Мудрый Юрист

Возражение против требования правопреемника добросовестного приобретателя имущества

Киминчижи Е.Н., адвокат (г. Белгород).

Судебная практика по делам об истребовании имущества из чужого незаконного владения по ст. 302 ГК РФ, в том числе из владения добросовестного приобретателя, выглядит вполне устоявшейся. Тем не менее возникает ряд вопросов, ответы на которые до настоящего времени судами не даны. Рассмотрим это на примере конкретного дела. Хотелось бы сразу оговориться, что мы не принимали участия в данном деле. Дело рассматривалось судом общей юрисдикции.

Сущность самого дела такова. Лицо (физическое лицо) приобретает по аукциону 68/100 долей в праве собственности на недвижимое имущество, которые были предметом взыскания и реализовывались в рамках исполнительного производства. Решением суда в 2005 г. был признан недействительным аукцион по продаже арестованного имущества истца, признан недействительным договор купли-продажи 68/100 долей в праве собственности на спорное нежилое здание. Требования о применении последствий недействительности сделки не заявлялись и судом не применялись. Спустя некоторое время лицо, против которого вынесен судебный акт, умирает. Его супруга вступает в наследство. Решением суда в 2008 г. постановлено признать за ответчиком (супруга умершего), предъявившим встречный иск, в порядке наследования по закону право собственности на нежилое здание; постановлено отказать в удовлетворении исковых требований первоначальному истцу (общество с ограниченной ответственностью) о признании права собственности на 68/100 долей нежилого здания, признании недействительным свидетельства о государственной регистрации права, исключении записи регистрации из реестра прав на недвижимое имущество. Кассационным Определением Судебной коллегии по гражданским делам решение суда первой инстанции оставлено без изменений. Решение 2005 г., которое имеет преюдициальное значение, поскольку выносилось с участием тех же лиц, что и судебные акты в 2008 г., при рассмотрении дела не учитывалось. Сроки исковой давности на момент рассмотрения дела не истекли. Как это следует из решения суда 2008 г., суд отказал в удовлетворении исковых требований истцу к ответчику о признании права собственности со ссылкой на добросовестность приобретения ответчиком спорного имущества - нежилого здания с учетом правовой позиции, выраженной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 21 апреля 2003 г. N 6-П.

При разрешении спора суды, на наш взгляд, существенно нарушили нормы ст. 301, 302 ГК РФ, позволяющие собственнику истребовать имущество у добросовестного приобретателя. Существенность нарушения выражена в неправильном толковании судами понятия добросовестности приобретения, а равно игнорировании того факта, что истец в 2008 г. обратился с иском в суд по основаниям, предусмотренным ст. 301, 302 ГК РФ, а не по основаниям, предусмотренным для недействительных сделок. Кроме того, в иске истец сослался на принятый в 2005 г. судебный акт, который не был учтен при рассмотрении дела.

Учитывая отсутствие развернутой практики Верховного Суда по рассматриваемой категории споров, а также с учетом единства судебной системы в РФ и необходимости единообразного применения судами норм материального права считаем допустимым применение практики арбитражных судов по вопросам применения ст. 302 ГК РФ. Таким образом, разрешая возникший спор, представляется, что необходимо было исходить из следующего.

Согласно п. 1 ст. 302 ГК РФ если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. Исходя из смысла ст. 302 ГК РФ, добросовестное приобретение имущества является незаконным по своему материально-правовому основанию. Это означает буквально, что лицо приобретает имущество от неуправомоченного лица помимо воли собственника.

Исходя из прямого указания закона, можно сделать вывод о том, что истец не является лицом, совершившим сделку по отчуждению собственного имущества, и этот довод подтверждается материалами дела. В противном случае если истец утратил право на спорное имущество по собственной воле, то, принимая во внимание, что, если бы спорное имущество поступило во владение ответчика (а точнее, ее правопредшественника) непосредственно от истца по признанной впоследствии судом ничтожной сделке, такое имущество подлежало бы возврату в порядке двухсторонней реституции (ст. 167 ГК) и было бы невозможно применить к данным отношениям правило о добросовестном приобретении (Постановление ФАС Московской области от 5 февраля 2004 г. N КГ-А40/8960-02). Данная правоприменительная позиция сформулирована также и практикой Верховного Суда РФ. Так, в Определении Верховного Суда РФ от 13 ноября 2007 г. N 59-В07-4 разъяснено, что правовые нормы, содержащиеся в ст. 301, 302 ГК РФ, регулируют правоотношения, связанные с истребованием собственником имущества из чужого незаконного владения, в том числе и от добросовестного приобретателя. Исходя из толкования ст. 166, 167 ГК РФ, добросовестное приобретение в смысле ст. 302 ГК РФ возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника этого имущества.

