ведь именно она позволяет эффективно проводить криогенное замораживание: "Как только произошла остановка сердца и факт смерти был юридически зафиксирован, - продолжает Бэст, - пациенту вводят препараты для поддержания седации, снижения мозгового метаболизма, предотвращения/обращения свертывания крови, повышения кровяного давления, стабилизации pH от ацидоза, а также защиты от повреждений при ишемии/реперфузии".

Между тем именно американская практика признания человека умершим лишь после гибели всех систем жизнеобеспечения (а не одного лишь мозга, как в большинстве стран) в наибольшей степени противоречит целям крионики. "Когда на основании факта остановки сердца объявляется юридическая смерть, криопроцедуры минимизируют дальнейший вред путем искусственного восстановления кровообращения и быстрого понижения температуры" <21> - эти слова Бэста объясняют существо проблемы.

<21> Ibid.

В заключение можно сказать, что с развитием медицинских (в т.ч. крио- и нано-) технологий вопрос об определении момента смерти человека как основания утраты им правоспособности, превращения из субъекта права в его пусть специфичный, но объект приобретает новый смысл и особую актуальность. На наш взгляд, необходимо дальнейшее совершенствование гражданского законодательства России и внесение в него дополнений, обеспечивающих эффективную охрану и защиту субъективных прав российских граждан на всех этапах человеческой жизни, в т.ч. и на ее завершающей - терминальной - стадии. При этом должен учитываться научный прогресс, формирующий принципиально иную "систему координат" и меняющий границу между жизнью и смертью человека.