Мудрый Юрист

Из истории борьбы сельских обществ с закрытием питейных заведений в Российской империи второй половины XIX - начала XX вв.

Быкова Анастасия Геннадьевна, докторант ГОУ ВПО "Омский государственный педагогический университет", доцент, кандидат исторических наук, доцент.

Статья посвящена характеристике участия сельских обществ в трезвенническом движении в Российской империи второй половины XIX - начала XX вв.

Проблема пьянства как социального явления привлекает к себе внимание и является объектом научных исследований уже в течение нескольких веков, мировая литература насчитывает тысячи томов, рассматривающих самые разнообразные аспекты алкогольного вопроса. Вместе с тем история участия сельских обществ в Российской империи в XIX - начале XX в. в борьбе за трезвый образ жизни как самостоятельная проблема не являлась предметом исследования отечественных ученых XIX - XXI вв.

Практика составления приговоров трезвости (как их окрестили в народе) была начата еще в 1870-х гг. Уже в 1874 г. Министерство финансов отмечало, что только в Пензенской губернии были составлены 1200 "приговоров трезвости". Но исходила эта идея не от крестьян, а от мировых посредников. Первый приговор был составлен в 1873 г. в селе Поливаново Пензенской губернии. Причина его появления заключалась в простой ссоре крестьян села с целовальником, взявшим в аренду питейный дом. Крестьяне потребовали от него уплаты налогов за право продажи напитков в казну сельского общества, целовальник отказался. Тогда крестьяне на сходе решили "не ходить в кабак до тех пор, пока целовальник не уломается (так в источнике. - А.Б.) и не отдаст деньги". Крестьян поддержал мировой посредник. Он собрал сход и велел составить приговор о том, что крестьяне, "познав вред пьянства и убедившись с доводами своего посредника, решили в кабак не ходить и вино не пить". В дальнейшем практика составления "приговоров трезвости" была поддержана мировыми посредниками других уездов и сел. По свидетельству А.Н. Аксакова, это один из немногих случаев, когда крестьяне реально участвовали в принятии такого решения. В большинстве же они ничего и не знали о своем решении и "удивлялись, что приговор составлен по их собственному желанию и побуждении" [А.Е.]. После ликвидации должности мировых посредников "практика составления приговоров трезвости" была на долгие годы забыта. Только в 1894 г. Министерство финансов издало циркуляр, в котором указывалось, что если в селениях нет тайного шинка или проезжих дорог и что если 3/4 населения постановят не открывать винной лавки, то такое хозяйство следует "уважить". Практика показала, что правительственные органы нередко пренебрегали сельскими постановлениями и ходатайствами сельских обществ о запрещении торговли крепкими напитками в их местностях.

Во время действия акцизной системы многие питейные заведения открывались на основе простой выдачи патентов, при этом признавалось невозможным открывать такие заведения без согласия сельских обществ. При реформе, которая официально была направлена на снижение потребления алкоголя и на борьбу с пьянством, сельским обществам было отказано в праве принимать решения не открывать питейных заведений в черте их проживания.

Ограничение прав сельских обществ, не желавших иметь у себя питейной торговли, вызвало в среде деятелей, боровшихся с пьянством, недовольство. Так, председатель Смоленской губернской земской управы отмечал, что "лишение крестьян права составлять запретительные приговоры на открытие в их деревнях продажи вина является печальным фактом, так как полное отсутствие винной торговли в селении является всегда могучим фактором для подъема нравственного и экономического уровня населения" [Отчет Главного управления неокладных сборов... за 1902 г.]. Петербургский губернский предводитель дворянства считал своим долгом отметить, что "при разрешении вопроса о запретительных приговорах, представители акцизного ведомства почти всегда имеют более в виду финансовые выгоды казны, чем интересы местного населения" [Ф.Я. Несмелов].

В июне 1898 г. Министерство финансов направило в акцизные управления циркуляр, разъясняющий применение положений о приговорах сельских обществ "относительно воспрещения питейной торговли в черте усадебной оседлости селений". В нем говорилось, что приговоры могут быть удовлетворены только в случае "действительного стремления местного населения противодействовать пьянству". Право утверждать решения сельских обществ принадлежало губернаторам и управляющим акцизными сборами [Отчет Главного управления неокладных сборов... за 1898 г.].