Иными словами, добросовестное приобретение в смысле ст. 302 ГК РФ возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника. В ином случае применяется механизм ст. 167 ГК РФ, который не учитывает статуса добросовестного приобретателя (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 14 сентября 2006 г. N Ф04-6025/2006(26474-А46-13)).

Указание ответчика на добросовестность приобретения ею спорного имущества подтверждает, что это имущество выбыло из владения истца помимо его воли. В обоснование данного довода сошлемся также на то, что истец не может считаться продавцом спорного имущества и по той причине, что его воля ни прямо, ни косвенно не участвовала в совершении сделки по отчуждению имущества, хотя бы и в рамках принудительной продажи имущества на торгах. Таким образом, заявление истцом требований о признании права собственности по основаниям, предусмотренным ст. 302 ГК РФ, т.е. в порядке возврата имущества из чужого незаконного владения, является надлежащим способом защиты нарушенного права (ст. 12 ГК РФ), в том числе с учетом правоприменительной позиции Конституционного Суда, со ссылкой на которую суды необоснованно отказали истцу в удовлетворении заявленных требований. Такая правовая позиция соответствует разъяснениям, содержащимся в п. 3.1 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 г. N 6-П, согласно которому права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные ст. 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя.

В силу особого положения, какое занимают постановления Конституционного Суда РФ в правовой системе РФ, необходимо признать, что иное толкование норм действующего права в отличие от данного Конституционным Судом РФ толкования и применение такого неправильного толкования в правоприменительной деятельности судов является существенным нарушением норм материального права, влекущего отмену постановленных решений судов, которые нельзя признать законными по указанным соображениям.

Приведем еще некоторые выдержки из Постановления Конституционного Суда РФ от 21 апреля 2003 г. N 6-П, подтверждающие доводы истца о неправомерности судебного акта 2008 г. ввиду существенного нарушения норм материального права.

Помимо цитированного нами выше содержания п. 3.1 Постановления Конституционного Суда РФ от 21 апреля 2003 г. N 6-П, которое воспроизводят в обоснование отказа в требованиях истцу суды первой и кассационной инстанций, укажем на следующее. В том же пункте Постановления КС РФ, в частности, указано:

Приведенные положения Постановления Конституционного Суда РФ по вопросу о соотношении требований, вытекающих из ст. 168, 302 ГК РФ, не были применены судами при вынесении судебного акта, что является грубым нарушением закона, в том числе в силу обязательности для судов правовых позиций самого Конституционного Суда РФ.

Кроме того, впоследствии Конституционный Суд РФ неоднократно давал аналогичные разъяснения, в частности, в Определении Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2006 г. N 634-О суд разъяснил, что по смыслу ст. 302 ГК РФ суд должен установить, что имущество выбыло из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение, помимо их воли в силу перечисленных в указанной статье обстоятельств, а также то, что приобретатель приобрел имущество возмездно, не знал и не мог знать о приобретении этого имущества у лица, не имевшего права на его отчуждение; при этом приобретатель не может быть признан добросовестным, если к моменту совершения возмездной сделки в отношении спорного имущества имелись притязания третьих лиц, о которых ему было известно, и если такие притязания впоследствии признаны в установленном порядке правомерными. Кроме того, по общему правилу применение последствий недействительности сделки в форме двусторонней реституции не ставится в зависимость от добросовестности сторон.

О возможных последствиях подтверждения либо опровержения факта выбытия спорного имущества помимо воли истца мы указывали выше:

Сказанное буквально означает следующее. Правильное применение нормы ст. 302 ГК РФ означает, что в случае возмездного приобретения вещи добросовестным приобретателем имеет значение способ выбытия ее у собственника. Если имущество первоначально выбыло у собственника по его воле, он не вправе истребовать его у добросовестного приобретателя, если же оно выбыло помимо воли собственника, то такое имущество может быть истребовано и от добросовестного приобретателя (Постановление ФАС Московского округа от 21 сентября 2006 г. N КГ-А40/8377-06 по делу N А40-83244/06-50-700). Иное толкование свидетельствует о существенном нарушении указанной нормы материального права.