Русское общество охранения народного здравия 15 июня 1900 г. выступило перед Министерством финансов с ходатайством о предоставлении сельским обществам полной свободы составления окончательных решений ("приговоров") об организации винной торговли. Общество исходило из того, что сельские общества с точки зрения закона представляют собой самоуправляющие единицы и как таковые не могут быть лишены одного из самых существенных прав, касающихся их желания или нежелания иметь у себя винную торговлю.

В ходатайстве предлагалось: 1) предоставить сельским обществам полную свободу действий в деле допущения на принадлежащих им землях питейных заведений, без каких бы то ни было ограничений; 2) в случае сомнений в правильности запретительных приговоров предоставить право разрешения сомнений сначала уездным комитетам, а затем губернским комитетам попечительств "О народной трезвости"; 3) обнаружение тайной продажи питей в селениях, в которых имеются запретительные приговоры, не признавать достаточным основанием для открытия казенной винной лавки, если не будет доказано, что общество само этому потворствует.

14 января 1902 г. Главное управление неокладных сборов и казенной продажи питей сообщило председателю Общества охранения народного здравия, что ходатайство было "подвергнуто обсуждению в совете по делам казенной продажи питей и признано неподлежащим удовлетворению". Мотивы этого решения были изложены в выписке из журнала совета от 16 ноября 1901 г., в которой отмечалось, что искренности составляемых обществами запретительных приговоров трудно доверять, так как в большинстве случаев запретительные приговоры являются следствиями "понуждений со стороны ближайшего начальства, например, земских начальников", сведения личных счетов, воздействия на крестьян и лиц, желающих торговать тайно и т.д. Как показывает опыт, "распознание способов и побудительных причин составления приговоров практически неосуществимо", и поэтому изменение существующего ныне порядка следовало бы отложить "до результатов той естественной эволюции, которая произойдет со временем в общественных слоях под влиянием культуры при смене поколений".

Министерство финансов считало, что все обвинения против него в рассматриваемом вопросе необоснованны, поскольку "сокращение числа законно существующих мест продажи крепких напитков, если у населения нет искреннего желания охранить себя от близости мест продажи питей, не достигает цели отрезвления народа, а лишь распространяет тайную торговлю вином". Министерство опасалось, что запретительные приговоры "и впредь будут составляться во многих случаях не с целью воздержания от крепких напитков, а с целью поощрения столь симпатичной в глазах сельского населения тайной продажи питей, представляющей много удобств и соблазна для покупателей" [Отчет Главного управления неокладных сборов и казенной продажи питей за 1908 г.].

Тем не менее Русское общество охранения народного здравия продолжало ходатайствовать о предоставлении права сельским обществам самим решать вопрос об открытии и закрытии казенных лавок. В 1903 г. с тем же заявлением в Министерство финансов обратилось 19 губерний, но финансовое ведомство не удовлетворило их ходатайства.

Выступая 16 ноября 1907 г. в Государственной Думе, член Третьей Государственной Думы, представитель от Самарской губернии М.Д. Челышев заявил, что в 1889 - 1891 гг. насчитывалось 24 тыс. приговоров о недопущении на своей территории питейных заведений, а в 1894 г. - 39 тыс., что отражало желание народа отрезвиться [М.Д. Челышев]. Однако издание Указа о введении винной монополии, "якобы направленного на уменьшение пьянства и на более равномерную продажу вина, привело к тому, что даже там, где 20 лет не было кабака, казенную лавку насильно насадили". Попытки крестьян бороться за недопущение кабаков не достигли успеха. Затем депутат сообщил о том, что летом 1907 г., когда Самара была объявлена "неблагополучной по холере", городская дума единогласно приняла постановление о прекращении продажи спиртных напитков. Но местная администрация по согласованию с Министерством финансов не удовлетворила это требование под тем предлогом, что оно принесет убытки казне и частным лицам на общую сумму 700 тыс. руб.