Более того, ответчик в обоснование своих встречных требований как раз и ссылалась на ст. 302 ГК РФ и именно на ее основании просила признать за ней право собственности на спорное имущество. Однако в правоприменительной практике сложилась соответствующая закону позиция о том, что добросовестность приобретателя не является самостоятельным основанием иска о праве собственности, а может быть предметом доказывания по искам об истребовании из чужого незаконного владения имущества, приобретенного ответчиком у лица, не имевшего права его отчуждать, по какой-либо возмездной сделке (Постановление ФАС Московского округа от 31 августа 2006 г. N КГ-А40/7872-06 по делу N А40-9099/06-52-67; Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 29 августа 2006 г. N А10-11685/05-Ф02-3812/06-С2). Обоснование этому выводу следующее. Предметом иска является материально-правовое требование истца к ответчику, которое должно соответствовать предусмотренным действующим законодательством способам защиты гражданских прав, в частности перечисленным в ст. 12 ГК РФ, а также иным способам, предусмотренным законом. К обстоятельствам, на которых основано исковое требование, относятся юридические факты, с которыми закон или иной правовой акт связывают возникновение данного материально-правового требования. Основаниями возникновения (приобретения) права собственности являются различные правопорождающие юридические факты, т.е. обстоятельства, которые в соответствии с законом влекут возникновение права собственности на определенное имущество у конкретного лица. В ст. 218 ГК РФ перечислены основания возникновения права собственности, к ним относятся в том числе сделки по отчуждению имущества в собственность другого лица. В соответствии с п. 2 ст. 223 ГК РФ недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю (п. 1 ст. 302 ГК РФ) на праве собственности с момента такой регистрации, за исключением предусмотренных ст. 302 ГК РФ случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя. Данная статья не содержит нормы об основании возникновения права собственности, а определяет момент возникновения права собственности у приобретателя по договору. Таким образом, добросовестность приобретения не является и не может в силу закона являться юридическим основанием возникновения права собственности.

Однако суды первой и кассационной инстанций в нарушение ст. 302, 218 и 223 ГК РФ с учетом позиции ответчика, заявившей в обоснование своих требования о признании права собственности на то, что она является добросовестным приобретателем спорного имущества, посчитали, что факт добросовестности приобретателя, входящий в предмет доказывания по искам об истребовании из чужого незаконного владения имущества, приобретенного ответчиком по какой-либо возмездной сделке у лица, не имевшего права его отчуждать (ст. 302 ГК РФ), служит основанием для признания права собственности на соответствующее имущество, хотя в силу ст. 218 ГК РФ добросовестность приобретения не является самостоятельным основанием возникновения права собственности. В этом заключается очередное существенное нарушение судами норм материального права, являющееся основанием для отмены обжалуемых судебных актов в порядке надзора.

В п. 1 ст. 302 ГК РФ перечислены условия, при которых собственник не вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения, т.е. основания, исходя из которых отказ в удовлетворении исковых требований истцу можно было бы считать правомерным. Такое ограничение правомочий собственника связано с необходимостью обеспечить преимущественную защиту интересов другого участника гражданского оборота - добросовестного приобретателя. Под добросовестным приобретателем в смысле вышеназванной нормы ГК РФ понимается лицо, которое, приобретая имущество у неуправомоченного лица, не знало и не могло знать об отсутствии у него права на отчуждение имущества. Такое лицо, получая имущество во владение, полагает, что приобретает его в собственность либо на ином вещном праве у лица, управомоченного на его отчуждение, с целью дальнейшего осуществления прав владения, пользования, распоряжения в отношении приобретаемого имущества. Однако ст. 302 ГК РФ не ограничивает право собственника истребовать свое имущество у добросовестного приобретателя, если это имущество выбыло из владения собственника помимо его воли.

Как следует из содержания искового заявления истца, иск о признании права собственности им заявлен на основании ст. 302 ГК. При этом истец указывает, что первоначальная сделка, на основании которой спорное имущество выбыло из его владения, признана судом недействительной. Настоящий иск предъявлен к последнему владельцу спорного имущества, что не противоречит положениям ст. 302 ГК и соответствует разъяснениям, содержащимся в Постановлении Конституционного Суда РФ N 6-П, касательно того, что права лица, считающего себя собственником имущества, подлежат защите путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные ст. 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя. Сама же формулировка требования в части признания права собственности мотивирована тем, что из решения суда должно явно следовать, какое право на недвижимое имущество возникает у лица, в пользу которого состоялось решение суда, в целях осуществления процедуры государственной регистрации возникшего (существующего) права собственности в порядке ст. 131 ГК РФ. Более того, ввиду особенностей недвижимого имущества произвести его реальное истребование из незаконного владения добросовестного приобретателя возможно только путем регистрации права собственности за истребующим такое имущество собственником, что возможно в случае удовлетворения судом требований о признании права собственности.

Также считаем необходимым указать, что по смыслу п. 1 ст. 302 ГК РФ от добросовестного приобретателя имущество может быть истребовано в случае, если оно выбыло из владения собственника помимо его воли. При установлении данного обстоятельства вывод суда об отсутствии оснований для истребования этого имущества и восстановлении права собственности на него за собственником прямо противоречит п. 1 ст. 302 ГК РФ (Постановление ФАС Московского округа N КГ-А40/4162-04 от 28 мая 2004 г.).

Что же касается решения суда 2005 г., то оно не является решением, направленным против добросовестного приобретателя, поскольку решением не был применен механизм возврата сторон в первоначальное положение, что и явилось основание для обращения истца в суд с иском по ст. 302 ГК РФ. Кроме того, довод относительно невозможности признания недействительной спорной сделки при наличии у стороны признаков добросовестного приобретателя не основан на законе, поскольку спорная сделка является ничтожной вне зависимости от решения суда (Постановление ФАС Московского округа N КГ-А40/818-04 от 3 марта 2004 г.).

В итоге заявленные встречные требования ответчика основываются на нормах ГК РФ, регулирующих вопросы наследования имущества, так как она является правопреемником лица, против которого было вынесено решение в 2005 г. Однако в состав наследственной массы входит то имущество, которым наследодатель обладает на праве собственности. По указанным выше соображениям о том, что добросовестность не является основанием возникновения права собственности, спорное имущество не могло входить в наследственную массу. Кроме того, данное имущество в порядке наследования по закону ответчик приобретает безвозмездно, в результате чего она непосредственно не может рассматриваться в качестве добросовестного приобретателя, а только может быть правопреемником добросовестного приобретателя. В такой ситуации вполне возможно применение и механизма, предусмотренного ст. 167 ГК РФ.

В качестве выводов можно указать на следующее:

  1. Необходимо помнить о том, что понятие добросовестности применимо только и исключительно к возмездному приобретателю чужого имущества от неуправомоченного отчуждателя и оно всегда является приобретением незаконным.
  2. Закон не содержит указания на то, что у добросовестного приобретателя возникает право собственности на приобретенное им имущество. Потому такое имущество не может быть включено в наследственную массу в силу незаконности самого приобретения.
  3. Правопреемник лица, которое можно было бы рассматривать как добросовестного приобретателя, не может быть добросовестным приобретателем, если само правопреемство возникло по безвозмездному основанию, как в случае с наследованием либо дарением. Этот вывод связан с тем, что первоначальное приобретение является незаконным, следовательно, добросовестный приобретатель не может считаться законным отчуждателем имущества, а правопреемство в порядке наследования носит безвозмездный характер.

По последнему пункту нам могут возразить, что приобретение имущества в порядке наследования не есть следствие отчуждения имущества. Но в такой ситуации справедливо сделанное нами указание на то, что спорное имущество не может входить в состав наследственной массы и переходить по наследству. Наследник же, считающий себя приобретателем такого имущества, в силу безвозмездности приобретения, какое имеет место при наследовании, не отвечает требованиям ст. 302 ГК РФ о добросовестном приобретении, которым является лишь приобретение возмездное. Более того, на наш взгляд, даже если добросовестное приобретение ведет к возникновению права собственности (мы лично за то, чтобы такая норма была принята законодателем), лицо, которое помимо своей воли утратило владение имуществом, не может быть лишено права на виндикацию, хотя бы в пределах срока исковой давности. Вопрос же об истребовании имущества у правопреемника добросовестного приобретателя тогда будет решаться совершенно не так, как мы предложили. Но в такой ситуации на правопреемника нельзя распространять и понятие добросовестного приобретателя. В нашем же случае суд не вправе подменять собой законодателя, и до внесения соответствующих изменений в действующее законодательство о возникновении права собственности за добросовестным приобретателем правопреемники последнего не могут ссылаться на добросовестность приобретения имущества в порядке наследования.