В декабре 1907 г. Государственная Дума вновь вернулась к рассмотрению данного вопроса. На заседании была создана комиссия "для изыскания мер к прекращению пьянства" в составе 22 человек. Основной целью комиссии стала разработка "изменений и дополнений некоторых статей свода законов, т. V, издания 1901 г. относительно продажи спиртных напитков". Государственная Дума направила в комиссию заявление с просьбой изучения целесообразности введения следующих мер: "1) увеличить наименьший размер выпускаемой в продажу посуды с казенным вином до 1/20 ведра, вместо существующего размера в 1/200 ведра; 2) предоставить сельским обществам право воспрещать открытие на землях общества мест продажи крепких напитков и закрывать такие места по приговорам обществ; 3) сократить время продажи крепких напитков". Итоговое расширенное заседание Государственной Думы, с участием представителей Министерства финансов, членов комиссии и алкогольной комиссии состоялось 21 февраля 1908 г. Члены комиссий признали целесообразным введения в Свод законов "Об акцизном сборе" предложенных норм, а Министерство финансов "не нашло нужным изменять действующее законодательство".

О характере выступлений в думской комиссии по подготовке изменений в законопроекте можно судить по предложениям депутатов. Так, Н.С. Челышев предлагал ввести драконовские законы против пьяниц, увеличить цену водки, написать на этикетке "ЯД" и чуть ли не изобразить череп с костями, при решении вопроса на сходах, когда будет рассматриваться вопрос о желании или нежелании иметь питейное заведение, чтобы с правом голоса участвовали и жены домохозяев и их матери, запретительные приговоры должны включать в себя и запрещение перевозки и хранения крепких напитков и т.д. [Государственная Дума III созыва.]

Однако эти призывы не возымели действия на правительство, и обсуждение законопроектов продолжалось более трех лет. Лишь в 1911 г. началось его обсуждение, и принятый текст не содержал радикальных изменений в алкогольной политике государства. В законе говорилось об: 1) увеличении емкости посуды для продажи питей с 1/200 ведра до 1/20; 2) сокращение времени торговли казенными питиями [Н.С. Соколов]; 3) предоставлении сельским обществам и городам права разрешать в своих пределах питейную торговлю и запрещать ее (но лавки подлежали закрытию по приговорам по истечении срока, за который уплачены арендные деньги, но не ранее, чем будут закрыты частные питейные заведения) [ГАОО. Ф. 92. Оп. 1. Д. 180. Л. 11]. Из этого можно заключить, что принятые Государственной Думой меры - чисто внешние. Они меняли обстановку потребления, но не меняли самого характера.

Этот законопроект был отправлен на рассмотрение комиссии Государственного совета, которая работала до 1913 г. Решение проблемы было найдено только 11 марта 1914 г. Циркуляром N 2293 Министерство финансов разрешило окончательно признало право сельских обществ закрывать винные лавки и другие торговые заведения, осуществляющие торговлю спиртными напитками.

Список литературы

  1. Введенский И.Н. Опыт принудительного отрезвления. М., 1915. С. 36 - 41.
  2. Труды постоянной комиссии по вопросу об алкоголизме, мерах борьбы с ним. Пг., 1915. Вып. 13. С. 66 - 67.
  3. А.Е. Питейное дело и кабацкий вопрос в России // Вестник Европы. 1876. Т. IV. С. 71.
  4. Отчет Главного управления неокладных сборов и казенной продажи питей за 1902 г. СПб., 1903. Вып. 1. С. 400.
  5. Несмелов Ф.Я. Косвенные налоги. СПб., 1904. С. 195.
  6. Отчет Главного управления неокладных сборов и казенной продажи питей за 1898 г. СПб., 1899. Вып. 1. С. 179 - 180.
  7. Отчет Главного управления неокладных сборов и казенной продажи питей за 1908 г. СПб., 1910. Вып. 1. С. 48 - 50.
  8. Челышев М.Д. О вреде народного пьянства. СПб., 1908. С. 8.
  9. Государственная Дума III созыва. Стенографические отчеты 1907 - 1908 гг. Сессия I. Часть I. СПб., 1908. С. 2094 - 2106.
  10. Соколов Н.С. Меры борьбы с пьянством по проекту Государственной Думы и министерства финансов // Труды I Всероссийского съезда по борьбе с пьянством: В 3 т. Т. 2. СПб., 1910. С. 893 - 896.
  11. Государственный архив Омской области (ГАОО). Ф. 92. Оп. 1. Д. 180. Л. 11.